Призрачная кровь 5

Глава 16

В обратный путь отправились на рассвете.

Провожать вышло всё семейство. По просьбе Анны Петровны, её впервые за несколько лет вынесли из комнаты и посадили в кресло. Женщина была очень слаба, но структура хорошо её поддерживала, поэтому она нашла силы меня обнять и сказать благодарственные слова.

Что мне понравилось, ни больная, ни её муж, не стали предлагать деньги, в данном случае меня бы это оскорбило. Но они всё же дали достойную оплату: подарили маленькую фамильную иконку и пообещали всей семьёй молиться за меня.

Когда мы направились к машине, то за воротами увидели двух всадников. Крупные серьёзные мужчины.

— Наши хлопцы проводят вас. В округе банда гастролёров промышляет, — пояснил Олег Степанович.

— Уже не промышляет, — ответила я. — Но если объявятся, то напомните им про кару, которая их ждёт. В следующий раз не пощажу.

Но несмотря на мои слова, сопровождение всё равно с нами отправили, буду воспринимать его как почётный эскорт.

Путь был разведан и расчищен нами, так что поехали без проблем.

Нашу дорогу раскатали ещё сильней. Видно, на радостях у всех нашлась причина куда-нибудь поехать.

Подспудно готовилась увидеть чёрную машину бандюков. Но сколько я не вглядывалась в утреннюю дымку, так ничего не увидела. А вот когда мы подъехали к месту нашей стычки, то я испугалась. С одной стороны, дороги снег был в красных пятнах, которые вели в поле.

— Или между собой устроили разборки, или волки подрали, — предположил Михаил.

— Или главарь расправился. Я даже боюсь представить, что в голове у этого отморозка, — эта версия мне показалась более правдоподобной.

— Какая жестокая Настя, — хмыкнул парень.

— Я не жестокая, иначе даже шанса не дала бы. По-хорошему такие твари не должны жить…

Жалости к ублюдкам не возникло. Будь мы обычными обывателями, нас не уберегло высокое положение. В лучшем случае ограбили. А о худшем даже не хотелось думать. Для меня со Стеллой участь была незавидная. Не убили бы, так оставили тем же волкам. Для Миши исход имелся только один.

Мы проехали кровавое место, а вот всадники немного задержались. Но быстро вспомнив о своих обязанностях, поскакали за нами.

Проводили они нас до того злополучного трактира, видно дальше, в их понятии, безопасно. Помахали шапками и направились к заведению. Ну да, как же они упустят такой шанс, отдохнуть…

На обратную дорогу ночёвка была на усмотрение Стеллы, но она решила, что будет ехать до победного, а в нашей местности и ночью комфортно перемещаться.

Машину в деревне нам заправили без проблем, собрали топливо по домам, поэтому первую заправку мы пропустили.

Ехали, молчали. Михаил не выдержал.

— Настя, я понял, что твоя структура как-то стимулирует тело. Не спрашиваю механику, мне интересны возможности. Вот, допустим, есть возможность сделать что-то подобное для боевика? Не реабилитационную.

— Наверное, пробовать надо. Но если порассуждать и прикинуть, то можно сделать подобие брони или усиление физических возможностей. Но без подготовки использование будет чревато. Она же не сможет сделать сверхчеловека, просто ускорит реакции или позволит поднять больший вес… Но последствия для тела он нагрузок не отменяет, может, чуть облегчит. Думать надо…

— Даже это будет фантастическим результатом, — вступила в разговор Стелла. — В бою маги испытывают большие нагрузки и порой часами сражаются. Если будет возможность действовать результативней не только под алхимией, то это прекрасно. А если есть гарантия, что ты не отправишься после этого на больничную койку, то уровень противостояние повысится в разы. И смертей будет меньше, — закончила с грустью.

— Если что, я готов к экспериментам, можешь использовать меня как подопытного, — парень светился от воодушевления.

— Тебя для опытов я точно не буду использовать, мне Юрий Андреевич голову открутит, — ответила парню.

— Брось, не открутит. А что ты там использовала, теперь можешь сказать? — спросил Миша, а алхимичка напряглась.

