Монстр женского пола. Часть 4

Главы 22 и 23

Глава 22

Обитатели графского особняка встретили Ольгу в смятенных чувствах. Они просто не знали, как к ней теперь обращаться. Образно говоря, еще позавчера у них в замке проживала никому не известная ученица мага. Вчера она была мелкой дворянкой, каких в королевстве — тысячи. А сегодня она герцогиня и, следовательно, занимает более высокое положение в аристократической иерархии, чем сами хозяева.

Граф не стал долго раздумывать, как себя теперь вести, а просто решил сразу прояснить этот вопрос. Пригласив Ольгу в свой кабинет, он сказал:

— Оля, я очень рад за тебя, и поздравляю с получением столь высокого титула, да еще и подкрепленным немалым состоянием! Ты очень много сделала хорошего для моей семьи и, полагаю, и для короля постаралась не меньше, раз он решил так возвеличить тебя. И извини, что я к тебе так по-простому обращаюсь. Как-то непривычно вот так вот резко перейти на вы и называть тебя ваша светлость.

— Не надо извиняться, ваше сиятельство. Мне и самой хотелось бы сохранить старые доверительные отношения, которые сложились между нами. Я по-прежнему уважаю вас за ум и доброту. А вы, с вашим богатым жизненным опытом можете помочь мне советом в деле управления таким большим хозяйством, что мне досталось. И, хоть я и стала герцогиней, но и Ролан и Адрик так и остались для меня друзьями. А о Вемоне я вообще молчу: она сама — королева. Так что давайте ничего не будем менять, а продолжим жить, как раньше.

— Я могу только приветствовать такое отношение ко мне и моей семье. Ты не собираешься переезжать во дворец Орхи в столице? Он ведь теперь тоже тебе принадлежит, я полагаю?

Ольга хлопнула себя ладонью по лбу.

— А о дворце-то я и забыла спросить! Да и вообще, надо бы четко выяснить, что мне теперь принадлежит. Может, документы, какие есть по этому поводу? Тут юрист нужен, чтобы все четко и ясно было зафиксировано. Спасибо, что напомнили, ваше сиятельство! Вот видите, вы уже как бы невзначай, и указали мне на промах. Можно я поживу еще у вас несколько дней, пока не выясню вопрос о своей собственности, и не приведу в порядок свое новое жилье, если оно, конечно, у меня есть?

— Я всегда рад тебя видеть! Можешь жить в моем доме столько времени, сколько захочешь, и когда захочешь, невзирая на то, будет у тебя свой дом в столице, или нет.

— Спасибо, ваше сиятельство. У меня сразу еще одна просьба возникла: мне еще и в замке вашем есть необходимость часто бывать. Вы не возражаете, если я буду появляться у вас, без всякого предупреждения, и иногда, даже не прощаясь, исчезать? Это связано с моей совместной работой с Венисом. Мне и сам ваш маг нужен, и место для опытов менять не желательно.

У Ольги было подозрение, что если она хочет вернуться на Землю, и оказаться при этом рядом со своим домом, то и заклинания надо строить недалеко от места ее появления на Гемоне. Поэтому и был замок графа для нее так важен.

— Ты всегда для меня желанный гость. Если тебе требуется, по какой-то причине, приезжать и уезжать незаметно, то делай так. Я не возражаю. Но свою комнату, которую занимала до сих пор, ты должна сменить на покои, в которых прилично жить высокородной даме.

— Это обязательно?

— Конечно. Герцогине не пристало жить в подобной каморке. А для меня неприемлемо предоставлять уважаемой гостье комнату хуже, чем у некоторых моих слуг.

Празднование по случаю коронации, состоялось на следующий день после самой церемонии. Тут Ольге и пригодилось второе платье, сшитое Лусией в замке графа Гиди. Хотя для герцогини, иметь всего два свежих платья, пожалуй, недостаточно. Теперь и приемы придется устраивать, наверное, и самой по гостям поездить. И походные костюмы тут уже будут не уместны. Но новые наряды — дело будущего, хоть и недалекого. А пока и двух готовых хватит.

Как и положено герцогине, на бал Ольга прибыла одной из последних. В сопровождающие ей напросился Адрик. Так вышло, что не завелась она знакомствами с дворянами подходящего возраста и положения, разве что среди гвардейцев можно было кого-нибудь отыскать. Но комендант города являлась для военных высоким начальством, с которым они стремились общаться как можно реже. Так что с Адриком удачно получилось. Герцогиня, имеющая в своей свите виконта — это нормально и прилично по меркам высшего общества. Пересуды скорее вызовет одинокая дама, не имеющая рядом с собой ни кавалера, ни фрейлин, которые положены герцогине. Вот тоже морока, еще и об этом беспокоиться. Впрочем, можно будет скинуть эту заботу на управляющего или дворецкого в замке Орхи. Пусть ищут и отбирают подходящих девушек, а она уже примет окончательное решение, кого оставлять, а кого нет.

Молодую герцогиню уже узнавали и расступались перед ней, уступая дорогу. Немало острых взглядов получал и Адрик, широко известный как друг погибшего принца, завсегдатай великосветских приемов, активный участник многих дуэлей и завидный жених для любой незамужней девушки. Графский сын вполне мог жениться и на принцессе королевских кровей, а уж для дочерей остальных аристократов он всегда был ровней или находился выше по положению. И то, что виконт сейчас находился рядом с новоявленной герцогиней, не нравилось ни родителям его потенциальных невест, не говоря уж о самих девушках, ни молодым мужчинам и их родственникам, имеющих виды на Ольгу. За приданное величиной с герцогство можно простить и темное происхождение невесты и ее непонятные отношения с королем и репутацию кровожадной воительницы. Слухи о том, что она собственноручно убила самого герцога Орхи, а так же всю его охрану, состоящую по разным версиям то ли из десяти, то ли из ста опытных воинов и магов, все шире распространялись в великосветских салонах и клубах.

Неспешный поход по залу закончился у кресел, которые предназначались для отдыха монаршей семьи и располагались недалеко от двери, ведущей в личные покои правителей. Ждать выхода короля пришлось недолго. И все это время десятки глаз изучали как саму Ольгу, так и то, во что она одета.

