Проклятье речного змея

Глава 12

Глава 12

Дмитрий Петрович вскинул подбородок, обвел всех внимательным взглядом (на мне, разумеется, остановился дольше), и изрек:

— В целом я понял вашу проблему и, думаю, смогу помочь. Тем более, она переплетается и с моими собственными интересами тоже. История с опубликованием документов по химзаводу сыграет мне на руку, а Гольцмана заставит на время затаиться. Это позволит без спешки собрать все материалы для решительного удара. Теперь, что касается… — Заречный сделал паузу, а потом произнес мое имя так, что внутри что-то запело, а кровь-предательница прилила к щекам. — Что касается Елены. Вы ведь экологом трудитесь, не так ли?

Синие глаза заставляли плавиться и растекаться лужицей, но я держалась. На упрямстве держалась, потому что уступить однозначно означало погибнуть. Таких, как змей не забывают, до конца жизни пытаются по кусочкам склеить разбитое им сердце.

Кажется, он что-то спросил, а я, разумеется, ответила. Самое умное, что пришло мне сейчас в голову.

— А?

— Говорю, экологом трудитесь, Елена? — терпеливо повторил свой вопрос Заречный, при этом улыбнулся так, словно прочел мои мысли. Я же почувствовала себя полной идиоткой.

— Им самым, — кивнула в ответ. Голос не дрогнул — уже хорошо. Теперь бы еще смущения своего не выдать.

— Отлично. Тогда сделаем вот что, мне все равно требуется заключение по лесопилке и бетонному заводу. Вот я и попрошу, чтобы Елену… — он смущенно кашлянул. — Как вас по батюшке?

— Мирославовна, — любезно подсказала я.

— Чтобы Елену Мирославовну Усольцеву откомандировали ко мне на фирму. Скажем, сроком на один месяц. — Если честно, обидно стало еще больше. Нет, он, конечно, угадал, что у нас с бабушкой фамилии одинаковые. Но то, что Заречный даже не предположил, что я могу носить фамилию мужа или пусть даже бывшего мужа, расстраивало. — Только вот больничный придется закрыть раньше. Давайте так, завтра утром за вами подъедут мои люди, и в офис вы поедете через поликлинику, идет?

— Вряд ли поликлиники работают по субботам, — резонно заметила я. — Если только дежурный врач. Но что-то мне подсказывает, что он не станет экстренно закрывать липовый больничный.

— Еленка, ну какой липовый? Самый настоящий! — надулась Ядвига.

— А ведь верно, мы на рыбаку в пятницу уезжали. Значит… — И тут у него ничего не сошлось. Пазл не сложился, контакты коротнули, и Дракон Петрович задал такой же по степени идиотизма вопрос, как я несколькими минутами ранее. Чем, собственно, значительно повысил мое чувство собственного достоинства и самооценку. — Как суббота? Почему?

— По календарю, — приоткрыла ему завесу практически тайных знаний.

— Этого не может быть! — выпалил он. Все мои родственницы и даже дядя Саша старательно отвели глаза, оставляя тем самым всю разъяснительную работу мне. Ну и ладно, мне не сложно. Скорее даже в радость лицезреть растерянного Заречного.

Поэтому начала с констатации факта.

— Может, — подтвердила я.

— Но вчера была пятница. — Мда, идиотский у нас диалог какой-то получается.

— Вчера был четверг, а позавчера среда, — терпеливо объяснила я. — Так бывает. Давно уже. С тех самых пор, Дмитрий Петрович, как тот самый календарь, который я уже упоминала, придумали. Да не волнуйтесь вы так. Давайте начнем с месяца и числа. У вас с числами как? Получше, чем с днями недели?

Змей хмыкнул.

— Намного! — заверил он, и не успела я порадоваться, как тут же добавил: — Ну и язва вы, Елена Мирославовна! Слушал бы и слушал. Так что там, говорите, с числами?

Наглец. Но какой обаятельный, и главное, сходу сарказм просек и на такую же манеру общения переключился. Вот что значит профессионализм.

— С числами все просто. В этом месяце их 31 штука. Например, сегодня 25е. — И я улыбнулась. А что? У меня тоже зубы хорошие.

Заречный заметно сник. Гриппа уткнулась в свою чашку и вообще пыталась мимикрировать под кухонную утварь. Правда, получалось у нее плохо.

— Хотите сказать, что я неделю по реке плавал? — недоверчиво спросил змей.

Ох, милый, не по реке! Бери выше… Точнее, глубже бери! В реке! В ней самой! Вслух же сказала совсем иное:

— Боюсь, я этого просто не знаю.

— Мне нужно позвонить! У вас есть мобильный телефон? — Дракон Петрович с надеждой посмотрел на Светлану.

Родственница так расчувствовалась, что едва не плакала. Я же, хоть и сочувствовала змею, но где-то глубоко внутри посмеивалась над тем, как ему сейчас придется лезть на березу, предвкушая выражение холеного лица.

