Монстр женского пола. Часть 4

главы 2 и 3

Глава 2

Убитых разбойников из этой партии, так же как и предыдущих, обобрали, и отправили за борт. После чего провели тщательный осмотр судна, собирая трофеи, которые складывали в кают-компании, но главное, проверили укромные места, в которых могли затаиться враги. Живых пиратов не обнаружили, зато всякого добра набрали полную капитанскую каюту.

Ольгу вещи, оружие и деньги простых пиратов не интересовали, а вот имущество мага она тщательно просмотрела. Внимание привлекли несколько бытовых амулетов, один боевой, в котором использовались необычные для такого рода оружия плетения и элар в виде браслета, который хоть и закоптился от сгоревшей одежды, но не потерял не только свою функциональность, но и внешний вид, нужно только промыть и очистить его от сажи. Кроме того, в капитанской каюте обнаружили несколько толстых журналов с записями о проведении и результатах различного рода магических экспериментов, и даже, некоторые теоретические исследования. Все это наследие следовало изучить, а кое-что и использовать.

В трюмах бригантины обнаружились только питьевая вода в бочках, и продукты. Все свежее благодаря заклинаниям сохранности. И воды и еды оказалось много: примерно на месяц плавания корабля с экипажем больше сотни человек. Что, в общем-то, тоже было неплохо, поскольку необходимость в пополнении припасов отодвигалась на достаточно продолжительное время.

За приятным времяпровождением, каковым являлся осмотр и подсчет трофеев, не заметили, как солнце коснулось горизонта. И только наступившие сумерки напомнили, что и перекусить пора, и светильники подготовить не мешает. Но и после наступления темноты, оценка и подсчет стоимости всякого добра, собранного с тел пиратов и в их каютах, продолжались. В конце концов, уставшие, но удовлетворенные проделанной работой, матросы, и наемники, а также их командиры, легли спать. Трудный, насыщенный событиями день закончился, и на лежащих в дрейфе кораблях, тускло освещенных ущербной луной, наступила тишина.

Перед сном Ольга и командный состав судна, провели совещание на тему того, как организовать дальнейший поход. Капитан и его помощник пришли к единодушному выводу, что бригантину целесообразнее всего вести в Мурак. Этот город, конечно, находится раза в два дальше, чем Калара от нынешнего местонахождения кораблей, но наиболее опасная часть пути, контролируемая пиратами, уже осталась позади, и возвращаться назад по маршруту, где постоянно рыщут в поисках добычи морские разбойники, — безрассудство. Кроме того, продать бригантину в Мураке, можно будет легко и дорого, в то время как в Каларе с этим почти наверняка возникнут проблемы. Так же решили, что на бывшее пиратское судно перейдут четыре матроса, наемники Рандел и Андра, а командовать на нем будет помощник капитана Жерин.

Утром оба судна подняли паруса, и двинулись на юг. Предстояло еще обогнуть крайний мыс полуострова, прежде чем взять курс на Мурак. Шли теперь заметно медленней, чем раньше. На бригантине подняли только косые паруса, с которыми работать значительно легче, чем с прямыми, расположенными на грот-мачте. В результате скорость у нее сильно упала. Ну и шхуне, пришлось подстраиваться под ход трофейного судна. Тем не менее, пиратские острова с каждым часом отдалялись а, следовательно, и вероятность разбойного нападения снижалась.

Ольга, раз уж появилась такая возможность, снова приступила к своим магическим экспериментам. Успехи на этом поприще, правда, были неоднозначными. Если создание амулета с пространственным карманом проходило по плану, без всяких неприятных неожиданностей, то подключение информации, сохраненной в искусственной ауре к ассоциативной памяти мозга, не получалось. Поэтому, не прекращая работу в этом направлении, Ольга начала индексировать данные, сохраненные в биополе. Для этого их непрерывный поток пришлось разбить на блоки. Критериев, по которым проводилась разбивка, было два. Это суточный временной интервал, с явно указанной датой, а второй — характер события, которое получало метку ключевыми словами. Например такими, как «бытовой», «магия», «война», «политика, «аристократы», и так далее. Почти сразу выяснилось, что одного слова недостаточно, пришлось метку удлинять, и в результате она стала состоять из нескольких слов, и выглядела примерно так: «бытовой, Краст», «бытовой, замок Гиди», или «война, пираты, Рестина».

Ясно было, что этот подход дилетантский. Поисковики в Интернете сами все индексируют и очень быстро выводят отсортированный по ключевым словам список сайтов, что очень схоже с тем, что и хотела получить Ольга. Но ей попросту не хватало знаний. Десятки и сотни тысяч человеко-часов были потрачены на Земле на то, чтобы люди имели возможность так легко и быстро находить нужные сведения, и понятно, что она не сможет повторить этот путь в одиночку. Но на будущее она пообещала себе, что при первой же возможности, постарается восполнить свой пробел в знаниях. А пока, делала, что могла, сортируя «вручную» различные эпизоды своей жизни, в надежде на то, что это поможет найти их в своей аурной памяти, когда это понадобится.

Эксперименты, в которых изучалось взаимодействие биополя с телом, оказались небезопасными. Однажды обнаружилось, что попытки повлиять на тело с помощью искусственной ауры, привносят в него какие-то долговременные изменения. В тот раз была сделана попытка воздействовать на память через глубинные структуры мозга, расположенные рядом с мозжечком. Закончилось это головокружением, тошнотой, и потерей ориентации. Разумеется, эксперимент был сразу прекращен, однако неприятные симптомы все никак не проходили. А аура, отражающая физическое состояние тела, показывала, что сбой в работе мозга не исчез.

Хорошо, что идеальная память помогла найти разницу в биополе до и после эксперимента, что позволило, пусть медленно и осторожно, но воспроизвести его исходное состояние и уже через несколько минут после этого, координация восстановилась.