Белое платье с бордовой каймой по юбке и по краю длинных рукавов-воланов, а так же вертикальными узкими полосами на талии, и с вертикальным разрезом с левой стороны юбки, заканчивающимся чуть выше колен, смотрелись на фоне нарядов остальных дам необычно, и притягивали взгляд. А изумрудный кулон-элар, видимый благодаря узкому, но глубокому декольте, и изумрудные же сережки вызывали завистливые вздохи женской части общества. Вот только на руке у молодой герцогини находилось только одно кольцо-печатка, кажущееся сейчас ничем не примечательным. Истинное значение перстня королевского наместника знали немногие из дворян, зато посвященные в его значение, смотрели на обладательницу подобного артефакта с настороженным уважением.

После объявления церемониймейстера, который перечислил все полагающиеся титулы монарха, перед Гарлиным и Вемоной склонили головы в поклоне все присутствующие. Ольга исключением не стала. Традиции и обычаи страны, в которой живешь, надо уважать и, по возможности, соблюдать, и ничего зазорного в этом нет.

Затем король и королева открыли бал, выступив первой парой в танце которым по обычаю и начинались подобные празднества. Адрик не растерялся и, соблюдая все нормы приличия, пригласил Ольгу, опередив спешащих в ее сторону нескольких молодых людей. Взгляды, бросаемые на него и на Ольгу, трудно было не заметить, вот и он обратил внимание на интерес, проявляемый к их паре.

— Ты стала очень знаменитой и популярной, — произнес виконт во время очередного па. — Не успеешь оглянуться, как тебя уже сосватают. Конечно, титулом графини Гиди теперь тебя не завлечешь, но ведь и ровню для себя, тебе найти будет трудно. У нынешних герцогских семей нет подходящих для тебя свободных от обязательств молодых мужчин. Так что, хочешь не хочешь, но более знатного, чем граф, виконт или барон, тебе жениха не найти. Так почему бы тебе не выйти за виконта Гиди?

— Адрик, в ближайшие несколько лет, я не планирую выходить замуж за кого бы то ни было. И главное — я все-таки рассчитываю, что найду себе мужа, которого буду любить. Любовь с планами на нее сочетается, конечно, плохо, но тут, на мой взгляд, имеет значение и настрой человека. Если я сейчас выйду замуж, то это сразу ограничит мою независимость. Я к этому, пока не готова.

— Посмотри на моего отца и мать. Они были помолвлены еще в детстве. Ни о какой любви там и речи не шло. Но можешь ли ты сказать, что они несчастны? Сколько я помню, они всегда поддерживали друг друга, и если и ссорились, то только по пустякам, о которых через полчаса сами и забывали.

— Не спорю, что для многих девушек ранние помолвки — благо, но ведь не исключено, что для некоторых — это трагедия. Но в любом случае, своей жизнью, я собираюсь распоряжаться сама. Ну и еще, к слову, о помолвках. Следуя твоим словам, тебе нужно и самому найти подходящую для женитьбы девушку. Насколько я знаю, твой отец тебе уже не раз об этом говорил. Но тебе ведь, подавай любовь, наверное? Почему же ты от меня ждешь иного подхода к вопросу замужества?

— Я все-таки надеюсь на твое согласие выйти за меня.

— Только зря расстраиваешь своих родителей! Не смотри только на меня, оглянись вокруг. Видишь сколько милых и красивых девичьих лиц! И наверняка среди них найдутся умненькие, которые смогут и совет дать, и поддержать мужа в трудную минуту. Мне хотелось бы сохранить наши дружеские чувства. И буду только рада, если ты найдешь девушку, которую полюбишь.

По окончании танца виконт, по просьбе Ольги, подвел ее к королевской чете.

— Оля, какое интересное у тебя платье! — воскликнула Вемона после приветствий. — Где ты только находишь таких портных, что шьют тебе такие необычные наряды?

— Платье сшила Лусия, которая живет в вашем замке и которую ты прекрасно знаешь. Так что искать мне никого не пришлось.

— Помню, несколько лет назад ты тоже поразила всех своим нарядом. Я до сих пор помню перешептывания и пересуды маминых фрейлин которые, тем не менее, уже через несколько дней сами оказались одеты по новой моде. Те платья тоже ваша Лусия сшила? — спросил Гарлин.

— Нет, это была столичная портниха. Она потом открыла модный салон, он и сейчас существует, я видела его вывеску, — ответила Ольга.

— Я так и подозревал.

— Что ты подозревал? — удивленно спросила Вемона.

— Если две разные портнихи шьют необычные наряды, но только для одной Оли, то вряд ли первоначальная задумка принадлежит им. Все дело в заказчице.

— Оля, это правда?! Ты сама все придумала?

— Если скажу все, то это будет неправда. Но и Гарлин в чем-то прав. Я хотела необычное платье, и я его получила.

— Я тоже хочу иметь красивые и необычные платья, так почему у меня их нет?!

Взгляд Вемоны требовательно остановился на муже, который от подобного поворота в разговоре несколько опешил.

— Не думаю, что требовать от короля, чтобы он занимался нарядами жены — хорошая затея, пришла на выручку Гарлину Ольга. — Ты лучше организуй какой-нибудь салон красоты. Предложи хотя бы той портнихе, с которой я работала несколько лет назад свое покровительство и дай право использовать звание поставщик королевского двора. У портнихи дочки — выдумщицы, глядишь, будут придумывать тебе наряды, причем бесплатно, только за счет права упоминать королеву в своей рекламе. А то еще и деньги с нее за это можно брать. Тут тебе лучше с казначеем посоветоваться. И тебе хорошо: будешь получать новые красивые наряды, и портнихе неплохо: заработает на остальных заказчиках. Шить одежду у поставщика королевского двора — престижно и дорого. При салоне можно еще и цирюльников собрать, чтобы и прическу в нем можно было соорудить, и лицо покрасить, ну и, мало ли чего еще, можно придумать.

Судя по загоревшимся глазам, мысль о создании салона Вемону воодушевила. Гарлин тоже одобрительно кивал: пусть жена найдет себе занятие, и не морочит мужу голову своими проблемами с нарядами. У короля и без того дел немало!

— Ты хотела познакомить меня с подругой, которую предлагаешь себе в заместители, — напомнил он Ольге.

— Сейчас поищу, я ее пока не видела. Народу слишком много. Адрик, поводишь меня по залу, чтобы ко мне меньше приставали?

Виконт только молча, изобразил поклон.

