Глава 36

***

Пламя пожирало голема изнутри, струилось ручейками наружу по красным лентам, и приходилось сдерживать его, уговаривать — не задень, только не задень тех, кто мне дорог.

Рейз и Калеб замерли, не шевелились, и огонь в любой момент мог перекинуться на их волосы или одежду.

Красная, похожая на освежеванное мясо плоть голема обугливалась, опадала пеплом. Неистребимо воняла гарью так, что слезились глаза.

Силана направляла пламя, держала его в узде, как могла, и чувствовала, что выматывается. Ее выматывало не пламя — контроль над ним.

Когда последние остатки голема превратились в сажу, она обессиленно выдохнула и пошатнулась — перед глазами поплыло — а в следующее мгновение, Калеб уже держал ее на руках и говорил что-то Рейзу. Поначалу слов за шумом в ушах было не разобрать.

Рейз ответил что-то, отбросил в сторону осколок стекла, которым пытался освободиться, и на его руке остался глубокий кровоточащий порез. Тяжелые красные капли падали на пол, разбивались.

Силана задержалась на них взглядом, а потом сделала глубокий вдох, собираясь с силами. Даже говорить было тяжело:

— Рейз, вам нужно… обработать рану.

— Ерунда, просто царапина. Ты в порядке? — Рейз шагнул к ней, и Калеб прижал ее к себе ближе, будто защищая:

— Что это было? Зачем этой твари потребовался твой гладиатор? И как она попала в мой дом?

Рейз обеспокоенно заглянул Силане в глаза и скривился:

— Нашел время спрашивать. Она же вообще не соображает. Давай ее на кровать, пусть сначала придет в себя.

Калеб развернулся, удерживая Силану на руках:

— Я уложу ее в другой комнате. И прикройся. Сейчас прибегут слуги, незачем им на тебя глазеть.

— Не нужно, — попробовала возразить она. — Это минутная слабость. Я скоро приду в себя.

Конечно, Калеб не стал ее слушать. Он вынес ее в коридор, кивнул подошедшему слуге и бросил коротко:

— Займись охраной и позови городскую стражу. Потом доложишь мне, я буду в своей спальне.

— Не надо. Стража ничем не поможет, — тихо сказала Силана. — Голем уничтожен, они не найдут никаких следов, кроме моего пламени.

— Должно же хоть что-то остаться, — вмешался Рейз. — Хоть клочок.

— Его создала аравинская магия крови, големы очень живучи. Если бы остался хотя бы один фрагмент, он бы смог восстановиться, — пояснила она. — Мне пришлось сжечь его полностью.

Рейз передернулся и кивнул:

— Туда ему и дорога. Отвратная была штука.

Калеб нахмурился, отослал слугу, и направился с Силаной обратно по коридору, в сторону своего кабинета:

— Даже если не осталось следов, мы все свидетели. Это не так уж мало. Тем более, что мое слово имеет вес при княжеском дворе.

— Мы родственники, Калеб, — тихо напомнила Силана. — Суд решит, что ты покрываешь Рейза.

Калеб фыркнул пренебрежительно, будто никогда не слышал ничего абсурднее, и бросил в сторону Рейза ехидный взгляд:

— И кто-то поверит в такую глупость?

— Если ты позовешь стражу, Вейн сможет использовать это против тебя, — сказала она. — Лучше промолчать и справляться своими силами.

— А если промолчать, Вейн пошлет голема снова, — вмешался Рейз, поравнявшись с ними. Он шел тяжело, сказывались побои и нападение голема, но не отставал. — Эта тварь ведь не убить меня пыталась, а забрать.

Калеб распахнул дверь в свою комнату ногой, зашел внутрь и направился к кровати. Аккуратно уложил Силану на дорогое расшитое золотом покрывало и отстранился:

— Почему вы решили, что это Вейн? Зачем ему? — спросил он.

Рейз фыркнул:

— Чтобы все думали, что я сбежал. Он бы похитил меня, и выставил так, будто я пытаюсь избежать тюрьмы. А раз так, то точно виновен.

