Ловушка для строптивой

Бонусный бонус!

Аврора Дэлейн (в нашем мире)

Я прихожу в себя от шелеста и методичного стука об мою кровать. Непонимающе моргаю и смотрю на белый неровный потолок.

— Очнулась? — раздаётся незнакомый женский голос. — Сейчас позову медсестёр. Долго же ты лежала в коме. Мужик твой каждый день приезжал. И родители тоже. Повезло. Не отказались.

Медленно перевожу взгляд на говорившую женщину. Она тянет за собой палку, на конце которой валяется кусок ветоши. Этой палкой она, судя по всему, и била мою кровать, так как сейчас она ударилась об тумбу с точно таким же стуком.

Интересно, где я? Родители навещали? Маловероятно. Отец в последний наш разговор ясно дал понять, что моя семья теперь — это архонт и двуликий. А мужик… который? Себастьян, скорее всего. Оборотень, небось, сбежал на свой Север. Кривлюсь и вздрагиваю от открывшейся двери и заходящих людей.

— Дочка! — восклицает средних лет женщина с копной тёмных волос. Она бросается ко мне, распихивая девушек в белых халатах, и буквально сжимает в тёплых и крепких объятьях.

Пищу, беспомощно оглядываясь на остановившиеся лица.

— Мы так волновались, Яра. Господи, мы думали, ты умерла!

— На целых две минуты так и было, — бормочет краснолицый мужчина с сединой на висках и смотрит с любовью на меня. Даже в уголках глаз капли слёз скопились. Впервые вижу, чтобы мужчины плакали. В моей семье никто никогда не проявлял слабости.

— Давайте мы всё же проведём обследование, — встревает женщина в белом халате.

— Да, да, конечно, — обнимательница улыбается, в щёку целует и отступает к мужчине. Тот её обнимает. Они оба выглядят так гармонично. Невольно улыбаюсь им.

— Доброе утро, Ярина, как вы себя чувствуете? — ко мне подходит женщина в белом халате.

— Я? — уточняю, удивлённо замолкаю. Голос у меня хриплый и словно не мой. И руки не мои. Рассматриваю их, верчусь, ногти с непонятным покрытием пробую на зуб. Волосы ловлю. Тёмные. Не мои. — А можно зеркало?

Поднимаю глаза и замечаю, как неестественно тихо становится в комнате. Все взоры устремлены на меня, и пришедшие уже не улыбаются. Переглядываются между собой.

— Конечно, дочка, держи, — брюнетка копается в сумочке и протягивает небольшое зеркальце.

На меня смотрит совершенно чужое отражение. Брюнетка с синяками под глазами, бледная, темноглазая. По возрасту старше меня. Верчусь в разные стороны, осматриваю шрамы и заживающие раны.

Я осознаю себя. Я Аврора Дэлейн. И в мельчайших подробностях помню себя. Помню всё. Как услышала сговор собственных братьев. Они хотели принести меня в жертву, чтобы развязать войну. Они хотели натравить архонта и двуликого друг на друга.

Чтобы остановить не только кровопролитие, но и освободиться от навязанных мужей, от придуманной моим отцом жизни, я поменялась телами с их истинной. И теперь я в её теле. Честно говоря, думала, ритуал перенесёт меня в моём теле. Но всё получилось как получилось.

Один вопрос открыт. Где я теперь? В прошлом? Будущем? В параллельном мире?

— Яра, — осторожно басит мужчина. Это её имя? Моё новое имя? Надо к нему привыкнуть. Закрыв крышечкой, возвращаю зеркальце женщине и улыбаюсь.

— Простите, — бормочу, подтягивая выше тонкий плед.

— Что с моей дочерью, Елена Владимировна?! — гаркает он, заставив вздрогнуть и вжаться сильнее в подушки. Заметив мой испуг, он шагает ближе, но тут же застывает и беспомощно оглядывается на присутствующих.

— Вы не могли бы выйти и дать провести диагностику?

Женщина в белом халате и две девушки активно выпроваживают родственников этой Яры. А после начинается допрос с пристрастием и полный осмотр моего нового тела. У меня берут кровь, просят помочиться в баночку, слушают непонятным аппаратом грудную клетку. Измеряют давление, надев надувной нарукавник. В конце всех процедур везут на каталке и суют в белую гудящую штуку, от которой чуть сердце не останавливается. Но лекарка, точнее врач, Елена Владимировна говорит, что это томограф, который просканирует мой мозг. Удивительная в этом мире магия.

После всех процедур и сбора анализов мне ставят диагноз — частичная потеря памяти вследствие черепно-мозговой травмы. И его озвучивают ждущей меня родне.

Врачи хотят понаблюдать за мной и оставляют ещё на два дня в этом госпитале. Я не против остаться, нужно ведь немного разобраться, как теперь начинать эту новую жизнь.

