Наложница особых кровей (СИ)

Глава 9

На Отборе за нами наблюдали через камеры, и вполне может так статься, что в выделенных мне покоях тоже понапичкали камер. Вместо того чтобы наслаждаться завидным положением первой отобранной наложницы в этом году, требовать для себя лучшего и изображать царицу, я обыскала свои покои до самого последнего сантиметра в поисках отслеживающих устройств. Когда служанки вошли ко мне и обнаружили, что все настенные панели выдвинуты, все шкафы раскрыты, подушки «разобраны», а мебель стоит вовсе не там, где полагается, то от удивления даже забыли выдать по положенному поклону.

Поднявшись – я заглядывала под кровать – я посмотрела на женщин и сказала:

— Перестановку бы сделать.

— Вам не нравятся покои, госпожа? — уточнила одна из служанок.

— Нравятся, но перестановку бы сделать, — почувствовав себя глупо, ответила я и указала на шкаф: — Переставить бы эту махину.

Служанки посмотрели на указанный объект и ужаснулись:

— Ах, госпожа! Зачем же вы сами утруждались!

— Мы передадим ваши указания Знающей, и сегодня же к вечеру покои обставят, как вы желаете!

От стыда я чуть под землю не провалилась, точнее под пол, но чтобы учиненный моей паранойей беспорядок не навел служанок на подозрения, продолжила играть роль капризной госпожи:

— И подушки бы поменять… и кресел поменьше… и шторы бы другого цвета…

Женщины выслушали меня со всей внимательностью, и, с аккуратностью обходя препятствия, ежеминутно мне кланялись – видимо, без поклона информация считается не принятой к сведению.

— Желаете вымыться, госпожа? — спросила одна из служанок, когда мои идеи по поводу модернизации подошли к концу.

— Что вы предпочитаете на завтрак? — задала вопрос другая.

— Э-э-э…

— Вы уже выбрали платье на сегодня? Как вы предпочитаете укладывать волосы?

— Его высочество посетит вас сегодня ночью?

— Э-э-э…

Кажется, дамы решили отомстить мне за беспорядок в покоях, забросав вопросами.

— Вымыться желаю, на завтрак люблю яичницу с чуть подгорелыми овощами и травяной чай с булочкой, платье выберите на свой вкус, а насчет планов его высочества не знаю.

— Сколько яиц и какие овощи? Булочку из какой муки? И какой именно травяной чай?

— Какой есть, — вспотев, ответила я. — Мне, в общем-то, не принципиально…

— Это очень важно, госпожа, — строго сказала одна из служанок. — Мы должны знать о вас все.

— Госпожа желает сама выбрать продукты?

«Госпожа в панике», — подумала я; меня напугало абсолютное спокойствие женщин – я ощущаю их так же, как, например, ощущаю андроидов: никак. Сглотнув, я вяло проговорила: «Да», и одна из служанок ушла давать распоряжения о завтраке, а другая повела меня к настенным открытым панелям.

— Какой цвет вы предпочитаете, госпожа?

— Красный, — брякнула я наугад.

— Какой оттенок красного?

— Светлый.

Служанка нагнулась к нижней панели и быстро нашла в ней светло-красное; подняв руки, она продемонстрировала мне длинное однотонное платье без рукавов.

— Прекрасно, — одобрительно кивнула я, чтобы эта пытка скорее закончилась.

— Великолепный выбор, госпожа, — тут же произнесла служанка. — Осталось подобрать к платью белье, туфли и аксессуары.

Я застонала про себя.

Спустя несколько часов я наконец-то получила толику свободы и покинула покои; я чувствовала себя так же, как и тогда, когда однажды пропахала три смены кряду на станции – вымотанной, несчастной и потерянной. На завтрак мне наготовили десять яичниц и отдельно принесли попробовать множество жареных овощей; булочек тоже принесли, и разного чая. Ох, и надегустировалась я! Служанки-церберы словно чувствовали, что я неискренне нахваливаю еду, и повторяли: «Попробуйте и это, и это»… Наконец, сделав выбор и переев, я попросила налить мне ванну, но и тут все оказалось не просто – хотя бы потому, что нет в моих покоях ванны. Есть ВАННА, больше похожая на мини-бассейн!