— Нет. Пока это знание закрыто. Когда можно будет огласить не мне решать, всё слишком сложно и опасно, — я понимала, что мой ответ вызовет ещё больше вопросов, но по-другому ответить не могла.

— Но ты оставила структуру на больной. С неё же можно сделать слепок? — Стелла хмыкнула, мол, ты недальновидная.

— Обычный маг не сможет, даже с ключом. Есть свои тонкости, которые пока знаю только я, и то неточно. Проверила, обычными способами копировать нельзя, блокирует браслет. А при снятии его структура распадётся, так как завязана на него, — пояснила я.

— А если кристалл вытащить?

Я хмыкнула, она практически догадалась. Но не будем кормить идею, лучше охладим пыл.

— Структура обесточится и распадётся через пару часов, может, меньше, — чистая правда.

— Значит, энергетической брони мне в ближайшее время не видать… — Михаил тяжело вздохнул.

— Я сделаю и отдам на ответственное хранений Юрию Андреевичу. И обещаю, ты получишь её одним из первых.

Парень хищно улыбнулся. Мальчишка…

Нам в дорогу собрали много еды и даже горячий чай, так что останавливались только при крайней необходимости. И вечером уже заезжали на территорию прилегающего к академии городка.

Я была уверена, что меня отвезут в саму академию, но мы свернули к дому Рокотовых. Я ждала, что Стелла пояснит это обстоятельство, но она молчала.

— Я желаю ночевать в своей квартире, — безапелляционно заявила я.

— Какой смысл, если тебе завтра ехать домой? — алхимичка удивилась.

— Я считаю, что неприлично молодой девушке ночевать у посторонних людей.

— Ты уже ночевала, — хмыкнула Стелла. — И мы не совсем посторонние, — она глянула на Мишу.

— Это было оправдано. В следующий раз я более ответственно отнесусь к подобным предложениям. Прошу меня отвести или я отправлюсь пешком! — я не сдавалась.

Как ни странно, но Михаил, судя по взгляду, меня полностью поддерживал, и ему было весело от нашего противостояния.

— Я принесу вещи, — парень решил окончательно встать на мою сторону и направился к себе домой.

Вместо Михаила, вещи вынес Рокотов-старший. Попросил свою женщину выйти из машины, и сам сел за руль.

— Добрый вечер, Анастасия Павловна! — мужчина поприветствовал меня с улыбкой. — Простите, Стелла выполняла моё распоряжение, не хотел ставить вас в неловкое положение, — он был искренен.

— Ничего, я понимаю.

— Надеюсь, съездили благополучно?

— Да всё отлично. Вас сегодня порадуют интересными историями, — я тихо рассмеялась.

— Жаль, что вы не дополните их со своей стороны, — мы уже поехали, но ректор всё ещё пытался склонить меня на ночёвку у себя дома.

— У нас ещё будет время всё обсудить.

Академия казалась безлюдной, пока мы ехали, не встретили ни одной души.

Довёз он меня к самому дому. Он тоже казался безжизненным, только в паре окон горел свет.

Юрий Андреевич занёс чемодан в парадную и, попрощавшись, ушёл.

Дежурная встретила меня с улыбкой и сходила за помощницей, которая отнесла мои вещи. И я наконец-то осталась одна, такие моменты, в последнее, время редкость. Сев в кресло, расслабилась.

Сегодня ничего более не буду делать. Душ и спать…

Разбудил меня стук в дверь. Не знаю, как так получилось, но я проспала завтрак.

За дверью стояла девушка из персонала, сказала, что внизу ждёт господин ректор, и ушла.

Подождёт. Решила спокойно умыться и выпить кофе. Но уложилась в десять минут, для меня это была прямо спринтерская скорость.

Юрий Андреевич ждал в машине. Смотрю, во время отсутствия студентов, он не отказывает себе в комфортном передвижении по территории академии.

— Доброе утро, Анастасия Павловна! — по взгляду видела, что он мной недоволен. Скорей всего Стелла постаралась, рассказала всё в красках. Ну и ладно. Было весело.

