Попаданка в академию темных

Глава 22 Покориться сейчас, чтобы бунтовать потом

Меня затрясло, я отпрянула. Горло перехватило спазмом, перед глазами замелькали разноцветные пятна.

Сиера подскочила ко мне первой, и я услышала ее едва слышный шепот:

— Притворись, что упала в обморок.

Повторять дважды мне было не нужно, я обмякла в ее руках, и она опустила меня на кровать.

— Новенькой плохо, она не сможет пойти. Позовите лекаря! — скомандовала Сиера, а тетушка плюхнулась рядом со мной и принялась похлопывать по плечам.

— Но… Повелитель приказал… — пробормотал слуга.

— Идем, — проговорила решительно Сиера. — Я все ему объясню.

— Ты можешь навлечь на себя его гнев, — проговорила Лина. — Сиди здесь, я сама пойду.

— Нет. — Сиера решительно встала. — В этом году я исполняю обязанности супруги, так что должна научиться держать ответ перед Повелителем.

Она ушла, оставив меня лежать на кровати с бешено колотящимся сердцем, которое отдавало гулким эхом в груди. Конечно, никто не в силах переубедить этого самодура. Руфус, как бы меня ни утешал, не мог заглянуть в голову своему правителю и там все исправить.

Стоило мне вспомнить Руфуса, как в груди разлилось нежное тепло. Опять это нелогичное, непонятно откуда взявшееся чувство! Руфус называл это древней магией. Но какого, спрашивается, хрена это со мной произошло⁈

— Аэлита, ты понимаешь, что сама виновата в том, что случилось⁈ — Тетушка потянулась ко мне, стащила платье с плеча и ткнула в волосатое плечо. — Будь как все! Не выделяйся раньше времени! И тогда избежишь проблем. А ну-ка, пошли!

Лина встала и потащила меня за руку, не взирая на мои жалобные причитания о том, как мне плохо.

Целый час под занудные нотации тетушка втирала мазь, клочками смывая выпадающий пушистый покров, затем обмазывала меня пахучими маслами, терла грубыми щетками и снова наносила слои ароматов. В итоге я напоминала себе розовенького поросенка, а моя кожа стала такой нежной и бархатистой, что мне самой было неловко прикасаться к себе, будто мое тело обернули в чужую шелковую оболочку.

— Итак, бестолковое ты создание! — продолжала ворчать Лина. — Еще один фокус, и наш ректор, Тень Повелителя, господин Архейм, отправит тебя в холодный дворец! Поверь, это скучное и унылое место, где ты не сможешь ни учиться, ни занять место в обществе. Тебе это надо, скажи мне?

— Я не просила меня вытаскивать из моего мира, — упрямо заявила я.

— Но ты уже здесь. И тебе решать, что будет дальше с твоей жизнью, — ответила она твердо.

— Не мне, а вашему Повелителю, — огрызнулась я, пока на меня натягивали хлопковую, нежнейшую сорочку.

— Аэлита! — воскликнула тетушка. — Ты прекрасно поняла, о чем я говорю!

— Простите, — вздохнула я, сдаваясь под тяжестью ее слов.

Да, я понимала. Если буду серой мышкой, у меня появится шанс. Она права — надо быть как все. А ещё нужно узнать об этом мире побольше. Я не хотела в холодный дворец, где Повелитель всё равно найдёт меня. Но в относительной свободе я могла бы что-то придумать. Но прямо сейчас я не могу ничего, остается лишь уповать на чью-то помощь. Однако прошло больше часа, а за мной никто не пришел, значит, Повелитель передумал звать меня прямо сейчас. И это меня утешало.

Утро началось с резкого звука будильника, быстрых сборов под строгим надзором тетушки Лины и похода в столовую. Я впервые оказалась в общей столовой академии и увидела кого-то помимо наложниц Повелителя. Это была огромная зала с высокими сводчатыми потолками из темного дерева, где колонны, украшенные резными фигурами животных, птиц и цветов, тянулись к небесам. Высокие витражные окна пропускали мягкий свет, окрашивая столы в синие, фиолетовые и багровые оттенки. Под потолком висели люстры с мерцающими, будто светлячки, фиолетовыми шариками, излучающими мягкое сияние.

Длинные дубовые столы стояли в строгом порядке, напоминая монастырскую трапезную, а скамьи — широкие, с вытертыми подушками — хранили отпечатки поколений студентов.

Здесь сидели и совсем юные дети, и взрослые юноши с девушками. Меня поразила дисциплина, с которой группы входили в зал, двигались колоннами по двое к определенным столам, рассаживались и лишь тогда позволяли себе негромкие беседы.

