Проклятье речного змея

Глава 21

Глава 21.

С Потемкиным он встретился за несколько кварталов от офиса. Как заправский шпион, шагал пешком по узкому переулку прежде, чем вышел к машине друга. Антоха увидел его первым и просигналил, давая понять, что ждет внутри, но Заречный не хотел рисковать и кивком велел тому выйти.

— Полагаешь, жучки могут быть и в моей машине? — усмехнулся Потемкин.

— И даже в моей. — Дмитрий наблюдал, как улыбка медленно сползает с лица заместителя.

— Кто? — выдохнул он.

— Вариантов было два, — не стал скрывать Заречный. — Ты и Марина.

— Марина? — удивился Антон. — Мне казалось, что предателем должен быть кто-то мудрее, обремененный интеллектом и не блондинка.

— Внешность обманчива, — пожал плечами Дмитрий. — Особенно, когда в дело вмешивается вся эта сверхъестественная муть! — Он явно начинал злиться, а ему сейчас ох как нужна была светлая голова. — Кто бы мог подумать, что нас с тобой будут окружать ведьмы и колдуны. Так не долго и до леших с барабашками дойти.

— Что предлагаешь?

— Вряд ли Марина действует в одиночку. Наверняка ей стучит охрана, докладывая обо всех моих передвижениях. Иначе, она обязательно бы попалась. Для начала нужно попасть в мое же здание незметно.

— Да-а-а…. — задумался Потемкин. — Ну и задачки ты ставишь. Хотя, нет ничего невозможного. На территорию я тебя провезу в своей машине. Кстати, у меня в багажнике рабочий комбез с логотипом завалялся, еще после инспекции лесопилки. В нем тебя не только охрана, я бы не узнал! Когда планируем вылазку?

Заречный задумался. Отчего-то его никак не отпускала мысль, что где-то он все же допустил промах. И эта ошибка никак не была связана с офисом. Тут без вариантов — дело должно выгореть. Так говорила интуиция, а ей он доверял.

— Прямо сейчас и отправимся. Рабочий день в самом разгаре. Тем более Усольцева сама ворожила, а ведьма зря не скажет, — хмыкнул Дмитрий.

— Это которая Усольцева? — ехидно поинтересовался друг.

— Ворожила старшая, но ведьмы они обе!

— Все бабы ведьмы, некоторые даже не маскируются, — добродушно хохотнул Антон.

— Скажи, а ты знал, что Марина в меня влюблена? — вдруг спросил Заречный.

— Все знали. Да не парься ты, в тебя все бабы влюблены. Ну или в меня, я ведь тоже очаровашка, — продолжил хохмить Потемкин, но замолчал сразу, как только открыл багажник автомобиля.

Комбинезон Дмитрию он вручил уже молча. Всю дорогу орало радио, заглушая любой посторонний звук. Перед знакомой парковкой Заречный пригнулся. На въезде машина притормозила.

— Доброго здоровьичка! — добродушно крикнул Потемкину охранник.

— И тебе не хворать, — отозвался Антон и двинулся к запасному выходу.

Ключ от двери был лишь у Заречного, поэтому никто из сотрудников ею не пользовался. Появление в офисе Потемкина тоже не должно взволновать Марину. Черная лестница выходила как раз с той стороны этажа, с которой находился кабинет Дмитрия. Да и на этаже начальства обычно никто не ходил, поэтому добраться до приемной никем не замеченными труда особого не составило.

— Здравствуйте. Нет, Заречного нет на месте, — кому-то отвечала Марина.

Казалось бы, обычный ответ секретаря, который еще днем ранее не вызвал бы у Дмитрия никаких подозрений. Но только не сейчас. Он притормозил Потемкина и решил послушать беседу до конца.

— Да, я могу говорить свободно, — меж тем продолжила девушка. — Я вам оказала услугу, передав информацию по тендеру. А это было совсем непросто, потому что данный вопрос выходит за рамки моей профессиональной деятельности. Кроме того, в достижении моих личных целей, я с вашей помощью так и не продвинулась, поэтому прошу больше меня не беспокоить.

