Спрячь меня в шкафу! (СИ)

Глава 44

На самом деле, в этом даже было что-то забавное – идти по пустым коридорам колледжа ранним утром, когда все перед балом отсыпаются. Шаги такие гулкие, будто вокруг не привычные до последней трещинки галереи, переходы, холлы и закутки. А что-то такое таинственное, загадочное, незнакомое.

“Неужели здесь вообще никого, кроме меня?” – подумала я.

И мне показалось, что даже мысль от стен эхом отражается.

На самом деле – вполне возможно, что и правда так.

В смысле, что я реально одна такая.

Во-первых, потому что до завтрака еще два с половиной часа. У нас и в обычные-то дни настолько рано просыпаются только спортсмены, чтобы на пробежку успеть сгонять и зарядку сделать. Хотя нет, не настолько рано, все-таки попозже…

А мне сегодня просто не спалось. Всю ночь мне снились какие-то мутные кошмары. Я там сначала складывала друг на друга большие деревянные ящики, а потом мне было нужно открыть только один. И угадать правильно, иначе… Что-то.

Я проснулась, потому что была уверена, что не угадала, и обязательно случится что-то плохое.

Засыпать обратно мне не хотелось, вот я и подумала, что будет отличным решением – написать это треклятое эссе, пока все спят. Все равно не сплю.

Тогда я тихонько оделась, чтобы не разбудить Вильгельмину, и выскользнула из комнаты.

И пока что за всю дорогу от комнаты к библиотеке я не встретила ни единой души.

Библиотека была открыта, разумеется.

Она была круглосуточно открыта, хотя этот с этого пункта много у кого бомбит.

Мол, неправильно это, что хранилище знаний так неконтролируемо используется, надо бы следить за тем, кто туда ходит и зачем.

А то всякие несознательные личности ночью повадились тут устраивать всякие непотребства.

Лично я ничего такого в библиотеке не устраивала.

“Ну, если не считать того раза с Блейзом…” – непрошенно влезла в голову мысль.

Я скрипнула зубами и сжала пальцы.

Вообще у меня даже получалось не думать про рыжего старосту. Во всяком случае, вчера за весь день я про него вспомнила всего раза три. Ну, может, четыре. И разок погрустила, когда мельком его огненную шевелюру в столовой увидела.

А сегодня вообще не хотелось бы греть себе голову.

А то еще расплачусь, будут на балу глаза красные.

Зачем портить бал красными глазами?

Я потянула тяжелую дверь библиотеки на себя и быстро просочилась в образовавшуюся щель.

И стало как будто еще тише. Здесь в библиотеке не было гулкости коридоров. Как будто в комке ваты оказалась…

Никого не было.

Я перевела дух и почувствовала облегчение. Почему-то именно сегодня и сейчас мне не хотелось ни с кем разговаривать. А хотелось написать это дурацкое эссе и отдать этому дурацкому Вильерсу. Прямо на завтраке.

Так что я решительно направилась к стеллажам с книжками по истории и с некоторой тоской осмотрела корешки книг.

“Опять читать…” – подумала я. Сняла с полки томик “Антология боевых приемов времен Второй некромансерской войны” Мастерса. Не нашего Мастерса, который тактические полеты преподает, а другого, его деда.

Потом подумала и взяла еще одну книжку. “Исторический процесс через призму зельеварения и алхимии” какого-то Грэма Костичера.

И достаточно. А теперь нужно поиграть в занимательную мозаику…

Мы этот метод написания эссе придумали уже давно. И применяли в тех случаях, когда особо напрягать мозг не хотелось. Суть была в следующем – нужно было взять две или три книжки и открывать на случайных страницах.

Открываешь.

Кладешь обе раскрытые книги перед собой.

Читаешь.

Придумываешь важную философскую мысль, которая могла бы объединить эти два текста между собой.

Переписываешь своими словами.

Профит.

Может, получится и не особо гениально, но все равно возникнет иллюзия, что ты во-первых, читал хотя бы эти две книжки. А во-вторых – умеешь думать своей головой, даже если выводы сделал какие-то дурацкие.

А времяпотери минимальны – прочитать две страницы текста и сыграть с ними в чепуху.

Я открыла “боевые приемы” на случайной странице. Открыла “зельеварение и алхимию”.

Так, что тут у нас?

“Так называемые “орды нежити” в других исторических источниках превращаются в “группы”. Но давайте допустим… бла-бла-бла… масштабирование некромантических практик… бла-бла… сочетание чар и ритуалов…”

Ага, примерно поняла, о чем он.

Теперь что там пишет Грэм Костичер… Интересно, автор мужчина или женщина? Имя “Грэм” может носить кто угодно, а Костичер… Незнакомая какая-то фамилия…

“...таким образом, мы легко сложим эти загадочные два плюс два, если примем за аксиому, что на переговорах имело место примененное зелье. Иным способом… бла-бла… историческая загадка перестает быть загадочной… бла-бла… Однако не стоит сбрасывать со счетов… бла–бла… согласно шестому закону алхимической свадьбы…”

Ага, тоже, в принципе, ясно. Грэм топит за то, что исход очень многих исторических процессов был бы другим, если бы не скрытое влияние зелий. А конкретно на этой странице рассматривает шестой закон алхимической свадьбы, а это что-то про жребий. Точно не помню, но что жребий всегда кажется неуместным или что-то в этом роде.

Хм… Теперь надо как-то это все увязать в одну кучу – масштабирование при помощи ритуала и жребий, который в начале выглядит какой-то фигней… Если я правильно помню этот закон, конечно…

Тут внешняя дверь библиотеки скрипнула.

Да блин!

Я же почти все придумала, а тут кто-то явился. От входа мой стол было не видно, я забралась в довольно темный угол. Но и мне не видно было, кто там пришел.

– Я же говорила, что тут никого нет! – прошептал женский голос. Только я не поняла пока что, чей.

– Тогда давай запрем дверь, – прошептал второй голос, мужской. И тоже я пока не поняла, чей.

– Ты дурак? Нельзя закрывать библиотеку по правилам! – зашипела девушка.

Дальше началась какая-то возня. Недвусмысленная такая.

Кажется, кто-то пришел в библиотеку как раз затем, чтобы заняться тем самым непотребством, из-за которого то и дело вспыхивают скандалы в попечительском совете.

Интересно, кто на этот раз? Я выбралась из-под стола на четвереньках и посмотрела в щель поверх книг.