Столь неожиданный эффект от проведенного исследования, заставил на неопределенное время прекратить опыты над собой. Ведь влияя на работу мозга, можно и не заметить критические изменения его функциональности как раз в силу этих изменений. И кто, в таком случае, когда и каким образом, будет возвращать всё назад? Возможность видеть тонкое взаимодействие ауры и тела появилась только после посещения лабиринта Раминака. А ведь из тех, кто прошел последний зал комплекса пещер, в живых в мире, наверное, никого и не осталось. Так что не факт, что кто-то кроме нее самой, сможет исправить последствия неудачного эксперимента.

Однако, не зря говорят, что неудачный результат, тоже результат. Сам факт подобного влияния ауры на тело, вызвал большой интерес. А ведь большинство магов, и не подозревают о такой возможности. Да что там говорить, даже саму ауру видит только малое количество одаренных, а уж ее структуру, и особенности, так вообще единицы.

Зато у Ольги теперь возникла мысль о лечении организма с помощью изменений его биополя. Вот этим вопросом она и занялась, отложив работу с собственным мозгом на потом. Естественно, у нее тут же возник вопрос, а как, изменять ауру, чтобы не разрушить всю систему, и к чему при этом стремиться? Без досконального изучения ее структуры, выяснения того, какая часть на что влияет, и где заканчиваются ее общие характерные для всех людей черты и начинаются индивидуальные особенности, тут было не обойтись.

Начала с изучения аур всех людей, находящихся на судне, включая, естественно и себя. Три матроса, юнга, Ринк, и она сама представляли молодую и в основном здоровую часть исследуемых, а вот Белз являлся единственным, кто не подходил под эту категорию. Ему было уже под пятьдесят, и как выяснилось, здоровым его нельзя было назвать ни в коем случае. Воспаление желчных протоков, камень, правда, не очень большой в почке, воспаление суставов и межпозвонковых дисков, атеросклероз, и это только основные недомогания капитана.

У Белза, конечно, были уважительные причины того, что его организм находился в столь плачевном состоянии. Малоподвижный образ жизни из-за постоянного нахождения в море, отсутствие времени на посещение лекаря, а возможно, и нехватка денег на лечение. Работа с почками и сосудами, в его случае, доступна только магам, а те берут за свои услуги много. Ну да, не страшно, ничего непоправимого не произошло. Лечить Ольга могла многие болезни, спасибо Даралу, научил. А перед тем как покинуть Раминак, она купила набор лекарских инструментов, очень качественных, и позволяющих делать разнообразные операции и упростить магическое воздействие на организм больного человека. Заплатить за этот комплект всевозможных приспособлений пришлось немало — двадцать золотых. Но ничего даже приближенного по качеству и ассортименту, раньше ей видеть не доводилось. Вот сейчас и порадовалась тому факту, что денег не пожалела и теперь имеет возможность улучшить состояние здоровья капитана. Потому что аура аурой, но камень путем воздействия на нее, не удалишь и кровеносные сосуды не почистишь!

Откладывать лечение не стала и, несмотря на несмелые возражения капитана, приступила к делу. Начала с самого простого: удаление камня из почки. Лекарский набор имел для этого необходимые артефакты, но точную наводку на инородное тело мог совершить только маг, хорошо видящий плетения и поля. Для Ольги тут никаких трудностей не возникло, а сам процесс дробления, производился соответствующим амулетом, имеющий собственный накопитель, так что вопрос о магической силе был не критичен.

Кровеносные сосуды очищались от налета снадобьем, сделанным на основе настоя одного из местных растений и вводимого в вену с помощью своеобразного магического шприца. Но, как учил Дарал, основные артерии необходимо изнутри защищать плетением, чтобы оторвавшийся тромб, а это явление частое при подобном лечении, не закупорил их.

Примерно через неделю после начала лечения просвет артерий значительно расширился без каких-либо осложнений, и уже можно было приступать к устранению воспалений. Лекарственные средства для этого, тоже существовали, и достаточно эффективные, с основой, кстати, состоящей из ядов паука корро и маленькой змейки, обитающей в местных джунглях. Но действовали они только на период приема и некоторого отрезка времени после него. Так что пациентам приходилось либо принимать снадобье постоянно, что не всегда благоприятно воспринималось организм, либо, что происходило значительно чаще, человеку приходилось терпеть боль, как это и делал Белз.

Вот целью устранить воспаление с помощью воздействия на ауру, и задалась Ольга. К этому времени она уже создала обобщенную карту биополя здорового человека. Лечение почки и сосудов капитана, убрали или уменьшили часть отклонений от стандарта, а остальные аномалии и предстояло устранить с помощью нового метода.

Воспаление суставов должны были убрать надетые на руки и ноги браслеты, и повязки на коленях и верхних частях бедер. Спиной капитана, Ольга решила заняться позже. Все-таки метод исцеления новый, ни разу еще не опробованный, и лучше тут проявить осторожность, и поработать пока только с конечностями, за которыми проще наблюдать, да и возможные непредвиденные осложнения на них не так опасны, и их легче исправить.

К сожалению, предосторожность оказалась не лишней. Поначалу все прошло хорошо, и уже на следующий день, как Белз надел браслеты, боли в суставах перестали его беспокоить. Однако спустя еще одни сутки выяснилось, что теперь у капитана начали ныть мышцы на руках и ногах, и боли в спине тоже усилились.

После некоторых раздумий Ольга пришла к выводу, что боль в суставах — это следствие болезни, и лечить надо не их, а ту первопричину, которая и вызывает воспаление. Вновь пришлось вернуться к сравнению аур здорового человека и Белза. Неожиданно, помогли знания из прошлого. В свое время довелось где-то прочесть, что воспаление является следствием иммунной реакции организма на чужеродные вещества и организмы, но иногда атаке подвергаются и родные клетки. А как раз тот факт, что в результате лечения воспаление не ушло, а только изменилась его локализация, навел на мысль, что нужно проверить часть ауры, отражающей места выработки антител. Таковыми, как помнилось, являлись костный мозг и, вроде как, селезенка.