Силана думала так же, но он учел не все. Дело было не только в Рейзе. Не в нем самом.

— За действия гладиатора отвечает его хозяйка, — как могла мягко напомнила она. — Не важно, виновен Рейз или нет, меня наказали бы за его побег.

— Сейчас он под моей опекой, — Калеб поморщился снова. — Так что отвечал бы я.

— Отвечали бы вы оба, — сказал Рейз. — Вейн же гнида, он бы не упустил шанса сделать гадость всем. И мне, и Силане, и тебе за компанию, раз уж ты помешал ему в тюрьме. А тут просто идеальный шанс. Меня больше волнует, что это была за дрянь и откуда она выползла.

— Он использовал голема крови, это аравинская магия, — пояснила Силана. — Возможно, ему помогает кто-то из их магов.

— Или он сам наловчился, — Рейз без спроса взял один из стульев, подтянул к кровати и сел у изголовья, сцепив пальцы. Он сидел так близко, что, протяни Силана руку, без труда могла бы до него дотронуться. На мгновение почти до боли захотелось это сделать. Прижать к себе и его и Калеба, вдохнуть поглубже и удостовериться, что с ними действительно все в порядке. — Знаешь, Каро не обрадуется, когда узнает. Интересно, почему Вейна так тянет на все аравинское? Сначала яд, теперь вот этот голем. Можно подумать, нашей магии ему мало.

— Аравинская магия хуже изучена, ее сложнее отследить, — Силана покачала головой, потом все-таки протянула руку и коснулась пальцев Рейза. Он перехватил ее ладонь, осторожно сжал без слов обещая поддержку. — И Вейн не закончил Академию. Он не имеет права использовать традиционные заклинания. На них требуется лицензия и их слишком легко обнаружить.

Калеб недовольно оглядел Рейза, но ничего не сказал, взял второй из стульев и тоже сел так близко, что Силане и Рейзу пришлось расцепить руки. На мгновение она поймала себя на идиотской мысли, что они будто соревновались друг перед другом за ее внимание. Глупости, конечно.

— А на голема крови разрешение не требуется? — Калеб брезгливо отряхнул руки, словно все еще чувствовал на них красные ленты. — Довольно рискованно использовать вражеское заклинание, тем более теперь, после войны.

Силана неловко сложила руки на коленях:

— Для создания голема требуются живые люди, кровь и смерть. На войне аравинцы использовали пленных, и даже их очень редко. Это сложное заклинание и его мало кто знает. Но именно поэтому оно безопасно для Вейна. Никто не поверит, что он способен на подобное. Голем не оставляет следов, его невозможно поймать. Если его уничтожить, не останется доказательств. Если хотя бы часть уцелела, ее можно отозвать.

— Стой, в каком смысле, требуются живые люди? — Рейз опешил. — Ты хочешь сказать, Вейн кого-то поубивал ради заклинания? Он, конечно, та еще гниль, но зачем так подставляться? Все-таки убийство — это не шутки. Это же сразу к палачам, будь ты хоть трижды аристократ.

— Я мало знаю про процесс создания, — признала она. — Но он требует времени. Если голема сделал Вейн, он сделал его заранее. До того, как мы с вами появились в Парной Лиге, и возможно до того, как я вернулась в город.

— Или до окончания войны, — сказал Калеб, а потом посмотрел на Рейза. — Просто вспомни, что творилось под конец. Голод, болезни. Угроза эпидемии. Многие бежали из Силл Арне. В такие времена людей можно десятками забирать прямо с улиц, никто не хватится. Тем более шлюх или бедняков. И это только при условии, что Вейн использовал заклинание сам.

Он поверил ей, не сомневался, что Силана говорила про Вейна правду, и это наполняло ее теплом.

Рейз поежился:

— Все равно, в голове не укладывается… да бред же, чтобы кто-то воровал людей для заклинания. Мы же не в темные века живем.