Антон дернулся, порываясь вмешаться, но Дмитрий чувствовал, что все самое интересное ждет его впереди.

— Стой, — одними губами произнес он.

— Мне плевать! — закричала Марина, а потом ее голос вдруг изменился. Стал намного тише и монотоннее, словно живого человека заменил робот: — Да. Поняла. Сделаю. Удалю. Какой код? Минуту, я записываю.

К полному изумлению Заречного, секретарь сейчас повторяла пароль от его компьютера. Быть того не может! Однако, он только что все слышал своими ушами.

— Поняла. Установить программу и связаться с вами.

— Куда смотрит наша служба безопасности? — процедил Заречный и шагнул в приемную.

Марина сидела за своим столом и смотрела в одну точку бессмысленным, почти стеклянным взглядом. Дмитрий не помнил, чтобы при встрече с Усольцвой секретарь настолько отрешалась от действительности. Хотя, тогда девушка была сильно напугана.

От звука распахнувшейся и ударившейся об стену двери Марина вздрогнула и обвела помещение уже совершенно иным взглядом.

— Дмитрий Петрович? — скорее удивленно, чем испуганно спросила девушка, после этого ойкнула и сбросила входящий звонок еще до того, как Потемкин дотянулся до ее телефона.

— Опа! А кто это тут нам звонил? — протянул Антон, листая список последних контактов. — И кто такая загадочная тетя Зоя? Проверять будем или сама расскажешь?

Аппарат в руке зама завибрировал и разразился трелью модного рингтона.

— Тут родственница переживает. Успокоить не хочешь? — ехидно поинтересовался Потемкин. Марина замотала головой, а на глазах выступили слезы. — Поздно, девочка моя, сырость разводить. Ты уже достаточно взрослая, чтобы отвечать за свои поступки и понимать в какую клоаку всунула свой нос.

Телефон звонил вновь, и Потемкин сбросил вызов, потом и вовсе отключил аппарат. И если Дмитрий тяжело опустился на один из диванов, то его зам просто не находил себе места. Впрочем, слов он тоже не находил. Метался по приемной, словно дикий лев по клетке.

— Как ты могла, Марина? Как? — заорал он. Девушка уже не просто всхлипывала, она подвывала. — Догадываешься, что бывает с тупыми курицами, которые голову сами под топор кладут? Они еще несколько минут по двору без бошки бегают, разбрызгивая вокруг кровь! А все потому, что мозгов в куриной голове нет! На инстинктах клуши бегают! Как ты!

— Антон! — рыкнул Заречный.

— Что Антон? Я уже тридцать четыре года Антон! Что прикажешь с ней делать? — Потемкин никак не желал успокаиваться и бесился все больше и больше. Отчасти Дмитрий понимал его, ведь, по большому счету предателя пришлось искать ему.

— Сядь! — и вроде Заречный сказал негромко, но зам опустился в кресло рядом со столом секретаря, а Марина перестала завывать и притихла. — А теперь мы спокойно поговорим. Антон, кофейку бы, а девочке водички не помешало бы.

— Дмит…рий Петро…вич, я… я… — секретарь сквозь всхлипы пыталась что-то сказать, но слезы и подступающая истерика душили, не давая ей сказать ни слова.

— Я, я… Головка от пылесоса! — в сердцах буркнул Потемкин и зашагал к бойлеру.

— Валерьянки ей туда капни или корвалола какого-нибудь, — посоветовал Заречный.

— Сказал бы я, что ей накапать! — огрызнулся Антон, но уже через несколько секунд в воздухе запахло лекарством.

Несколько минут тишину в кабинете разбавлял только стук зубов Марины о стеклянный край стакана. Девчонка все еще дрожала, но уже заметно успокоилась.

— Рассказывай! — Дмитрий оставил пустую чашку на журнальный стол и сложил руки в замок у себя на колене.

— С чего начать? — тихо спросила Марина.

— Проще начинать с самого начла, — пожал плечами Заречный. — И учти, я прекрасно осведомлен о твоих чувствах ко мне и не считаю их смягчающим обстоятельством твоих поступков. Мне нужны подробности. Кто из людей Гольцмна на тебя вышел? При каких обстоятельствах? Какие документы ты передавала и кому? Можешь даже умолчать о вознаграждении, которое тебе обещали за услуги.

