Продавец крови

Глава 18

Утром я застала Свету на рабочем месте. Она дремала, прикорнув на столе, и выглядела нездоровой: сложенные под головой руки вздрагивали, а лицо слишком бледное. Ночь выдалась тяжелой?

Я постучала пальцем в стекло, охранница подняла голову.

— Господи, снова ты…

— Мы можем поговорить? — тихо спросила я, чтобы не привлекать внимание гардеробщицы — больше этим ранним утром в холле никого не было. — Меня интересует продавец крови.

Охотница равнодушно зевнула — глаза были сонными, то ли она еще не проснулась, то ли не считала Феликса темой, достойной обсуждения.

Она почесала затылок и пожала плечами.

— Там дверь справа, заходи.

Я обошла крошечную каморку и протиснулась внутрь. Света пододвинула мне табурет.

— Располагайся, здесь тесно, правда.

Табуретка скрывалась под ворохом газет. Я переложила их на пол и села, стул опасно закачался подо мной, но я сумела сохранить равновесие.

Света устало смотрела на меня. Бледная, с запавшими глазами, веснушки проступили, как чернильные пятна. Заметно, что она не спала всю ночь. Из-под широкого рукава серой формы выглядывал край бинта. Рука перевязана, зато воротник нараспашку и ни единого следа на шее. Интересно.

— Чего тебе надо? — она снова зевнула и потянулась к бутылке с водой. — Второй день вокруг околачиваешься… Зачем тебе Феликс?

— Слышала, ты его кормишь. Тоже хочу попробовать.

Светка сделала глоток и прищурилась, вроде бы подозрительно, но муть в глазах плохо передавала эмоции.

— Не похоже, что ты на мели.

— Мель понятие относительное.

— Ага, — задумчиво повторила она. — Только ты на них не похожа.

— На кого? — спросила я.

Охотница присосалась к бутылке, выпила досуха и швырнула в мусорное ведро.

— На доноров. Если ты раньше не пробовала — тебе не понравится. Ощущения, надо сказать, на любителя.

Я расстегнула блузку, открывая старый шрам. Света хмыкнула и наклонилась поближе.

— Это же настоящий шрам от укуса. После этого ты хочешь кого-то кормить? После нападения?

Я немного растерялась. Аккуратно застегнула и расправила воротник. Не люблю, когда замечают мой шрам — практически клеймо слабости. Она с первого взгляда смогла отличить настоящий укус. Нападения — большая редкость.

— Как ты поняла? — спросила я.

— Грубо очень, — она приподняла рукав, демонстрируя перевязанное запястье. — Меня, например, не кусают. Есть такие, которые разрешают, но такой шрам добровольно не получишь. Я у Феликса всякого насмотрелась.

— Например? — нахмурилась я.

— Есть такая, которая дает на себя охотиться.

— Алена.

— Точно. Она вообще ненормальная, — с отвращением сказала Светка.

— Вы разве не подруги?

— Алена так думает, но она совсем безмозглая, понимаешь? Что с ней станет через год? Превратится в сплошной рубец, — усмехнулась Светка. — Дура, короче.

— А ты?

— Я не собираюсь вечно сцеживать кровь для отбросов. Что он тебе сделал? — кивнула она.

— Это важно?

Света потянулась к сумке — вместительному холщовому мешку. Она поставила ее на колени и вытащила еще одну бутылку воды.

— Просто вижу, что ты не донор. Вынюхиваешь что-то со вчерашнего дня, — охотница открутила крышку с бутылки. — Только что?

Я решила травить полуправду.

— Двое моих друзей пропали. И я не уверена, что они еще живы.

— А, — кивнула она. — Намекаешь, что Феликс их грохнул.

— Я вампирам не верю.

— Я тоже, — согласилась Света. — Но скорее всего твои друзья переехали и не сказали куда. Значит, такие друзья. Может и грохнул кто, только не Феликс.

— Мне сказали, что охотники в этих местах уже пропадали, и Феликс имеет к этому отношение.

— Кто тебе сказал? — рассмеялась она и уверенно добавила. — Тебя обманули, не представляю, чтобы он кого-то замочил и тайком закопал в саду. Звучит, как хорошая байка.

— Ты не можешь всего о нем знать.

Света ухмыльнулась так, будто знала все тайны мира, а уж личные секреты Феликса лежали у нее на ладони.

Когда-то и я была такой самоуверенной. Еще до того, как встретила Эмиля. Мне казалось, что я точно прогну мир под себя, все мне по плечу, что я со всем справлюсь. А затем поняла — есть вещи сильнее, чем ты. Просто сильнее. Их не пробьешь лбом, как ни пытайся.

С иллюзиями расставаться пришлось через слезы и боль.

Что ж, такова жизнь. Я этого изменить не могу.

Ни того, что было в подвале мэра, ни нашего брака с Эмилем, ничего.

Что действительно в моих силах — найти убийцу.

— Мне нужно узнать какой у него распорядок и сколько он пьет, — продолжила я. — Обещаю, на тебе это никак не отразится.

— А я тут при чем? — неподдельно удивилась Света. — Это у Аленки надо спрашивать.

— Я с ней разговаривала, — нахмурилась я. — Она вообще-то на тебя указала.

— А ты ей верь больше, — серьезно сказала охотница. — Аленка только месяц назад появилась, но с должности любимого донора меня уже поперли. Так что вопросы к ней. Кстати, тебе она тоже заливала, что живет в кафе?

Я почувствовала, как во мне закипает злость. Ушлая невеста Франкенштейна обвела меня вокруг пальца.

Света откровенно рассмеялась, видя, как вытянулось мое лицо.

— Не расстраивайся! Я дам тебе адрес. Она со всеми так — что ни слово, то вранье.

Из библиотеки я вышла, постукивая кулаком по ладони и представляя между ними смазливую мордашку Алены. Ох, и получит она у меня.

Не успела я сесть в «мерседес», как в кармане зазвонил телефон. Номер незнакомый, и я с опаской ответила.

— Кармен? — убито прозвучал голос Егора. — Ты должна приехать.

Когда говорят с такой тяжестью, совершенно ясно — случилось что-то плохое.

— Что произошло? И где ты пропадал два дня?

В трубке раздался невеселый смешок. Так хмыкают люди, которые знают — хуже не будет, потому что самое страшное позади. Смех человека, которому нечего терять.