— А что за заместитель тебе нужен, заместитель в чем? — спросил он, лавируя меж гостей, снующих по залу.

— Король хочет создать небольшой совет из дворян, а меня планирует секретарем этого совета сделать. Ну а в мое отсутствие, дела будет вести заместитель.

— Секретарь — это должность, при которой ты будешь перекладывать бумаги с места на место, выслушивать, что тебе говорят члены совета и отчитываться о проделанной работе?

— Мне нравится направление твоих мыслей. Хорошо чтобы и члены совета так думали, и не устроили споры по поводу того, кто должен быть секретарем.

— Я чего-то не понимаю?

— Ты не учел, что секретарь будет и готовить совещания, решать, включать или нет те или иные вопросы, на обсуждение Советом, а можно и просто «забыть» о какой-либо проблеме, причем надолго. А после совещания, при оформлении итоговых документов, использовать формулировки, которые могут полностью перевернуть смысл решений. Да и еще много чего можно сделать, занимая такую должность. По сути, секретарь будет вторым человеком после председателя, которым станет король.

Зал был немалых размеров, гостей и слуг, разносящих напитки и закуску, тоже оказалось немало, поэтому Рузолу отыскали далеко не сразу. Молодая баронесса танцевать не любила, поэтому стояла у колонны с бокалом в руке с таким неприступным видом, что мужчины предпочитали обходить ее стороной.

— Вот ты где! — обрадовалась Ольга, увидев подругу. — Рузола, знакомься — виконт Адрик Гиди. Адрик — это моя подруга, баронесса Рузола Ниспа.

— Так мы уже знакомы. Вместе ведь защищали принцев от бандитов несколько лет назад, — сказал Адрик, тем не менее, приветливо кивнув баронессе.

— Тем лучше. А Гарлин Рузолу почему-то не помнит! Вот я и представила вас, на всякий случай. Адрик, мы к королю, ты с нами?

— Нет, политикой я сыт, лучше потанцую. Осмотрюсь, как ты говоришь, может, и найду себе подходящую в качестве невесты девушку.

— Удачи! — искренне пожелала виконту Ольга.

Поскольку Рузола расположилась подальше от короля и высоких сановников, обратный путь вновь лежал через весь зал, переполненный снующими туда-сюда людьми.

— Ты зачем меня к королю тащишь? — спросила немного недовольная Рузола.

— Он хочет с тобой познакомиться.

Раскрывать подробности плана с Советом Пэров, Ольга пока не хотела. Пусть лучше Гарлин все объясняет. Короля Рузолоа, по крайней мере, выслушает, прежде чем дать ответ.

Гарлин танцевал и развлекался вовсю, так же как и королева. Невозможно жить в постоянном моральном напряжении, и сейчас, во время праздника королевская чета, позволила себе, наконец, немного расслабиться. Король танцевал с незнакомой Ольге девушкой, а Вемону, воспользовавшись случаем, пригласил кто-то из аристократов. Поэтому когда девушки подошли, место, предназначенное для отдыха венценосных особ, пустовало.

— Вот зачем ты меня притащила? Видишь, не ждут нас здесь! — проворчала Рузола.

— Не такие уж мы важные птицы, чтобы нас ждать. Тебе не все равно: одиноко стоять у колонны или со мной тут?

Ждать пришлось не слишком долго, очередной танец закончился, и король подошел к своему креслу.

После того, как Ольга познакомила его с подругой, Гарлин начал расспрашивать Рузолу о ее семье, о том, чем она занималась, и о планах на будущее. При этом вел разговор непринужденно, сравнивая похождения девушки со своими, и делясь при этом собственными воспоминаниями. Так что довольно скоро Рузола уже не особо стесняясь, сама начала активно участвовать в беседе.

Ольга в разговоре почти не участвовала, а потому стояла немного в стороне, чтобы не мешать. Этим воспользовался один из молодых мужчин, видимо самый смелый и пригласил ее на очередной танец. Получив одобряющий взгляд от короля, Ольга ответила согласием.

Последний раз танцевать довелось еще в Раминаке, но навыки за это время не исчезли, так что затруднений в выписывании всевозможных па, не возникло. Партнер — ранее незнакомый молодой человек, представился как барон Лас Нарон, много говорил и пытался понравиться. Ольга не вслушивалась в его болтовню, уже зная по эмоциональному фону, что интересует она партнера только как владелица титула и состояния. Она просто получала удовольствие и развлекалась.

Окончание танца застало ее вдалеке от места, где расположился король, поэтому партнер подвел ее к одной из колонн, где и оставил. Он пытался продолжить совместное времяпровождение и навязать ухаживание со своей стороны, но Ольга, сославшись на нормы приличия, отказала. В одиночестве, правда, она находилась недолго. Как только вновь заиграла музыка, к ней подскочил кавалер, опередив на мгновение троих конкурентов. И вновь она закружилась в танце. Так дальше и происходило: Ольгу приглашали, и она выбирала очередного партнера, каждый раз нового, никому не отдавая предпочтения.

Однако, развлечения развлечениями, но бдительности Ольга не теряла. Сделав ее герцогиней, Гарлин не только ее возвысил, но и подставил под удар. Многие аристократы, ведущие свою родословную на протяжении многих веков, посчитали ее выскочкой, не заслужившей таких почестей. А опыт в подковерных играх у них большой. Вот и приходилось постоянно контролировать эмоциональный фон окружающих людей, чтобы не оказаться захваченной врасплох неприятной выходкой какого-нибудь завистника.

Предосторожность оказалась не напрасной. Во время очередного танца, от партнера, который ранее ничем не отличался от остальных, вдруг повеяло отчуждением, а аура показала, что сам он занят каким-то подсчетом или планированием. Естественно, это вызвало настороженность, и заставило более внимательно всматриваться в окружающее пространство. Поэтому агрессивный настрой от одного из гостей бала, стоящего в одиночестве с бокалом в руке, почувствовала заблаговременно, хотя по поведению этот человек ничем не отличался от других гостей. Он слегка пошатывался, как будто уже изрядно выпил, хотя аура показывала, что незнакомец трезв. На кого были направлены неприязненные чувства, понять было невозможно, но обольщаться не стоило, других кандидатур, кроме новоявленной герцогини, в обозримом пространстве не наблюдалось.

