Продавец крови

Глава 43

— Пошел вон, — Эмиль даже не обернулся.

Он смотрел на меня с полуметра, и глаза были безжалостными и пустыми.

— Ты в себе, Эмиль? Проблем мало? Выставил меня, чтобы сцену ей устроить?

Тихие шаги и Феликс появился в поле зрения — осторожно, словно присматривался к брату, не начнет ли стрелять?

Сердце билось уже в горле. Эмиль должен был чувствовать сумасшедшие удары пульса под своими пальцами. Левой рукой я уперлась ему в плечо, пытаясь оттолкнуть. С тем же успехом можно было на него подуть.

Опора холодила затылок, глотать было больно.

— Не лезь! — зарычал Эмиль. — Не твоя жена, значит, не лезь.

— Ты слишком разошелся.

— И что? — спросил Эмиль. — Драться со мной будешь?

Мы оба знали, что не будет. Он может нас по полу размазать, и никто слова против не скажет.

— У нас проблемы, а ты отыгрываешься на ней. Не глупи.

Феликс приблизился, осторожно протянул руку — словно к дикой собаке, не зная, укусит или нет. Он хотел отвести пальцы Эмиля от моей шеи.

— Отпусти, Эмиль, — тихо сказал он, стараясь не провоцировать.

Феликс боялся его. Бог мой, я сама боялась! Хватка на шее стала тверже.

— Вали, урод, пока я тебя не выкинул, — он повернулся к брату, и я увидела, как над ключицей бешено бьется жила. Эмиль вне себя.

Феликс нырнул под его руку и оказался между нами — меня прижало к опоре его спиной. Перед глазами оказалось плечо, обтянутое черной кожей — чуть ниже в куртке была рваная дыра и рана, полная крови. От него пахло сырым железом, кожей и пороховой гарью.

Я зажмурилась, зажатая намертво. Феликс оттолкнул его вместо меня — у него хватило сил.

— Быстро сядь, Яна! — он обернулся. — Хоть куда!

Он шагнул вперед, давая мне возможность выбраться, а значит — приблизился к Эмилю. В такой ситуации практически приглашение к драке. В то же мгновение Феликс получил кулаком в лицо. Очки упали на пол. Он налетел на опору спиной и зажал нос обеими ладонями, наклонился вперед, исподлобья глядя на брата.

— Эмиль, какого хрена? — расстроено спросил он, а потом опустился на корточки и склонил голову. Сквозь пальцы закапала кровь.

Бывший повернулся ко мне.

Я пятилась, пока не уткнулась во что-то, позади загремело железо. Я шлепнулась прямо на груду металлолома и застыла под тяжелым взглядом Эмиля.

Несколько секунд, он бросал на нас бешеные взгляды, бродя по ангару — явно приглашая к выяснению отношений. Я настороженно следила за ним и старалась не дышать.

— Отвези ее домой, — наконец бросил он. — Чтобы я ее больше не видел.

Феликс встряхнул ладони, стряхивая кровь, шмыгнул носом и поднялся.

— Пошли, — кивнул он и подобрал очки. — Да не бойся ты. Видишь, успокоился.

Я прошла мимо Эмиля, не глядя в его сторону. Внутри было гадко и больно, но я старательно следила за лицом. С душой лучше разбираться наедине, а перед Эмилем нужно стоять с бесстрастным лицом.

— Забудем об этом, — сказал он, прежде чем мы вышли.

Нет, это совсем не извинения.

— Все путем, — ответил Феликс. — Мы понимаем, ты сейчас на взводе.

Как только я оказалась снаружи, то глубоко вдохнула теплый весенний воздух, чувствуя, как меня покидает напряжение. Как будто побывала в клетке со львом.

Феликс нацепил очки, по выражению лица я догадалась, что далеко не все «путем», как он сказал.

— Я этого дебила вырастил, а он мне по морде, нормально? Еще и уродом назвал, — с досадой вздохнул он. — Значит, сам виноват, что выросло, то выросло. Часто у вас так?