— Сейчас-сейчас, — вдруг засуетилась хозяйка. — Одну минуточку. Вы, понимаете, мы в глуши живем, и не каждая связь здесь ловит. — Вот он момент истины! — Подождите минутку, Дмитрий Петрович, я только до трансформаторной схожу и телефон принесу. Мы на ночь спутниковую антенну отключаем.

Что? Ну, ведьмы!!! Как Леночке, так на березу лезь — пятая ветка сверху самая счастливая, а как Заречному, так телефончик в дорогую улыбку? Припомню! А у ведьм, в отличие от драконов, память долгая и месть изощренная.

Но принесла Светлана не телефон, а довольно большую рацию.

— Извините, — немного смутилась она. — Здесь только громкая связь. Сами понимаете, нам с мужем скрывать друг от друга нечего. Если хотите, мы все выйдем. Вам нужно нажать вон ту красную кнопку и, удерживая ее, назвать оператору нужный номер.

— Пещерный век! — хмыкнул Заречный, но устройство взял и даже милостиво сообщил: — Я пока тоже ни о чем секретном говорить не планирую.

То есть нам дозволялось остаться. Вот и хорошо, потому что я бы этот разговор ни за что на свете не пропустила.

— Девушка, будьте добры… — он продиктовал номер и, когда пошли гудки, принялся ждать, нервно барабаня пальцами по столу.

— Слушаю, — ответили на том конце.

— Антоха, здаров!

— Дима? — недоверчиво спросил собеседник, и голос его дрогнул.

— Я. — Подтвердил Дмитрий Петрович, в трубке что-то упало, и воцарилась тишина. — Антон? Антон!

Заречный даже подул на рацию.

— Связь оборвалась, что ли? — спросил он у Светланы. Мне же было жаль его заместителя. Судя по звуку, приложился парень основательно.

Хозяйка посмотрела на индикатор рации и ответила немного растерянно и как-то сдавленно:

— Нет, со связью все в порядке. Должно быть…

В трубке снова что-то загрохотало, потом зашипело, и снова послышался весьма приятный, но очень уж взволнованный голос:

— Димон, это и правда ты?

— Я это. Я! — теряя терпение, уведомил собеседника заречный. — Куда ты пропал? Что там случилось?

— Стулья у нас в офисе хлипкие! — не вдаваясь в подробности, сообщил зам. — Димочка, а ты сейчас где?

При слове «Димочка» Дракона Петровича перекосило. Даже не нужно быть ведьмой, чтобы понять, ругнуться он хотел витиевато и в женском обществе совершенно неприлично, но передумал. А скорее всего — отвлекся. Его лицо вдруг стало вновь удивленным, а глаза сменили цвет на насыщенно голубой.

— А действительно, где я? — под пристальный взгляд змея снова попала Светлана.

— На Власинской заимке, в лесничестве, шестьдесят седьмой километр.

— Слышал? Кстати, тут наша знакомая Усольцева Агриппина Саввична. Очень мне помогла.

— Кто? — прохрипели, а потом закашлялись в трубке.

Я посмотрела на бабушку. Причем, очень внимательно. Гриппа разглядывала потолок, упорно делая вид, что разговор ее никоим образом не касается. Вот же затейница!

— Потемкин, тебе что, память отшибло?

— Мне? Мне-то, как раз, нет! А ты беги оттуда! — у зама явно прорезался голос.

— Что? — Дракон Петрович совершенно ничего не понимал. Да и, правда, где ему, сердешному? Сама бы не поверила, если бы своими глазами его в чешуе и с хвостом не увидела.

— Линяй оттуда, слышишь? Ноги делай! Уходи огородами! — заорал меж тем Потемкин, чем еще больше озадачил своего босса.

— Здесь нет огородов… — тихо ответил он, но потом, видимо, и его змеиное терпение лопнуло. — Какими огородами? Что ты, черт возьми, мелешь?

— Я мелю? — захлебнулась трубка. — Да тебя уже почти неделю все МЧС области по всем рекам ищет! А находит, значит, все та же Усольцева, которая и прокляла? Знаешь, Димон, я в совпадения не верю! Я своими глазами видел, как ты в серебристого дракона превратился и уплыл! Даже не думал, что еще раз увидеться придется.

— В какого, к лешему, дракона? Совсем там без меня с ума посходили? — грозно рыкнул Дракон Петрович. Да так это у него получилось, что даже я вздрогнула и подскочила на стуле. Как с таким сатрапом люди-то работают? — А тебе, Антоха, я давно говорил, завязывай со спиртным! Уже драконы мерещатся. В общем, так, чтобы через два часа машина с шофером была на заимке. Сам не приезжай, займись лучше Гольцманом. Там статья на него должна была выйти…

— Уже вышла, весь город гудит, — сообщил тот.

— Так вот, найди журналиста и тащи его к нам в офис. Похоже, спасать нужно будет эту отчаянную голову.

— Понял.

— Тогда, до встречи.

— До встречи, — ответил зам, но, прежде, чем отключиться, все же добавил: — А о драконах и ведьмах мы все же еще поговорим.