Здесь изменения тоже обнаружились. Раньше Ольга не обратила на искажения ауры в этой зоне, так как на фоне других деформаций, они казались незначительными. Теперь настала пора попробовать исправить ошибку.

Вначале она предполагала, что хватит двух, максимум трех амулетов, которые и скорректируют искажения этой части ауры. Однако даже четыре кристалла с плетениями исправляли небольшую часть отклонений. Насыщение заклинаний дополнительной энергией не приближало поле к эталону, а лишь усиливала искажения в небольшой части ауры, только в другую сторону, как бы меняя их знак, с плюса на минус. А требовалось воздействие на более обширный участок биополя. Вроде бы, капитан даже лучше стал себя чувствовать, но Ольгу беспокоили долговременные изменения в его иммунной системе. Как бы она не пошла вразнос, приведя организм к еще худшему состоянию.

Хорошим выходом из этой ситуации могло бы стать распределение воздействия на все искаженные сегменты биополя. Но как это сделать? Повесить на капитана связки амулетов, чтобы он сверкал как новогодняя елка? Но и тут возможны были трудности. Кристаллы с плетениями пришлось бы закреплять на жестком корсете, чтобы они не смещались. Иначе вместо улучшения состояния организма, можно было получить обострение болезни.

Вот тут у Ольги и возникла мысль воспользоваться чувственной магией. Не так давно, на уроках рисования, проводимых ее товарищем, магом и художником Орином, у нее получалось накладывать иллюзии на свои рисунки. Но ведь можно попробовать воздействовать не на зрительное восприятие человека, а на ауру!

Для эксперимента воспользовалась чернилами из капитанской каюты. Белз вел судовой журнал специальным составом, не слишком быстро растворяющемся водой. Так что и для рисунка на теле этот состав подойдет, как временная мера. Сейчас капитан безропотно сносил все эксперименты над собой. И такой покладистости была причина. Хоть Ольга не всеми результатами своего лечения была довольна, но самочувствие капитана, тем не менее, заметно улучшилось.

Чувственные заклинания представляли собой множество мельчайших плетений, создаваемой аурой мага, которые как бы прилипали к минеральным частицам краски. Процесс формирования этих плетений рассмотреть было очень трудно даже Ольге. И что интересно, при этом возникала и система, накопления магической энергии из окружающего пространства. В результате иллюзия на картине держалась столетиями. А вот большие по объему искажения видимого пространства, развеивались довольно быстро. Подобный способ подпитки заклинаний напоминал то, что происходило в теле Ольги. Правда, у нее процесс поглощения энергии проходил настолько эффективно, что влиял на ее магическую силу.

Первая попытка выправить нездоровые отклонения ауры Белза оказалась малоэффективной. Вроде бы какие-то слабые изменения в биополе есть, но нечетко выраженные, и далекие от эталона. Но уже тот факт, что с помощью чувственной магии воздействие на ауру возможно, внушало оптимизм.

Подумав, Ольга пришла к выводу, что виной частичной неудачи стала ее лень. Ведь она наносила заклинания на ровный слой краски, вот и получилась полная ерунда. Не учла тот факт, что хорошая иллюзия получается тогда, когда накладывается на рисунок или картину, а не на залитый краской лист бумаги. Значит и в данном случае, следует действовать по такому же принципу.

Аура — это не статичное поле. Она меняется, пульсирует, взаимодействует с организмом и окружающим миром. Но есть у нее и свои границы, как внешние, как и внутренние, чаще всего нечеткие и не всегда постоянные. Но попытаться наложить линии границ на тело можно. После того, как слой краски с кожи Белза был смыт, Ольга принялась наносить на его тело абстрактный на первый взгляд рисунок, который по факту был проекцией нужной части многомерного биополя на двумерную плоскость, в качестве которой служила спина капитана.

В результате получилась картина из замысловато переплетающихся линий, которые тянулись вдоль позвоночника от копчика до головы, и напоминали побеги какой-нибудь лианы. В области поясницы от этой «лианы» тянулись горизонтальные побеги, прикрывающие собой кожу, под которой находились почки. А верхняя часть спины получилась разрисованной линиями, которые сложились в фигуры, фантастического вида цветов.

Когда чернила подсохли, Ольга начала внедрять в рисунок магические структуры. Процесс этот был небыстрым, требовал большой сосредоточенности, четко выраженного желания того, что хочешь получить и полной отдачи тех крох энергии, что удавалось выцарапать из своего собственного тела.

— Вроде, получилось, — оценила Ольга результат по окончании своей работы.

Почти сразу аура капитана начала изменяться, меняя свою форму, насыщенность, цвет, запах и звуковую тональность.

Показатели характеристик ауры никак не были связаны с органами чувств человека, и для облегчения восприятия, им искусственно придавали, с помощью элара, такие качества, которые воспринимались бы мозгом. В результате, каждый раз, при переходе на магический взор, менялось не только зрительное восприятие. Человек погружался в какую-то цветовую, музыкальную и чувственную симфонию одновременно, ориентироваться в которой без соответствующей подготовки и тренировки, было очень трудно.

— Так мне теперь придется всю жизнь не мыться? — озадаченно спросил Белз после слов Ольги.

— Ну, несколько дней, которые нам еще предстоит идти до города, вы потерпите. Как раз и посмотрим, насколько эффективен этот метод. Если ваше состояние действительно улучшится, тогда будем думать, как закрепить рисунок.

