Руки прочь, Эйдан Линч! (СИ)

Глава 12 Эйдан

— Мы с Никки решили начать встречаться.

Как будто меня наковальней по голове приложили.

Я бросил на друга взгляд, полный ярости, а ладони сами сжались в кулаки. Он явно был настроен серьёзно, пытался взять Кнопку за руку, но в итоге ладонь Августа опустилась на её колено.

В ушах зазвенело, однако фантомный звон тут же уступил место реальному, когда Никки от неожиданности перевернула стол вместе с едой и посудой. Кажется, уж она-то к подкатам Августа относилась крайне отрицательно. И именно это вернуло мне возможность мыслить.

А ведь пару часов назад я ещё думал, что меня ждет весёлый и спокойный вечер, когда пытался разгадать странности, связанные с моей подругой детства.

Каталог печатей с первого по десятый уровень только назывался каталогом. На деле это был талмуд толщиной с кирпич. Из пары тысяч доступных для магов печатей я успел просмотреть первую сотню, сравнивая я той, которая обнаружилась на запястье Никки. Круг с заключенным в него треугольником, поделенным пополам. На вид просто, а на деле…

М-да. Я устало поморщился и потер веки, чтобы в глазах перестали плясать вальс квадраты, круги и прочие геометрические фигуры. И, как назло, предчувствие успеха не появлялось, будто я вслепую пытаюсь нащупать путь в лабиринте.

Печати вообще крайне интересный вид магии, который представляет из себя стабильное плетение, нанесённое на предмет или, простите, человека. Но с определенным сроком годности, как наши противозачаточные. Их нужно обновлять раз в пару лет, да, но по истечении отведенного времени они рассеивались сами. Стабильные, не слишком трудоёмкие и крайне полезные.

Такую легальную печать нет смысла скрывать.

Но Никки свою скрывала, причём неосознанно, на уровне инстинктов.

Чем больше я об этом думал, тем ощутимее в груди ширился и закипал гнев. На себя — за то, что не уберёг. На неизвестного — за то, что посмел вообще приблизиться к моей Кнопке и сотворить с ней такое! Потребность и острое желание защитить жалили меня изнутри, как рой диких ос, и я бы всё отдал за то, чтобы ощутить это раньше.

Тогда я бы не допускал одну ошибку за другой! Не забыл бы о том, что в этой жизни действительно имеет значение, а что легко можно из неё выкинуть, даже не заметив потери!

Поддавшись гневу, я с силой захлопнул каталог, выбивая пыль из дряхлых страниц. Но почти сразу выдохнул, призывая себя к подобию спокойствия. Вспышками эмоций делу не поможешь, тут нужно копать. Зато сейчас Никки рядом, под присмотром, это обстоятельство и стало тем якорем, за который я легко ухватился. Вновь открыл справочник, вновь завис на титульном листе.

«Полный каталог разрешенных печатей от первого до десятого уровня. Схемы и иллюстрации.»

А ниже приписка: «Внимание! Данное издание не содержит сведений о непреложных печатях.»

Так. Непреложные — те, которые нельзя снять. Настоящее насилие над магом — поставить печать без возможности от неё избавиться, и именно поэтому непреложные запрещены по всей Магразии. От этой мысли я сглотнул, чувствуя, как по спине бежит мороз дурного предчувствия. Я не просто облажался. Если своей безответственностью я разрушил её жизнь, то я себе этого никогда не прощу!

— Никки… — прошептал я, будто девушка за стеной могла меня услышать.

Но не время рефлексировать. Схватив бумагу, я быстро черканул на ней пару слов, встал из-за стола и стремительным шагом направился к Хеллу в спальню.

Его я застал на кровати, но слава Высшим, одетым. При моем появлении друг отложил учебник по магпотокам и удивленно вскинул бровь.

— Твой брат случайно не в курсе, есть в вашей семейной библиотеке эта книга? Или какая-то подобная.

Я протянул ему листок с примерным названием.

— Дэм отлучен от семейной библиотеке и от всех семейных артефактов из-за того случая на последнем курсе, — поведал друг, сцапав бумагу. — Но я могу посмотреть, когда выдастся свободный день.

— Только не тяни с этим, ладно?

— Ладно, — проворчал он, пробегая глазами по написанному, а потом едва не закашлялся от неожиданности. — Ты ведь не собираешься учиться накладывать непреложные печати? За это ссылают на каторгу.

Накладывать? Если этому нужно научиться, чтобы понять, как их снимать, то я готов. Была бы информация.

— Нет, не собираюсь, — почти не соврал я.

Но взгляд Хелла всё равно остался настороженным.

— А если серьёзно, зачем тебе запрещенные знания? — спросил он, не сводя с меня пристального взгляда. Но листок с название свернул пополам и положил на тумбочку у изголовья. — Даже если у тебя просто найдут эту книгу — исключат.

— Для общего развития, — теперь уже я лгал на полную. — Не бери в голову.

