Призрачная кровь 5

Глава 9

Сотников встал и включил чайник, значит, что-то хочет попросить или поговорить о личном, в этом отношении с Рокотовым они похожи.

Когда передо мной встала чашка с кофе, хозяин кабинета задал предсказуемый вопрос. Я его давно ждала.

— Анастасия Павловна, вы, можно сказать, учитесь формально и интересуетесь только практикой. Я хочу вам её предложить. Вы не против одну неделю в течение каждого месяца выделять для консультации наших кадров?

Я была за, всеми руками и ногами, что отразилось у меня на лице, но…

— У меня занятия со студентами и профессорами три дня в неделю. Преподавателей я могу подвинуть, а вот ребят, нет. У них и так один день отобрали. Хотя я же сейчас не занята в госпитале. Из-за помолвки и Нового года совсем не чувствовала ослабления нагрузки, вечно куда-то спешу.

Поняла, что и мысли озвучила, на что Пётр Михайлович улыбнулся. Он сегодня особенно плохо выглядел.

— Я утрясу график. И как раз будет время заняться вашим здоровьем, — мужчина опустил глаза, но возражать не стал, как и пояснять что-то. — Можно я сейчас немного вас подлечу?

Сотников посмотрел на меня внимательно, словно решая дилемму.

— Хорошо, — мужчина поставил стул в центр кабинета и сел, я встала сзади.

У меня даже руки затряслись от предвкушения, давно хотела у него полазить внутри.

Ну что ж. Не стала сразу лечить, иначе он, почувствовав облегчение, прервёт сеанс. Решила глянуть его сеть. Силён, что сказать.

— У вас дар скоро проснётся, — сообщила я.

— Знаю, — сказал очень напряжённо, и я поняла, почему такой тон. Его ментальная сеть выглядела мутной, сероватой.

— Это не чёрная кровь, расслабьтесь.

Сотников встрепенулся и повернул ко мне голову.

— Поздравляю, у вас будет целитель.

Впервые видела его таким взволнованным, он несколько раз глубоко вздохнул и, наклонившись, обхватил голову.

— Вы меня сейчас словно с гильотины вытащили.

— Ну теперь мы знаем, что такое сочетание цветов неопасно, — я улыбнулась.

— Настя, я вас к себе заберу, вы нам нужны. Скольких проблем можно избежать. Мы как слепые котята из-за отсутствия информации, — понимала, что шутит, но это было его заветное желание.

— За неделю я буду успевать выполнять ваши просьбы. А сейчас посидите немного, я стимулирую пробуждения дара и запущу процесс восстановления организма. Теперь вам будут не страшны контакты с одержимыми. Надеюсь, что будет как у меня и ключ станет включать щит при опасности.

— У меня предвидится много случаев это проверить, — Сотников улыбнулся, да он светился от счастья.

Каким образом стимулировать дар целителя я знала. Здесь не получится как со стихийными, через руну, верней нет смысла. Будет долго, потому что целитель, по сути, инертный, неактивный дар. Я просто нашла зарождавшее зёрнышко в узле инициации и пустила туда энергию. Со стихийными дарами так делать нельзя, может случится как у Ярослава и сеть пойдёт на разрыв. Но целитель — мягкая сила, которая не спорит ни с чем.

Пётр Михайлович застыл.

— Необычное чувство, — он опять повернулся ко мне, я обогнула его и встала спереди.

Выставив руку, предложила нащупать дар и приложив свою ладонь пустить новую энергию. Получилось не сразу, но, когда вышло, Сотников расплылся в мальчишеской счастливой улыбке.

— Это прекрасное чувство.

— У вас сильно повреждён организм. Я потом научу вас разным техникам, а сейчас сама поработаю.

Казалось, что у него буквально каждая клетка поражена. Пётр Михайлович совсем не щадит себя. Ему, этот дар, Бог дал во спасение, иначе он не дотянул бы до старости. Не стала говорить, он сам всё знал.

Накинула ему восстанавливающую сетку на всё тело, запитав на родную энергетическую сеть, теперь сам справится.

— После Рождества проверю результат и позанимаюсь с вами.