Он был хорошим, слишком хорошим, наверное, и потому не представлял, на какие зверства способны люди, когда идут к своей цели. Силана немного завидовала Рейзу, тому, что он все еще надеялся на лучшее, даже повстречавшись с такими, как Вейн.

— Сейчас не так важно, сделал ли он голема или просто купил его, — сказала она. — Он знает, что вы в доме Калеба, Рейз. А значит, до суда может действовать. Здесь не безопасно. Калеб, вам с Рейзом нужно уехать.

Калеб покачал головой:

— Он находится под домашним арестом. По распоряжению князя, я не имею права ни переселить его, ни перевезти в другое место.

Но Калеб мог бы уехать сам. Туда, где будет в безопасности. Иди же наоборот, Вейн воспользуется тем, что они разделились, чтобы ударить.

Калеб был ей дорог, Вейн прекрасно понимал, что сможет его использовать.

— Ты не бросишь гладиатора, это я уже понял, — угрюмо сказал Калеб, смерил Рейза тяжелым взглядом. — И я не оставлю вас здесь одних. Значит, уехать не выйдет. К тому же, это мой дом, любой кто хочет сюда вломиться, пожалеет.

Он говорил так уверенно, но что он мог сделать?

— Я могу отослать слуг, — предложил Калеб. — И позвать чародейку, чтобы она укрепила магическую защиту. Если ты уверена, что нападение повторится.

Рейз запустил пальцы в волосы, раздраженно потер, будто хотел вытряхнуть из головы то, о чем думал:

— Не сможет он напасть снова. Он ведь понял, что его голему конец. А если делать их так сложно, то запасного у него нет. Или посылать за мной обычных людей, или идти самому. И то и другое идиотизм. Вейн не похож на идиота.

Силана задумалась об этом — Вейн всегда действовал расчетливо, не допуская ошибок. Даже это нападение: он убедился, что Рейз в комнате один. Этот план бы сработал — Рейз не знал, как противостоять голему, он проиграл бы. Вейн не учел только Силану.

— Лучше связаться с Каро, — предложил Рейз. — Он ведь клялся, что сможет все решить и исправить. Вот пусть и исправляет.

— Я могу написать ему, — предложил Калеб, и криво усмехнулся. — Если он так рвется защищать вашу пару, появится довольно быстро.

— У меня была его печать. При себе, еще с Арены. Если дознаватели ее не забрали, можно позвать Каро намного быстрее.

Рейз говорил, что заключил с Каро сделку, и все же про печать она даже не подумала.

— Это многое упрощает, — спокойно заметил Калеб. — Печать мне отдали вместе с твоими вещами.

Силане не хотелось вмешивать Каро — глупо и по-детски, но она никак не могла заставить себя ему довериться. Видела в нем человека, который слишком напоминал ей командира Гийома. И все же отказывать было глупо:

— Хорошо. Используй печать. Возможно, Каро заметит что-то, что мы упустили.

Что-то что получилось бы использовать против Вейна.

Рейз усмехнулся:

— Ты в это веришь?

Нет, она не думала, что Вейн совершит промах и все же:

— Я на это надеюсь.

***

Калеб действительно отпустил слуг, сразу после того, как использовал печать. Рейз и Силана остались одни.

Рейз бы порадовался, правда, если бы синяки не болели так сильно. Стул в комнате Калеба с каждым мгновением казался все неудобнее, и очень хотелось лечь рядом с Силаной.

Интересно, как бы отреагировал Калеб, если бы увидел их вместе на своей кровати.

Рейз дал себе слово не проверять, раз уж Калеб с Силаной вроде бы наконец-то помирились.

— Вам все еще больно, — сказала Силана наконец. — Простите, что не пытаюсь вас исцелить. Но если кто-то нападет снова, мне потребуется пламя.

Она говорила равнодушно, будто о погоде. И Рейз поймал себя на мысли: должно быть, это сильно напоминало ей войну. Ожидание нападения, чувство угрозы. Необходимость беречь силы.