Вот к этому мужчине партнер, в процессе танца, в самом его конце и подвел.

— Шлюха! — громко воскликнул незнакомец, и выплеснул в направлении Ольги содержимое бокала.

Другая девушка наверняка попала бы под холодный и сладкий душ из десертного вина, но не Ольга, которая уже ожидала какой-нибудь выходки и, благодаря своей реакции, успевшая подставить под струю, своего коварного партнера.

— Не невеже, которое не умеет себя вести на балу, да еще и в присутствии короля, обсуждать и судить других людей. Отмойся сначала от грязи, которая налипла на тебе, прочисти себе мозги, чтобы было, куда впихнуть правила поведения, а потом уже приходи в приличное общество, — не осталась в долгу Ольга.

Ни того, что герцогиня сумеет увернуться от выплеснутого вина, ни резкого ответа от нее, организаторы провокации не ожидали. А то, что эти организаторы существуют, Ольга не сомневалась, потому что конкретно этих молодых людей она раньше не встречала, и столь явно выраженные к ней неприязненные чувства, ничем не были спровоцированы. Может и на скорую руку, но ситуация явно была подстроена.

— Дуэль! Я барон Верис Косан вызываю тебя на дуэль. Завтра, на рассвете жду тебя на ристалище гвардии. И не забудь прихватить свою саблю, я слышал, она у тебя есть. Вот и попробуй показать, что ты таскаешь ее не только для красоты!

Ты — барон?! Кто-нибудь может подтвердить это?

— Я виконт Салос могу подтвердить! Это действительно барон Косан, — тут же сказал бывший партнер по танцу, вытирая от вина платком затылок и шею. Затем попытался и свой камзол почистить, но безуспешно.

В такт его словам несколько человек мужчин и женщин, утвердительно закивали головой. В общем-то, это и не удивительно. На подобных больших празднествах присутствуют одни и те же люди, так что многие уже перезнакомились друг с другом. Это Ольга прискакала, убила герцога, заняла его место, и собирается снова ускакать. Вот и не знает её почти никого. Но, если ты барон, то подставляться так, непростительно.

— Даже не знаю, что и подумать. Человек, который не знает, что место и условия дуэли определяет тот, которого вызвали, называет себя бароном, да еще и получает поддержку у окружающих! У меня создалось впечатление, что ты не барон, а свинопас.

Что барон, что виконт, судя по виду, растерялись. По их плану, это оскорбленная герцогиня, мокрая от пролитого вина, а потому выглядевшая в глазах окружающих смешно, должна была вызвать барона на дуэль. Но вот не сложилось так, как им хотелось. Теперь сам барон выглядел смешным, да и мокрый виконт лишь немного от него отставал.

Ольга тем временем, продолжила:

— Но вызов, все-таки брошен, и я принимаю его. Барон, или кто вы там, не буду уже уточнять, у вас найдется секундант?

— Я готов стать секундантом барона, — тут же откликнулся виконт.

— Прекрасно, идите следом за мной, будем определять условия поединка.

С этими словами Ольга развернулась, и направилась к месту, где расположился король. Обоим мужчинам ничего не оставалось, как двинуться за ней. Вызов уже брошен, и отступить сейчас — это позор, причем дополнительный к тому, который они сами на себя навлекли. В высшем обществе подобного не прощают.

Вокруг скандала уже успела собраться приличная толпа. Народ любит развлечения, даже если это не простые люди, а аристократы. А уж то, что происходит сейчас, можно будет обсуждать еще долго, с удовольствием смакуя подробности инцидента. Перед решительно шагающей герцогиней, люди расступались, опасаясь быть вовлеченными в этот скандал. Одно дело смотреть на происшествие, другое — участвовать в нем лично.

До Гарлина уже дошла весть о случившемся, поэтому на подошедшую Ольгу он смотрел с тревогой, но встретившись с ее уверенным взглядом, сразу успокоился.

— Ваше величество, вот этот человек, который называет себя бароном Косаном, попытался облить меня вином, затем оскорбил, и после всего этого, вызвал меня на дуэль, — заявила Ольга.

— Гм, я тоже что-то его не припомню, — с сомнением произнес Гарлин. — Кто-нибудь может подтвердить его слова?

— Вы просто долго отсутствовали в столице, ваше величество, потому и не узнали его. Я подтверждаю, что это знаменитый барон Верис Косан, — тут же сообщил один из сановников, что окружали короля. Многие желали постоянно находиться у монарха на глазах. А то вот так, и не признают в нужный момент, как этого барончика, несмотря на его знаменитость.

— Интересно, и чем же он знаменит? — заинтересовался Гарлин.

— О, он известный дуэлянт! И пока не потерпел ни одного поражения. А еще мало кто может похвастаться, что пережил дуэль с ним. Большинство дуэлей с участием барона, закончились смертью его противника.

— Верис-с-с…,- в голосе только что подошедшего Адрика слышались и злость, и презрение одновременно.

— Ты знаешь его? — спросила Ольга.

— Этого Вериса выгнали из гвардии за неподобающее поведение. Есть мнение, что большая часть его дуэлей подстроены и являются замаскированным убийством.

— Судя по тому, что произошло сейчас, так оно и есть, — негромко, подтвердила Ольга. — Будешь моим секундантом?

— Разумеется. Но, может, лучше я его сам убью?

— Нет, не вмешивайся. Ты так всю игру мне сломаешь!

Король, прислушивавшийся к разговору, решил вмешаться в происходящее:

— Барон, чем вы можете объяснить свое странное поведение на моем празднике?

— Прошу прощения, ваше величество, видно выпил слишком много вина.

— Так извинитесь перед герцогиней, и забудем об этом происшествии.

— Не могу, ваше высочество. Герцогиня оскорбила меня, и отказаться от дуэли — значит попрать свою честь!

— Это правда, герцогиня? Вы действительно оскорбили барона?

— Не уверена, ваше высочество. Я действительно назвала барона невежей, но сделала это не с целью оскорбить, а просто озвучила очевидное. Ведь если человек бросается на незнакомую ему даму, пытается облить вином, и обзывает ее при этом шлюхой, то он невежей и является. А если он оправдывается тем, что чрезмерно выпил, то это только означает что он — пьяный невежа.

— Гм, — в замешательстве произнес король.

— Дуэль! — глядя на Ольгу с ненавистью, прорычал барон.