Через три дня после нанесения рисунка капитану, неспешно идущие корабли достигли Мурака, в порту которого и пришвартовались. За это время Белз как бы помолодел. Теперь он выглядел значительно здоровее и бодрее, чем раньше. Аура его за это время стабилизировалась в состоянии, близком к эталонному. По всему выходило, что новый метод лечения, по крайней мере, для этого типа болезней, оказался действенным. А значит, пора озаботиться тем, как сделать рисунок на спине долговечным. И лучшим решением выглядела татуировка. Вопрос только в том, кто будет ее делать?

Глава 3

Прибытие двух судов в порт вызвало повышенное внимание, как моряков, так и обычных жителей города. Правда, сухопутная часть населения, ожидавшая увидеть новые товары, выяснив, что корабли на продажу ничего не привезли, быстро потеряла к ним интерес. А вот среди работников порта и тех, кто по службе связан с морскими перевозками, на бригантину поглядывали с подозрением и оценивающе. Люди подходили к пристани, рассматривали парусное вооружение судна, обсуждали малочисленность экипажа, и строили различные предположения о происхождении и дальнейшей судьбе парусника.

Полдень уже миновал, но времени до вечера, когда затихает деловая жизнь, еще было достаточно, поэтому решили вопросы с продажей бригантины и предполагаемой наградой за убийство ее бывшего капитана, прояснить сразу, не откладывая назавтра.

На сошедшего со шхуны капитана, который направлялся в мэрию, чтобы узнать насчет награды, бросали любопытные взгляды, и пытались заговорить, расспрашивая о том, откуда прибыл этот корабль, и не собираются ли его продавать. Что навело зевак на подобные мысли, не понятно. Разве что малочисленность экипажа. Учитывая, что свободных кораблей в Мураке сейчас не наблюдалось, и даже для того, чтобы купить каюту на судно, отправляющееся на запад, приходилось ждать длительное время, интерес у людей, был не праздный. Но Белз в разговоры ни с кем не вступал, только коротко поздоровался со знакомыми, и отправился в город.

Ольга такой подход одобрила. Сначала дело, а досужая болтовня подождет. На нее и на Ринка, сошедших на берег вслед за капитаном, внимания почти не обратили. Подумаешь, девчонка и мальчишка на борту, кому они интересны? А ведь именно эти двое и направились решать судьбу бригантины. Путь их лежал в таверну Одноглазый кальмар, где не так давно познакомились со своими наемниками, а затем и нынешним капитаном шхуны Мечта.

Трактирщик посетителей узнал, и приветливо заулыбался.

— Не думал так скоро увидеть вас снова. Уже нашли себе корабль?

— Да купила в Каларе.

— А как и когда думаете перегонять?

— Так уже. Сегодня прибыли.

— Мне говорили, что в порт зашло два судна.

— У меня — шхуна Мечта. Второй корабль тоже мой, но я его хочу продать: трофейный он. Пираты напали, но неудачно для себя. А я вот, наоборот, с прибытком. И кстати, вы не знаете, за пирата Резонда награду не назначали? Он на бригантине ходил, очень скоростной. Моя шхуна тоже очень быстрая, но уйти, все-таки, не смогла.

— Слышал о таком пирате, и награда за него положена. Сколько, правда, не помню, в мэрии надо узнать. Получать, тоже там же. Так вы бригантину хотите продать, или шхуну?

— Бригантину. Шхуна для меня стала уже родной, она как дом, а бригантина воспринимается чужой. По скорости моя Мечта лишь немного уступала пиратскому судну, так что в этом отношении, меня все устраивает. А для бригантины и экипаж нужно пополнять, а это лишняя морока и расходы. Не нужно мне этого.

— Пожалуй, вы правы. Да и вам самой виднее, как поступить. У вас уже есть на примете покупатель?

— Нет, я пока не знаю, как организовать продажу. Может, вы мне подскажете?

Трактирщик соображал быстро, и тут же предложил решение вопроса.

— Лучше всего организовать публичные торги у меня в трактире. Тут и места достаточно, и покупателям отходить никуда не нужно: и выпивка и закуска под рукой, можно сказать.

— Звучит привлекательно. А сколько времени нужно на организацию торгов?

— Несколько дней на это потребуется. Сначала объявить надо о продаже, на это дня два надо выделить, чтобы до всех заинтересованных покупателей новость дошла, день или два на осмотр судна, может, даже, придется показать, как оно на воде себя ведет, ну и сам день торгов. Вы как, сильно спешите?

— Если за неделю управитесь, то меня это вполне устроит.

— Отлично! Кто будет проводить торги? У вас есть подходящий человек для этого?

— Нет, может, вы подскажете кого?

— Чаще всего у нас в Мураке, подобные распродажи провожу я. Если вас моя кандидатура устраивает, то с удовольствием и в это раз поучаствую.

— И каков ваш интерес в этом деле?

— Десятая часть от суммы, за которую уйдет корабль. Но сюда входит все: и организация, и стоимость аренды помещения, и страховка соблюдения честности сделки.

— А в чем заключается страховка?

— Я буду посредником при передаче денег. Покупатель передает мне всю сумму за судно, а вы — документы на него. Обман с чьей-либо стороны, в таком случае, невозможен. Это выгодно как вам, так и будущему владельцу парусника, если он не мошенник, конечно. Кстати, вам нужно будет в мэрии зарегистрировать корабль на себя. Думаю, проблем с этим не возникнет. Бригантина уже давно примелькалась как пиратское судно, поэтому ваш трофей никто не сможет оспорить. Может, у вас есть и доказательство какое, что вы Резонда убили?

— Тело его тело привезли, на всякий случай. Я на него плетение сохранности наложила. Могу предъявить.

— Очень хорошо, это значительно упростит как регистрацию, так и получение награды. Я, как один из советников мэрии постараюсь ускорить рассмотрение ваших дел. Да, должен предупредить, что вам с вырученных денег придется уплатить десятую часть в казну мэрии. Такие уж у нас законы.