Это не мой секрет, и выдавать Никки я не собирался. Пока. Взял с друга обещание, что он сообщит мне о результатах поиска, и покинул его спальню. До спокойствия было далеко. Уже вернувшись к себе я проверил еще пару десятков печатей из каталога, ожидаемо не нашел совпадений, и решил, что можно спросить о них напрямую Дэмиена. Пусть сейчас он и не вхож в семейную библиотеку Блэков, что было равносильно опале, раньше он её посещал. Может что-то и подскажет.

От воспоминаний я очнулся под противный голос Кендры. Что ж, с этой проблемой ещё предстоит разобраться.

Я поймал умоляющий взгляд Никки и решительно кивнул. Больше я тебя не подведу. Ни за что.

— Откуда у неё?.. — продолжала удивляться почти невеста, когда я за локоть вытащил её за дверь. Вся эта ситуация, да и Кендра в частности, уже дико бесили. — Это же… Ты представляешь сколько это стоит?

— Кендра…

— Кому скажу, не поверят.

— Ты никому не скажешь! — рявкнул я, наконец добившись абсолютного внимания.

— С чего это вдруг? — вскинула она подбородок.

Отошла на шаг и прижалась спиной к стене, отделанной резными деревянными панелями.

— Потому что я так сказал.

В ответ на это девушка фыркнула.

— Не смеши, Эйдан. Мы даже пока не помолвлены, и уж точно я буду перед тобой…

— А я сейчас и не шучу, — перебил я Кендру. Дико хотелось выдохнуть, выпить, расслабиться, но отпустить её просто так я не мог. — О том, что ты только что видела, ты будешь молчать.

— Иначе что? Ну давай, мне даже интересно.

Ладно. Если хочет по-плохому, это я устроить могу. Благо, нужные рычаги давления имеются.

— Иначе твоя мать узнает, что ограбление в вашем особняке не было проделками пьяных горожан. Что некто заплатил пяти мужланам, чтобы они вынесли шесть ценных картин и два артефакта. Или их было три? — картинно призадумался я. — Поправь меня, если я не прав.

Даже в этом скудном освещении было заметно, как Кендра побледнела. Ну и хорошо, значит в кои-то веке проняло.

Но деланное равнодушие она нацепила на лицо быстро, всего через секунду.

— Ты не можешь этого знать.

— И всё же я знаю, что это была ты, — усмехнулся я.

— Без доказательств твои слова ничего не стоят.

— Доказательств нет, ты права. В неприметном кабаке на Пятом Осколке те ребята больше не появляются. А если бы и появлялись, допрашивать их никто не будет — осколок неуправляем. Твоя мать не дура, она с лёгкостью сопоставит факты, ведь ты сама просила у неё денег, а она отказалась. На что кстати? Ах да, хотела переехать в покои побольше, но они были тебе не по карману. И в итоге деньги ты нашла, не так ли? Продала одну из картин, а остальное припрятала. И переехала. Хватит лишь пары фраз, чтобы твоя мать сопоставила эти факты и навсегда потеряла к тебе доверие.

Я видел, что каждое сказанное слово достигает цели, и испытывал от этого мрачное удовлетворение. Кендра уже не настолько мастерски владела лицом.

— Вот значит как. И давно ты знаешь?

— Около месяца.

— Прелестно, — протянула она, коснулась пальцами ворота моей рубашки и провела ими по кромке. — Ты мог бы придержать эту информацию, но поспешил использовать её сейчас и ради… — мгновенный взмах ресницами, в этом Кендра просто мастер, но потом она выдала то, что не скоро сотрётся из памяти: — Пфф, да трахайся со своей крошкой, я же не против. Поимей её, наконец, тебя и отпустит.

Эти слова хлестнули по позвоночнику, как раскаленная плеть. Мысли, которые я упорно подавлял, прорвались наружу бурным потоком.

Темный закуток, куда я затащил Никки, чтобы обманом выведать правду, в которой сама она ни за что бы не созналась. За каждое слово я презирал себя, прекрасно понимая, что играю её чувствами, но просто не видел иного выхода. Пусть лучше будет ненавидеть, потому что чутьё буквально вопило о надвигающейся опасности. Но стоило мимолетно коснуться её губ… Нет, определённого этот день был одним из самых тяжёлых в моей жизни.

А потом та тоненькая полоска чёрного кружева едва не стоила мне сердечного приступа. Помню, как перестал дышать, а легкие сдавило от нехватки кислорода. Перед глазами мелькнула картинка хрупкого тела в этом самом белье, и как бы ни отрицал, как бы ни проклинал сам себя, картинка не просто понравилась — я хотел бы увидеть это чудо вживую.

Почему раньше не замечал? Довольствовался сиюминутными удовольствиями, популярностью, кайфовал от экстрима Турнира, но сейчас я вдруг остро почувствовал, что это лишь шелуха, которая не так уж и нужна, чтобы ощущать себя живым.

Обучение скоро завершится, мне светит распределение на аванпост, где придётся вновь столкнуться с мглой, забравшей слишком много жизней. Домой возвращаются три-четыре мага из десяти. Редко пять. Я спешил жить, потому что мог не успеть…

И в итоге упустил самое важное.

Кажется, Кендра была крайне довольна произведённым эффектом.