— Ваше высочество, предлагаю решить вопрос здесь и сейчас. Разрешите нам с бароном сразиться, и забудем об этом, — предложила Ольга, затем, приблизившись к Гарлину, настолько близко, насколько позволяли приличия, тихо произнесла:

— Может, получится выяснить, кто за ним стоит. Если проводить дуэль завтра, то это вряд ли получится. Да и моя репутация опасного человека получит подтверждение.

— Ты уверена, что справишься?

— Да.

Недолго подумав, Гарлин громко произнес:

— Поскольку внезапно возникшие противоречия между герцогиней Орхи и бароном Косаном разрешить не удалось, я подтверждаю вызов герцогини бароном на дуэль, которую следует провести незамедлительно. Барон, вам требуется маг-лекарь, чтобы снять с вас опьянение?

— Благодарю вас ваше высочество, маг мне не требуется.

— У вас есть секундант?

— Да. Виконт Солт Саалос согласился меня поддержать.

Глава 23

Распорядители бала через амулет, усиливающий звук, объявил о дуэли. Тем, кому такое мероприятие не по нраву, предложили перейти в соседний зал, где на столах срочно расставили напитки и закуски. Музыканты тоже перешли туда, чтобы гости не скучали. Ну а для тех, кто остался в главном зале, представление собирались показывать Ольга и барон.

Судьей дуэли король назначил церемониймейстера, у которого, оказывается, уже был опыт подобного рода деятельности.

— Согласно дуэльному кодексу, условия дуэли и выбор оружия принадлежит вызванной стороне, — громогласно произнес распорядитель. — Герцогиня, прошу вас озвучить ваши пожелания.

— Сабля и один кинжал у каждого, без амулетов и магии. До первой крови или сдачи противника, — сообщила Ольга.

Убивать соперника желания не было, несмотря на его репутацию, да и мог пригодиться он еще. Но барона такой мягкий исход затеянной провокации не устраивал.

— До смерти! — прорычал он на весь зал.

Ольга оказалась в затруднении. С одной стороны, хотелось допросить этого наемного убийцу, с другой, вторая цель публичной схватки — подтверждение ее репутации как опаснейшего, ничего не боящегося противника, пострадает в случае отказа от жестких условий дуэли. Поэтому раздумывала она недолго, и почти сразу после выкрика барона подтвердила:

— Не возражаю. До смерти, так до смерти!

— Виконт Салос, у вас есть замечания или возражения по поводу условий дуэли? — спросил судья у секунданта барона.

— Нет, господин судья.

Оружие на бал, на котором присутствует король, проносить запрещалось, его сдавали еще при входе во дворец, так же как и амулеты с боевыми заклинаниями. Поэтому дуэлянтам досталось оружие гвардейцев, которое перед этим проверили на идентичность клинков. Так что с этой стороны, противники были в равных условиях. Но судья заметил, что у барона все-таки есть преимущество:

— Герцогиня, я смотрю на бароне очень подходящая для дуэли одежда, в то время как на вас бальное платье, в котором хорошо танцевать, но не драться на саблях. Вы не хотите переодеться?

Интересно, где церемониймейстер собрался отыскать для худенькой девушки подходящий для сражения костюм? Снять с какого-нибудь гвардейца? Ольга представила, как он будет на ней сидеть, и как она будет выглядеть в глазах зрителей. Посмешище, да и только! О какой репутации тогда можно будет говорить?! Все только и будут вспоминать, как нелепо она выглядела, независимо от исхода дуэли. Поэтому она категорически отказалась от предложения:

— Спасибо, но меня вполне устраивает платье, которое сейчас на мне.

— В таком случае, можно начинать!

Дежурный отряд гвардейцев обозначил круглую площадку, за пределами которой собрались все зрители. Из соседнего зала послышалась музыка, звучавшая для тех, кто не пожелал смотреть на дуэль, но и здесь ее было слышно неплохо.

Барон сразу пошел в атаку, намереваясь закончить бой как можно быстрее. Перед Ольгой стояла прямо противоположная задача: затянуть бой, в надежде разговорить барона и выяснить, кто его нанял, поскольку условие дуэли, до смерти, исключало возможность последующего допроса. Да и показать себя умелым бойцом сомневающимся, не мешало бы. А скоротечную схватку, могли и не оценить, списав все на случайность. Поэтому под звон клинков она отступала, но защищалась при этом успешно. Ни один удар из длинной комбинации, проведенной атакующим, цели не достиг.

Почти сразу же выяснилось, что судья был прав: бальное платье не совсем подходит для дуэли. Юбка не успевала за резкими движениями ног, облегая их, хоть почти и не мешая, но немного отвлекая. Однако основное неудобство доставляли туфли. Когда она танцевала, легкое скольжение по паркету совершенно не мешало, скорее наоборот, способствовало плавности движений и придавало изящество пируэтам. А вот сейчас, во время боя, невозможность резкой смены направления движения, затрудняло маневрирование, и уклонение от выпадов противника. Барон подобных трудностей не испытывал. Короткие полусапожки с мягкой подошвой позволяли ему сохранять устойчивость при проведении любых приемов. Кроме того, он был очень быстр. Раньше подобное случалось, когда какой-нибудь партнер по тренировке, что проходили в Раминаке, выпивал перед боем ускоряющее зелье. Видимо и сейчас, готовясь к дуэли, барон принял что-то подобное.

Вот Ольга отбила клинок противника, и ее сабля по инерции пошла дальше. Обычно в таких случаях, можно быстро вернуть оружие в исходную позицию, но только не сейчас, на этом скользком паркете. Чтобы не терять темп, она не стала следовать привычным, заученным движениям, а наоборот ускорила вращение вслед за ходом сабли, совершив оборот вокруг себя и успев принять следующий удар барона на кинжал. Так дальше и пошло: когда условия позволяли, Ольга следовала устоявшимся приемам, а если не получалось, пользовалась инерцией, еще больше ускоряя движения своего тела. Часто это сбивало противника с толку и разрушало проводимую им комбинацию ударов. От вращения, которое помогало вести бой, еще и подол юбки взлетала почти до колен. Это не противоречило современным нормам морали аристократов, но взгляд зрителей, тем не менее, привлекало. А, кроме того, и делать шаги при этом было удобнее: юбка не мешала.