— Не скажу, что рада этому, но возразить ничего не могу.

К вечеру все, кто выходил в город, вернулись на шхуну. Капитан подтвердил, что награда за Резонда назначена и составляет сорок золотых. Этой суммы как раз хватало, чтобы расплатиться с экипажем за доставку бригантины в порт, как и обещалось. Не зря тело притащили, теперь не будет проблем с доказательствами, если верить словам трактирщика. Хотя как оно поможет, не совсем понятно. Пирата, знали тут в лицо, что ли? Так оно обгорело достаточно сильно, могут и не опознать.

Командир охранников Рандел, успел пройтись по рынку в поисках покупателей на оружие и ценности, снятые с пиратов, и найденные в каютах. Некоторых торговцев ему удалось заинтересовать, и завтра ожидался их визит для оценки товара, и возможной его покупки. Ольга поделилась мыслью о распродаже по типу аукциона, сразу же одобренной наемником. Если купцы не сговорятся, то результат подобной торговли, должен получиться неплохим.

Следующим утром все снова разбежались по делам. Капитан направился в мэрию за экспертом, который должен был определить принадлежность останков пирата, Рандел собрался еще раз пройтись по рынку, и пригласить вероятных покупателей трофеев на тоги, а Ольга для начала решила вновь посетить таверну Одноглазый кальмар: остался у нее еще один невыясненный вопрос. Вернее ответ на него у нее был: адреса, где находятся известные ему татуировщики, ей дал Белз. Но дело в том, что ей не тату нужно было сделать, а научиться самой, наносить под кожу рисунки, причем на учебу она могла выделить только несколько дней. И то, что кто-нибудь из мастеров захочет брать на себя такую обузу, вызывало сомнение. Вот и хотела посоветоваться с трактирщиком, а еще лучше заручиться его поддержкой в этом вопросе. Ведь, как выяснилось, хозяин Одноглазого кальмара, был очень уважаемым в городе человеком.

Утро, народ спешит по своим делам, а трактир, похоже, и не закрывался, и посетителей в трапезной оказалось немало. Те, кто по каким-либо причинам не поел дома, сейчас исправляли это упущение, сидя за столами и поглощая содержимое своих тарелок. Ольга и Ринк позавтракали на судне, но аппетитные ароматы, доносящиеся с кухни, и тот факт, что хозяина заведения сейчас на месте не оказалось, дал повод насладиться порцией восхитительного омлета и кружкой кисло-сладкого морса.

Пока поели, и Фардос объявился за стойкой, но увидев Ольгу, сразу подошел к ее столу, и после приветствий отчитался:

— Слухи о продаже бригантины запустил, интерес к судну большой, так что торги намечаются активные и результативные.

— Это конечно, радует. Но у меня к вам еще одно дело. Не могли бы вы порекомендовать какого-нибудь мастера по татуировкам. За те несколько дней, что я буду находиться в Мураке, хотелось бы научиться хотя бы азам, но лучше, конечно, узнать как можно больше хитростей в этом деле. Капитан Белз говорил мне, что многие матросы накалывают себе рисунки, так что специалисты по этому делу, в городе наверняка есть.

Фардос удивленно крякнул.

— Зачем вам это? — озадаченно спросил он.

— Я ведь немного лекарь. И мне нужно, чтобы на одного человека постоянно действовало лечебное заклинание. Татуировка для привязки плетений должна неплохо для этого подойти. Вот и хочу научиться этому ремеслу.

— Вообще-то, мастера неохотно делятся своими секретами.

— Догадываюсь, потому и обратилась к вам. Хочу обратить ваше внимание на то, что я не представляю угрозы вашим татуировщикам, как конкурент. Мне гораздо выгоднее работать артефактором и лекарем, а самое главное, через несколько дней я покину Мурак, и вряд ли когда-нибудь сюда вернусь. Я отправляюсь в Ларию, а она находится слишком далеко отсюда, чтобы мотаться по морю туда-сюда.

Трактирщик на некоторое время задумался, а потом сказал:

— Сразу вот так, я не могу вам кого-то посоветовать. Нужно подумать и переговорить кое с кем.

— Учтите, я готова заплатить за учебу.

— А сколько, если не секрет?

— Не знаю расценок. Золотой, два, пять? Пусть мастер назовет цену.

Договорившись с трактирщиком о встрече назавтра, Ольга и Ринк вернулись на шхуну. Здесь наблюдалась суета, вызванная приходом мага и сопровождающих его работников мэрии для опознания останков пирата. Шарч, как и большинство домашних котов и кошек, любил наблюдать за суетой людей. Сейчас он залез на гик фок-мачты, и с высоты своего положения смотрел на матросов и гостей, которые уже вынесли тело, все еще находящееся под действием консервирующего заклинания.

Маг из мэрии достал из кармана кристалл, посмотрел на него, потом на бывшего пирата, и вынес вердикт:

— Да, это Резонд. Тело мы заберем. Вознаграждение можете получить завтра.

— А как вы определили, что это тело именно Резонда? — спросила Ольга.

— А вы, собственно, кто такая? — не стал спешить с ответом маг. При этом взгляд его цепко пробежался по фигуре девушки, задержавшись на ее эларе, которой хоть и скрывала одежда, но не от магического взора.

— Я владелица этой шхуны. И это я убила Резонда.

— А, Оля Лаэция, слышал.

Взгляд чиновника мэрии потеплел, и он уже с охотой ответил:

— В этом кристалле записана структура его ауры, давняя, правда, лет десять ей. Но срок не имеет значения. Она имеет постоянную конфигурацию на протяжении всей жизни человека.

Сколько времени уже изучается магия, а нет-нет, да и появляется что-то новое и до сих пор неизвестное. Вот и сейчас проявилась еще одна сторона жизни, где она используется. Оказывается характерные особенности ауры, можно использовать для идентификации.