Удивительно, но родители и две сестры стойко принимают ответы медиков и окружают меня заботой. Ангелина и Агата, те самые сёстры Ярины, привозят две коробочки с картинками. Планшет и телефон. Агата ещё подросток и охотно показывает, как пользоваться этими аппаратами. Правда, ворчит, что я стала, как их мама, «полным чайником».

Вечером приезжает довольно симпатичный мужчина. Увидев меня в сознании, нервно оглядывается на сидящих сестёр. Но сразу же расслабляется, когда ему говорят о моей амнезии.

— Мы хотели начать сначала, Яра, — бубнит он, хватая за пальцы.

Испуганно отдёргиваю конечность и стараюсь отстраниться. Его напор пугает.

— Проваливай, Димка. Видишь, даже потеряв память, Яра не хочет с тобой больше связываться! — гаркает на него Агата.

— Я сейчас охрану позову, — встаёт Ангелина.

Дима уходит, а две девушки рассказывают краткую историю отношений этого мужчины и Ярины.

На следующий день ко мне приезжают новые гости. Две женщины, коллеги по работе и целых пятнадцать детей в возрасте пяти-шести лет. Малыши с широкими улыбками взбираются на койку. Обнимаются, без умолку болтают и дарят свои рисунки с пожеланиями скорейшего выздоровления. Они очень ждут, когда я вернусь к ним в группу. Без меня Новый год уже не тот. А один из мальчиков протягивает конверт, говорит, это от его папы на лечение. Внутри лежат деньги и записка с благодарностью.

Ещё через два дня меня выписывают. Родители забирают домой. И предлагают остаться у них до Нового года и последующих праздничных выходных. Так я узнаю, что у меня есть собственное жильё.

Почти полмесяца пролетает как в самых сокровенных мечтах. Я окружена семьёй, заботой и вниманием близких. Родители не давят, не заставляют и не ждут определённого поведения. Они, конечно, присматриваются и удивляются моим манерам или когда я что-то делаю не так, но не обвиняют и не упрекают. Сёстры лишь посмеиваются, Агата считает, что меня подменили, и подкалывает.

Я усиленно изучаю этот мир. Читаю книги в интернете, смотрю видеоролики обучающие. И довольно быстро адаптируюсь. Ярине, наверное, в моём теле сложнее будет. У нас не настолько развита магия, хотя здесь её и вовсе нет, но интернет и все эти технологии для меня сравнимы с магией.

На семейный праздник по случаю обновления года собирается ещё больше родственников. Вся женская часть с утра на кухне готовит салаты и горячие блюда. Я за эти дни почти всегда была с мамой, училась у неё пользоваться бытовой техникой.

В гости вновь приходит Дима с букетом цветов для меня и бутылкой вина для родителей. Он весь вечер ухаживает.

— А помнишь наш прошлый год, Яра? — спрашивает он.

— Нет, — честно отвечаю, отчего мужчина улыбается. Не нравится мне его улыбка.

Все последующие праздничные дни он вновь приезжает. Ненавязчиво ухаживает. Рассказывает о себе и наших «идеальных» отношениях в прошлом. Говорит, как сильно мы друг друга любили. Но разве Ярина развелась бы с ним, если бы так сильно его любила?

В один из дней сёстры вытягивают меня прогуляться на каток. И там я сталкиваюсь с подопечным Ярины. То есть уже моим. И с его отцом.

— Ярина Станиславовна, рад вас видеть, — улыбается мужчина. — Выглядите замечательно. Как вы?

— Спасибо, хорошо, — смущённо пожимаю плечами.

— Тоже решили покататься на коньках. Никитос вот уговорил, — машет он на сына, что подпрыгивает рядом и теребит шапку. — Я, если честно, не умею даже стоять.

— Я тоже, — лепечу, поглядывая на выданные мне коньки.

— Я вас научу, Ярина Станиславовна! — восклицает мальчик.

— Вы одна? — встревает его отец.

— С сёстрами, — машу в сторону. — Простите, мне пора.

Улыбнувшись ещё раз, отхожу к девчонкам.

— И чего ты с ними не пошла кататься? — спрашивает Агата. — На вид богатый. «Ролексы» на запястье, пальто стильное. Машина тюнингованная и рожа лучше, чем у твоего Димасика.

— Не в богатстве дело, Агата, — качаю головой, оглядываясь на мужчину. Он вправду симпатичный и мне понравился. Но если бы я хотела жить в богатстве, осталась бы в своём мире. — Я хочу быть свободной и не зависеть от мужчин.

— Все хотят, — хмыкает Ангелина. — Иди покатайся. Видно же, как смотришь на него.

— Да нет, — мнусь я.

