Побег из рая

Глава 23

Обход моего жилья вышел неожиданно долгим. Похоже, в этот раз мне отвели место, сопоставимое по размерам с жилищами других членов семьи. Почти бесконечная анфилада комнат, где были зимние сады и собственный бассейн, спортивный зал, в котором можно было тренировать целую команду гимнастов, и личная швейная мастерская, массажный кабинет и бильярдная, зал для приёмов и комната для завтраков, будуары и кабинеты, библиотека с настоящими бумажными книгами и многое, многое другое. В конце концов мне надоело бродить по этим комнатам, и я спросила у Ниит, зачем мне столько помещений. Удивлённый взгляд и тихий голос:

– Так приказала Великая Госпожа.

– Я понимаю, что так приказала она, но ведь на самом деле мне столько не нужно.

– Это подчёркивает ваш статус, госпожа Ярис. Вы – член Семьи.

– А ты можешь мне показать, где ночуете вы?

Надо сказать, что моя просьба вовсе не вызвала энтузиазма у Ниит, она некоторое время мялась, но и возражать мне не осмелилась. Под моими роскошными апартаментами располагался нижний технический этаж. Там тоже было достаточно чисто, и даже трубы и пучки проводов, идущие вдоль стены коридора, выглядели как техноукрашения, ничем не напоминая подвал. Но всё же это было именно полуподвальное помещение: окна узкой полоской шли только по одной стороне и располагались прямо под потолком. Комнаты прислуги были небольшие, выкрашенные в молочно-серый цвет и довольно безликие. Серым было всё: потолки, стены и мебель, пледы и постельное бельё. Эту мутную серость не разбавил ни один штрих ярких красок: ни вазочки, ни яркой подушки, ни даже уютных домашних тапочек.

– Ниит, скажи, вам запрещены яркие цвета?

– Нет, госпожа. Такого запрета не существует.

– Тогда почему всё вокруг такое унылое?

– Госпожа, всё вокруг принадлежит вам. Это – то, что мы получили от казначея дворца и что обязаны сдать. Никто из нас не осмелится что-то требовать вопреки приказу хозяина. Но, если вы распорядитесь, можно перекрасить всё в любой цвет, если пожелаете – даже в красный.

Похоже, Ниит совершенно не поняла меня. Впрочем, как и я её. Я хотела узнать, хотят ли он сами для себя что-то разноцветное, а она решила, что я хочу для них другую цветовую гамму. Пожалуй, стоит отложить этот вопрос на потом и подойти к нему более аккуратно.

– А где сейчас все? Почему комнаты пусты?

– Госпожа, сейчас время обеда, все слуги в столовой. Но если вам кто-то нужен...

– Нет-нет, пусть поедят спокойно.

Вечером я узнала, что одна из моих горничных, Малин, умеет делать совершенно восхитительный массаж. Но вот разговор с ней изобиловал паузами: она мало знала меня и просто не понимала, что отвечать, чтобы мне понравиться. Эта услужливость и непременное желание угодить после свободных лет, проведённых на Майтеро, давили очень сильно. Ощущение одиночества просто навалилось на меня, и до конца сеанса я молчала, не желая слушать угодливое бормотание.

Большую часть следующего дня я валялась на тахте, бездумно скроля новостную ленту Империи. Там, как ни странно, одной из самых важных новостей оказалась именно весть о праздновании моего дня рождения. Источники сплетничали и придумывали невообразимые истории о том, какие подарки будут преподнесены мне. По традиции я должна была получить причитающееся наследство, чтобы оно стало моим приданым, но я уже прекрасно знала, что никакого наследства мне не положено: моя мать, Каэль-джан, расплатилась этим имуществом за мою безопасность. Я вообще слабо понимала, зачем я понадобилась Хаджани.

Заодно я полистала старые, двухгодичной давности статьи и посты о том, как праздновали совершеннолетие Тиры. Один только список подарков был такого размера, что я не смогла запомнить даже десятой части. Не знаю, собираются ли семья и гости озолотить меня, но больше всего я хотела покинуть мир Империи и вернуться на любую из планет Альянса. Я – дипломированный специалист и вполне смогу обеспечить себе безбедную жизнь.

Заодно я просмотрела и видео, как моя кузина сидит в центре зала, а аристократы подносят ей подарки. Кроме кучи драгоценностей там были и весьма дельные вещи. Например, флай, на котором можно было не просто передвигаться по городу, а долететь до космического корабля. Сомневаюсь, что сестра им пользовалась, но, пожалуй, я не отказалась бы от такого подарка. Ей дарили рабов и какие-то технологические новинки, вроде программы для чипа, которая обучает раба или эротическим танцам, или боевому искусству, или ещё чему-то, во что я даже не стала вникать.

Была и ещё одна деталь, на которую я обратила внимание. Одежда аристократов, приносящих дары, была всех цветов радуги, кроме зелёного. Семья, расположившаяся вокруг центральной фигуры, Тиры, блистала всеми оттенками зелени с золотом, но самое яркое платье густого цвета мха было у именинницы. Наряд императрицы был полностью золотым, но в честь именинницы отделан зелёной каймой. Получалось, что императрица выбирает цвет праздника, и вся семья послушно одевается в нужный оттенок.

Ближе к вечеру появилась Ниит, которая сообщила, что цветом Семьи на этот праздник выбран голубой.

– Этот туалет прислала вам Великая Госпожа.

На манекен было накинуто довольно изящное платье ярко-голубого цвета с золотой отделкой. Разумеется, сшито руками и наверняка – у какого-нибудь известного модельера. Сам по себе голубой цвет был достаточно чистым и красивым, а шёлк благородно переливался при малейшем движении, но вот оттенок золотой вышивки был выбран не слишком удачно и как бы «грязнил» основной цвет. Насколько я поняла, у всех остальных одежда будет ещё светлее.

– Секретарь императрицы, госпожа Тувина, велела передать вам, госпожа Ярис, чтобы вы не опаздывали: празднество, как обычно, будут показывать в прямом эфире.

– А госпожа Тувина не собирается лично проинструктировать меня?

– Мне об этом ничего не известно, госпожа Ярис, – Ниит так потупилась, что я сразу же поняла: кое-что она всё же знает, но говорить опасается.

– Тебе велели что-то скрыть от меня?

Ниит испуганно затрясла головой:

– Нет-нет, госпожа Ярис, никаких приказов не было!

– Госпожа Тувина не считает нужным общаться со мной?

– Я не могу знать такого, госпожа Ярис! – я посмотрела на испуганную служанку и прекратила вопросы.

Её пугал этот разговор, а прекратить его своей волей она не смела. Пора было укладываться спать…