Спустя какое-то время, музыканты за стеной заиграли новый, достаточно ритмичный танец. И тело Ольги, без сознательного ее решения, приноровилось вести бой под музыку. Звон клинков, поворот, три шага назад, снова звон клинков, два шага вправо, еще раз звон, шаг вперед.

Барон почти сразу заприметил новую манеру боя, но приноровиться к ней, у него никак не получалось. Если повороты еще иногда можно было предвидеть, то направление поступательного движения Ольги, он предугадать не мог, а в тех случаях, когда он случайно угадывал, его клинок все равно со звоном встречался с клинком противницы.

Бой постепенно принял для Ольги привычный еще со времен тренировок в Раминаке характер, да и аура барона всегда показывала готовящийся удар или начало комбинации заранее. Так что она сочла возможным немного отвлечься и завести разговор с целью выяснить, кто же так хочет от нее избавиться, что нанял для этой цели убийцу?

— Барон, вы отказались от мага, который помог бы вам протрезветь, и я вижу, что вам помощь, действительно была не нужна: вино вы разве что пригубили. Получается, что вы солгали королю, когда объяснили свои агрессивные действия против меня опьянением?

В ответ противник лишь неожиданно резко нанес удар саблей, кончик которой прошуршал в опасной близости от лица. Но Ольгу это не остановило:

— Но если вы действовали не спьяну, то значит, вся эта провокация против меня, была заранее спланирована! С вами мы никогда раньше не встречались, и ненавидеть вам, меня не за что. Отсюда вывод: меня заказали. И мне очень интересно узнать: кто это! Вы хоть скажите, этот человек сейчас тоже тут в зале находится?

За стеной играла музыка, а на дуэльной площадке в такт ей стучали по паркету туфли и звенели клинки. Ольга говорила достаточно громко, чтобы ее слышали зрители, по крайней мере те, кто находился в первых рядах. Ответов ее противника они не слышали. Но это могло означать как то, что он молчал, так и то, что отвечал, но тихо. И вот от зрителей с одного из направлений возникло чувство беспокойства. Казавшийся бесполезным монолог начал приносить свои плоды, и этим нужно воспользоваться!

— А, так он тут! — воскликнула Ольга, отводя кинжалом колющий удар саблей барона.

Волны беспокойства стали значительно интенсивнее, но определить точно, кому из зрителей они принадлежат, не получалось. Видимо, этот человек стоял не в первом ряду. Ольга перешла в атаку, тесня противника к краю площадки, за условной границей которой, находились наблюдающие за схваткой аристократы. Но барон сместился вбок, а затем и вовсе извернулся так, что теперь Ольга оказалась ближе к краю. Но ее план этот факт не нарушил. Она, вроде бы случайно, немного приоткрылась, провоцируя на новую атаку, которая незамедлительно и последовала. Несколько шагов назад, и зрители поспешно расступились, чтобы не попасть под непреднамеренный удар. Теперь за спиной, совсем рядом, оказался тот, кто так волновался по поводу ответов барона. Отбив очередной удар саблей, Ольга резко обернулась, и встретилась с ненавидящим взглядом этого человека.

— Стрил Номар! Так вот, кто стоит за этой провокацией!

Адмирал флота, ближайший помощник будущего короля, посчитал, что сможет манипулировать Гарлином, уповая на его молодость, на чем и погорел. Король решил его все-таки наградить, несмотря на неблаговидные действия адмирала. Тот с самого начала междоусобицы поддержал тогда еще герцога Акергу, так что свою долю в успешном свержении самозванца он внес. Вот только полученное в подарок баронство, расположенное по соседству с его родовым имением, видимо, не удовлетворило амбиции адмирала, тем более, что и флотом он больше не командовал: вышел из доверия. И, как обычно, легче всего назначить виновным в неудачах, другого человека, а не себя. Похоже, новоявленная герцогиня подошла на роль злого гения, лучше всего. И место при короле заняла, и герцогство немалое отхватила. А ведь все это, по мнению Стрила Номара, должно было принадлежать ему. Вот и решил отомстить чужими руками.

Между тем, бой все еще продолжался. Отбив выпад барона, Ольга провела свою комбинацию ударов, которая вновь вывела поединщиков в центр площадки. Танец смерти продолжался: звон клинков, поворот, шаг вправо, два назад, шаг влево, снова звон клинков. Зрители вновь сомкнули первые ряды, загородив собою адмирала. Однако теперь и к нему возникли вопросы, которые Ольга и неприминула задать, причем старалась говорить громко, чтобы ее услышали как можно больше людей:

— Адмирал, а как вы вышли на барона, чтобы заказать мое убийство? Ведь вы постоянно жили в Акерге, и вряд ли были знакомы с темной стороной столицы! Вам кто-то подсказал? Кто именно?

Те, кто стоял рядом с адмиралом, знали, что на вопрос тот не ответил, а вот находившиеся в отдалении, в этом уверены не были. Видимо поэтому, от группы высших сановников, наблюдавших за дуэлью, потянуло беспокойством. Кто-то явно заволновался, что может раскрыться его роль в этой нечистоплотной комбинацией. Гарлин, кстати, тоже это почувствовал, и стал бросать изучающие взгляды в сторону трех герцогов и двух графов, занявших удобное место неподалеку от трона.

Ольге для того, чтобы попытаться разглядеть заволновавшегося человека, требовалось развернуться, что она и сделала, протанцевав на пару с бароном пол-оборота. Звон клинков, поворот, три шага вправо, шаг назад, еще два шага вправо, и вот она уже лицом к подозреваемым. Однако к этому времени, эмоции с той стороны стихли. Вообще-то, разного рода чувства, так и бушевали в зале. У кого-то в испуге замирало сердце, когда казалось что удар одного из дуэлянтов, вот-вот поразит противника, кто-то с азартом ожидал смертельного удара, еще были те, кто просто получал удовольствие от созерцания боя, так что вычленить реакцию именно на ее слова, было не так-то просто. Чтобы спровоцировать более яркие чувства, Ольга продолжила свой монолог:

— Неужели это был герцог?! Сам лично?