— Вы чудо, Анастасия Павловна. К сожалению, нас ждут дела. Мы сами не рискнём вынимать структуру, давайте это сделаете вы, — не стала спорить. Для них это новая сфера и знания, надо будет потом показать, как развеивать структуры и просто вытаскивать. Это не проклятие — деструктор, оно не паразитирует на сети, хотя и отчасти питается энергией носителя.

Отправились мы в соседнее здание, хотя я не была уверена, что это именно здание. На место мы не перешли по улице, путь лежал через подземный ход. Вначале лифт спустил нас куда-то глубоко, это я могла прикинуть по скорости и времени движения. С учётом того, что под нами было пара этажей наземных, мы опустились как минимум на пять.

Это была тюрьма. Самая настоящая — страшное, нет, жуткое место. Впечатление не спасали даже относительно светлые крашеные стены. Гнетущее впечатление производили двери, массивные, металлические и без окошек. На каждой из них располагался магический замок, они мерно мигали. Тому, кто там сидит, даже не дали шанса выбраться.

— И сколько здесь заключённых? — задала вопрос, глядя на десяток дверей по обе стороны коридора.

— На этом этаже никого нет. А так есть, — Сотников ответил и не ответил одновременно. Ладно, не настолько интересно.

Всё-таки один здесь был, иначе зачем запирать дверь, но видно, его таковым пока не считали. В одной из камер на металлическом столе лежал замороженный мной одержимый. Это была не совсем камера, она больше походила на… пыточную. Вспомнился тот день, когда мне Сотников вводил сыворотку чёрной крови. Этот день казался сном, ведь жизнь примирила нас. Теперь я отношусь к этому человеку с уважением и, можно сказать, доверием. Правильно я делаю или нет, жизнь покажет.

Убийца лежал не просто так, а в магических кандалах, которые включали в себя несколько обручей на каждую конечность и ошейник.

Глядя на него, я задумалась о возможности сделать энергетические путы, ведь носители чёрной крови не все такие твари. И сомневаюсь, что методы, для тех же женщин, сильно отличаются.

— Вытаскивать? — спокойно сказала я. Сотников кивнул.

Я выставила руку вперёд и выдернула структуру, она оказалась у меня на ладони. В этом не было необходимости, я могла её просто развеять, но в данном случае нужно было показать процесс наглядно.

Внешне пока ничего не было видно, но я сразу заметила едва уловимое движение в теле, словно оно немного расслабилось. Потом пришли в движение руки, верней они начали падать, так как были в жесте атаки. Надзорники стоявшие по обе стороны, подхватили их и положили вдоль тела. Организм возвращался в норму, и в неповреждённое сознание, я на это очень надеялась, эту надежду давало участие в структуре дара целителя.

С нетерпением ждала пробуждения, чтоб удостовериться, что не погорячилась с быстрой деактивацией структуры.

Постепенно начал возвращаться здоровый, естественный цвет лица, если можно такое сказать о сероватой коже.

С подъёмом температуры тела появился и запах, который до этого был едва заметный, а сейчас усилился настолько, что хотелось закрыть лицо, так как зарезало глаза и стало тошнить. Запах давно немытого тела с примесью какой-то химии.

Я стоически терпела, но рукав к носу всё же поднесла. Одна я была такая нежная, другие даже не дёрнулись, наблюдая за оживлением будущего заключённого.

Наконец-то он зашевелился, силовики напряглись. Видно, не полностью доверяли кандалам или были прецеденты.

Резко подорвавшись, парень дёрнулся и зарычал. Сильно подняться ему не давали короткие цепи. Он метался и безумно шарил по помещению глазами, остановившись на мне взглядом, заорал, потом оскалил зубы и зарычал. Узнал, значит, с памятью всё в порядке.

— Животное, вспомнил меня, — я охарактеризовала его. — Он немой?

— Языка нет, — сказал Пётр Михайлович. — Да и вряд ли он что-то знает. Натасканный дикарь, — он бы сплюнул от досады, но положение не позволяло. — Пойдёмте, Анастасия, вам здесь нечего делать.

— Может, его… это?

— Давайте, — Сотников согласился не без злорадства.

Засадила опять в ногу, вдруг имеет значение, куда прилетает структура.

Зверь тут же затих и посинел.

— Заодно и посмотрим, сколько она держится, — предложил эксперимент Пётр Михайлович.

— Возможно, их похожим способом доставили, — пришла догадка. — Может есть подобные артефакты?

