Дочь врага Российской империи. Ведьма

Глава 37

И Глафира, и Венечка, и Ваня прекрасно понимали, что мое согласие — единственный способ выиграть время. Будет сложно убедить Разумовского, что я не лгу, но это возможно. Он сам учил нас, как обманывать эмпатию. Надо искренне поверить в собственную ложь. Разумовский устроит проверку, и ее нужно пройти. Тут я надеялась на помощь друзей. Об этом мы и поговорим сегодня вечером.

К Верховной Ведьме отправились все вместе. Мы с Глафирой — за «люлями», как выражался Мишка. Ваню я собиралась ей представить, как положено. Венечка утверждал, что без разрешения баронессы его на территорию школы не пустят.

Встретили нас не очень приветливо. В дом не пригласили. Светлана велела ждать в саду. Ваня бродил по дорожкам, рассматривая посадки. Я предупредила его, что будет, если он затопчет или сломает хоть одно растение, но брат лишь отмахнулся. Глафира приуныла. Она устроилась на перилах беседки и стала похожа на нахохлившегося воробья. Венечка обрывал лепестки у мелкой ромашки. На мое замечание он ответил, что это сорняк, и ничего ему за это не будет. Одна Карамелька безмятежно грелась на солнышке.

Наконец Светлана вышла на крыльцо и сказала, что Алевтина Генриховна ждет Яромилу Морозову.

Баронесса приняла меня в библиотеке. Полки с книгами и свитками тянулись до потолка. В другое время я рассматривала бы корешки, меня всегда привлекали старые рукописи, но сейчас не могла отвести взгляда от гостя баронессы.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — произнесла я вежливо, обращаясь к баронессе. — И… э-э-э…

— Имя забыла? — усмехнулся ведьмак. — Нет у меня титулов. Здравствуй, Яромила.

— Здравствуйте, Тимофей Иванович.

Ой-ой… Как-то мы с Мишкой не учли, что ведьмак сочтет своим долгом рассказать о наших поисках ведьмам. Видимо, Тимофей Иванович хорошо знал Мишку. Он предположил, что мы не успокоимся, и не ошибся. Это мы знатно вляпались.

— Яра, когда Вениамин передал тебе записку? — спросила баронесса, не здороваясь.

Она нервничала. Злость — это понятно, но ее эмоции были ближе к беспокойству. Хотя внешне это никак не проявлялось.

— Вчера, ваше сия…

— Яра, я же просила обращаться ко мне без титулов! — перебила меня баронесса.

— Простите, Алевтина Генриховна. Мне показалось, что вы сердитесь.

— Не показалось.

Ведьмак в разговор не вмешивался. Смотрел на меня с легкой насмешкой. Мол, попалась, птичка?

— И что я велела?

— Явиться немедленно, — вздохнула я. — Но было уже поздно. Мы с Ваней только что вернулись из Ессентуков, я вела машину, устала. И Головин весь… побитый. Вы же видели. Я подумала, что до утра ничего не изменится. Какая разница, где я переночую? А утром мы с Глафирой сразу же и…

— Складно врет? — Баронесса обернулась к ведьмаку. — Тимофей Иванович, что скажешь?

— Еще не выветрилось, — ответил он. — Чую.

— Если вы о том, что от меня ведьмаком пахнет, так это ваша сила, Тимофей Иванович, — выпалила я. — Волосы! Забыли?

Главное, верить в искренность собственной лжи. Глафира уверяла, что следы ведовства с волосами не ощущаются. Зато ночью я пропиталась новым, некромантским. Вот и попыталась свалить его на старое.

— Мертвяком от тебя пахнет, — спокойно сказал Тимофей Иванович. — Пороть вас с Мишкой некому. Ничего, этот олух у меня еще получит. Но ни за что не поверю, что ему удалось удержать мертвого. Кто помогал?

— Не понимаю, о чем вы… — пробормотала я.

Какая же я дура! Не подумать о том, что ведьмак явится к Верховной Ведьме! И все бы ничего, но если баронесса — бабушка Разумовского…

Ладно, дело сделано. Мы узнали, кто убил Павла. Теперь ведьмак и баронесса могут орать, стучать ногами, наказывать, докладывать князю, а я все равно вытащу Матвея из тюрьмы. Жаль, что ребята пострадают из-за моей глупости. Разве что о Венечке ведьмак не знает. Достанется только мне и Мишке. Да еще Саве, за пособничество.

— Вениамин Головин и помогал, — сказала баронесса. — Они там в малом ковене эксперименты с мертвым миром ставили. Наверняка, мать привлекала его к ритуалу. Яра? Чего молчишь?

А, нет. И о Венечке знают. И Глафира соучастницей пойдет, хотя ее в морге не было.

— Что вы хотите услышать? — спросила я. — Извинения? Их не будет. Защищая брата, я делала то, что считала нужным. Я одна несу за все ответственность.

— Меня интересует, как вы выжили, — сказал Тимофей Иванович. — Без знаний, без опыта, без мозгов. Мертвяка вы призвали, факт. Почему он вас не сожрал?

— Сыт был, — ответила я.

— Дерзкая, — удовлетворенно произнес Тимофей Иванович. — Лея, кого-то она мне напоминает…

Баронесса — Лея? О, так они с ведьмаком старые приятели. Неудивительно, что он сообщил ей о двух «олухах», собирающихся допросить мертвеца.