Конечно, с титулом можно было, и ошибиться но, во-первых, в подозрительной группе находилось три герцога и только два графа, а во-вторых, высшие сановники, по мнению Ольги, более склонны к заговорам против короля. И амбиций у них больше, и возможности для проведения различного рода интриг у них не так ограничены, а может, среди их предков можно найти особу королевских кровей, что дает повод претендовать на трон. Так или иначе, но предположение полностью оправдалось: смесь эмоций страха, злости и ненависти полыхнула так ярко, что определить их источник, труда не составило.

— Герцог Белиц! Вам-то чем я не угодила? Мы же с вами лишь недавно познакомились, и наши интересы ни в чем не пересеклись! Или дело не во мне, а в короле?

Герцог Белиц тоже получил вчера небольшую награду, поскольку успел в последний момент присоединиться к стану победителей. А вот какие мотивы им при этом двигали, было неясно. Не исключено, что он просто раньше других узнал о смерти Орхи, потому и поспешил выразить лояльность будущему королю. Сейчас из него выплескивалась только одна эмоция — паника.

Между тем, сражение на дуэльной площадке резко обострилось. Наемный убийца, введенный в заблуждение затяжной манерой боя, до последнего полагал, что все его, не приведшие к успеху, комбинации провалились чисто случайно. Но время шло, а его противница, раз за разом, успешно парировала его удары. И вот сейчас его озарило: да ведь она на протяжении всей дуэли играла с ним как кошка с мышкой!

Считавшего себя первым саблистом королевства барон от этой мысли пришел в ярость. Отринув всякие мысли о защите, он ринулся в атаку. Ему вновь удалось потеснить соперницу к краю дуэльной площадки, как раз к тому месту, где за двумя рядами впереди стоящих зрителей находился адмирал.

Бывший помощник Гарлина и сам находился в смятении. За все время дуэли он не произнес ни одного слова. Но новоявленная герцогиня, единственным чувством к которой была ненависть, так построила свою речь, что можно было подумать, будто он сам все рассказал. Мало того что она, по его мнению, украла влияние на короля, богатство и власть, которые по справедливости должны принадлежать ему, так еще и выставила на посмешище, показав безвольным предателем. Осознание, что и тут его переиграли, бесило и лишало разума. Понимая что, так или иначе, его карьера разрушена, а теперь он может лишиться не только полученного на днях баронства, но и жизни, он решил забрать с собой и так ненавидимую им девушку. Растолкав стоящих перед ним людей, он выставил перед собой правую руку, на запястье которой, скрытый одеждой, находился браслет с мощным заклинанием.

Агрессию со стороны адмирала, а так же порывистое его движение в ее сторону, Ольга почувствовала сразу. Ждать от него чего-либо хорошего не приходилось, поэтому молниеносно проведя контратаку, она поменялась местами со своим противником по дуэли.

Несколько зрителей из тех, кого растолкал адмирал, возмущенно вскрикнули и тем самым привлекли внимание стражников. Два ближайших гвардейца двинулись в сторону непонятной суеты, чтобы выяснить, что же там происходит. Понимая, что времени у него не осталось, адмирал активировал амулет, целясь в выглядывавший из-за противника левый бок Ольги. Но та уже поняла, что сейчас произойдет выстрел и, парируя очередной выпад, успела выйти из-под удара, который в результате пришелся в спину барона.

Подобное оружие Ольге еще не встречалось. Чаще всего в боевых амулетах применялось энергетическое заклинание, которое прожигало в незащищенном противнике довольно большое отверстие. А тут, барон получил мощный удар в спину, неизвестного происхождения. Он не успел ничего понять, глаза его затуманились, а затем он рухнул на пол лицом вперед, открывая взору обломки позвоночника и ребер вывернутые наружу непонятной силой.

На сколько выстрелов рассчитан амулет, было неизвестно, и выяснять это прямо сейчас, Ольга не стала: лучше потом разберется. Тело барона еще только начало падать, а она уже, сделав шаг в сторону, метнула кинжал, который до этого держала в левой руке, в адмирала, попав тому в плечевой сустав вытянутой в ее сторону руки. После чего, подскочив поближе, пробила ему саблей и второе плечо. Мало ли, может у него, еще один амулет есть, пострашнее первого.

События произошли так быстро, что зрители не успели испугаться. Когда они осознали произошедшее, уже все закончилось. И адмирала, и труп барона стражники быстренько куда-то утащили, а слуги затерли кровь на паркете, которой на удивление, оказалось не так уж и много, особенно учитывая рану, образовавшуюся в результате магического удара.

За стеной все также продолжала играть музыка и те, кто до этого смотрел дуэль, неспешно потянулись в соседний зал, обсуждая как сам поединок, так и неожиданный его финал. Ольга же, вернув саблю стражнику, подошла к королю, недалеко от которого продолжали стоять его приближенные и высшая аристократия.

— Герцогиня, такого красивого и смертельного танца, я до сих пор не видел, и вряд ли когда-нибудь увижу еще раз! — приветливо улыбаясь, заявил герцог Резид — тот, который поддержал Гарлина одним из первых.

— Да, это было завораживающее зрелище! — поддержал его Гарлин. — А ты, дорогая, как думаешь? — спросил он у жены.

— Это было ужасно! Я так боялась, что Олю убьют, что дрожала на протяжении всего боя. Да еще Адрик такого наговорил про этого барона! Я вообще удивляюсь, почему его до сих пор не арестовали и не казнили.

— Он всегда следовал дуэльным традициям, так что по закону, к нему было не придраться. Хоть многие и были уверены, что он — наемный убийца, но доказательств этому, никто найти не мог, — сказал Адрик.

— Думаю, у него еще и покровители были, высокопоставленные, — поделилась мыслью Ольга. — Они и помогали барону проводить провокации для вызова на дуэль так, что к причинам, трудно было придраться. Вот вы, виконт, как долго работали в паре с бароном? — обратилась она к секунданту своего противника, который не мог уйти, пока судья дуэли не подвел ее итог. А судья пока молчал, ввиду весьма нетрадиционной концовки боя, ждал, когда свое мнение выскажет король.

— Я тут не причем! Да, я давно знаком с бароном Верисом Косаном, потому и согласился быть его секундантом, но разве это преступление?!

— А как вы объясните тот факт, что к концу нашего с вами танца, вы подвели нас как раз к барону, уже державшего наготове бокал с вином? — поинтересовалась Ольга.

— Случайность!

От столь явной лжи, Гарлин, у которого в последнее время резко обострилась чувствительность к эмоциям окружающих, поморщился.