Сотников кивнул, видно, моя гипотеза была схожа с его.

— Пойдёмте в изолятор. Раз вы здесь, проверите потенциально заражённых, — я поняла, о чём он и согласилась.

Мы отправились в изолятор предварительного заключения, куда меня привозили после доноса крысы-Ольги.

Как мне объяснил Пётр Михайлович, под подозрительных надзорников отвели один этаж. Их пока было всего шестеро, но готовились серьёзно.

Первой на проверку была женщина, я видела её, когда была здесь в первый день. Увидев меня, она поднялась с кровати и вымученно улыбнулась. Взяв её за руку, я тут же опустила глаза. Посмотреть ей в лицо не было сил, поэтому я просто повернулась и пошла к двери. Женщина всё поняла, не стала кричать. Я слышала, как скрипнула кровать и раздался тихий звук, больше похожий на скулёж.

Что за день такой⁈ — подумала я. Когда мы вышли из камеры, не удержалась и заплакала.

— Обещаю, я найду способ обуздать этот дар! — прошептала я и подняла заплаканные глаза на Сотникова.

Почему-то ожидала увидеть в них тревогу, но там было другое чувство — надежда. Он ждёт этого от меня. Я была права, он на их стороне. Хотя, возможно, просто устал бороться.

Следующая была опять женщина. Вот здесь я не поняла подозрений, видно, перестраховывались.

— Явная земля, — успокоила я женщину. Достала пустую руну земли и передала. — Эта, вроде… сейчас, — достала тетрадь, со своими набросками симбиозов, имитируя сомнение. — А нет, не та, случайно достала щит. Хотя тоже безопасная, — положила ей на вытянутую руку. — Пробуйте.

Сотников не стал задавать вопросов, но я сама ответила. Рассказала про Ярослава — пациента, у которого спорили два дара, и что этот способ уже испытан и не раз. Пётр Михайлович тут же предложил проверять подозреваемых на рунах, ведь просто так они не активируются, я с радостью согласилась, не додумалась до такого простого решения.

Женщина трудилась недолго и взвизгнула, когда перед ней возникла едва заметная пылевая завеса. С этим звуком выходило напряжения последних дней. Быстро исчерпав силу, щит опал на пол пыльной полоской.

— В комнате стало чище, почти, — улыбнулась я, а женщина рассмеялась.

Она не стала ломиться на выход, а просто села на кровать с глупой улыбкой. В этом деле надо будет соблюсти много формальностей, по сути просто рутина, для неё главное, что вышла из зоны риска.

Из оставшихся страшный дар подтвердился ещё у мужчины, он стоически перенёс известие, просто стиснул зубы.

Я не стала спрашивать, что с ними будет. Вряд ли надзорники станут обычными заключёнными. В нынешних реалиях таких опытных магов, получивших страшный дар, будет много и магическому обществу придётся находить способ не выкидывать их из жизни, а использовать. Скорей всего именно они станут работать в тесном контакте с реальными одержимыми тварями.

— А теперь вам пора домой. Ваших родственников мы известили, что вы задействованы в деле как консультант, но не стоит злоупотреблять вашим участием.

Я кивнула и отправилась с сопровождающим на выход. Очень тяжёлый день, который буквально поставил границу между моим беззаботным прошлым и тяжёлым будущим.

Надев пальто, я направилась к входной двери, предполагая, что меня ждёт машина. Но взгляд зацепился за знакомую фигуру. Меня ожидал Рокотов. Видно, тяжесть этого дня окончательно накрыла меня, и я не удержалась, подошла к нему и, уткнувшись в грудь, разревелась.

— Ну что вы, Настенька? — мужчина обнял меня.

— Я не успеваю, совсем не успеваю… — хлюпая носом, я подняла на него заплаканные глаза. Он понял о чём я, на лице отразилась глубокая печаль.

— Я верю в вас. С холодным сердцем вы быстрей найдёте выход, — сказал Юрий Андреевич и отпустил меня.

Да, он прав, я не должна распускать нюни.

Почему-то удивилась, что он повёз меня домой. Потом включила мозги, эгоистка, надо же вначале показаться родственникам, да и вещи забрать. А почему я решила, что он меня заберёт? Да потому что хотела этого. И когда он завёл разговор об академических делах, сразу оживилась.

