Призрачная кровь 5

Глава 7

Приготовление к Новому году шло полным ходом. Слуги наводили блеск по всему дому, Марфа с помощницами стряпала праздничные блюда, то и дело слышались её крики с кухни, видно, что-то было не так.

Заняты были все, кроме меня. Я уже мимолётно пожалела, что не поехала с братцем, но как представила, что все дни — это сплошной марафон балов, ярмарок и визитов. А главное, я могла столкнуться с Эриком, точно бы столкнулась и опять появилась бы в газетах. Этот парень прилип ко мне как банный лист, будь я постарше, точно не выкрутилась. А так меня спасает юный возраст.

Вздохнула с облегчением, но легче не стала. Чем мне заняться аж до восьмого января, ума не приложу. Сегодня праздничный, очень длинный ужин, в тесном семейном кругу, а мне даже шампанское нельзя. Завтра тётя собралась повести всех детей, меня включительно, на ярмарку, — хмыкнула, хоть для кого-то я маленькая.

Но это ненадолго, с мелкими не нагуляешься на морозе. Нет, я могу устроить тёплое представление, для согрева, но воздержусь, буду ходить мышкой, покупать сладости и всякую ерунду. Может, для прынца подарок найду, хотелось бы что-то шуточное, забавное.

А потом несколько дней однообразных прогулок и сплошные чаепития.

Что мне мешает заниматься тем же, чем и в академии? По сути ничего, разве что атмосфера не та, дом расслабляет, продуктивность минимальная. Пока втянусь выходные и закончатся. Но выбора нет, достала каталог, тетрадь и начала.

Поняла, что этот процесс постепенно перестаёт приносить удовольствие по одной простой причине, я не вижу результата. Я опять набиваю базу, как кубышку, откладывая изучение на потом. Надо как-то упорядочить процесс. Просчитывать возможные комбинации рун и сразу испытывать, а желательно соединять с деструктором похожего направления.

По сути, я зациклилась на ментальной магии, хотелось сделать тварь управляемой, а не просто безопасной. Прекрасно понимаю, что структура может не сработать на другом монстре, но пока не видела, что я могу ещё сделать. Как же у меня мало знаний в этом направлении. Меня словно намеренно кинули туда, где потребуются мои слабости.

Стоп! Слабости. Почему я пытаюсь именно управлять? Да, я рассуждала об инстинктах и пыталась вызвать желание защищать, но в том-то и дело, твари каннибалы, они не хотят защищать себе подобных, а меня и подавно не будут.

Что-то крутилось в голове, но я не могла поймать мысль. Даже взяла каталог и стала читать руны, в надежде найти зацепку. Посреди рассуждений меня позвали на праздничный ужин.

Такого спокойного Нового года у меня не было с самого детства. Воспоминания о родителях вызвали грустную улыбку. Скорей всего их я больше не увижу… С наступающим, дорогие мои!

Весь вечер улыбалась. Ярослав рассказывал стихи, которые он выучил с няней. А с Полиной пели, сестрёнка ещё путала слова, но это было трогательно до слёз. Праздник выдался тёплым, домашним.

Затем наступило время подарков. Варежки я уже отдала, поэтому отцу и тёте достались только сладости, а вот мелких было чем порадовать. Заяц вызвал приступ неудержимой радости у Полины, она обнимала его и визжала от удовольствия, на что Ярослав снисходительно улыбался. Шарф братик принял с достоинством, надел и погладил рукой.

— Мягкий, — он не удержался и прижал край к лицу. Тяжело ему сдерживать ребёнка.

Олегу я забыла купить подарок, хорошо, что Ольгины сладости остались бесхозными. Брат принял их с холодным безразличием, но в итоге выдавил что-то подобие улыбки. В кого он такой ума не приложу.

Малышня подарила мне рисунки, надо заказать рамочки, или альбом для них, уже накопилось. Тётя на волне морозов прикупила всем шарфы. Отец удивил, возможно, с подачи Сергея, купил мне очень удобную сумку, куда хорошо поместится даже большая папка. Угодил. Поэтому не скрывала радости.

Малышню отправили спать, а я со взрослыми и братом, о котором я всегда забываю, стали ждать полуночи.

Душевные разговоры прервал бой часов, для этого случая завели большие напольные часы, получилось очень атмосферно.

Долго не стала рассиживаться, отец с тётей уже сильно расслабились на шампанском и начали задавать неудобные вопросы про моё будущее, поэтому попрощалась и ушла.