А баронесса вдруг… расцвела. Плечи расправила. Легкая улыбка тронула ее губы. Молодость вспомнила? Когда юный ведьмак Тимоша…

Так, стоп! Не о том я думаю. Ой, не о том!

— Яра, ты неправильно меня поняла, — сказала баронесса, смягчаясь. — Мы не хотим обсуждать законность твоих… ваших действий. Это неправильно, но и мы с Тимофеем Ивановичем были молодыми. — Она взглянула на ведьмака с едва уловимой теплотой. — Матвей — твой брат по крови, и твое желание оправдать его понятно. Но ты рисковала жизнью, и не только своей. Ваш поступок… столь безрассуден… — Она тщательно подбирала слова, но махнула рукой и выпалила: — Да я сама готова выдрать вас всех, как маленьких! Это так безответственно! Я велела тебе приехать, чтобы не допустить непоправимого! А ты не послушалась!

— Алевтина Генриховна, позвольте задать вопрос, — попросила я.

Она кивнула.

— Так вы знали… то есть, предполагали, что ночью мы… э-э-э… я…

— Я предположил, — вмешался Тимофей Иванович. — Ты меня заинтересовала, и я составил карту твоей судьбы.

— Это не предсказание, — добавила баронесса. — Что-то вроде гадания, с возможными вариантами развития событий.

— В одном из вариантов ясно читалась твоя смерть. Поэтому я приехал сюда, чтобы предупредить. Но, увы… Так и не расскажешь, как вы удержали мертвеца в круге? Мальчишек спросить?

— Они не знают, — ответила я. — Они ее не видели.

— Кого? — чуть ли ни хором спросили ведьмак и баронесса.

— Смерть.

Не знаю, почему я сказала правду. Интуиция подсказала? Наверное. Если кто и поверит в то, что нам помогла сама Смерть, то только ведьмак. А еще… Неважно, родственники или нет баронесса и князь Разумовский. Если бы она помогала князю, то сообщила бы ему о том, что узнал ведьмак. И нас ждали бы в морге. Да, баронесса пыталась меня остановить, но простым и доступным ей способом, без привлечения властей. Я еще толком не поняла, что это означает, но дышать стало легче.

Я не назвала имени Мары. Богиня смерти, сама Смерть… Какая разница? Женщина в черном удержала мертвеца, вот и всё.

— Всё? — не поверил ведьмак. — И она ничего не попросила взамен?

— Ругалась она, сильно. И сказала, что когда-нибудь заберет у меня что-нибудь ценное.

— Жизнь⁈ — воскликнула баронесса.

— Навряд ли, — вздохнула я. — Она могла забрать мою жизнь прошлой ночью. Скорее всего, какую-то из моих способностей. Ведьма и эспер одновременно… наверное, это слишком много.

Вроде бы вышло складно.

— Это может быть что угодно, — заметил Тимофей Иванович, постукивая пальцем по подлокотнику кресла. — Ты не боишься?

— Я испугалась, когда дух чуть не сожрал Мишку, — призналась я. — Пусть лучше так.

Баронесса и ведьмак переглянулись. Подозреваю, что в картах судьбы Тимофей Иванович прочел нечто, соответствующее моему рассказу.

— Можешь позвать сюда Михаила? — попросил Тимофей Иванович. — Он сейчас где?

— Дома, — ответила я. — Не позову. Не хочу, чтобы вы его побили.

— Надо бы выпороть твоего дружка, надо бы, — фыркнул он, разминая кисти рук. — Но могу пообещать, что пальцем его не трону. И приказа такого не отдам. Мне нужно с ним поговорить. И с Вениамином тоже. Он ведь здесь?

— Здесь, — поморщилась баронесса. — Разговаривайте в библиотеке. Яра, пойдем в гостиную. Познакомь меня с братом и позови Глашу. И позвони Мише, из гостевого дома.

— Глаша с нами не ходила, — поспешно сказала я. — Она дома у Мишки ужин готовила. Она, вообще… хорошая.

— Ты знаешь, что я велела этой… хорошей… за тобой следить? — прищурилась баронесса.

— Знаю. — Я вскинула голову. — Глаша ничего мне не говорила, я сама узнала.

— Спелись, — кивнула она. — Так я и думала. Ты еще здесь? Зови брата, быстро! Жду вас в гостиной.

Она первой покинула библиотеку.

— Минутку, — остановил меня Тимофей Иванович. — Любопытно, вам мертвец сказал то, из-за чего вы его потревожили?

— Сказал, — кивнула я. — Скоро все об этом узнают.

Тут, пожалуй, не стоит торопиться с откровенными признаниями. На Лысую гору меня отправила баронесса. Совпадение ли это, мне сейчас не разобраться. Надо обсудить все с друзьями, а потом — с Александром Ивановичем. Только он поможет восстановить хронологию событий. Может, я ошибаюсь, и убийство произошло раньше, чем я попала на Лысую гору.

— Это хорошо, что сказал, — кивнул Тимофей Иванович. — А то допрашивать уже некого.

— То есть… — Я почувствовала неладное.

— А нету больше вашего мертвеца, — сказал Тимофей Иванович. — Исчез. Может, Мара с собой забрала?

Он подмигнул мне, и я почувствовала слабость в ногах.