Шанс получить новые знания, Ольга старалась не упускать, и этот раз не стал исключением и, поскольку у нее появились вопросы, она постаралась сразу получить на них ответы:

— Но ведь у вас слепок ауры живого человека, а сейчас от него осталось лишь тело!

— У трупа тоже ведь есть аура, и если она полностью совмещается с образцом ауры живого существа, то это дает полную уверенность, что тело осталось конкретно от этой особи, образец биополя которой сохранился. И тут не важно, человек это, или животное.

— А когда и почему вы сняли слепок ауры Резонда?

— Так это обычная практика. С каждого, кто регистрируется в мэрии в качестве экономического агента, снимается слепок его биополя. Копии аур купцов, владельцев мастерских, капитанов кораблей, да и многих других, всех и не перечислю сейчас, находятся в специальном хранилище. А к магам, отношение особое. Регистрируем даже учеников. Вот и Резонд попал к нам таким образом. Он ведь не сразу стал пиратом.

— А насколько полные копии вы делаете?

— Фиксируется сто с лишним характерных точек. Этого вполне достаточно для опознания.

Тело пирата погрузили в повозку и увезли. А Ольга и Ринк до вечера гуляли по городу.

Следующим утром была назначена встреча с трактирщиком. Вроде бы, специальность татуировщика Ольге не особо требовалось, но новые возможности в лечении, открывшиеся благодаря чувственной магии, требовали основы для внедрения заклинаний, и зависеть в этом от посторонних людей, которым придется объяснять, что от них требуется, не хотелось. Да еще и не всегда нужного мастера можно найти, как это случилось во время плавания на корабле. Лучше уж самой научиться технике нанесения татуировок, и потом ни от кого не зависеть. Тем более, что уроки рисования, полученные в Раминаке, должны значительно облегчить обучение.

В этот раз позавтракать решили в таверне. Готовили в заведении Фардоса очень вкусно, так чего себя не порадовать! Когда яичница с нежными кусочками мяса какого-то животного, была съедена, и наступила очередь сладких пирожков, запиваемых морсом, за стол сел трактирщик и сообщил:

— В общем, нашел я мастера-татуировщика, который согласился вас обучать. Он уже стар, чтобы продолжать былой род занятий. Руки трясутся, зрение ослабло, но знания и умения у него остались!

— Отлично! А что с оплатой?

— Кривз — так мастера зовут, сказал что, сколько дадите, столько и будет.

— Гм, даже так? А когда можно начать учебу?

— Да хоть сейчас. Я могу проводить до его дома.

— Совсем, хорошо! А мне не надо прикупить какие-нибудь инструменты?

— Насчет этого не знаю. Вы уж с ним сами выясняйте, что вам понадобится.

До места обитания мастера-татуировщика добирались минут десять. Большинство городов Гемоны не отличались своими размерами, и Мурак в этом смысле не выбивался из общего ряда. Расположенный на окраине небольшой, но аккуратный одноэтажный домик, имел крохотный палисадник, окруженный невысоким резным зеленым штакетником.

Сам Кривз оказался восьмидесятилетним сгорбленным одиноким стариком, однако с ясной памятью и цепким, внимательным, хоть и подслеповато щуримся взглядом. Из разговора выяснилось, что жена у него умерла, дочь, так же как и сын живут отдельно, но старика часто навещают.

Трактирщик, познакомив учителя и ученицу друг с другом, вернулся в свою таверну, а Ольга приступила к учебе. Вопрос с приспособлениями для татуировки решился с помощью Кривза. Он попросту продал Ольге свой инструмент. Причем это оказались не какие-то там примитивное устройство для ручной работы, а магическое устройство, наносящее краску на иглы и придающее им возвратно-поступательное движение. Набор красителей, а также кое-какую информацию по их составу, он тоже предоставил. Покупка обошлась в пять золотых, но денег было не жалко. Главное, что с использованием амулета, резко сокращалось время нанесения наколок, что для сложных рисунков таких, например, как предстояло нанести Белзу, имело большое значение.

Теоретическая часть учебы оказалась несложной и непродолжительной. С устройством для нанесения тату, как и с принципом работы с ним, Ольга разобралась быстро. Осталось только приобрести хоть какой-то практический опыт. Ну, так и клиент уже есть, который только и ждет когда постоянный, несмывающийся, лечебный рисунок, украсит его спину.

Самочувствие капитана улучшилось настолько, что по трапу, который раньше Белз преодолевал медленно и с кряхтением, он теперь бегал, чуть ли не вприпрыжку. Поэтому сомнения в целесообразности перехода на «вечный» рисунок, если и оставались, то очень слабые. Тем более что, если саму татуировку вывести трудно, то плетения, закрепленные на ней, развеять, в случае чего, значительно легче. А там можно и новое заклинание попытаться внедрить.

Практику в нанесении татуировки на реальное тело живого человека запланировали назавтра, а пока занятия окончили. Пообедав, направились в местную мэрию. Все-таки сорок золотых — деньги немалые, так что сделать небольшой крюк, чтобы получить их, совсем не лишнее. Правда, документов о том, кто она такая, у Ольги не было, тем интереснее было посмотреть, как этот вопрос будет решаться.

Мэрия Мурака представляла собой красивое трехэтажное здание, с одним стражником, стоящим снаружи у входа, и одним охранником распорядителем, сидящим по другую сторону двери. К последнему Ольга и обратилась с вопросом о том, где можно получить причитающиеся деньги. Казначейство располагалось на втором этаже, туда-то посетителей и направили.

— Так-так, Оля Лаэция, вам положена сумма в сорок золотых за ликвидацию бандита и пирата Резонда. Доказательства предоставлены и подтверждены магом мэрии Саэлом Твинским, — прочел вслух выдержку и толстого гроссбуха чиновник.