А еще я отметила, что все от мала до велика носят темно-синюю брючную форму, более свободного кроя девочки и девушки, и более строгую обтягивающую парни. На спинах у них красовались красивые эмблемы языков пламени, заключенные в стальное кольцо. В дурацких рюшах ходила только группа будущих наложниц.

С обидой я подумала, что и тут мне не повезло. Хотелось сползти под стол и исчезнуть, мне казалось, что каждый взгляд прикован ко мне. Конечно, это был бред, и я заставила себя оторвать взгляд от стола, поднять голову и оглядеться как следует, а не мельком. Но мои опасения не развеялись — на наш столик действительно пялились все, кто мог хоть как-то разглядеть.

Девушки смотрели с опаской, парни — с любопытством, перешептывались и порой посмеивались. В горле встал ком, и я подергала рюши, мысленно обвиняя их в излишней нашей «привлекательности». Теперь ароматное какао, аппетитная светло-лимонная запеканка и тосты с джемом не лезли в горло, теряя вкус под тяжестью чужих глаз.

Однако неловко чувствовали себя только я и вторая новенькая. Остальные уплетали завтрак за обе щеки с королевским достоинством.

Я постаралась перенять их манеру поведения и заставить себя отвлечься на еду. Впрочем у меня вскоре это действительно получилось. Такой вкусной еды я не ела очень-очень давно. В груди сжалось сердце от воспоминаний о доме, где, как бы ни было тяжело, остались те, кого я любила, и кто любил меня. Они не заслуживают еще большей боли. Слезы сами набухли и капнули в тарелку, растворяясь в нежнейшем сметанном соусе.

— Эй, милая, — услышала я вдруг мужской незнакомый голос, а плечом ощутила мимолетное прикосновение.

Я вздрогнула и вскинула голову. На меня смотрел сверху вниз молодой человек в синей форме учеников с грубоватыми мужественными чертами лица и самоуверенным взглядом.

— Не спеши к Повелителю, поняла? — его губы искривились в нахальной усмешке. — Подожди, пока я не вступлю в должность.

— Чего? — пробормотала я, на самом деле ничего не понимая.

— Ах, скверный мальчишка! Прочь от новенькой, бесстыдник! — раздался вопль тетушки Лины, и приставший ко мне студент поморщился, подмигнул мне и пошел к выходу из столовой.

— Кто тебя ждать будет, бездельник! — крикнула ему вдогонку веселым тоном моя соседка. — Найдутся кандидаты и подостойней.

Тот обернулся, прищурился, но все равно улыбнулся и даже помахал рукой. За ближайшими столиками захихикали. Я повернулась к соседке.

— Что вообще происходит? Что ему надо от меня?

— Ну как же, — пожала она плечами. — Мы тут экзотика, лакомый кусочек, запретный плод, если хочешь. Знаешь, какие слухи ходят о девочках из мира людей?

— Да откуда же? — Я пожала плечами и невольно поежилась.

— Говорят, мы очень страстные натуры, которые способны разжечь огонь на пустом месте.

— Ну да, конечно, — фыркнула я.

— Все доели? Идем на занятия! — скомандовала Лина, и мы поднялись.

Шагая по коридорам, я снова задумалась о Руфусе. Интересно, кто он такой? Может ли быть, что он тоже может «получить» меня после года с Повелителем? Хотел бы? Нет, я не собиралась уступать этому жирному Джаббе свое тело, но чисто гипотетически…

— Тетушка, — позвала я ее, когда мы вошли в светлый просторный кабинет. — А что такое магия истинности?

Лина замерла, нахмурилась, глядя на меня с удивлением. Потом заморгала.

— Не совсем понимаю, о чем ты.

— Ну как же… — Мне было неловко объяснять. Руфус говорил об этой магии как о чем-то само собой разумеющемся, а тетушка растерялась. — Она связывает души двух магов, и они влюбляются друг в друга. Кажется, так… Я просто случайно услышала.

— Где ты умудрилась такое услышать? — хихикнула одна из сокурсниц, чьё имя я не запомнила. — Небось приснилось.

Тетушка Лина мягко улыбнулась и погладила меня по голове, её рука была тёплой и успокаивающей.

— Наверное, так и было. С тобой столько всего произошло, что легко перепутать сон и реальность.

Я кисло усмехнулась, а сама окончательно растерялась. Почему Руфус тогда сказал об этом? И почему тогда не удивился? А что если я и правда не так его поняла, и он имел в виду что-то другое? А может быть, мне действительно приснилось… Но что тогда со мной происходит?