С ванной тоже возникли сложности: пришлось утвердить и температуру воды, и косметические и гигиенические средства; когда с этим было закончено, служанки вымыли меня (о том, чтобы мыться самой, и речи не шло!), вытерли-обсушили-обмазали кремами-одели-расчесали-накрасили, и только потом выпустили из тюрьмы… то есть покоев. И вот такая благоухающая, нарядная и утомленная я оказалась на виду обитательниц Малого дворца.

Несколько девушек словно только и ждали моего появления; они сразу двинулись ко мне, но их обогнала Знающая.

— Госпожа, вы восхитительны! Перед вашей красотой меркнет даже Аэл!

— Благодарю, — страдальчески выговорила я.

— Девушки так ждали встречи с вами!

Знающая сделала знак рукой, и красотки ринулись ко мне как стая хищников на жирную добычу. В отличие от девчонок, с которыми я познакомилась на острове Красоты, эти девушки оказались неопрятными и каждая – каждая! – источала зависть, густую и удушающую, а еще любопытство. Некоторые из них были красивы, некоторые – очень красивы, а некоторые выглядели обычными, но все были нарядны и искусно накрашены.

Женщины – создания очень эмоциональные, так что, пообщавшись с наложницами, я очень устала и обзавелась сильной головной болью. Наверное, они сочли меня слабой, когда я, сославшись на усталость, направилась к себе.

Хорошо хоть мои служанки совершенно не эмоциональны…

— Госпожа, не желаете ли выпить чая? — донесся до меня голос Знающей.

Она все это время наблюдала за нами, как воспитатель наблюдает за детьми, и когда только сеанс общения закончился, поспешила мной заняться.

— Честно говоря, я желаю сейчас лишь отдыха, — сказала я и улыбнулась виновато.

— Конечно-конечно, — проворковала Знающая, — все мы знаем, что его высочество покинул вас лишь на рассвете, и у вас не было возможности выспаться… Отдыхайте, Дэрия, набирайтесь сил для еще одной ночи. Вы очень хорошо начали.

Я покраснела до корней волос и поспешила в свои покои.

Ну и денек!

Я проспала до самого вечера; разбудила меня Знающая. Слава Звездам, она сама распорядилась насчет моего ужина и заодно дала служанкам указания, что мне надеть. Итак, славное светло-красное платье сменилось на белый полупрозрачный пеньюар; мои волосы распустили и тщательно расчесали.

— После ужина ополоснитесь ароматизированной водой, — давала советы Знающая, — и не забудьте почистить зубы. Ваша кожа пострадала на острове Красоты, и вам лучше пока не выходить на свет и не показываться его высочеству полностью. Полумрак – ваш друг. Не переживайте, притирания вернут вашей коже безупречную белизну и гладкость.

Я кивнула; лучше не задумываться о том, что вещает эта женщина – так психика будет сохраннее. Я налегла на рыбу и запила вином – на Аэле оно густое и очень сладкое. И коварное – быстро дало в голову. Все вокруг начало казаться смутным, двоящимся, даже Знающая и та раздвоилась… Облизнув губы, я откинулась на спинку низкого дивана – перестановку в покоях наметили на завтра – и почувствовала, как тело наливается тяжестью.

— Первые ночи – самые сладкие, — инструктировала Знающая, — и ошибки, которые вы наверняка допустили сегодня, забудутся, но все же вы должны знать основное, чтобы не оплошать в будущем. Никогда не обращайтесь к царевичу первой, не касайтесь его без разрешения и ни в коем случае не целуйте. Суть женщины – повиноваться и отдаваться. Все, что нужно, его высочество возьмет от вас сам. Просить его о чем-то нельзя, как и жаловаться. Вы – радость его высочества, Дэрия. Вы не принадлежите себе – вы принадлежите ему. Единственное право, которое вам дано – любить его.