— Постоянно, — пробормотала я, чувствуя, что вот-вот заплачу.

— Ладно, поехали. Только у дуболомов тачку отожму… Отвезу тебя домой.

Я добрела до джипа охраны, плюхнулась на пассажирское сиденье и отрешенно уставилась вперед. Феликс поговорил с охраной, забрал ключи. Я наблюдала, как он вытирает разбитый нос и моет окровавленные руки, пристроившись с бутылкой воды у левого крыла.

— Да на тебе лица нет! — заметил он, когда устроился за рулем. — Если из-за нашего дебила, то совершенно напрасно.

Наш дебил. Вот как теперь это называется.

Неуверенная в голосе, я промолчала и отвернулась, глядя на отражение своего расстроенного лица в боковом стекле.

Я услышала скрип кожи, когда Феликс наклонился ко мне.

— Слушай, он реально тебя бил?

— Ага, — ответила я.

Я сглотнула, пытаясь справиться с собой, потом быстро провела ладонями под глазами. Ладно бил, к агрессии я привыкла, а вот к сочувствию нет.

Феликс вздохнул и выпрямился — я поняла это по шелесту кожаной куртки.

— Кто еще урод… Яна, — он положил ладонь мне на шею — прямо на выпирающий позвонок, пальцы были теплыми и еще влажными. — Как вампир и его брат, я бы хотел, чтобы вы были вместе… Но как мужик скажу, что тебе лучше найти кого-нибудь другого. Эмиль тебя недостоин.

Я усмехнулась, он понял смешок по-своему.

— Только не того парня, которого я у тебя во дворе бил. Слабоват.

— Спасибо, что заступился, — пробормотала я.

— Да ладно. Ты такая худая и маленькая, что сердце кровью обливается. Нечего тебе делать в его разборках. Ты очень красивая, грациозная, как балерина — легко кого-нибудь найдешь.

— Брось, — я повела плечом, пытаясь отгородиться от ладони, хотя было приятно.

Никогда не считала себя красивой. До уровня подружек Эмиля точно не дотягиваю.

— Не раскисай. Ты же крепкий орешек. Помнишь, как меня уделала? Замри, — передразнил он меня шипящим шепотом. — Думаю, что за пигалица приползла. А ты меня стрельнула, не побоялась.

Я опять усмехнулась — все еще невесело.

— Специально смешишь?

— Эмиль не стоит того, чтобы расстраиваться. Я его знаю. А сейчас он вообще дурной. Я с ним поговорю, чтобы он тебя не доставал.

— С ним не договоришься… Я тоже его знаю.

Феликс наконец убрал руку с моей шеи и завел машину.

— Эх, Яна, многого ты еще не понимаешь… Будет так себя вести, останется один. А нас одиночество быстро учит. Вампиры поодиночке не выживают. Вот мы уехали, пусть подумает, хочется ему так или нет.

Я молча рассматривала обочину. Эмиль подумает о своем поведении? Точно не про него.

— И еще… — продолжил Феликс. — Не думал, что буду жену вампира учить, что делать, если муж бросается… Видишь, что психует — садись и не спорь, он и отвяжется.

Что-то мне это напоминало: нашу семейную жизнь, когда я измочаленная постоянными скандалами переставала ему отвечать и правда — садилась на кровать и смотрела в пустоту, делая вид, что его здесь нет.

Он предлагает мне делать это добровольно?

— Прости, но вампирша сразу бы догадалась… — джип пополз по проселочной дороге, уверенно разгоняясь. Чужую машину Феликс не жалел.

— А я не вампирша, — парировала я. — Наверное, в этом и проблема.

Феликс неожиданно рассмеялся.

— Ты эту дурь из головы выброси! Эмиль тебе не говорил, что у нас была смешанная семья?

— В смысле? — я нахмурилась.

