Спрячь меня в шкафу! (СИ)

Глава 43

Не успела я ответить, как в дверь загрохотали. Кажется, и руками и ногами сразу, причем несколько человек. И кто это, мне было слышно еще до того, как я открыла.

Это явился в полном составе весь мой “гадючий клубочек”.

– Что случилось?!

– Кто тебя обидел?!

– Кого надо порвать на тряпки?!

Мика, Аша и Флора влетели в комнату, чуть не сбив меня с ног. Взбешенные, яростные, с горящими глазами.

Я чуть снова не разрыдалась.

Какие же они классные у меня! Язвительные, недобрые, всегда друг дружку поддевающие. Но в случае чего, реально кого угодно порвут. Как и я за любую из них!

– Квентин, что с ней?!

– Кто обидел нашу Дори?!

Ураган моих подружек бушевал еще несколько минут, наверное. Они меня обнимали, тискали, задавали вопросы, не дожидаясь на них ответов. Снова кидались обнимать и обещать, что сожгут все отсюда и до горизонта, только бы я не плакала.

И я все-таки снова разрыдалась, но теперь уже от умиления от всего этого.

По ходу дела сообразив, что произошло. Вильгельмине, видимо, мало показалось одного Квентина. Потом она встретила Флору и поделилась с ней беспокойством. Мол, кто-то меня обидел, я вся в слезах и соплях. Ну и мои подружайки, ожидаемо, тут же сорвались с занятий и примчались меня утешать.

Как умели.

Понятно, что накал страстей поугас, как только они сообразили, что опасность миновала. И что я тут не собираюсь вешаться на поясе от чулок.

– Раз уж мы все равно прогуляли, объявляю сегодня внеплановый девичник, – заявила Мика. И мои “змеючки”, прищурившись, уставились на притихшего Квентина.

– Я же свой… – попытался сказать он, но быстро понял, что фигню сморозил и примирительно поднял руки. – Все-все-все, я понял, ухожу-ухожу!

“Потом поговорим!” – одними губами прошептал он мне и просочился к выходу. Бросив многозначительный взгляд в сторону тумбочки.

Я проследила за его взглядом и похолодела.

Блин! Долбаные фиолетовые кружева!

– “Ванильная история”... Ооо, это прямо настоящие?! – воскликнула Аша, хватая бисквит с шоколадной крошкой. – Можно есть и не толстеть?!

– Они же стоят каких-то бешеных денег! – подхватила Флора, нацеливаясь на шоколадный трюфель. – Твой братец же нам жаловался, что его папа за бездарность лишил его карманных денег!

– Лишить карманных денег для Татстона, видимо, не то же самое, что для нас, – фыркнула я, метнувшись к тумбочку. Быстро села сверху и смахнула фиолетовый кружевной лифчик с прорезями для сосков в щель у стены.

С облегчением перевела дух.

Явись мои подружайки первыми, может я и рассказала бы им про Блейза.

Но сейчас…

Но первым явился Квентин и восстановил мою “броню”. И я поняла, что все еще не готова откровенничать. Рвать в клочья за любую из них – да. Сплетничать до рассвета – сколько угодно. Но обсуждать мои отношения с Блейзом…

Нет, не смогу.

Особенно если верить Квентину, и он действительно меня любит.

– А вы слышали, Милли Калахан на бал идет с Бартлби Блэком! – выпалила Аша, облизывая пальцы от подтаявшего шоколада.

– Да ладно! – недоверчиво нахмурилась Флора. – Калахан? Она компромат какой-то на Блэка нашла?

– Приворотное зелье сварила! – засмеялась Мики. – Не зря же она наседала на Лурье, чтобы та ей растолковала разницу между амор-лафрор и амор-фарфор.

– Ой, не смешите! – скривилась Флора. – Калахан и зелья нельзя даже на одной странице писать. Если бы она сварила что-то из приворотного, то Блэк бы от нее по всему колледжу убегал. А он ее на бал пригласил. Причем по всей форме так, в холле, куча народу видела.

– Проспорил, – уверенно заявила Аша.

– Или накосячил, а Калахан его покрывает, – Флора забрала из коробочки последний шоколадный трюфель.

– Ну, тебе лучше знать, это же ты с ним встречалась, – Мика толкнула Флору в плечо.

– Ой, не напоминай… – фыркнула Флора.

И мы все засмеялись.

– Слушайте, а что мы просто так сидим?! – вдруг спохватилась Аша. – Дора, показывай платье!

– Да, раз не хочешь говорить, кто тебя обидел, давай сделаем так, чтобы он сдох на месте, когда тебя увидит! – подхватила Мика.

– Ослеп от сияния! – подключилась Флора.

Пришлось слезать с тумбочки и лезть за платьем. И куда, я, интересно, в порыве ярости зашвырнула трусики от этого злополучного комплекта?

А на следующий день нам за прогул вставили по самое не могу. Потому что мы с моими “змеючками” умудрились пропустить за один день столько всего важного, что, кажется, все профессора разом решили спустить на нас всех собак.

Сначала нас отправили драить лабораторию в качестве компенсации за прогул практикума по зельеварению. Потом Вильерс, предсказуемо, вытащил нас всех четверых в центр аудитории и вместо половины лекции по истмагу нам рассказывали, какие мы необязательные, легкомысленные и ветреные. И потом еще сверху Вильерс нагрузил нас заданием написать дополнительное эссе.

А потом еще и Малкаски на ритуалистике обнаружила, что у нас четверых накопилось как-то много прогулов и заставила нас семь раз перечерчивать ритуальный круг, потому что с ее точки зрения он был недостаточно ровным. А остальные на нас тоже окрысились. Потому что принципиальная Малкаски решила задержать всех остальных, пока мы не справимся.

И когда мы прибежали в столовую, нас погнали в конец очереди, потому что это из-за нас сегодня вся эта фигня случилась.

Мы огрызались, конечно. А как иначе?

Но не особо, потому что сами знали, что вся фигня из-за нас. Не в драку же лезть, не хватало еще перед балом синяков наполучать.

Достаточно того, что утром перед балом придется тащиться в библиотеку, чтобы эссе это дурацкое писать…