— Любить, — пьяно кивнула я.

— В вас течет слабая кровь младших, поэтому вам может быть непросто с царевичем на поприще страсти. Боль от потери девственности обычно забывается быстро, но не в случае, когда мужчина навещает каждую ночь. Если вам нужна помощь – скажите, и я дам вам средство, которое…

— Что? — выдохнула я, туманно взглянув на Знающую.

Ее лицо совсем расплылось, и я протерла глаза – но и тогда картина осталась нечеткой, зыбкой.

— У меня голова кружится… — шепнула я. — Мне нехорошо… что вы мне дали?

— Ничего.

— Вы меня опоили?

Знающая улыбнулась и провела пальцами по моей щеке; я вздрогнула от прикосновения, а потом потрясенно раскрыла глаза – вместо женщины в сером с короткой стрижкой я увидела лицо Регнана. Он смотрел на меня сверху вниз, и одежды на нем не было.

Я вспомнила все: десять яичниц, хлопотный день, наложниц, Знающую, ужин и странное вино…

— Ах вы, гады аэлские, — прохрипела я с чувством и приподнялась; пеньюар сполз и открыл плечо. — Опоили меня и обесчестили!

— Пока еще не бесчестили, — улыбнулся царевич. — А вот то, что опоили – верно. Знающая решила, что мне понравится податливое тело в постели.

— Коза драная! Кошелка! Гады!

— Я тебя не тронул, Даша, — укоризненно протянул мужчина. — Лег тихонько рядом и отдыхал, пока ты не проснулась и не начала ругаться. Кстати, — добавил он, — не знал, что земляне так берегут свою честь. Вы слывете распутными.

— Сказала бы я, кем вы слывете, — проворчала я, села в кровати и обхватила колени руками. В голове прояснилось, зато во рту появился кислый привкус; я прислушалась к себе и не нашла признаков того, что царевич меня… э-э, попробовал, и это внезапно вызвало у меня обиду. — А почему вы меня не тронули? — поинтересовалась я.

— На самом деле тронул, — признался Регнан.

— Да? — озадачилась я.

Мужчина склонился ко мне и нежно коснулся моей щеки пальцами – это же прикосновение меня и разбудило.

— Вот так, — промолвил он.

— А зачем вы меня так тронули?

— Вы во сне заволновались, и я хотел вас успокоить.

«Врешь», — определила я, но вслух сказала:

— Тогда прощаю.

Царевич все еще склонялся ко мне и смотрел на меня так проникновенно, так близко, что мое сердце начало биться сильнее, а в животе появились странные ощущения, словно я снова того нехорошего вина выпила.

— Даша… — хрипло произнес царевич.

— Да? — едва слышно ответила я, уверенная, что это часть прелюдии и существует вполне вероятная сексуальная угроза. Только вот почему-то это угроза совсем не пугает, даже наоборот, интересно, а каково это… Стоп? Даша, ты что?

— Я очень устал, — сказал Регнан, — поэтому не смогу сегодня составить вам компанию. Вы можете заниматься своими делами, зажечь свет и ходить по покоям – мне это не помешает.

Спать? Он ко мне спать приходит?

Неужели я настолько не привлекательна, что у него даже мысли не возникает ко мне приставать? Нет, я, конечно же, не хочу, чтобы ко мне приставали, но разве это нормально, когда мужчина рядом со мной хочет только спать?

— Спите, — с досадой ответила я и добавила: — Я тоже буду спать!

— Хорошо. Покойной ночи, Даша.

— Покойной ночи, Ваше Высочество.

Он улегся, я улеглась, и эротический полумрак, о котором вещала Знающая, сгустился совершенно напрасно.

— Такие деньжищи! — протянула Александра Кортик, моя тетя, и руки прижала к выдающейся груди.

— Сама в шоке, — отозвалась я.