— Ну вот, мамка-то у нас как бы с придурью была. Нашла себе мужика из ваших. Отец у меня вампир, а отчим уже человеком был.

— Ты серьезно? — я прищурилась, пытаясь разобрать подвох. — И что, конфликтов не было?

— Еще какие. Она его как привела домой, мне он сразу не понравился. Я в прихожей спрятался, злюсь. Дождался, пока он из комнаты выйдет и покусал, чтобы к мамке не лез. Если че, мне тогда девять было. Она меня в угол, а сама смеется! Вот так… — вздохнул он.

— А потом что?

— А потом Эмиль родился. Он у нас и остался… А я привык со временем. Нормальный был мужик.

— Постой, — я нахмурилась. — Эмиль что, от человека родился? Мне он сказал, что не знал отца.

— Ага, — Феликс усмехнулся и приспустил стекло слева, словно ему нечем дышать. В салоне запахло пылью и сухой полынью. — Только если что, ты об этом не знаешь. А Эмиль то еще брехло. С детства такой, врет, как дышит. Когда родителей убили, я его еле нашел. Спрятался, ревет. Я спрашиваю: мамку жалко? Нет, говорит. Проще зубы выбить, чем «люблю».

Я какое-то время переваривала услышанное. Понимаю, почему Эмиль не сказал, что полукровка — он же считает себя безупречным… Но о семье почему? Впрочем, он вообще ничего не рассказывал. Не то, что о себе — даже о мелочах. О его планах все должны догадаться сами.

— А ты не видела, что у него кроме клыков еще целый набор острых зубов? Я думаю, это из-за того, что он смешанный. Типа мутанта. Хотя и так встречается…

— Видела, но, если честно значения не придавала.

— Ну вот. А с гонором он был всегда. И практичный до одури. Наверное, и девственность потерял по расчету… Ой, извини. Ты не говори ему, что я тут наболтал. А-то опять в нос получу.

— Конечно. О нем по-другому нельзя.

Мы въехали в город, и Феликс замолчал, сосредоточившись на дороге. Я расслабилась в кресле, пялясь в боковое зеркало заднего вида. Феликс прав: нечего мне делать в чужих разборках, все, что я хотела, так это немного отдохнуть и утрясти мысли. Решить, что делать дальше.

Страшно хотелось есть и спать, а еще — наконец помыться после возни на природе. Плащ выглядел так, что в нем стыдно появляться на людях.

Феликс свернул в подворотню и в зеркале заднего вида мелькнул знакомый «БМВ», припаркованный на той стороне дороги у ломбарда. Номеров я не увидела. Может и другой, авто не редкое, но я насторожилась.

— У Эмиля есть «БМВ»? — я кивнула на зеркало. — Таскается за мной один, может совпадение, а может, и нет.

— У Эмиля? Он только по «мерседесам», — Феликс припарковался у подъезда, но выезд остался видным, он долго рассматривал подозрительную машину. — Хочешь проверить?

— Да ладно, вдруг это кто-то из новых жильцов. Вреда от него никакого.

Я сняла плащ, вывернула наизнанку и перекинула через руку на случай, если попадусь соседям. Лучше сделать вид, что мне жарко, чем ходить, как огородное пугало. Кобуру можно спрятать в складках плаща. Пистолет я сунула за пояс спереди, выправила блузку и прикрылась одеждой.

— Съешь чего-нибудь и поспи, — посоветовал Феликс, когда я выходила.

Ценное предложение: сама бы не догадалась.

Я с трудом дотащилась до четвертого этажа, шатаясь от слабости, и только вставила ключ в замочную скважину, как почувствовала движение сзади. Я схватилась за оружие, но реакции были не те — не успела я обернуться, как меня взяли за плечи и развернули силой.

— Яна? — Влад наклонился, встревоженно заглядывая в глаза. Какое облегчение — я подумала, опять враги подкрались. — Где ты была? Я тебя искал по всему городу.