После чего открыл сейф и достал оттуда небольшой, но судя по всему тяжеленький мешочек, который водрузил на свой стол. Отсчитав тридцать шесть золотых, он подвинул их посетительнице.

— А почему…, начала было возмущаться Ольга, но договорить ей не дали.

— Согласно закону о доходах населения торговой республики Мурак, любая прибыль как граждан, так и не граждан нашего города-государства, облагается налогом в десять процентов.

— С этим все понятно. Но вот у меня возник вопрос: а почему вы так доверчивы? А если бы на моем месте оказалась какая-нибудь аферистка, и вы отдали бы ей причитающиеся мне деньги?

— Ну что вы! Кто вы такая, я определил, как только вы вошли, и даже не успели представиться.

— Каким образом? — удивленно воскликнула Ольга.

— Так с помощью амулета, который определил структуру вашей ауры.

— А разве у вас есть образец моей ауры?

— Конечно! Вы заключили контракт с капитаном Белзом, который зарегистрировали у нас в мэрии, вот тогда ваша структура и была внесен в реестр финансовых агентов.

— Но как получилось, что я не заметила, как с меня снимали параметры ауры?

— Так ведь амулет не вносит никакие изменения в ауру или в ваше физическое состояние. Хотя как маг, вы могли бы заметить сканирование но, видимо, в этот момент ваше внимание было сосредоточено на чем-то другом.

Вот так. И не надо никаких паспортов или чипирования человека. Раз, и ты уже под колпаком! И насколько же широко развернулась эта магическая технология, интересно?

— А откуда у вас такие амулеты?

— В Раминаке покупаем. Недешево, конечно, но очень удобно. И большинство преступников на учете, и законопослушным гражданам легче, как вам сейчас, например.

— А в остальных графствах Сорматы, тоже такие амулеты применяются?

— Да, насколько знаю. Мурак был одним из последних городов, который ввел у себя эту систему. Мэрия долго сопротивлялась этому, но лет десять назад, все-таки сдалась. Наши купцы настояли на этом. Им так легче заключать договоры и совершать сделки.

— А в соседних государствах, как с подобной регистрацией дела обстоят?

— Никак. Такие амулеты только в Сормате используются, насколько я знаю.

Получив деньги, Ольга и Ринк вернулись на шхуну. На судне как раз собралось много народу, в основном купцов, которые пришли сюда для участия в распродаже имущества пиратов. Торговля была в самом разгаре. Богато одетые, солидные, по большей части упитанные мужчины и женщины, бродили между выложенными грудами товарами, приценивались и торговались. Иногда между покупателями разгорался спор, который чаще всего приводил в конечном итоге к повышению цены лота, за который разгорелась борьба.

— Как идет торговля? — поинтересовалась Ольга у Андры, на которую наемники возложили обязанности главного продавца.

— Лучше, чем ожидалось, — негромко ответила охранница. — Уже ясно, что продадим все. Сейчас покупатели торгуются между собой, поднимая цену. Мне и делать ничего не приходится, только цену фиксирую.

— Я смотрю, вы все трофеи рассортировали. Чем руководствовались при делении?

— Старались вещи по подобию разложить. Но мечей и сабель слишком много у нас, так что их разделили на шесть частей. Ножи разбросали на четыре кучи, амулеты по десять штук. Одежду, всякую утварь тоже по типам разделили.

Через не такое уж продолжительное время, все вещи оказались выкуплены, и довольные купцы разошлись, возложив все заботы о доставке на своих приказчиков. А не менее довольные наемники, капитан судна и Ольга собрались в кают-компании, чтобы подвести финансовые итоги столкновения с пиратами, и договориться о распределении дохода между участниками боя. Выручка получилась не такая уж и маленькая, около двухсот пятидесяти золотых. Только за элар погибшего пиратского капитана один из купцов заплатил пятую часть от этой суммы. Уж зачем артефакт ему понадобился, кому он хотел его перепродать, неизвестно. Но Ольга рассталась с ним без сожаления. Она предварительно просмотрела заклинания, которыми пользовался Резонд. Для себя, из того что можно прямо сейчас практически применять, ничего не обнаружила, но на будущее запомнила те ударные комбинации, которыми пользовался вражеский маг. Было у нее подозрение, что из-за этих плетений и приобрели амулет. А купец выступил всего лишь посредником.

Вопрос о долях участников морского сражения, оказался не таким уж и простым. В той или иной степени, риску подвергались все моряки, но двое охранников, Ольга и два матроса, перешедшие на бригантину, когда на той еще находились живые пираты, рисковали больше. С другой стороны, Ринк и самый молодой из наемников, Сонел, нанесли большой урон разбойникам, стреляя из стреломета и лука, и это тоже необходимо учитывать. В конечном итоге деньги от продажи трофеев решили разделить, как это принято у охранников сухопутных караванов: свою долю получают только те, кто участвовал в схватке, то есть все наемники, Ольга, Ринк и те два матроса, что первыми перешли на вражеское судно. Остальные получат обещанную премию за доставку бригантины в порт Мурака.

— Никогда не имела столько денег сразу, сказала Андра, глядя на кучу монет, доставшихся ей после дележки. Всего на ее долю, как и остальным наемникам, досталось тридцать пять с лишним золотых монет.

— Да, а ведь всего месяц назад мы голодали! — напомнил Рандел.

— Просто нам повезло, что на нас напали пираты, — высказал свое мнение Ринк.

— Нападение пиратов — везение?! Такого я еще не слышала, — удивленно воскликнула Андра.

— А у нас с Олей все время так. Едем себе, никого не трогаем, и тут раз, на нас напали! А потом мы снова едем, никого не трогаем, но уже с трофеями, — поделился своими наблюдениями Ринк. — Чем чаще нападают, тем богаче мы становимся.