— Доброе утро, Юрий Андреевич! — я села на соседнее сидение и широко улыбнулась. — Поехали, глянем, что эти бездельники сделали.

— Может завтрак? — предложил мужчина.

— Спасибо, я не голодна.

— Но от булочки не откажетесь? — Рокотов потянулся к заднему сидению, и взял оттуда пакет.

— Не откажусь, — с благодарностью приняла тёплую выпечку.

Наутро у нас был назначен осмотр тренажёрных залов. Очень надеялась, выполнили всё, что я наказала.

— Можно попросить у вас реабилитационную структуру? — неожиданно попросил ректор, хотя и ждала претензий по моему поведению.

— Конечно. Но она у меня сделана на травму позвоночника, не знаю, как она будет работать при других обстоятельствах, — я лукавила. Да, она усиливала воздействие на позвоночник, но действие было общее.

— Вы не представляете, сколько подобных случаев на границе. Но честно сказать, я хочу сам покопаться в устройстве. Михаил сказал, это что-то фантастическое. Он все уши прожужжал про какую-то силовую броню, которую вы пообещали сделать, — мужчина улыбнулся, но во взгляде было нетерпение.

— Пока это его фантазии, но идею он подкинул интересную. Будет чем заняться дома. Если есть какие-то соображения, то можете поделиться.

— Пока нет никаких. Но хочу предложить во втором семестре практические занятия с нашими боевиками. Хочется, чтобы преподаватели и пятый курс получили по вашим новшествам, хоть какую-то подготовку перед практикой. И с вашим рунным ключом надо разбираться. Поэтому не обессудьте, но на ваши беседы с группой студентов я оставляю только один час.

— Пётр Михайлович вам уже довёл, что попросил одну неделю в каждом месяце на обучение его ведомства? — он знал, вон как желваки заходили. — Давайте я, с учётом своих возможностей и желаний, составлю расписание, а потом будем торговаться.

— Ох, Настя. Жаль, второй такой нет, — Юрий Андреевич хохотнул. — Хорошо, попробую считаться с вашими желаниями.

Тут уже я рассмеялась.

В женском тренажёрном зале работа кипела вовсю. Портьеры на окнах заменили на серебристо-лиловые римские шторы, которые очень хорошо оттенили бежево-зелёный пол и дали помещению приятный оттенок освещения. На стенах появились зеркала, а в зоне хореографии — бежевое с лиловым рисунком покрытие. Теперь видно, что это зал для девушек. Я довольно улыбнулась.

Пройдя вдоль тренажёров, которые уже начали расставлять, я наконец-то поняла, что имел в виду Рокотов, когда говорил о таком же комплекте, как у парней. Здесь было слишком много силовых тренажёров. Нам, девушкам, они ни к чему. Сразу поделилась проблемой с ректором.

— Признаюсь, это моя вина, — начала я. — Но…

Дальше я предложила временное решение ситуации: забрать у мальчиков часть велотренажёров и беговых дорожек, а им отдать силовые.

— Да, это выход, а то я уже начал паниковать, — улыбнулся Юрий Андреевич. — Потом если что подкорректируем по необходимости. Восьмого числа должны подвести мягкие группы для отдыха и шкафы в раздевалки… — продолжил он пояснять по мере продвижения по залу.

Я осматривала помещения и поражалась, сколько за короткое время всего сделали, даже с таким количеством работников. Не хотела спрашивать, во сколько нам обошлось эта затея, и Рокотов молчал.

С инспекцией управились до обеда, и Юрий Андреевич повёз меня домой. По дороге обсудили график моей работы, по-другому я не могла воспринимать мою нагрузку. Казалось, Рокотов совсем не берёт в расчёт то, что я подросток, и хотел от меня полной отдачи. И старался втиснуть в три недели полный месяц, даже выходные пытался задействовать.

Пришлось ему напомнить, что я нуждаюсь в отдыхе и свободном времени. Он посмотрел на меня так, словно я говорю чушь, но потом здравый смысл возобладал, и ректор ослабил напор.

