87

Плеймет прислонился к дверному косяку.

— Дин говорит — жрать подано. Вы, люди — первые.

Мы с Синдж немедленно очутились на ногах и ринулись вон из кабинета.

Она сказала:

— Ты должен его разбудить!

Морли не отозвался на упоминание о еде, хотя в последнее время наверстывал упущенное.

— Я разбужу его, когда вернемся.

Мы оставили Плеймета расставлять складные столики.

Дин занялся реорганизацией. Кухонный стол был накрыт для посетителей, которые могли заглянуть, схватить тарелку и ложку с вилкой, обойти стол, беря еду из мисок и чаш, а потом ухватить уже налитую кружку пива или чашку чая и уйти.

Плеймет придерживал дверь, потому что нам не хватало свободных рук.

Синдж снова предложила мне разбудить Морли.

— Мы должны начать приучать его к нормальному распорядку дня.

Я поставил свои горы жареных цыплят, чтобы остудить, и взялся за лучшего друга.

— Не превращай это в страсти Господни, Гаррет. Ты же видишь, он не собирается просыпаться. Давай, ешь.

Плеймет появился с кувшином, когда я сжевал первую куриную ножку. Потом он пересек прихожую, чтобы собрать там толпу. Доллар Дэн, слизывая с усиков жир, вышел из дверей и двинулся в переднюю часть дома.

Пенни и Птица бурно радовались ужину. Я так и знал, что Птица не очень хорошо питается.

Доллар Дэн снова появился с Джоном Пружиной.

— Ты как раз к ужину, — угрожающе сказала Синдж.

— Не в этот раз, сестра. Я съел вкусный сырный пирог, прежде чем сюда отправился. Я могу позволить себе сам покупать себе еду, ты же знаешь.

Синдж ела в основном овощи. Она атаковала печеный батат, не извинившись ни перед братом, ни перед бататом.

— Хорошие новости? — спросил я с набитым ртом.

— Плохие новости — это хорошо. Мы засекли три места, которые пахнут смертью и химикалиями. Два из них очень похожи на склад в Эльф-тауне, особенно своим местоположением.

Они приблизительно описал адреса.

— Ни один из них не находится в человеческом квартале.

— Именно. Хотя теперь, когда столько гномов вернулись в горы, эти кварталы стали по большей части человеческими. Но все тамошние люди — иностранцы, которые ни слова не говорят по-карентийски.

— Чудесно. Чудесно. А что насчет третьего места?

— Оно другое. Там тоже пахнет смертью и химикалиями, но не так сильно. Вонь человеческого безумия и ужаса подавляет все остальное.

— Где оно?

— В Высадке. В еще одном заброшенном складе. Мои люди не смогли подобраться ближе. Там расставлены охранники.

— У нас кое-что наклевывается, Синдж! — сказал я.

Плеймет показался с еще одним кувшином и кружкой для Джона Пружины. Потом снова ушел, но отсутствовал не больше минуты. Он принес свой ужин и присоединился к нам.

— На кухне слишком людно. Я не вмешиваюсь в секретные дела, а?

— Вряд ли. Ты — часть игры. Этот Колда высоко поднялся в моем списке хороших парней.

— Дай ему знать об этом, когда увидишь. Его не так уж часто гладят по головке.

Синдж и Джон Пружина хранили молчание. Они входили в число тех, кто сдержанно относился к Колде.

— И что нам делать с этой информацией? — спросил Джон Пружина.

Учитывая, что я находился вроде бы как в заключении, и с учетом физического состояния Морли, самым логичным было бы передать информацию Гражданской Страже. Но на них давили собственные ограничения, им могли велеть осадить назад, прежде чем они добились бы толка.

— Твой отряд заметил, чтобы кто-нибудь еще там разнюхивал? — спросил я.

— Нет. А что?

— Мне трудно поверить, что мы смогли выяснить такие вещи раньше людей, которым как раз и положено заниматься расследованием.

Синдж, листавшая большим пальцем бумаги в поисках чего-то, сказала:

— Не забывай, что мы не пытались закрыть глаза на существование грязи, заметая ее под коврик.

— Они не очень усердно ищут, — высказал свое мнение Джон Пружина.

Морли издал звук, как будто давился мокротой. Он справился с этим, прежде чем до него дотянулся Плеймет. Открыл на мгновение глаза, но не проснулся и ничего не заметил.

— Вот оно, — сказала Синдж.

— Вот оно — что?

— Список собственности, зарегистрированной на Констанс Алгарда. В него не входят склады, которые заметил Скромность.

— Интересно выяснить, кому тогда они принадлежат.

— У нас некого послать, чтобы это выяснить.

— Я мог бы пойти, — вызвался я. — Доллар Дэн и его команда могут справиться здесь.

Синдж подумала.

— Такое возможно, но… Как это повлияет на Тинни? Ты покидаешь дом ради небольшого расследования, но не ради нее?

— Я буду делать то, что должен. Извинюсь позже.

— Слишком поздно, чтобы заниматься этим сегодня. Я внесу это в список.

Теперь у меня была юная-взрослая крысодевушка, говорящая мне, что надо делать.

Когда Бог нацарапал мою судьбу у меня на лбу, он включил в каракули знак, говорящий, что я буду игрушкой инь[8] нашего мироздания.

Морли что-то пробормотал.

Плеймет вскочил.

— Я принесу ему обед.

