До меня даже не сразу дошло, что он предлагает. Как будто в этот момент время остановилось. Я сидела на полу и снизу вверх смотрела в его льдисто-голубые глаза. А вокруг была такая тишина, словно все только и ждали, что я отвечу. И смотрели на нас.
И мне эта секунда показалась вечностью.
Я за нее успела и умереть от стыда за свой внешний вид. И ошалеть от радости, что Крамер не успел сломать мне нос, как собирался. И подумать тысячу всяких мыслей о том, как мы будем выглядеть среди идеальных претендентов на королевскую пару – он в обожженном фраке, а я в рваном платье, заляпанном чернилами.
– Так ты будешь моей осенней королевой, Доротея Льюис? – повторил свой вопрос Блейз.
– Да! – ответила я и встала, опершись на его протянутую руку. – Я буду твоей осенней королевой, Блейз Хантер!
И это получилось так… громко. Кажется, что мой голос было слышно вообще везде. Даже в подвале колледжа. Как будто все вообще молчали и, затаив дыхание, ждали, что я отвечу.
– А я говорила! – расслышала я во всеобщем гаме и шуме вопль Мики.
Перед нами расступились, давая дорогу.
“Мы же не репетировали, – подумала я и нервно сжала пальцы Блейза. – Что мы вообще будем танцевать?”
– Доверься мне, – прошептал Блейз мне на ухо. Так знакомо касаясь губами, что у меня внутри все затрепетало, а низ живота моментально запульсировал сладкой истомой.
Зазвучала музыка.
Никто не знает, какая именно песня будет главной на осеннем балу. Это каждый раз главная интрига. Каждый раз кто-то по большому секрету продает информацию о том, под какую песню будет выбор короля с королевой.
И ни разу проданная инфа не оказалась правдивой.
И все равно находятся те, кто покупает.
“Интересно, а где Марта Шерр с Алексом Вернером?” – чуть удивлённо подумала я, когда не обнаружила на танцполе нашу старосту с ее партнёром.
И тут зазвучали первые аккорды песни.
И когда я их услышала, то мои щеки заполыхали пожаром.
Песня старая, ещё моя мама рассказывала, что во студенчестве под нее танцевала. И судя по загадочному блеску в ее глазах в этот момент, мой папа далеко не все про нее знает…
Но покраснела я не из-за воспоминаний о родителях, разумеется. Просто в припеве этой старой песенки есть такие строчки:
“...Чтобы нам все время быть рядом,
Просто спрячь меня в шкафу!”
Блейз кружил меня в танце с невозмутимым видом. И вел так уверенно, словно мы с ним этот танец с прошлого года репетировали.
Невозмутимое лицо.
И едва заметная лукавая улыбка.
– Ты это подстроил, да? – прошептала я, когда он приподнял меня на руки, и мои губы оказались рядом с его ухом.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – ответил он.
В этот момент мои глаза оказались напротив его глаз
И мне стало все равно на мир вокруг. На бал. На свое испорченное платье. На Крамера, на Марту, на Бутча…
Музыка внезапно и резко оборвалась.
Раздались протестующие крики, завизжали девчонки.
А потом раздался усиленный магией голос.
– Просьба сохранять спокойствие. Это операция Бюро Магических Аномалий!
И только тут я смогла снова вернуться в реальность, с трудом оторвавшись от игры в гляделки с Блейзом.
И похолодела.
К танцполе приближались трое. В черных форменных мантиях и темных очках.
И шли они именно к нам!
– Блейз Хантер, Доротея Льюис, – бесцветным и нейтральным голосом сказал средний из трёх. – Вы должны проследовать за нами. Все, что вы скажете или сделаете, может и будет использовано против вас. Сопротивление сотрудникам Бюро Магических Аномалий само по себе является преступлением…
В первый момент я запаниковала. А потом кое-что вспомнила и поискала взглядом Квентина в толпе. Мой кузен лучился самодовольством. Одной рукой обнимал Мику, другой – Ашу.
Ну да, разумеется. Я в тот раз ничего не ответила на эту его идиотскую идею с арестом, и мой кузен проявил инициативу.
“Блин, а ведь мы почти получили титул короля и королевы осени!” – подумала я.
– Но ведь Индевор не является… – начал Блейз, но я изо всех сил сжала его пальцы.
– Доверься мне, – мстительно шепнула я ему на ухо.
Поддельные бюрошники с суровыми и серьезными лицами вывели нас из зала.
Царило шуршащее такое молчание. Ну, это когда вроде тихо, но если прислушаться, то можно выцепить из общего “шуршания” отдельные фразы.
– …они же не имеют права…
– …Ханти и Льюис сами пошли…
– …надо было протестовать!
– …а потом всю жизнь скрываться в Индеворе, да?
– Что происхо… – успел спросить Блейз до того, как главный из троих “бюрошников” сделал быстрый жест обеими руками, набрасывая на нас с Блейзом чары “Паучий кокон”. Безопасный способ превратить людей в бессловесный груз.
“Квентину надо шею намылить за такую фантазию!” – подумала я, притянутая к Блейзу всем телом. Когда эти чары набрасывают сразу на двоих, то площади соприкосновения у двух тел максимальная
Нас погрузили в темный фургон и под завывание “фанфар” повезли по ночным дорогам.
Куда именно нас везут, я понятия не имела. Могла только предполагать…
“Хотя может и неплохая идея этот кокон… – подумала я. – Если бы не эта магия, то Блейз наверняка насел бы на меня с вопросами. И я бы раньше времени раскололась…”
В какой-то момент мне показалось, что нас везут слишком уж долго. За это время вполне можно и выехать из индеворской автономии.
“А вдруг это настоящее Бюро?!” – подумала я, когда фургон резко остановился.