— Ты после больницы заперла себя дома и прячешься, словно боишься жить. У тебя ПТСР. Я давно говорю родителям показать тебя психиатрам, это ненормально.

— Геля! — одёргивает сестру Агата.

— Хватит вам молчать. Полмесяца уже прошло!

— Я пойду покатаюсь, — бормочу, чувствуя себя не в своей тарелке.

Мы с Владимиром замечательно проводим время, постоянно падая и хохоча от собственной неуклюжести. Никита вокруг нас кружит и смеётся заливисто. Впервые я на краткий миг не ощущаю чувства вины за собственное враньё. Не чувствую, что живу чужой жизнью.

Мужчина приглашает на свидание, и я соглашаюсь.

На следующий день он заезжает за мной и везёт в ресторан. Мы болтаем обо всём на свете. Он рассказывает о себе, о своём разводе, который ещё длится. Но он съехал от жены и Никиту забрал. Хочет оформить полную опеку над сыном.

После ужина и кино Владимир провожает до дома. У подъезда стоит хмурый Дима.

— Бездна, — вздыхаю я, неосознанно вжимаясь в бок мужчины.

— Что-то не так? Кто это? — спрашивает Владимир.

— Муж! — отвечает за меня Дима, шагая к нам.

— Бывший. Мы развелись, — пищу и желаю спрятаться куда-нибудь подальше отсюда. Меня всегда пугают разозлённые мужчины и конфликты.

— Заходи домой, Ярина, — подталкивает Владимир и, приобняв, провожает до подъезда. — Я тебе позвоню, ладно?

— Хорошо, — киваю, бросая взгляд на Диму, который явно хочет зайти следом за мной.

— А ты куда, муж? — усмехается Вова, перехватывая Диму за локоть и закрывая тяжёлую дверь за мной.

Оставшись одна, перевожу дыхание и бегу наверх. Уже у себя в комнате выдыхаю. Ко мне мама с сёстрами заходят, чтобы послушать про свидание.

Слова Ангелины не выходят из головы. Я понимаю, что пора начинать двигаться самостоятельно, не вечно ведь висеть на шее у чужих родителей и пользоваться их заботой.

В один из вечеров завожу разговор о переезде к себе в квартиру. Родственники принимают эту новость спокойно, хоть и предлагают остаться ещё. А после помогают с переездом. Папа забивает холодильник продуктами, мама и сёстры помогают со сборами и разборами.

Когда заканчиваются зимние каникулы, я выхожу на работу в детский сад. Но понимаю, что это не моё. Я не умею обращаться с детьми, не умею их воспитывать и занимать. Да и заведующая учреждения просит принести справку о состоянии здоровья. Понимаю, у меня ведь мозг повреждён. Поэтому с чистой совестью увольняюсь, благо у Ярины есть накопления, а ещё родители, которые в случае чего поддержат. Моё увольнение они тоже поддержали.

Я изучаю этот мир и ищу, чем могу заниматься в нём. Прохожу разнообразные онлайн обучения. Ищу себя. Хочу в ближайшее время сменить имя на своё. И наслаждаюсь собственной свободой. Одиночество не пугает меня. И я не скучаю по своему миру. Разве что всё не привыкну к местной моде и погоде.

Дима и Владимир продолжают ухаживать и звать на свидания. Если с первым я не хочу сближаться, то Владимир всё больше и больше отвоёвывает моё внимание. С ним мне очень легко и спокойно.

На очередном свидании мы празднуем развод Владимира. Опеку над сыном Никитой ему не дали. В этом мире у женщин тоже есть права, и если она непьющая, негулящая, то детей чаще всего оставляют с ней. Они смогли договориться, что ребенок будет жить на два дома и оба родителя будут принимать участие в его воспитании, а Владимир будет платить алименты.

Мы пьём вино и ужинаем. А после мужчина провожает до самой двери и целует в губы. Он так нежен и осторожен. Меня охватывает необычайное томление. Я признаюсь, что для меня это первый поцелуй и вообще всё в первый раз. Мужчина удивляется. Конечно, я ведь уже была замужем. Но всё списывает на амнезию.

— Что, если я скажу тебе, что я не Ярина? — шепчу, решившись.

— А кто ты? — удивляется он.

— Понимаешь, та авария не прошла бесследно. Я умерла и очнулась, словно совершенно другой человек, — подбирая слова, говорю, опуская глаза.

— Ты вправду изменилась. Мы, конечно, раньше не так близко общались. Но ты была другой. Нынешняя ты мне нравишься больше. Тебя хочется укрыть, хочется любить и заботиться, — говорит Вова, ласково поглаживая по щеке, и вновь целует в губы. И я плыву от его слов, близости, тихого шёпота.