Рация замолчала. Змей виновато посмотрел совсем не на Гриппу, а почему-то на меня, и примирительно произнес:

— Чертовщина какая-то…

— Это вряд ли! — авторитетно заявила Ядвига.

— Еще чайку? — тут же подсуетилась Светлана.

— А покрепче ничего нет? — с надеждой спросил Дракон Петрович.

— Настоечка. Успокоительная. На травах.

— Годится, — кивнул Заречный и совершенно зря не посмотрел в этот момент на меня.

Потому что я-то эту настоечку уже пробовала. И что? Целовалась потом с тварью речной огромной. А куда занесет его, вообще, неведомо. Впрочем, от рюмки отказались только я и дядя Саша. Степной горячительное не пил принципиально, предпочитая всем компаниям своего четырехколесного друга.

Бабушки мои тоже стресс запивали. А Светлана, как хозяйка и изготовительница зелья, пример показывала.

— Хороша настоечка-то, — похвалила ее Гриппа, закусывая хрустящим соленым огурчиком. — И богородской травки не пожалела. Молодец!

— А вы правда ведьма? — осторожно спросил Заречный. Говорила же я, что Светина бормотуха язык на раз развязывает!

— А то как же, — весело ответила бабушка. Ох, неужели, и ее на откровенность потянуло? — Секрет я тебе, милок, открою. Все бабы ведьмы. Да-да! Абсолютно все! Так нам природой на роду написано. Только одни творят, а другие вытворяют. Вот и вся разница.

— Что-то такое я давно подозревал, — пробурчал Дракон Петрович и все же согласился на чай.

Услышав о том, что Мишку собираются доставить в офис к змею, я занервничала, потому что чувствовала себя виноватой. Только благодаря мне бедный Затеин оказался втянут во все передряги, связанные с химзаводом. Если бы не позвонила ему, не передала документы, то жил бы он себе спокойно дальше. Разумеется, это в корне меняло мои планы. Я собиралась напроситься с Заречным, и тем обиднее прозвучали его слова:

— А вам, Елена…

— Мирославовна, — любезно подсказала я.

— Мирославовна, — послушно повторил змей. — Вам я бы рекомендовал не совершать лишних телодвижений, а до понедельника отсидеться здесь, в тишине и покое. Машину я за вами пришлю.

Что? Это он всерьез? Да без моих лишних телодвижений сидел бы он сейчас в реке и лопал лягушек!

— Благодарю вас, Дмитрий Петрович, но я намерена поехать с вами сегодня.

— Не уверен, что это хорошая идея, — блеснул он на меня синими глазами. И, знаете, драконом змей мне нравился гораздо больше. Мы практически с полуслова понимали друг друга. С этим же красивым мужиком что-то не заладилось с самого начала.

— А вот я уверена в обратном. Могу пояснить!

— Не сочтите за труд, Елена…

— Мирославовна! — в очередной раз напомнила я, уже нисколько не сомневаясь в том, что мое отчество он помнит, но издевается. — Так вот, я еду с вами, потому что Мишка мой друг, и это я его втянула в свои разборки с Гольцманом!

— Допустим, — спокойно ответил Заречный.

Мало? Так я и добавить могу.

— Кроме того, бандиты уже знают, где я нахожусь. Поэтому из-за меня и Светлана, и ее супруг находятся в опасности. Предупреждаю, если вы меня с собой не возьмете, то я уеду в город самостоятельно.

— А девочка-то права, — поддержала меня Гриппа. — Да и мы с Ядвигой пригодиться можем.

— Не-е-е-ет! — хором ответили мы. То есть я и Дракон Петрович.

Причем, сделали это не сговариваясь и очень слаженно, кажется, сильно задев родственниц отказом. По крайней мере, обе бабушки синхронно поджали губы и промолчали. В том, что они двинутся следом на приоре дяди Саши, даже сомнений не было. К сожалению, теперь я чудесно осознавала под каким колпаком и тотальным контролем жила всю жизнь.

— Хорошо, я согласен взять Елену… — Заречный посмотрел на меня, я принципиально промолчал, а он без зазрения совести все вспомнил: — Мирославовну с собой. Вам же надлежит сохранять спокойствие и ожидать ее дома. Всем все ясно?

— Грозный какой, — добродушно хмыкнула Ядвига.

— Ничего, это по первости, — тихо ответила ей Гриппа.

Через два часа мы садились в огромный джип с тонированными стеклами и номерным знаком с тремя семерками. Проводить вышли все, даже вернувшийся дядя Валера.

С трупом все было улажено. Конечно, трактовка «несчастный случай на охоте» звучала, на мой взгляд, слишком натянуто и мало реалистично. Для чего городскому громиле нужно было в деловом костюме и дорогих туфлях в лес соваться? Но, видимо, местное начальство все устроило, и лишних вопросов не возникло.

Через несколько минут машина уже катила по грунтовке. Дракон Петрович с кем-то все время разговаривал по мобильнику. В салоне приятно пахло, играла тихая музыка, а все заднее сидение принадлежало только мне. Я пригрелась и вскоре уже мирно посапывала.