Зарывшись под одеяло, я с улыбкой вспоминала вечер, так и уснула.

Я уже привыкла вставать рано. Проснувшись в шесть, даже попыталась опять уснуть, но ничего не получалось, поэтому встала. Но потом опять легла и нырнула на полигон. Сейчас меня не побеспокоят. Может, глядя на тварь, придут какие-то мысли.

Страшенная мокрица вела себя беспокойно, прохаживалась вдоль границы, у меня даже сложилось впечатление, что она чует её. Мне не понравилось изменение в поведении, было предчувствие следующего этапа. Мол, Настя, ты засиделась — пора в бой!

Причину беспокойства я разглядела чуть в стороне, там лежало два трупа, я их приняла за скопление камней, потому что от них мало что осталось, какие-то чёрные ошмётки. Один у самой границы, другой глубже в их территорию. Это были другие твари. Почему я так решила? У них имелся мех.

Судя по остаткам головы, тварь походила на нашу крысу, только размером с кошку. Мелкая — не значит безопасная. Такие не ходят в одиночку, и клыки имеют.

Нужная мысль пришла внезапно. Зачем мне защитник? А не проще ли направить тварей на бесконтрольное убийство себе подобных? Это же и есть их самая сильная слабость, бесконтрольное желание убивать. Накину структуру на монстра и пусть бегает убийца. Надо продумать, как это сделать, чтобы я, да и все люди, казались для них несъедобными.

А ещё волнуют энергозатраты. Твари не магические, те, которых мне предоставляли, по крайней мере. Наличие других не исключаю. Рунная структура даже с энергетическим хранилищем проживёт недостаточно долго, и тварь опять вернётся. Мне в идеале надо, чтобы у них не возникало желание вернуться.

Если я такое придумаю, то мне придётся сильно постараться и составить логическую цепочку рассуждений, для того же Сотникова: как я до такого додумалась, да ещё без испытаний. Потому что это сильно облегчит защиту границы. Ладно, это потом.

Самый мощный, можно сказать, неиссекаемый источник — это чёрные кристаллы. Но вопрос в том, как их использовать. Первое, что пришло в голову — сделать рунное ожерелье и инкрустировать туда кристалл. Но такая форма неудобная, так как подразумевает размещение на шее. А ещё тварь может как-то задеть его и содрать вместе с ожерельем.

Опять я мыслю как-то ограниченно.

В голове возникла ещё одна идея, которую я хотела опробовать, а именно вживлять кристаллы в плоть. В реальности для этого я бы и крысу пожалела, а здесь всё можно.

Заодно попробую и ещё кое-что. Взяла взрывную руну и, закапсулировав кристалл, скрепила вместе. Ну, момент истины. Тварь была близко, поэтому я не промахнулась. И завизжала от счастья, кристалл без проблем вошёл в тело, монстр даже не дёрнулся. О чём это говорит, что моя гипотеза верна и капсула служит проводником между материальным и энергетическим. Я улыбнулась, значит, и ключ, по сути, я могу вводить принудительно.

Но это пока теория, а испытать нет возможности. Вот бы магическую тварь повстречать для эксперимента с ключом. Стоп, стоп! Не хочу я их встречать, лучше пусть останется теорией.

Что-то я отвлеклась. Щёлк! Активировала взрыв, вспышка, грохот и меня буквально снесло, протащив по острым кристаллам как по наждачке. Детонация была такой силы, что несчастную тварь разнесло на мелкие кусочки. От боли я беззвучно закричала, звенящая тишина — я оглохла. По ушам и шее текло что-то горячее. Голову буквально рвало на части от боли.

Превозмогая слабость, я зацепилось сознанием за реальность и с трудом проговорила «выход», потому что сформировать что-то мысленно не получалось.

Вернувшись, я схватилась за уши и ещё несколько минут приходила в себя, отголосок сильной боли ещё звенел в голове.

— Идиотка, — прейдя в себя, села.

О чём я думала? И как теперь туда возвращаться? А если там как в реальности мне придётся лечиться? Но до этого нужно ещё суметь пережить боль. Не буду паниковать, может Невидимый Проводник, я теперь так мысленно называла хранителя полигона, не будет издеваться и восстановит моё тупое тело.

Но одну вещь я поняла. Кристалл не просто входит в контакт с руной, он участвует в механике. Раньше с телепортом, сейчас со взрывчаткой. Это открывает нереальные возможности. Но надо ещё поэкспериментировать, для утверждения. Я улыбнулась.