Так что теперь у меня полноценные рабочие дни по восемь насыщенных деятельностью часов, которые расписаны как уроки. По большей части они будут проходить на полигоне. Плюс два часа дополнительных занятий для моих студентов — это моя отдушина и дружеское общение, отдавать это время не намерена. Я настояла на исключении бесед для преподавателей, и без того, буду практиковать с ними львиную долю времени.

Рокотов всю дорогу болтал, проговаривая планы, я иногда вставляла свои мысли. Но я уже так привыкла чем-то заполнять время, что, открыв каталог, начала делать в блокноте наброски силовой брони, Юрий Андреевич тоже заинтересовался и попросил комментировать мои действия.

— Начнём с механики. Как я представляю, силовая структура должна не только усиливать физический удар или ускорять бег, например, и помогать оперировать навыками. Хотя бы защитными. В идеале они должны срабатывать пассивно, то есть при прямом воздействии, а лучше вообще при угрозе, — начала рассуждать я. В моём мире были такие структуры и артефактная силовая броня, но я понятия не имею, что за блоки там задействованы, только знала примерную механику.

— Что-то вы, Анастасия Павловна, замахнулись на непосильные задачи, — усомнился ректор.

— Почему непосильные? Или вы не верите в мою гениальность? — сделала вид, что обиделась.

— В гениальности не сомневаюсь, но возможность сделать подобное при помощи обычных рун, в моей голове не укладывается. Я могу гипотетически прикинуть такую возможность в виде артефакта, то при помощи энергии, нет. Это огромные энергетические затраты.

— Знаю. Но вы упускаете тот момент, что моя реабилитационная капсула работает от кристалла, который находится в браслете. Или вам не рассказали этот момент? — я хмыкнула. Неужели Стелла упустила самое главное?

— Так, стоп! Простите, Анастасия, я за вчерашней болтовнёй не смог уследить детали. Выходит, вы, при помощи рун, как-то сумели сделать преобразователь? — У Рокотова чуть глаза не выпали от шока.

— При помощи рунного ключа и браслета, — не без толики гордости подтвердила я.

Юрий Андреевич неожиданно съехал на обочину и посмотрел на меня счастливыми глазами.

— Настенька, можно я вас обниму?

Не дожидаясь разрешения, он потянулся и как позволяло пространство в салоне машины, приобнял.

— Золотая вы наша. Этого открытия мы ждали даже больше магической формулы. Да, сейчас оно меркнет по сравнению достижениями глобального масштаба, но возможность использовать кристаллы напрямую, без артефактов — это мечта каждого мага на этой планете, — торжественно заявил Рокотов.

Выходит, Стелла этого не поняла или намеренно не пояснила? Что-то я стала цепляться к этой женщине.

— Я даже не представляю перспективы, которые нас ждут. А вкупе с другими новыми возможностями, это перевернёт всё магическое сообщество, — раздухарился мужчина.

— Вы думаете, стоит сообщить об этом Императорскому Совету и подарить миру новое знание? — я сказала с сарказмом.

— Нет, конечно! Я ваш хороший ученик. Только через договор-продажи, — Юрий Андреевич рассмеялся.

— А нас не накажут за подрыв боеспособности государства? — возникли сомнения.

— Вы же сами убедили меня в обратном — в случае с дарами. Это не стратегически важное знание. Мы не скрываем открытие и не отказываемся делиться. А то, что мы запросим определённую сумму, то это оправдано. Нам надо развивать академическую базу, что в прошлом было проблематично, так как Императорский Совет забирал себе самые ценные кадры, ещё на стадии выпускных курсов. Нас спасает то, что они медлительны и ещё не в полной мере поняли вашу ценность. А, возможно, они не совсем осознают вашу гениальность и считают, что все достижения, работа исследовательской группы. Пока разберутся, пока вычислят ценные кадры, потом явятся.

— Будьте уверены, я останусь с вами. Купить они меня ничем не смогут, а угрозы в данном случае не помогут. Я найду что ответить, — успокоила я Юрия Андреевича, а то рассуждения довели его до унылых мыслей, судя по лицу.

— Спасибо, Настя. Вы сердце академии, без вас мы уже не сможем.

— Скорей мозги, — рассмеялась я, Рокотов меня поддержал.