Не такой мирной жизни, должно быть, ждала Силана.

— От пары синяков я не рассыплюсь, — сказал Рейз. — Пацан даже говорил, что мне идет. Добавляет мужественности.

Он хотел перевести все в шутку, заставить Силану улыбнуться хоть на мгновение. Ему почти удалось.

Уголки ее губ дернулись вверх, а потом она снова нахмурилась:

— Он сейчас совсем один в доме с Ралом. И после голема Вейн знает, что я здесь. Он может…

— Ты даже за пацана теперь бояться будешь? — Рейз потянулся к ее руке, снова сжал. — Хватит. Переживать надо не за него, а за тех, кто к нему полезет. Ты же видела, с ним мало кто может тягаться.

Рейз часто ловил себя на мысли, как же это было нечестно — что безмозглому подростку досталась такая сила.

Хотя кого он обманывал? Не досталась. Рейз же видел, как тот выкладывается. И все, что Лиам умел, он заслужил.

— Больше всего я переживаю за вас, — признала она. — И когда думаю, что с вами делали у дознавателей… вы не жалеете, что повстречали меня?

— Нет, — спокойно признал он. Сказал ей правду. — Не жалею и никогда не жалел. Даже, когда не понимал тебя, и надумывал всякое дерьмо, даже тогда не сожалел. И то, что дознаватели… — он тоже не договорил, потому что даже думать об этом не хотел, не хотел вспоминать собственную беспомощность и унизительное, гадкое ощущение чужих грубых рук на своей коже. — Все, что те уроды делали, на них и только. Плевать, как Вейн их подговорил и что пообещал. Нормальный человек просто не станет издеваться над другим.

Рейз бы не стал. Не потому что пожалел бы заключенных, а потому что не стал бы мараться. Ни об пытки, ни тем более об изнасилование.

Видимо, просто Вейн находил моральных уродов под стать себе.

— Почему вы не ляжете рядом? — спросила Силана тихо, отодвинулась, оставляя для него место на кровати. — Вам же тяжело. Из-за синяков.

Рейз вздохнул, бросил долгий взгляд на дверь, за которую вышел Калеб.

— Твоему брату это не понравится.

— Он поймет. Вам же плохо.

— Не настолько плохо, чтобы… — «на тебя не встало». Он чуть не сказал это вслух, смущенно кашлянул, пытаясь скрыть неловкость и повторил. — Не настолько.

И все же она потянула его к себе, и Рейз осторожно устроился рядом с ней, не касаясь.

Лежать было намного проще и намного больнее, чем сидеть. Проще, потому что мышцы расслаблялись, а сложнее, потому что намного сильнее болели синяки, на которых Рейз теперь лежал.

— Знаешь, — признал он после недолгого молчания. — Я даже не представлял, что твое пламя так может. Я позвал тебя, и огонь просто снес дверь с петель. Ты меня спасла, как какую-нибудь девицу в беде.

— Вы меня тоже, — тихо отозвалась она, и потянулась к нему, невесомо коснулась губами лба, будто ребенка благословляла. — Вы каждый день меня спасаете. Рейз, я…

Он сам не заметил, как подался вперед, так близко, что мог разглядеть каждую крохотную крапинку в глазах Силаны. Огненные точки пламени в глубине.

Силана хотела сказать ему что-то важное. Что-то, после чего все бы снова поменялось.

Но Рейз хотел услышать.

Ему не удалось. Дверь отворилась и зашел Калеб. Он бросил на Рейза с Силаной угрюмый взгляд, и они отпрянули друг от друга как дети. Будто попались на чем-то.

Рейз даже подумал мимоходом, что, если бы вдруг пришел в собственную спальню и увидел Джанну на кровати с каким-нибудь мужиком, тем более гладиатором, точно молчать бы не стал. А то и сразу за меч схватился.

Калеб только недовольно поджал губы и обратился к Силане:

— К тебе пришли и это не Каро. Это жрица из Храма. Она говорит, ее зовут Аврора.

Загрузка...