На планете Аэл Дрид есть всего несколько установок голографической системы передачи информации, и одна из них находится на подводной базе у Неррианских островов. Меня бы устроил и обычный сеанс связи, но царевич Регнан невесть с чего расщедрился и устроил для меня голографический сеанс, так что я сейчас не только слышу, но и вижу тетю – правда, с некоторыми помехами. Ну да это мелочи…

— Такие деньжищи… — повторила тетя. — Неужели Рубби настолько богаты, Даш?

— Очень богаты, — кивнула я. — Я, когда увидела их аэрокар с гербом, сразу поняла, что меня ждет много сюрпризов…

— Вот тебе и Боря Королев… Вот тебе и родственнички!

Я пожала плечами – да, свезло так свезло, и оглянулась – царевич неподалеку и слышит каждое мое слово.

— На кого ты все время оглядываешься? — подметила тетя.

— Мне дали знак, что пора закругляться с разговором, — соврала я; на самом деле у меня нет никаких ограничений, просто крайне неудобно врать в присутствии царевича Регнана. Да и вообще как-то не по себе находиться на подводной военной базе… — Помнишь, мы обсуждали ту больницу в ЦФ? Надо как можно скорее связаться с ними. Чем быстрее вылечат Ксю, тем лучше.

— Конечно, конечно. Мы медлить не будем; я завтра же напишу заявление на отпуск.

— Подожди с этим, сначала надо получить ответ от ЦФ. Сообщи, как они ответят, хорошо? Просто текстовое уведомление пришли, и будет достаточно – сеанс связи заказывать не надо.

— Может, лучше подождать твоего возвращения? Нам с тобой спокойнее будет, да и балакать по-центавриански ты умеешь.

— Не ждите меня. Сразу отправляйте запрос и готовьтесь к вылету. Чем скорее, тем лучшее.

— Я боюсь что-то напутать, а ты у нас специалист и точно знаешь, какую больницу выбрать.

— Я уже выбрала больницу – ваше дело отправить им запрос. Если придет отказ, я подыщу другую больницу.

— Все равно не понимаю, почему нельзя подождать тебя! И вообще, что-то ты темнишь… — протянуло подозрительно тетино голографическое изображение, а потом заинтересованно глянуло куда-то позади меня.

Я оглянулась, увидела направляющегося к нам Регнана и смутилась; когда он вошел в зону распознавания, системы создали и его голографический образ, который сейчас передается в Солнечную систему на планету Земля.

Почему он подошел? Что ему нужно?

— Здравствуйте, — произнес царевич, обратившись к тете, причем обратившись не по-союзному, а именно по-земному.

— Здра-а-а-аствуйте, — протянула она удивленно.

— Вы родственница Даши?

— Да, тетя. Я ее воспитала.

— Правда? Я бы скорее назвал вас сестрой Даши – очень уж молодо выглядите.

Александре эти слова польстили. Она и впрямь выглядит моложе своих восьмидесяти восьми лет; упаси Звезды назвать ее женщиной среднего возраста – такой скандал устроит! Тетушка поправила выбеленные волосы и пролепетала:

— Ах, ну что вы…

— Вашей воспитаннице придется задержаться на Аэл Дриде. Формальности, как понимаете, чтобы получить остаток наследства.

— Остаток? — переспросила тетя, и ее голографическое изображение заволновалось.

— Разумеется, — ответил за меня Регнан. — В Союз перечислена лишь часть наследства.

Тетя воззрилась на меня вопрошающе и потребовала ответа:

— Дарья Королева, вы что-то от меня скрываете?

Царевич тоже посмотрел на меня вопросительно и удивился:

— Неужели вы не сообщили родственникам, что богаты?

«Что ты творишь, собака?» — возмутилась я про себя. И только тогда вспомнила, что он запросто может читать мои мысли… и прочитал, судя по вспыхнувшим веселостью синим глазам.

«Ваше Высочество, я в растерянности», — исправилась я.

