Попаданка в академию темных

Глава 13 Не такой уж некомпетентный

Всю дорогу мерзкий Окурок лапал меня, прижимая к себе грубыми руками и рассказывая о своих влажных фантазиях о том, что сделает со мной этой ночью. Он не сомневался, что его босс «отдаст» меня ему. Я же не сомневалась в другом — больше они никому не навредят.

И вот я стояла посреди комнаты загородного особняка этого мерзкого подонка, который подставил моего отца, чтобы прибрать к рукам бизнес и разрушить нашу жизнь. Даже находиться тут было мерзко. Вычурное убранство не вызывало ничего кроме неприязни. Даже воздух здесь пропитался запахом виски и затхлого порока.

Окурок и двое его прихвостней сидели в стороне на кожаном диване, небрежно поигрывая пистолетами. Они смотрели на меня маслянистыми взглядами, хохотали над плоскими шуточками босса, а я не слышала ни слова — во мне клокотала ярость.

Я стягивала к себе всю энергию, до которой могла дотянуться. Теперь я понимала, что черпаю силу прямо из недр земли. Я чувствовала биение сердца планеты, движение ее коры, жар бурлящей магмы глубоко в недрах. И эта сила принадлежала мне. Вся мощь, которую я смогу впитать.

Я тянула и копила ее, пока перед глазами не замелькала тьма, а по венам не побежал огонь. Это был мой предел. Мое тело больше не могло вместить.

Ко мне подошли, грубо схватили за волосы и поставили на колени. Перед моим лицом расстегнулась ширинка, и я замерла, не сразу осознав, что происходит. Тьма внутри дрогнула, готовая вырваться, и я усмехнулась — не от веселья, а от дикой смеси страха и ярости. Удар по щеке сбил меня на холодный пол, и я почувствовала, как воздух вокруг задрожал от моей силы.

— Что за чертовщина, гадина⁈ — рявкнул Окурок, его голос эхом отразился от стен. — Только попробуй что-то устроить!

— Тьма, — выдохнула я и отпустила силу. Я помнила то чувство в академии, когда темнота вырывалась и захватила контроль надо мной. А сейчас я собрала столько, что кружилась голова. Я смогу повторить. Точно. Покончу с ними раз и навсегда.

Тени вырвались из меня, мгновенно поглотив всю комнату, плотные, осязаемые, густые, точно черный кисель, с легким шорохом скользя по полу. Как в прошлый раз в академии. Не та темнота, которой я обычно пользовалась в своем мире, а нечто страшное, беспощадное, всепоглощающее. Она клубились, обхватывая меня вместе с бандитами, окутывая все вокруг абсолютной тишиной. Ни один крик не покинет это место, ни один вдох не нарушит гнетущую черноту. Никто не выберется из этой комнаты. Даже я. Ведь рассеивать ее я так и не научилась.

Грудь сдавило, глаза защипало от подступающих слез. Я не хотела умирать. Но если другого пути нет, пусть будет так.

Мое тело лихорадочно пыталось вдохнуть, перед глазами замелькали мушки, а в ушах зазвенело. Я была на грани. Это было так больно и страшно — умирать от нехватки воздуха, в темноте и одиночестве…

И вдруг тьма рассеялась, словно рваная завеса, грудь наполнил воздух с спасительным вдохом. Я резко села и поняла, что все эти ублюдки, которых я собиралась забрать с собой, тоже живы, валяются и откашливаются на полу, схватившись за горло.

— Нет! — прохрипела я, ощущая жгучую обиду и отчаяние. — Почему? Почему не получилось?..

И тут совершенно некстати я почувствовала странное облегчение и даже радость — будто меня обнял единственный родной и близкий человек, тот, кого я так безмерно люблю, его теплое дыхание коснулось моей души…

— Что ты творишь, Аэлита? — раздался хриплый голос позади, и я обернулась.

На одном колене, тяжело дыша, стоял уже знакомый мне маг — тот самый, кто вытащил меня из моего мира. Гадкий маг, который даже не стал меня слушать! Значит, это не мои силы иссякли, а он их рассеял. Тогда я должна попытаться еще!

Я хотела призвать темноту, но не смогла сосредоточиться. Моим вниманием полностью завладел мужчина передо мной, окруженный легкой темной дымкой теней. Он смотрел на меня не как в прошлый раз с легкой будто добродушной усмешкой и снисходительным взглядом. Сейчас он выглядел так, будто ему было невыносимо больно, и слезы блестели в его глазах — таких красивых, темно-вишневых. Сердце сжалось от тоски и радости, а вокруг повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Я совершенно не понимала, что со мной происходит.

— Эй, какого хрена⁈

— Что за мужик?

Бандиты прокашлялись, приходя в себя, и в гнетущей тишине раздались резкие щелчки затворов, эхом отражаясь от стен.

— А ну, руки вверх, живо! Ты кто такой⁈

— Ты желала смерти этим людям? — вдруг спросил меня маг, его голос прозвучал тихо и хрипло.

Я, не найдя слов и не в силах солгать, кивнула.