Белз и татуировщик, к которому Ольга привела капитана следующим утром, оказались давними знакомыми. В ранней молодости Белз сделал себе наколку на плече как раз у Кривза, уже тогда имевшего репутацию умелого мастера, но впоследствии их пути не пересекались. И вот, спустя десятилетия, судьба свела их снова.

Абстрактная, но имеющая большое значение, картина на спине капитана к этому времени поблекла, а некоторые линии вообще стерлись, поэтому пришлось ее подновлять и реставрировать, внося при этом небольшие изменения для большей эффективности лечения. Старые плетения, в связи с исчезновением фрагментов рисунка развеялись, но Белз ухудшения самочувствия пока не почувствовал. Биохимические изменения организма обладают определенной инерцией, вот болезнь до времени себя и не проявила. Однако в ауре изменения в худшую сторону уже наметились, так что восстановление изображения, а затем и заклинаний, уже назрело.

— М-да, тут работы на несколько дней, — сказал Кривз, оценивающе разглядывая переплетения нитей, нанесенных тушью на спину капитана. — Очень много тонкой работы.

— Не страшно, время у нас есть, — успокоила Ольга заволновавшегося, было, Белза.

Около четырех часов длился первый сеанс нанесения татуировки. За это время удалось нанести примерно третью часть рисунка. По результату работы, Кривз похвалил свою ученицу:

— У вас твердая рука и отличный глазомер. Да и рисунок у вас получился хоть и непонятный, но какой-то ладный, вроде такой, какой и должен быть.

На третий день работы, ближе к полудню, татуировка капитана была закончена. Осталось только зарядить ее чувственной магией. Но это дело пришлось отложить, потому что на послеобеденное время в таверне Одноглазый кальмар был назначен аукцион, единственным лотом которого являлась пиратская бригантина. Все заинтересованные потенциальные покупатели были уведомлены о торгах, и многие из них уже осмотрели парусник. Выход в море для демонстрации его ходовых качеств не понадобится. О морском разбойнике Резонде и его судне слышали на полуострове, наверное, все. Поэтому тот факт, что пиратский корабль являлся одним из самых быстрых в здешних водах, был широко известен.

Желающих принять участие в торгах выразило желание так много купцов, что для остальных посетителей таверны пришлось заведение закрыть. Вернее, зайти-то мог каждый желающий, но только предварительно заплатив на входе десять серебряных монет. Для людей серьезных, действительно намеревающихся приобрести корабль, это небольшие деньги, а вот для обычных посетителей, забегающих сюда, чтобы перекусить, такая сумма лишь за одно право присутствовать в это время в трапезной, стала серьезной преградой.

Стартовой ценой бригантины Ольга, посоветовавшись с трактирщиком, который сейчас являлся и распорядителем торгов, назначила восемьдесят золотых. Об этом было объявлено заранее, чтобы сразу отсеять стесненных в средствах покупателей. Впрочем, если от такого предупреждения и был эффект то, судя по количеству участников аукциона, очень слабый.

Торги начались сразу по приходу Ольги и капитана. Стоимость судна очень быстро взлетела до ста золотых. После чего купцы поумерили свой пыл, и начали поднимать цену осторожно, перебивая предыдущую ставку на одну или две монеты. Конечно, им хотелось приобрести корабль, не сильно переплачивая, но возникшая в Мураке ситуация, когда из-за войны двух государств сухопутные маршруты оказались перекрыты, а для морских перевозок не хватало судов, привела к тому, что цены на все плавсредства, которые могли хоть как-то добраться до соседнего города, резко выросли. И естественно, все эти обстоятельства не могли не сказаться на конечном результате аукциона.

Не торопясь, совмещая торговлю с выпивкой, впрочем, умеренной, и закуской, которую употребляли уже без ограничений, участники аукциона к вечеру подняли цену на бригантину до ста пятидесяти золотых. На этом, торговля и остановилась. Тут же были оформлены документы на судно, и Ольга получила вырученные деньги: чуть больше ста двадцати золотых. Пятнадцать золотых пошли трактирщику за организацию торгов, а из оставшихся ста тридцати монет, пришлось заплатить налог в десять процентов.

Ночью Ольга проснулась от неистового лая собак за окном трактира, а затем по двору мелькнули чьи-то тени. После этого еще полчаса четвероногие сторожа громко ругали нарушителей спокойствия, осмелившихся проникнуть на охраняемую ими территорию. Но затем они все-таки успокоились, и до самого утра ночной сон постояльцев никем и ничем не нарушался.

Информация о наличии крупной суммы денег не могла пройти мимо преступников города. Скорее всего, их неудачная попытка присвоить чужое золото и послужила причиной ночного переполоха. Впрочем, это налетчики полагали, что удача от них отвернулась. На самом деле, им здорово повезло, потому что на окнах и двери номера, в который они так стремились попасть, висели охранные заклинания, и не подними шум собаки, воров ждал теплый прием, как со стороны постоялицы комнаты, так и со стороны ее охранников, расположившихся по соседству.

Большую часть полученного дохода Ольга потратила на приобретение товаров, посвятив покупкам весь следующий после торгов день. Рассудила, что места на корабле достаточно, хватит и для новых партий паутины, клея и яда — наиболее выгодных, пожалуй, вложений капитала.

Полдня она ходила по рынку, присматриваясь, прицениваясь и совершая покупки. Несколько раз ее пытались обокрасть, но кошелек с пространственным карманом, спрятанный за пазухой, показал свою полезность в качестве места для хранения ценностей.

Прибегнуть к силе, с целью завладеть золотом, местные бандиты так и не решились. Наличие трех опытных охранников не предполагало легкой и бескровной схватки, а рисковать своим здоровьем, а может даже и жизнью, им не хотелось. Так что поход по торговым точкам, завершился без экстремальных приключений.

А еще через день, шхуна, наконец, подняла паруса, и отправилась в открытое море.