— Ты совсем ошалела? — глухо произнёс я, отчаянно стараясь сдерживаться.

Вот только образы обнаженной Никки всё равно мелькали перед глазами. Пришлось зажмуриться и выдохнуть, чтобы отпустило. А ещё повторить, что мне нельзя, просто нельзя так о ней думать! Она мой друг! А не очередная постельная грелка.

— Почему? — девушка цокнула языком и картинно закатила глаза. — У нас договор, забыл? Ты развлекаешься, я развлекаюсь. До тех пор, пока это не бросает тень на наши семьи и помолвку.

— Которой нет, — напомнил я ей.

— Пока нет. А когда наиграешься, я буду рядом.

— Ты больше не придешь без приглашения, поняла?

— Ты сам меня позовёшь, — выдала Кендра.

— Сомневаюсь.

— А ты не сомневайся, милый, — я увернулся от ладони, которую она направила к моему лицу, но Кендра этого будто и не заметила. — Позовёшь, потому что знаешь что? Мы с тобой одинаковые, — эти слова она произнесла вкрадчивым шепотом. — Трахнешь ты свою Никки, или нет, это даже не имеет значения. Ты всё равно придёшь ко мне.

Вот что она думает? Одинаковые? Стало противно, будто с ног до головы измазался в помоях и оказался в толпе чистюлей-аристократов.

И вот с этой девушкой я планировал связать свою жизнь? Едва она показала мне себя настоящую, я чуть не задохнулся от отвращения. Хотелось помыться. А еще лучше, прижать к себе Кнопку, и вдохнуть свежий аромат её волос, будто от этого простого действия я мог почувствовать себя чище. Или более живым.

Но мне надоел этот разговор до зубного скрежета.

— Подведем итог, Кендра. Ты держишься подальше и не лезешь к Никки. Не заявляешься ко мне без приглашения, не болтаешь об увиденном. И тогда твой грязный секрет останется со мной. Вопросы?

— Нет, милый, — хмыкнула она. — Ты чертовски сексуален, когда знаешь, чего хочешь.

И направилась к себе, цокая высокими каблуками.

Так. Эту битву можно считать выигранной, но вот горький привкус на языке мешал мне поверить в это окончательно.

И вернувшись в гостиную, я вновь окунулся с головой во всё произошедшее. Никки тут уже не было, зато был Август, который стучал в дверь ванной, приложив к ней ухо.

— Что это сейчас было⁈ — я резко развернул его и упёр спиной в стену.

Впрочем, мои руки он тут же скинул.

— Так и знал, что ты взбрыкнешь! — прошипел друг. — Это только между мной и Никки.

— Не похоже, будто она хочет, чтобы между тобой и ней что-то было.

— А вот тебя это не касается, — его взгляд стал тяжёлым, а слова и того хуже. — Ты ей не брат и не парень. Ты для неё никто.

— Пусть так, — как можно более ровнее произнес я, хотя правда неприятно кольнула в самое сердце. — Но я всё равно не позволю тебе настаивать на отношениях, если она против.

Было видно, что он хотел сказать что-то важное. Его буквально распирало, в глазах блестели шальные огни, но Август сдержался. Проглотил слова и кивнул, а я отступил.

— Давай просто оба выдохнем и дадим Никки отдохнуть, — произнес я уже спокойнее, дождался утвердительного кивка и оглядел локальный погром.

Еду спасти даже не пытался. Просто активировал плетение бытового заклинания и закинул осколки посуды, бутылку и прочее в открывшийся пространственный карман. Август избавился от пятен вина на ковре, но вот обугленный ворс… К сожалению, в этом мы оба были бессильны, а значит от ректора вскоре придет счет за порчу институтского имущества. Ладно, это вообще мелочи.

Зато остались ещё две нетронутые бутылки! Настроение резко скакнуло вверх.

Однако, в первые секунды, когда Никки появилась в гостиной в компании Хелла, я напрягся. Но оба не выглядели угнетёнными от того, что пришлось делить одно помещение на двоих, и поэтому эту тему я не развивал. Хватит в нас нервотрёпки. Даже был признателен другу, ведь ясно, что он помог Никки утихомирить огонь, и явно сделал это быстрее, чем я в тот первый раз. Это его стихия, тут всё понятно.

И к моему удивлению, от бокала вина Кнопка не отказалась, а я напряг парней, чтобы поискали у себя что-то съестное, и уже через пять минут девушка съела почти все крекеры и соленый арахис.

Зато когда из ванной донесся непонятный шорох, а следом звон бьющегося стекла, мы с Августом одновременно вскинули головы. Поднявшись, он напряженно прошел к двери, а я поймал весёлый взгляд своей Кнопки, глаза которой буквально светились от плохо скрываемого предвкушения. Тут до меня дошло — а расслабленный Хелл косвенно подтвердил эту догадку — в ванной обосновался необычный и крайне наглый элементаль, который сейчас…

— Что за…

Бух! Август вылетел из ванной и с грохотом приземлился на спину.

— Ёхт я! — донеслось из-за двери под дружный смех всех, кроме пострадавшего от копыт.