Я подошел и приподнял подбородок Морли.

— Я в порядке, Гаррет. Просто спал. А теперь проснулся.

— И в капризном настроении.

— И готовый сломать несколько костей. Мне снился сон.

Я придержал остроумное замечание. Сон мог оказаться важным.

— Теперь сон пытается ускользнуть. Но парень, нарисованный на картине, — псих. Он держал меня прикованным в плохом месте. Гипнотизировал меня. Я был там не один. Было еще множество других. Но они находились в другой ситуации.

Он поднял руку, увидев, что я готовлюсь задавать вопросы.

— Это все.

— Это может быть воспоминанием о том, как ты был в плену.

— Должно быть, я сбежал. Может, когда меня догнали, меня и истыкали ножами.

— Вполне возможно, так и было.

Я вспомнил, что Белинда все еще не нашла своего пропавшего свидетеля.

— Эй, у Белинды есть одна из тех деревянных масок и несколько обрывков серой ткани. Она нашла их там, где, по ее мнению, на тебя напали.

— Что? — разом спросили Морли и Синдж.

— Когда мы в первый или во второй раз говорили с ней о том, что с тобой случилось, она сказала, что посетила то место, где на тебя напали. Ее привел туда свидетель. Осмотревшись по сторонам, она нашла маску.

— Итак? — спросила Синдж.

— Итак, у нас есть кое-какие улики, о которых никто не знает. Все остальное было конфисковано.

— Интересно, но так ли уж важно? — спросил Морли. — Вкупе с тем, что нашел Джон Салвейшен, это не должно долго продолжаться.

Хороший довод. Может, я просто хотел почувствовать себя умным. Может, я просто чувствовал, что мне надо хоть что-то сделать.

Приближались ли мы к цели?

Мы не знали, кто настоящие преступники. Мы не знали, что они затевают. Теория директора о заговоре с целью свержения монархии казалась неубедительной. Но множество людей считали, что тут замешана политика. Может, потому, что политики думали: политика замешана во всем.

Мы не знали, почему Морли полон дыр, но мне казалось, что я могу догадаться.

Он видел то, чего не должен был видеть. За это его схватили и держали под замком, вероятно, вместе с другими пленниками. Кто-то пытался его гипнотизировать. Будучи Морли, он нашел способ сбежать. Тех, кто держал его в плену, это крайне возмутило. Они погнались за ним. Он двинулся к Эльф-тауну, думая, что может укрыться там. Чужаки, угрожавшие тому, в ком течет кровь эльфов, не протянули бы долго в том районе.

Он так туда и не добрался. Может, получившие предостережение люди с того ужасного склада его перехватили.

Эти люди и серые твари бросили его, посчитав мертвым. Его тело не представляло ценности, поскольку не было телом человека. Позже они услышали, что Морли выжил. Мы с Белиндой навели их на «Огонь и лед». Они пытались достать Морли там. Потерпев неудачу, подкупили брата Хото. Хото и принес вести о том, что Морли пока ничего не сказал.

В конце концов они совершили набег на мой дом. Набег закончился неудачей.

А теперь они залегли. Были проложены фальшивые следы и совершены отвлекающие маневры.

Чем больше я размышлял, тем менее вероятным мне казалось, что вся эта заваруха имеет отношение к политике.

А чем еще она может быть, я понятия не имел.

— Гаррет? Ты все еще с нами? — вопросил Морли.

— Я знаю, что ты не привык быть свидетелем такого процесса, но я размышлял. Что-то в твоей башке (хотя ты сам еще не знаешь, что именно) — самородок информации, способный разрушить жизни людей, замешанных в происки с воскрешением мертвых.

— Они так считают. Ну и что? Я все еще имею только общее впечатление о том загоне, где меня держали.

— Загоне? — набросилась на него Синдж.

— Это, вероятно, не точное слово. Место скорее походило на грязный подвал. Оно воняло, потому что было переполнено…

— Ты был не один.

— Я уже об этом сказал.

— Кто-нибудь еще сбежал тогда же, когда и ты?

— Не знаю.

— Если бы они сбежали и начали говорить, об этом уже стало бы известно, — сказала Синдж.

— А как насчет такого предположения? — спросил я. — Может, наши преступники не ожидали, пока люди умрут, прежде чем их использовать.

— Если бы исчезло такое множество людей, поднялся бы великий шум, — напомнил Морли.

— Нет, не поднялся бы. Мы уже это поняли. Блок собирается в этом разобраться.

— Операция в Маленьком Унылом Болоте, — сказала Синдж. — Осужденные. И как только им выносят приговор, они все равно что мертвы. Никто не ожидает, что они выживут. Если ты там командуешь, ты можешь продавать их и вносить в книги как погибших в болоте.

— Тела предъявлять не нужно, — добавил я. — Некоторые «что» и «как», может быть, прояснятся. Было бы мило время от времени натыкаться и на «почему».

— Просто будь терпелив, — сказала Синдж. — Все всплывет на поверхность — если только компания, прикрывающая эти делишки, не впихнет Блока и Релвея в собственные клетки.

Морли заворчал. Он думал, что более готов, чем был на самом деле. Теперь наступило время, когда он будет опаснее всего для себя самого.

— Подумайте, прежде чем что-нибудь предпринять, мальчики, — сказала Синдж.

Отодвинула свое кресло, встала и вышла из комнаты.

Загрузка...