— Вы только что сказали неправду, — заявил он. — Это подтверждает мои подозрения в том, что только что прошедшая дуэль была подстроена с целью убийства герцогини Орхи. Поэтому на время разбирательства этого дела, вы задержаны.

По знаку командира, двое гвардейцев тут же стали рядом с виконтом, намереваясь увести того.

— Ваше величество! Разве не следует в честь вашей коронации снисходительно относиться к ошибкам или даже к недоразумениям, случившимся с вашими подданными?! Я знаю графа Салоса, отца виконта уже много лет, поверьте, он и его сын — верные трону дворяне, и не заслуживают такого отношения. Он все-таки не какой-нибудь бандит! — вступился за виконта герцог Белиц, который уже успел оценить ситуацию, сообразил, что напрямую обвинить его, пока не в чем, а потому успокоился и осмелел.

— Прежде всего, я знаю точно, что виконт только что солгал. Мне, своему королю! Почему он это сделал? Если он никак не запятнал свою честь связью с наемным убийцей, то и лгать ему, не было необходимости. Допускаю, что это какое-то недоразумение, поэтому я пока ни в чем его не обвиняю, однако прояснить все обстоятельства и выявить всех виновных в покушении на мою ближайшую помощницу, необходимо. И что касается самого виконта, то его ведь никто не собирается отправлять в тюрьму, по крайней мере, пока не станет ясным, что именно он хочет скрыть. И, кстати, во время дуэли прозвучало и ваше имя, как имеющее отношение к провокации, вызвавшей ее. Вы можете что-то сказать по этому поводу?

— Я не слышал, что там наговорил адмирал Номар, поэтому не буду оправдываться и как-то объяснять свои поступки. Мне приходится встречаться со многими людьми, но это не означает, что я вследствие знакомства с ними, несу ответственность за их поступки.

— Хорошо, тогда я прямо вас спрашиваю: вы знали, что против доны Оли Лаэции, герцогини Орхи готовится провокация?

— Ваше величество, ваш вопрос просто возмутителен! Как можно меня, герцога Белица допрашивать как какого-нибудь разбойника или вора?!

— Вот как? Вы простой вопрос, на который можно дать еще более простой ответ: да или нет, воспринимаете как допрос? Вы полагаете, что король вообще ни о чем не должен вас спрашивать? Тем не менее, несмотря на ваше мнение, я настаиваю на ответе!

— Я не буду отвечать на подобные оскорбительные вопросы!

— В таком случае, вынужден вынести обсуждение вашего поведения, а также предполагаемое участие в заговоре против герцогини Орхи, на Совет Пэров.

— Что за Совет Пэров? Первый раз о нем слышу.

— Как раз сегодня, я собирался объявить о его создании. Вы, кстати, тоже в него должны были войти. Но теперь, в свете вашего отказа в помощи расследованию покушения на герцогиню, вам придется сначала дождаться решения остальных членов Совета.

Раз уж речь зашла о Совете Пэров, король решил не затягивать с оглашением о его создании, и распорядитель бала пригласил гостей, которые танцевали по соседству, вернуться в главный зал. После того, как большая часть народу собралась, Гарлин, пользуясь амулетом усиления голоса, зачитал указ о создании нового совещательного органа, сообщил о том, кто в него входит, а так же обязанности и привилегии его членов.

Обязанностей у пэров, пока, было немного. Главное, что они должны были делать, это посещать заседания и участвовать в обсуждении насущных вопросов королевства. Особых прав им тоже не добавилось. Самым существенным было то, что судить пэров мог только монарх, или сам Совет, если король передаст ему эти полномочия. Для герцогов эта норма и так существовала, а вот графы, а тем более бароны, были более зависимы как от тех же герцогов, так и от местной провинциальной власти. Кроме того, сам факт регулярных встреч с влиятельнейшими людьми государства, а также с самим королем, который являлся председателем Совета Пэров, делал эту должность и звание притягательным для любого аристократа. При любой форме правления, возможность находиться на виду у людей обладающих властью — ценный ресурс, дающий возможность получения выгодных заказов от государства, решения сложных вопросов неформальным способом, а так же мог служить источником прибыли при лоббировании интересов той или иной группировки или отдельных лиц.

Кандидатуры для Совета король отбирал самолично, советуясь, правда, со своими приближенными. Ольга в этом процессе не участвовала, ввиду своего пребывания в графстве Гиди, да и не знакома она с большей частью королевской аристократии, так что о нравственных качествах баронов и графов, судить не могла. Правда, одна баронесса — Рузола, стала пэрой как раз по ее рекомендации. Гарлин оценил кандидатуру на должность заместителя секретаря, признал ее подходящей, и буквально перед самым оглашением, заменил на нее одного из баронов. К счастью, сами будущие пэры до сей поры, ничего не подозревали о своем грядущем возвышении, так что обошлось без никому ненужных, обид.

Только что назначенным пэрам король выдал отличительный знак-амулет в виде красивого медальона с драгоценными камнями. Назначение амулета — помогать человеку, различать ложь, даже если он не маг. Это было неожиданно. Раньше о подобных магических устройствах, слышать не доводилось. Как выяснилось, образец подобного артефакта нашли в замке Орхи гвардейцы, участвовавшие в освобождении сестры Гарлина. Один из приглашенных для исследования магов сумел разобраться в плетениях, а после и повторить. Ну а Гарлин посчитал, что членам Совета Пэров такая способность очень даже пригодится.

Конечно, теперь и сам король не имел возможности лукавить при разговоре с пэрами. Но, во-первых, он и не собирался обманывать, кого бы то ни было, а во-вторых, он всегда мог пресечь неудобный для него разговор, и никто ему по этому поводу не смог бы возразить.

Для Ольги амулет был бесполезен, она и сама неплохо справлялась, определяя, лжет человек, или нет. Но все пэры с удовольствием повесили медальон на шею поверх одежды, как статусную вещь, так что и она не стала выделяться.

Бал еще продолжался некоторое время, с молодой герцогиней все так же хотели познакомиться отпрыски графов и баронов, так что танцевала она беспрерывно, при этом никого не выделяя, постоянно меняя партнеров. Только Адрику досталось три танца по старой дружбе, что вызвало в его сторону неприязненные и завистливые взгляды, однако до скандала, дело не дошло. Так что вечер завершился вполне благополучно.