— Вознаграждение? — удивленно захлопала глазами секретарь.

— Только не говори мне, что ты альтруистка и оставила тысячи людей без работы ради какой-то своей идеи! — скривился Потемкин.

— Я не хотела никого оставлять без работы! Их интересовали только виды работ, указанные в нашем проекте! Я в этом ничего не понимаю, поэтому нужный кусочек пришлось сфоткать и отослать!

— Марина, у Гольцмана была вся документация по тендеру. Кроме того, он прекрасно знал, кто из администрации не берет взяток и проводит честные торги. В нашей компании об этом знали трое: я, Антон Сергеевич и ты. — Заречный не сводил с секретаря глаз. — И этот человек пропал. Возможно, он убит. А виновата в этом…

— Это не я! Не я! — закричала девушка. — Клянусь, я вам рассказала все! Только одно фото и никаких имен!

В конце она практически сорвалась на визг, и Заречный поморщился, вспомнив, за что никогда не любил женщин. Слабые, громкие, истеричные создания, за которых всегда должен нести ответственность мужчина. Слишком расслабился, потому что Елена оказалось полной противоположностью тем дамам, с которыми ему обычно приходилось общаться. Прошло несколько дней, а он не только ни разу не испытал усталости от их общения, но с удивлением заметил, что его как магнитом тянет к этой ведьме. В ее генах он больше не сомневался. Более того, принял как факт и смирился.

— Давай на чистоту, — устало выдохнул Дмитрий. — Что тебе пообещал Гольцман за информацию о тендере?

— Вы думаете, я за деньги? — ошарашено выпалила Марина. — Я три года рядом с вами, пережила всех Фурий, Гарпий, Мегер, и тут появляется она!

— Кто? — усмехнулся Заречный.

— Ведьма ваша! — почти выкрикнула девушка. Даже слезы высохли. Не иначе — от возмущения.

— И чем же он отличалась от предыдущих гарпий? Что тебя встревожило? — Дмитрий и сам не понимал, зачем задал этот вопрос. Наверное, для того, чтобы посторонний человек вслух высказал то, что он уже понимал и чувствовал, но до конца признаться даже себе боялся.

— Да смотрели вы на нее, Дмитрий Петрович, так, словно весь ваш мир только вокруг нее и вертится, словно она для вас глоток живительного воздуха и главное сокровище. С такой трудно бороться. Особенно, если тебя на протяжении многих лет не замечают! — Марина снова всхлипнула, а в душе Заречного поселилась тревога. Она нарастала с каждым мгновением.

— Продолжай! — он вцепился в подлокотник дивана и почувствовал, как отрастающие когти вспарывают кожаную обивку.

Потемкин подошел почти вплотную и едва слышно шепнул:

— Дима, успокойся! Дима…

Заречный и сам чувствовал, как меняет его злость, требуя выхода. Зверь желал разорвать предательницу. Не за тендер, нет. Змей хотел отомстить за Елену, Леночку, Еленку. А человек, пусть это и прозвучит для нормального городского обывателя дико, понимал, что девчонку попросту обманули, сыграв на ее чувствах к нему. Без магического вмешательства не обошлось. И, если он хочет поквитаться с Гольцманом, то искать и устранять нужно колдуна. И, к сожалению, без Усольцевых тут не обойтись.

— С-с-скаш-ш-ши-и, ш-што-о-о обес-с-с-счал Гольцман? — прошелестел он и сам вздрогнул от того, как позвучал его голос.

— Дмитрий Петрович, у вас чешуя и г-г-глаза-а-а-а-а-а!!! — заверещала Марина.

— С-с-скаш-ш-ши! — обивка под напором когтей снова треснула.

— Говори, ненормальная! — крикнул Потемкин. Он тоже выглядел очень испуганным.

Секретарша зажмурилась и задрожала всем телом.

— Говори! — рыкнул Антон, пробираясь подальше от друга. Он, конечно, считал себя достаточно смелым, но с водяным драконом один на один встречаться как-то не планировал. — Хочешь, чтобы он нами поужинал?