Наш первый раз не сравнится ни с чем. Когда все рецепторы оживают от слияния двух тел. И становится жарко, немного больно и тесно. Но безумно сладко. Хочется раскрыться больше, обнять сильнее, прижаться крепче. От этого даже страшно становится. Насколько сейчас я уязвима, а Владимир имеет надо мной власть. Но мужчина чуток и внимателен. В его руках я впервые разбиваюсь на атомы. И отпускаю все свои страхи, предубеждения.

— Переезжай ко мне? — предлагает он поутру, нежа в своих объятьях.

— Я не готова, — бормочу, смущённо пряча нагое тело.

— Я могу переехать к тебе, — усмехается он, роняя меня на соседние подушки и нависая.

— Не будем торопиться, Вов, — лепечу, страшась его обиды или гнева за отказ.

— Надо этому твоему бывшему рожу начистить. Довёл тебя, — ворчит он беззлобно, целует в губы и падает обратно на спину.

— Ты не злишься? — теперь я нависаю над ним.

— Нет. С чего бы? — удивляется он и цокает, усмехнувшись. — С каким «арбузером» ты жила, детка?

Пожимаю плечами. С отцом и двумя братьями жила. А они те ещё абьюзеры.

Вове уже на работу пора, он смотрит на часы и чертыхается. Пока умывается, готовлю ему завтрак. А оставшись одна, вновь открываю ноутбук.

Наши отношения стремительно развиваются. Мужчина часто остаётся у меня, по выходным мы с его сыном выбираемся на природу или в развлекательные центры. Никита мне очень нравится. И он ко мне относится как к подруге.

Дима периодически маячит, всё пытается восстановить былое. Даже когда я, набравшись смелости, гаркаю:

— Я не Ярина!

— Это ведь замечательно, — отвечает он.

Месяц пролетает очень быстро. Впереди маячит ещё один праздник, о котором мне рассказал Никитка. День всех влюблённых. Он признаётся, что подарит одной девочке из группы валентинку и говорит, что мне тоже надо сделать его папе подарок, если я его люблю.

Конечно же, загоревшись идеей, я готовлю для Вовы сюрприз. Штудирую интернет и выясняю, что дарят девушки своим парням.

Готовлю ужин при свечах, покупаю открытку и набор косметических средств вместе с зубной щёткой. Я хочу предложить ему попробовать жить вместе.

Когда раздаётся звонок в дверь, бегу открывать и совершенно не ожидаю увидеть Диму.

Мужчина протягивает охапку роз. Оторопело прижимаю к груди огромный букет и с открытым ртом смотрю, как он опускается на одно колено. Прямо в подъезде. Достаёт футляр и показывает кольцо.

— Я люблю тебя, Яра. Выходи за меня, — произносит томно.

— Это что за перфоманс? — басит за его спиной Вова, и сейчас он выглядит очень разгневанным.

— Я.. — теряю дар речи, продолжая прижимать букет. Он, зараза, ещё тяжёлый.

— Заяц, отдай несчастному цветы, — требует мужчина, за шкирку поднимая Диму.

— Конечно, держи, — кивнув, протягиваю обратно букет.

— И забудь дорогу к моей женщине! — гаркает Вова, закрывая перед носом у бывшего дверь.

— Он появился так внезапно, — отступаю по коридору, смотря на мужчину. — Ты рано. Я ещё не успела переодеться. Ты злишься?

— Да я забыл цветы купить, — досадливо вздыхает Владимир. — Там снег валит, вспомнил в последний момент и, как назло, ни одного цветочного по дороге. Прости, зай. С праздником.

Мужчина вытягивает из внутреннего кармана удлинённый футляр. Открываю его и с улыбкой смотрю на золотой браслет.

— Спасибо, проходи. Я сейчас, переоденусь и будем ужинать.

Вова разувается и раздевается. А я бегу в спальню. Наряжаюсь в платье, браслет надеваю и любуюсь красотой. Подхватив свой подарок, выхожу.

— Ты для меня это сделала? — басит он, осматривая интерьер. Горящие свечи, накрытый стол, разложенные салаты и нарезки.

— Да, и приготовила твоё любимое мясо по-французски, — улыбаюсь и вручаю свой подарок.

Мужчина вытягивает из подарочного пакета косметический набор. Усмехается, разглядывая пену для бритья, лосьон после бритья, бритву, шампунь, гель для душа. И зубную щётку.

— Прикольный стёб. Носков не хватает. Их оставила на двадцать третье? — веселится Вова. Непонимающе пожимаю плечами.

— Тебе не нравится, да? Я не знала, что дарить, и посмотрела в интернете. Это был самый популярный ответ.

— Мне нравится, спасибо, зай, — целует в губы мужчина.

— А вообще, это был намёк и предложение съехаться, — смущённо продолжаю.

— Смотри-ка, я тоже это хотел предложить, — усмехается Вова, доставая две связки ключей и протягивая одну мне.