Посмотрела на часы, на полигоне была полтора часа, вот это я подумать! Пора спускаться к завтраку.

Вышло так, что из домочадцев проснулась только я одна, но Марфа уже хозяйничала на кухне, я вообще иногда сомневаюсь, что она спит. Увидев меня, ещё раз поздравила, и пообещала накормить через пять минут. В духовке уже что-то запекалось.

Взяла чашку кофе и пошла в гостиную.

Попивая кофе, ловила себя на мысли, что прямо сейчас хочу вернуться в академию, но как не силилась, не могла найти предлог.

Завтрак принесла кухарка. Творожная запеканка была горячая, но не сильно, видно, к моему приходу уже отдыхала в духовке. Вишнёвое варенье или сметана? Я не могла выбрать, глядя на мисочки, которые Марфа, с улыбкой поставила рядом с выпечкой, зная мой вкус.

Начну с варения, — взяла ложку и, положив его на край запеканки, отломила. Вкуснотища! Ради этого я могу потерпеть скуку.

Тётя пришла только через час, я уже думала, что напутала что-то и мы никуда не собираемся.

Выяснилось, что мы никуда и не поедем, из-за мороза. Я расстроилась.

— Думала, потеплеет сегодня, обещали. Ярмарки будут до Крещения, так что успеем всё увидеть, — постаралась успокоить меня Елизавета Алексеевна. Она не брала в расчёт, что я не живу здесь и не смогу подстроится под погоду. Не стала об этом говорить.

— Я тогда с Ниной схожу, — я не собиралась менять планы или умру от скуки.

— Ты уверена, что стоит идти, на улице тридцать градусов мороза? — тётя вроде пыталась отговорить, но в голосе слышалось облегчение, что я не потащу её с собой.

— Я не мёрзну и о Нине позабочусь. Распорядитесь о присмотре за Полиной в наше отсутствие, — улыбнулась.

— Конечно, деточка.

Сама пошла в комнаты сестры. Тихо постучалась, чтобы не разбудить, но услышала за дверью голоса и зашла.

— Доброе утро! И кто у нас здесь ругается? — спросила с порога.

Сестра уже не спала и капризничала. Причина была проста, Нина уговаривала оставить зайца перед походом на умывание. Я подошла и обняла Полину, которая вцепилась в игрушку.

— Нельзя, чтобы на зайку вода попала, он же снежный! — с напускным ужасом на лице, но спокойным голосом произнесла я. — Ты видела, как снег тает от воды?

Полина отрицательно замотала головой. Я приоткрыла окно и собрала немного снега с подоконника. Поторопилась закрыть, там и правда было студёно.

Показав содержимое ладони, Полина потрогала его пальцем. Я взяла стакан с недопитой водой со стола и чуть полила снег, он тут же растаял. Сестра с ужасом вскрикнула и прижала зайца сильней.

— Он тёплый, — с недоверием в лице, малютка сощурила глаза. Какая сообразительная. Я удивилась.

— Потому что его греет твоя любовь. Но если будешь его мочить, то он станет холодным и весной растает, — продолжала обманывать ребёнка.

Девочка попыхтела, подошла к креслу и посадила его. Посмотрела на нас таким взглядом, что я еле сдержалась, чтобы не прыснуть от смеха, столько в нём было обиды. Погладив игрушку по ушам, сама пошла в ванную, но при этом несколько раз обернулась, а ещё не дала закрыть дверь.

Пришлось ждать, когда Нина умоет вредину. Но это не всё, следом бой был за одежду, сестра настаивала на новом платье, которое вчера ей подарила. Весомых аргументов против мы не смогли привести, поэтому Полина отправилась на завтрак как принцесса в лавандовом кружевном платье.

Усадив её за стол, Нина подошла ко мне, видно, чувствовала, что я хочу что-то спросить.

— Тебе придётся со мной на ярмарку прогуляться, — поставила её перед фактом. Служанка с ужасом посмотрела на затянутое морозными узорами окно. — Обещаю, ты не замёрзнешь.

Противиться она, естественно, не стала. Я дала ей час на завтрак и сборы. Управилась она быстрей.

А вот с машиной была проблема, заказ пришлось бы ждать пару часов. Я уже решила обратиться к отцу, но, увидев его, абсолютно несвежее лицо, видно, шампанским вчера не ограничился, оставила эту идею.