— Руки, я сказал! — взревел Окурок, и выстрел разорвал воздух, резким хлопком отдаваясь в ушах.

Я вскрикнула, вздрогнув, но маг остался невредим — пуля врезалась в тонкий, но плотный черный щит, возникший в то же мгновение, отразившись от него, и упала на пол с глухим стуком.

— Какого дьявола⁈ — завопил босс и пополз по полу к столу.

Черные тени-жгуты мага взметнулись, с шелестом пронзая воздух, догнали всех четверых, обвили их конечности и шеи, и к крикам с хрипами вскоре добавился страшный хруст ломающихся позвонков, будто сухие ветки трещали под чьей-то тяжелой поступью. Я сжалась, до конца не веря в то, что происходит. Я совершенно не ожидала этого.

Маг смотрел только на меня, его темно-вишневые глаза сияли сквозь дымку магии. А я не могла отвести взгляд, разрываясь между эмоциями: ужасом от кровавой бойни и облегчением, что мне не пришлось умирать вместе с ними.

— Спасибо, — прошептала я, мой голос дрожал, растворяясь в пропитанном насквозь магией воздухе.

Теперь я намеренно смотрела только на мага, чтобы не видеть валяющиеся в неестественных позах тела. Выходит, я сама попросила убить их, и я правда хотела этого. Хотела помочь родным избавиться от долга и опасности. Они не пощадили бы даже мою бабушку, они не щадили меня. Но отчего-то на душе было паршиво, чувство вины терзало меня. Одно дело умереть и прихватить с собой, и совсем другое — жить с этим.

Тени мага исчезли, он медленно поднялся и спокойно посмотрел на меня. Он не осуждал и не спрашивал причину, просто убил четверых людей, потому что я попросила. Я растерялась, утонув в его темных глазах, и странное щемящее-болезненное чувство оттеснило ощущение вины, мое сердце трепетало от волнения и будто даже радости, словно я опьянела.

— Что еще мне сделать для тебя, Аэлита, чтобы ты перестала убегать? — спросил маг тихим, едва слышным, бархатным голосом.

— Мои родные, — прошептала я, чувствуя, как слезы жгут глаза. Неужели у меня есть шанс? Он правда выслушает меня? — Позвольте хоть иногда связываться с ними…

Губы мага сжались, он отвернулся.

— Попробуем, — тихо произнес он, его голос дрогнул. — Хотя это строжайше запрещено.

Во мне шевельнулась надежда, а с ней — искренняя радость, словно теплый луч пробился сквозь мрак. Я подскочила. Потом придумаю, как быть с участью наложницы, ведь пока я лишь ученица. У меня есть время что-то изменить. А сейчас я была рада и этому.

— Вы не такой уж некомпетентный, каким показались вначале, — сказала я, подойдя к магу и остановившись перед ним, чтобы он видел мою благодарность. Хоть и казалось, будто он избегает меня. — Спасибо, что помогли мне и пошли навстречу.

Он глянул на меня почти обреченно, в его глазах мелькнула боль. Я улыбнулась, но он резко отвернулся. И что с ним такое? Затем жестом указал вперед — к открытому порталу. Тоже странно. Неужели из-за того, что я теперь «посвященная», он избегает прикосновений? А ведь я помню, как он таскал меня и прижимал к себе. Мне вдруг захотелось вновь ощутить его крепкие объятия. Отбросив эти странные мысли, я шагнула к порталу, готовясь к неминуемой боли.

Я пребывал в полнейшем смятении. Передав Аэлиту тетушке Лине, я вернулся в архив, отправил декана обратно в академию и сел на холодный каменный пол посреди хаоса свитков и книг. Тяжелый запах древности, смешанный с пылью и затхлостью, окутывал меня, как саван, а полное отчаяние сжимало сердце ледяными тисками.

Я не был уверен наверняка, но предчувствие, как темная тень, шептало — Аэлита моя истинная. Ведь эмоции, что бушевали во мне, словно эхо ее сердца, совпадали с тем, что происходило с ней. И когда она, с дрожью в голосе, попросила помочь с родными, я не смог отказать. Должен был — ведь посвященным запрещено поддерживать связь с их прошлым миром, — но я пошел против правил ради нее.

Оставался слабый шанс, что мне показалось, что все это лишь случайное совпадение, и моя истинная не будущая наложница Повелителя. Я цеплялся за эту мысль, как утопающий за соломинку, пытаясь заглушить нарастающий страх и тоску. Если это все-таки она, что вообще мне тогда делать?

На глаза попалась открытая книга и разложенные свитки. Похоже, Каэлан нашел какую-то информацию. Я глянул в текст, и по спине пробежали мурашки. Прикосновение помогает открыть правду об истинной. Чтобы убедиться, является Аэлита моей истинной или нет, я должен коснуться ее. Вот только пока я не представлял, что мне с этой правдой делать.

Я потер пальцами уставшие глаза. Год… У Аэлиты будет год, пока наложницей будет одаренная Сиера. За год я что-то придумаю. Просто обязан…