— Не теряйтесь, Даша, — мягко произнес Регнан и посмотрел на голографическую тетю: — Дарья намеревается продать недвижимую часть наследства, поэтому и задержится на Аэл Дриде.

— Недвижимость? — слабым голосом уточнила тетушка.

Царевич кивнул.

Я покрылась потом.

— Даша! Что же ты творишь, собака? — на эмоциях воскликнула тетя и начала руками обмахиваться. — Как это еще наследство? Еще деньги? Куда еще-то?

Славно было бы провалиться сквозь пол прямо сейчас, но пол военной базы, увы, такими характеристиками не обладает.

— Денег не бывает мало, — сказал Регнан, по всей видимости, забавляющийся происходящим – его точные эмоции и чувства так же закрыты от меня, как и раньше.

— Это точно! Даша, что ты молчишь? Почему не сказала о недвижимости?

— Хотела сделать сюрприз, — жалко протянула я.

— Ха! Сюрприз! Вот если б ты жениха привезла, это был бы сюрприз, а так… хотя с деньгами ты, конечно, быстрее замуж выйдешь – сразу желающие найдутся.

Мне захотелось вдруг, чтобы меня пристрелили.

— Это исключено, — заявил Регнан.

— Что исключено? — спросила тетя.

— Если Даша найдет на Аэле жениха, то останется с ним на Аэле.

— Ха, — самоуверенно проговорила тетушка, — если будет надо, Даша умыкнет жениха, да, Даша?

«За что мне это?» — тоскливо подумала я и пообещала:

— Непременно.

— Деньги с Аэла увезти можете, но не мужчин, — сказал мне царевич, причем серьезно на этот раз. Или нет… — Мое почтение, — кивнул он тете и вышел из зоны распознавания.

— Какой красавчик! — тут же прокомментировала тетя. — Ты бы пригляделась, Даша… Деньги деньгами, а годы летят. Оглянуться не успеешь, как вылетишь из окна фертильности.

— И что теперь, хватить этого рыжего? — психанула я.

— Рыжий? Хм-м-м, а так и не скажешь, веснушек нет… Но все равно красивый мальчик. Я люблю мужчин в форме.

— Вот и выходи за него!

— Ты чего злишься?

— Чего? Тут люди, сеанс записывается, а ты несешь пургу про брак и мужчин в форме!

— Ничего такого я не сказала, — гордо заявила тетушка. — Теперь тебе надо в сто раз ответственнее подходить к отношениям с мужчинами. Всяческих ловеласов и альфонсов предостаточно, и если ты не будешь осторожной, то…

Я покачала головой и застонала про себя. Вот тебе и сеанс связи… сеанс позора…

— Ваша тетя очень мила, — сказал Регнан, когда я вышла из зоны распознавания.

— Вы меня щадите…

— Я не шучу, она и впрямь мила. Не пойму только, чем вам обеим собаки не угодили?

— Мы собак любим. Просто в некоторых случаях у нас собак упоминают в переносном значении, когда дело идет о нехорошем человеке.

— Я, стало быть, нехороший человек, раз вы меня собакой назвали?

— Я не называла, а подумала, — покраснев, ответила я. — Это другое.

— И чем же я вам не угодил? Тем, что шантажом заставил остаться на Аэле или не злоупотребил вчера в кровати своей властью?

Я окаменела.

Вот он, настоящий позор… разговор с тетушкой был только прелюдией…

Царевич ждал ответа.

Я умирала от стыда.

А потом разозлилась и сказала:

— Вы и впрямь собака, раз опять читали мои мысли. Фу таким быть.

Случилось невероятное – его высочество извинился:

— Простите. Вчера я очень устал, а когда я утомлен, не могу фильтровать информацию. Я не читал ваши мысли намеренно, а просто их услышал – так, как вы слышите эмоции других. И, Даша…

— Что?

— Вы красивая женщина. Не сомневайтесь в себе.

И снова мне захотелось под пол провалиться, но уже не от стыда, а от смущения.

Ну и день – сплошные нервы!