— Не-е-е-ет! — завопила Марина, потом выкрикнула: — Я просто попросила убрать ее с моей дороги!

— Ш-ш-ш-ш-што-о-о-о-о? — огромная, когтистая, чешуйчатая лапа потянулась к горлу девушки.

— Идиотка! Люди Гольцмана убирают только одним способом! — рыкнул Потемкин.

Но секретарь уже ничего не соображала, она с ужасом смотрела на приближающегося Заречного, а потом ее глаза закатились, и девушка обмякла в кресле.

— Готова! — выпалил зам.

И горящие желтые глаза уставились на Антона, мужчина дрогнул. Зрелище, признаться, не для слабонервных. Холодный пот скатился по виску на скулу, а вдоль позвоночника неприятно похолодело.

— Дима, ты слышишь меня? — прошептал он. — Ленка твоя в опасности. Лен-ка! Понимаешь меня? Не время сейчас по офису чешуей мусорить! Да приди же ты в себя, хрен болотный!

Желтизна уходила, и глаза Заречного привычно синели. Потемкин украдкой выдохнул, не забыв сквозь зубы добавить пару десятков крепких слов в основном говорящих о том, где он видел всю эту чертовщину.

— Ну, как ты, рептилия переросток? — спросил Антон, протягивая другу стакан воды.

— Бывало лучше, — просипел Дмитрий. — Но жить буду.

— Куда ты денешься! Может, тебе тоже корвалолу накапать?

— Лучше виски! — выдохнул Заречный, одним глотком осушая стакан.

— Потом, Дима! Все потом! Звони Усольцевой!

Телефон Елены молчал. Ему пришлось звонить на номер Агриппины, на тот самый, который он лично завел для своих советников по магии. Ждать пришлось долго.

— Димочка! — обрадовалась Ядвига. — Как с предательницей? Разобрался ли? Ты учти, девочка, конечно, виновата, но там и темные силы вмешались.

— Подождите! — рыкнул Заречный и сделал короткую паузу, вслушиваясь в блаженную тишину. — Лена дома?

— Лена? Вышла воздухом подышать на набережную. — Ядвига осеклась и осторожно поинтересовалась: — Не случилось ли чего?

— Я не могу до нее дозвониться, — все еще сгорая от беспокойства, признался Дмитрий.

— Так это ты трезвонишь? — вырвала трубку Гриппа. — Оставила Елена телефон свой. Вон он на столе лежит. Как с тобой поговорила, так с лица и спала. Посидела, подумала и на воздух вышла. Хотела бы я знать, чем ты умудрился ее расстроить!

— Просто попросил ее быть осторожнее.

Заречный пытался вспомнить, что в его словах могло задеть или обидеть Елену, но на ум совершенно ничего не приходило. Идиот! С особенными женщинами и общаться нужно по особенному, каждым словом даря душевное тепло.

— Просто попросил… — передразнила его Гриппа. — Гордость ведьмы задеть легко, сложнее получить прощение. Дуй к нам, пока она там себе страшилок про тебя не надумала.

— Еду! — тут же отозвался Заречный.

Лишь бы успеть. Дмитрий направился к выходу.

— А с этой что делать? — Потемкин кивком указал на Марину.

— Останься с ней и проследи, чтобы сегодня она не покидала здания. Займи ее чем-нибудь, а потом решим, что с ней дальше делать.

— Чем я ее займу? — возмутился Антон, потом окинул тело девушки критическим взглядом и задумчиво протянул: — Хотя…

— Никаких «хотя»! — строго предупредил Заречный. — Приставь ее к какому-нибудь делу.

— К какому еще делу? — скептически хмыкнул Потемкин. — Судя по поступкам, вид — дура, подвид — необыкновенная.

— Почему необыкновенная? — поинтересовался Дмитрий.

— У обыкновенной бы фантазии на такое не хватило.

— Пришли мне несколько ребят на набережную, машину возьму твою. А Марину печатать заставь.

— Что?

— Да хоть Трудовой кодекс пусть перепечатывает! — Заречный указал на толстый талмуд чудом примостившийся на полке межу папок и покинул приемную.