До ярмарки ехать три квартала, это, если брать в общем, а если прикинуть по времени, то минут двадцать-тридцать ходьбы. Когда я сообщила о решении отправится пешком Нине, её забила мелкая дрожь, она даже пыталась что-то возразить.

Я ничего не стала ей рассказывать, вывела за руку на улицу, сразу накинула ей согревающие руны на обувь и варежки. Я их доработала к сегодняшней прогулке, да и в дальнейшем это липкая руна пригодится. Женщина вначале ничего не поняла, потом хохотнула и с круглыми глазами стала рассматривать свои рукавицы с необычным мерцающим узором, словно первый раз их видела.

— Я же говорила, что не замёрзнешь. Пошли.

Нина широко улыбнулась и пошла следом.

У ворот никого не было, мороз не способствовал наблюдению. Только идиот утром первого января, да ещё в мороз, пойдёт выискивать тему для репортажа.

Путь был довольно длинным, поэтому начала разговор.

— Как у вас с Никодимом отношения?

Женщина потупила глаза и ответила.

— Он мне предложение сделал. Вот собирались дозволения на брак просить.

— Я дозволяю и приданое дам, — остановилась и обняла служанку.

— Что вы, Анастасия Павловна! Он меня и без приданого возьмёт. Сергей Павлович ему солидную сумму выписал, в этом месяце пообещал на доходную работу принять. Мы вам и так благодарны. Вот Полиночка подрастёт и обвенчаемся.

— После Пасхи обвенчаетесь. Полине другую няню найдём, а тебе своих детей пора рожать. И не спорь!

Служанка отреагировала странно. Замотала отрицательно головой, губы затряслись, словно она готовилась заплакать.

— Нина, сестра уже не нуждается в сильной опеке, а тебе нужно строить свою жизнь. Вас никто не гонит, при желании продолжите жить у нас или отдельно. Я тебе благодарна за Полину, без тебя бы она не выжила.

Женщина не смогла уже сдерживаться и заплакала. Я обняла её покрепче. Постояли так, пока она успокоится.

— Всё, вышло прошлое, — я вытерла ей слёзы на щеках.

— Я не представляю своей жизни без моего ангелочка, — она подняла на меня глаза полные боли.

— Ангелочек уже отрастил зубки. У тебя потребность в материнстве не реализовалось, поэтому приказываю тебе быть счастливой, выйти замуж за любимого и нарожать пятерых детей, минимум, — сказала это как можно строго, но Нина всё равно улыбнулась.

— Я вас так люблю, барыня. Бог вернул вас в такое сложное время, и вы помогли всей семье.

Я хмыкнула, она даже не знает, насколько права. Без лишней скромности я поучаствовала в жизни всех домочадцев, только Олегу не смогу помочь, это только в его силах.

Слёзы высохли, и мы продолжили путь.

Ярмарка расположилась на одной из площадей города и была не единственная. Но у нас задача просто прогуляться, поэтому выбрали ближайшую. Когда вывернули на улицу, ведущую к ней, то сразу почувствовали атмосферу праздника: звуки и главное — запахи. У меня всегда была слабость к выпечке, сейчас же я с трудом боролась с желанием что-нибудь прикупить. Да и не боролась вовсе, а просто терпела, когда мы дойдём до торговых рядов.

Я не стала выбирать, подошла к ближайшему. Так подумали многие, поэтому пришлось выстоять очередь в нескольких человек. Улыбчивая девушка быстро обслуживала, и я буквально через пару минут уже кусала булку с начинкой из смородины. Нина тоже не стала отказываться и с улыбкой откусила свою плюшку.

— А сколько тепло продержится? — женщина потопала валенками. — Мороз совсем не чувствуется, когда ноги в тепле.

— Часа два. Если внутри поместить, то ещё дольше. Как станет холодно, скажи, я обновлю.

— Вы и правда фея, — Нина хитро улыбнулась. — Я читала газету. Ваш Эрик очень красив, вы заслуживаете такого мужчины.

— Давай договоримся так, — не стала ей высказывать, чтобы не лезла не в своё дело. — Мы не будем касаться этой темы, мне ещё рано думать о парнях. Эрик просто друг.

— Простите, Анастасия Павловна, — служанка потупила глаза.

Я наконец-то осмотрелась. На ярмарке было многолюдно, мороз напугал только особо чувствительных. Даже детей было полно.

Играла музыка, слышались песни, торговцы зазывали в свои лавки-шатры, которые временно установили в торговые ряды. Я улыбнулась и направилась на поиски подарков. Решила и Рокотову-старшему что-нибудь интересное найти.