— Я хотел вам завтра позвонить и забрать до Рождества, но в связи со столь скорбными событиями я не мог не приехать. Слава Богу, что вы не пострадали… Решил сделать сюрприз студентам, а сам не справляюсь. Небольшой ремонт в бывших абитуриентских столовых провели, постелили покрытие по вашей рекомендации…

Я вначале не поняла, о чём он, события с Нового года и теракт совсем не давали возможности рассуждать о чём-то другом. Рокотов это заметил.

— К десятому числу хочу оснастить тренажёрные залы. Оборудование привезли, хотел, чтобы вы помогли с женской группой.

Ах вон он о чём. Хоть какая-то светлая новость.

— Конечно, с радостью этим займусь, — я даже улыбнулась.

Рокотов передал меня прямо в руки взволнованной тётушке. И даже остался на ужин, во время которого попросил дозволения забрать меня до Рождества. Елизавета Алексеевна не смогла найти доводов, чтобы меня оставить, да и что там, просто не имела возможности противостоять обаянию Юрия Андреевича. Только солидный возраст удерживал её от кокетства.

Договорились, что заедет он за мной утром, хотя я бы сразу уехала, но меня не спрашивали. Возможно, у Рокотова просто были дела в городе, назначенные на вечер, кто же скажет.

Я немного успокоилась в домашней обстановке. Взяв пакет с покупками, который мне вручила Елизавета Алексеевна и пошла к себе в комнаты. Будет чем развлечься до сна, верней отвлечься от тяжёлых дум. А они буквально торпедировали мой мозг. Я понимала, что это временное явление, скоро успокоюсь и начну здраво мыслить. Зная такую свою особенность, задала направление мыслей. Идея пришла внезапно, когда я осознала, что произошло с Сотниковым, и его реакция на дар Целителя способствовала развитию в этом направлении.

Она была проста, но на данный момент невыполнима. Исходила из моего нового достижения, а именно открытия рунной магической формулы. Если магические матрицы даров сделаны на основе структурного, скажем классического ключа, то почему бы не попытаться сделать их на рунной основе? Всё логично и на первый взгляд просто, но я пока смутно понимаю принцип, по которому строятся руны, ведь сам рунный ключ создала не я.

Вот и поставила задачу мозгу, когда он в хаосе мыслей, порой рождаются хорошие идеи.

Разместилась на кровати и принялась выкладывать будущие подарки из объёмного пакета. Там лежало всё, что я откладывала, включая случайные сувениры. Я была не жадная, да и сомневаюсь, что хозяйка магазина хотела на мне нажиться, скорей даже не особо задумывалась и засунула всё, что было на прилавке.

Посмотрела в зеркальце и улыбнулась, на нём выступил иллюзорный колпак шута. Не сказать, что прямо на изображении, просто картинка была примерно над головой. Оскалила зубы, появились уши, вытянула губы — рога. Поняла принцип. Артефакт работает на мимику. Интересные технологии иногда встречаются в этом мире.

Понюхала свечи, их оказалось два набора. Следом взяла шар, он выглядел словно снежок с белой искрящейся поверхностью, на котором было несколько ледяных окошек, после встряски в верхнем появлялась надпись с пророчеством. Подумала, стоит ли играть с судьбой, я ещё не отошла от того предсказания. Было страшно, ведь оно косвенно касалось сегодняшнего происшествия.

Встала, прошлась по комнате, не выпуская шар из рук. Села в кресло.

Перерождение… нет скорей чёрная полоса. Надеюсь, я ошибаюсь, — тяжело вздохнула.

Не задумываясь, я встряхнула игрушку, а не посмотреть просто не смогла, глаза сами уткнулись в ледяное окошко, которое замерцало белыми искорками и выступила короткая фраза:

«Сон станет явью»

— Вот же зараза! Тебе бы такие сны, проводник хренов! — не удержалась и выругалась.

Дёрнуло же меня заглянуть в этот долбаный шар, — теперь мысли закрутились ещё сильней. А что, если и правда я попаду в чёрный мир по-настоящему? От такой вероятности даже руки похолодели. И с новой силой нахлынула паника, вспомнились ощущения, которые я испытала на последнем посещении полигона. А мне придётся туда вернуться и лучше добровольно, чтобы быть готовой к страшной боли.