73

Синдж провела Барата Алгарду в комнату Покойника. Барат был в плохом настроении, но он быстро сюда явился. Он не носил сетку на голове — значит, не собирался ничего скрывать.

Барат Алгарда был крупным мужчиной, не меньше Плоскомордого, уродливым и неряшливым. Он смахивал на невезучего головореза, у которого слишком мало работы, потому что Дил Релвей нанес удар по теневой экономике.

Барат тщательно пестовал такой имидж, потому что он мешал людям приготовиться к настоящему Барату Алгарде. На самом деле он был таким же умным и сообразительным, как все его потомки женского пола. Но его единственным магическим талантом являлась естественная могучая способность сопротивляться зондированию ума, которое устраивал Покойник.

Алгарда был более темноволосым и ширококостным, чем Страфа и Кеванс. Страфа пошла в мать, которую я видел призраком когда-то, давным-давно. Кеванс унаследовала чуть больше от предков по отцовской линии. Она никогда не была красавицей.

Алгарда едва взглянул на Покойника.

— Ну?

Синдж осталась стоять в дверях, полагаю, чтобы можно было прыгнуть в комнату, если Алгарда начнет вести себя агрессивно. Он уже поступал так раньше, когда подумал, что его дочерям угрожают.

— Кеванс объяснила, что происходит?

— Честно? Не очень внятно. У меня сложилось впечатление, что она считает, что ее несправедливо травят.

— Такое возможно.

— Она ведет себя так же, как в ту пору, когда ее шайка занималась размножением гигантских жуков.

И Барат добавил:

— Боги, я рад, что они не принялись за пауков.

Меня передернуло.

Я тоже был этому рад.

— Вы должны признать, Кеванс отчасти социопатка.

— Это у нас семейное.

И в самом деле.

— Поэтому позвольте мне обрисовать ситуацию, в которой, как оказалось, надо кое-что увязать.

Я стремительно ввел его в курс дела.

— Странно. И как сюда вписывается моя дочь?

Я начал подбирать самые лучшие слова, чтобы поведать о складе, принадлежащем его матери.

— Не Кеванс. Виндвокер.

— А.

Я выложил все начистоту, опустив только личные аспекты.

— Значит, наследный принц? — перебил меня один раз Алгарда.

— Да.

Морли молча слушал.

Плеймет присоединился к Старым Костям в стране слов, только он еще и храпел. Любознательная Синдж выглядела так, словно от моей цензурированной истории ее тоже потянуло в сон.

— Стеклянные изделия, э? — вслух подумал Алгарда ни с того, ни с сего — Необычные стеклянные изделия. На складе. В Эльф-тауне.

— Там, где Кеванс прожила год. В месте, принадлежавшем вашей матери.

Он казался слегка удивленным.

— Странная женщина моя мать. Она таит секреты.

Почему бы и вправду не добавить еще один уровень странности? Хотя Покойник обычно предостерегал меня против принятия скоропалительных решений, базирующихся на предубеждениях.

Я повторил:

— Есть улики, говорящие о том, что Кеванс там жила. Улики эти у Спецов. Она говорит, что пробыла там год. Узнала об этом месте потому, что бабушка водила ее туда, когда Кеванс было двенадцать.

— Вот как ты добрался до моей матери.

— Стеклянные изделия означают что-то особенное?

— Не слишком.

— Морли, не мог бы ты подержать эту лампу так, чтобы мистер Алгарда смог взглянуть на те рисунки?

Морли повернул и рисунки тоже. Иначе их не видно было бы оттуда, где стоял Алгарда.

— Кто эти люди? — спросил Барат.

— Я надеялся, вы мне расскажете.

— Я могу сказать, кем они были сорок лет тому назад. Это мой двоюродный дедушка Натаниель. Он умер, пока я был в Кантарде.

— У него были дети? Плеймет ребенком запомнил его как соседского головореза. Морли смутно помнит его, но не где, когда и почему. Сегодня этот человек — похититель трупов по имени Натан.

Я не стал объяснять, кто такие похитители трупов, потому что Алгарде был знаком термин.

— В самом деле? На что только не способны люди, а? Наше племя создал безумный бог. Дайте-ка мне подумать.

Он нахмурился с видом скорее озадаченным, чем сосредоточенным.

— Ладно. У Натаниеля был один ребенок, Джейн. Она была кузиной моей матери, но моложе мамы. Даже младше меня. Она была беспощадно злой, не по годам развитой шестилеткой, когда я видел ее в последний раз. Она могла бы выглядеть вот так в восемнадцать.

Он показал на рисунок с изображением женщины.

— Теперь ей должно быть за пятьдесят.

Что ж, во всей этой заварухе участвовала женщина пятидесяти лет, хотя, без всяких веских оснований, я предполагал, что она еще старше.

— А не могли у нее родиться дети, похожие на своих предков?

Алгарда пожал плечами.

— Возможно. Я не очень много знаю об этих людях. У нас никогда не было с ними много общего. Они были скверными людьми.

Внезапно он быстро, прищурившись, посмотрел на меня, возможно углядев что-то в моем вопросе.

— Насколько мне известно, их линия прервалась во время моего первого путешествия.

Он посмотрел на рисунок повнимательнее, оценив то, что уловила Пенни.

— У этого человека даже шрам, как у Натаниеля.

С голодным видом Барат рассматривал рисунки Пенни. А когда наши взгляды снова встретились, у него был очень смущенный вид.

— Ты — некоего рода дьявольский стимулятор?

— Простите?

— Когда в прошлый раз Алгарды попали в беду, ты выкапывал червей. И вот опять ты.

— Черви уже были там, напрашиваясь, чтобы их выкопали, — перебил Морли. — Будьте благодарны, что Гаррет запасся лопатой.

Алгарда был трудным парнем. Он попытался сурово уставиться на Морли. Морли не обратил на это внимания.

— Ты прав, — сказал Алгарда. — Наверное, на вершине Холма идет какая-то серьезная закулисная свара. Она может быть даже связана с некоторыми странными вопросами, заданными мне недавно людьми, визита которых в мое жилище я бы никак не ожидал.

Он не объяснился подробнее, но сказал:

— Я покопаюсь в паре старых семейных легенд.

И повернулся к двери.

Синдж не двинулась с места. Она посмотрела на меня в поисках совета, я кивнул и сказал:

— Меня попросили передать вам, чтобы отсюда вы прямиком отправились в Эльф-таун.

Барат нахмурился.

— Кто попросил?

— Виндвокер.

Он жестко посмотрел на меня, но потом просто кивнул и повернулся, чтобы последовать за Синдж.

Синдж вернулась от дверей и сказала:

— Вряд ли он доволен тобой.

— Мое сердце разбито. Его мать была вовлечена, когда мы в прошлый раз имели заварушку с его людьми? Если я правильно помню, парочка старых ворон тогда отбросила копыта.

— Не припоминаю. Я это проверю.

Кто-то постучал.

— Должно быть, пришел мистер Тарп.

— Ты тоже начинаешь читать мысли?

— Нет. Тогда находиться поблизости от нас с Покойником было бы изматывающим делом. Я видела, как он идет по улице, когда выпускала мистера Алгарду.

И Синдж пошла открывать.

— Мы потихоньку к чему-то подвигаемся, — сказал Морли.

— Да. И это «что-то» может, в конце концов, иметь отношение к немертвым или зомби.

Загрузка...