Спрячь меня в шкафу! (СИ)

Глава 27

Конечно же, первым, на кого я налетела, сбегая с лестницы, оказался Стефан. И я ему даже обрадовалась. Ну, так-то он неплохой парень, хоть и несуразный немного. Платье мне купил красивое, подарок прислал…

– Прости, я пока не успела открыть твой подарок, – скороговоркой выпалила я, удерживая его на расстоянии вытянутых рук от себя. – У меня там просто такая история, что…

– Какой еще подарок? – удивился Стефан.

– А разве не ты… – начала я и замолчала. Ну да, это Мика сказала, что подарок от Стефана. Мои подружайки запросто могли решить, что это именно он прислал цветы и коробку.

– Я ничего тебе не отправлял, – заверил меня Стефан, снова пытаясь сократить дистанцию. Но я увернулась от его объятий. И в этот момент очень так резко вспомнила, что я опять без трусов. И юбка у меня как раз самая короткая. Но, кажется, никто не заметил, как я отпрыгивала.

– Так, Гордон, я не поняла! – с наигранным возмущением воскликнула я. – Если не ты мне прислал подарок, то с чего это ты руки тянешь?

– Эй, я же купил тебе платье! – возразил мне Стефан. В общем-то, резонно. Но признавать я этого не собиралась.

– Но сейчас же я не в нем! – я отступила еще на пару шагов и перевела дух.

Стефан прекратил попытки потрогать меня руками и, кажется, обиделся. Хотя явно старался не подавать вида. А еще, судя по отразившейся на его лице работе мысли, он обдумывал связку “подарок” и “всякие нежные нежности”.

Я не стала ему мешать и быстро ввинтилась в гущу событий, чтобы нахватиться каких-нибудь свежих сплетен.

И не то, чтобы мне было реально важно, кто это у нас такой смелый, что подкатывает киви к самой Марте Шерр, но тут такое дело. Нос нужно по ветру держать.

Но про Марту и ее ахахахахаля никто не говорил.

Активно болтали про новую аспирантку Бельфлер, которая сегодня утром буквально размазала по полу Мартина Арьяду. Я злорадно подумала, что так ему и надо, мне этот верзила высокомерный никогда не нравился.

Еще болтали о том, что скоро лафа с дежурствами в библиотеке закончится, потому что вроде бы примут нового библиотекаря, который наведет в нашем “храме знаний” порядок и разгонит всякие ночные посиделки и прочий разврат.

Много и активно обсуждали нашего декана Ван Дорна. Девчонки вызнали, что он не женат, что он – ах! – наследник здоровенного состояния. И вообще, возможно, будущий ковенмен.

И вся женская половина колледжа теперь вздыхает по этому суровому огненному красавцу. И я бы, наверное, тоже вздыхала. Если бы не один наглый рыжий староста…

Мое тело почувствовало приближение Блейза раньше, чем я услышала его голос.

– …и главное, когда зайдешь в розовый павильон, перешагни вторую и четвертую ступени, а на седьмой остановись и скажи вслух: “Пусподь!” – со своей непередаваемой интонацией, понять по которой, серьезно он говорит или прикалывается, было невозможно, вещал Блейз.

А двое второкурсников-акул внимали.

“Розовый павильон… – напрягла я память. – Это он им про Усадьбу Волвертонов рассказывает!”

“Акулята” внимали. Один – раскрыв рот и делая пометки. Другой – нахмурившись.

– Звучит так, будто ты над нами посмеяться хочешь, – сказал второй.

– Кто? Я? – Блейз всем своим видом продемонстрировал искреннее возмущение недоверием.

Ну, кстати, насчет дурацкого слова “Пупсодь” – это была абсолютная правда. Если это не сделать, то с потолка хлынет поток мерзко воняющих нечистот. Понятия не имею, как там все устроено. Но, кажется, на крыше над этим местом есть такой резервуар, куда стекает дождевая вода с грязью и пометом птиц, горгулий и пикси, которые в заброшенной усадьбе во множестве расплодились. И каждый следующий, кто не сказал идиотское слово, получает свою дозу.

И не спрашивайте, откуда я это знаю…

– …да кто вам сказал про меня такое?!

– А разве не ты подсунул Кирку ту розовую ленточку, из-за которой теперь над ним все смеются?

– Ничего об этом не знаю!

– Вот, я же говорил! Мне, между прочим, Кирк сам сказал!

– Ну ладно-ладно, ленточку – это я. Но ничего же страшного не случилось…

– Ханти, ты обалдел? Да у него эта ленточка взялась в бантик завязываться знаешь где?

Вокруг спора начала образовываться толпишка. Всем было интересна история с Кирком Плау и розовым бантиком на уроке у миссис Малкаски. Даже я подошла поближе, чтобы ничего не пропустить.

Но тут из толпишки в “центр композиции” выскочили две новые героини. Мари Мактаннет и ее заклятая подруга Шелли Мейз. Они очень часто и громко между собой ругались, постоянно делили одних и тех же парней, но при этом никогда друг от дружки не отходили.

А еще они обе были те еще оторвы.

И красотки, аж глазам больно. Блондинка Мейз и рыжая Мактаннет были прямо-таки созданы из мужских фантазий. А губы у Мактаннет такие, что я могла только завистливо вздыхать. От одного взгляда на ее губы у парней глаза соловели. И это еще до того, как она глубоко вдохнет, чтобы сиськи заколыхались.

– Ханти, что за дела?! – вот этими самыми сиськами размером с пару немаленьких арбузиков, Мари Мактаннет к Блейзу и прижалась. Цепко ухватив его под руку.

– Ты до сих пор никого не пригласил на бал! – к другому боку, томно изогнувшись, пристроилась Шелли Мейз.

– Это откуда у вас такая информация, девушки? – Блейз безо всякого стеснения приобнял обеих девиц. И вовсе не невинно приобнял, а весьма так недвусмысленно ухватил обеих за задницы! А Мактаннет этому так обрадовалась, что потянулась к лицу Блейза этими своими губищами…