Ловушка для строптивой

Глава 13

Ночь проходит ужасно. Я ворочаюсь, не могу уснуть, варюсь в собственных мыслях о мужьях. Чудится, что вот сейчас они ворвутся и заберут меня насильно. Насильно заставят завершить обряд. Грешным делом, даже мои страхи подумывают сбежать отсюда. Но останавливает полное незнание новой местности и отсутствие тёплых вещей. Я ж банально замёрзну. И кому от этого будет хорошо?

В общем, в полном унынии и отчаянии засыпаю лишь на рассвете. И из кошмарного сна меня вырывает рычание оборотня, буквально отбрасывая в недалёкое прошлое.

Резко дёрнувшись, верчу головой. Одеяло к груди прижимаю и, только убедившись, что я всё ещё в небольшой аскетичной комнатке, расслабляюсь. Вот это приснится же. Словно я оказалась в походно-полевых условиях с барсами.

Но очередной низкий рык привлекает внимание. Выглядываю в окно и, округлив глаза, таращусь на вольготно лежащего в тени дома дикого кота. А рядом со зверем стоят семь сундуков. Мои, те самые.

Перевожу взгляд опять на барса, пытаюсь угадать, кто это. Он лежит себе, хвостом пушистым пыль поднимает, клыкасто зевает, пугая местных. Соседская детвора и молодые женщины толпятся в нескольких метрах от хищника. Перешёптываются и возмущённо размахивают руками.

Шестилетняя дочь Лауры так бодро топает к зверю. Меня аж в дрожь бросает. И хоть какой-то частью извилин я понимаю, что хищник разумный, но вот материнский инстинкт гонит меня спасти ребенка.

— Кора! — кричу и, вскочив, бегу из комнаты.

Вылетаю в одной ночной сорочке. Огибаю дом и перехватываю девочку по корпусу прямо рядом с усатой мордой, что всё это время никак не реагировал на подбирающегося ребёнка.

Малышка заливисто визжит и дрыгает ногами. Тут-то барс как по команде вскакивает. С рыком и ощерившись. Громадный, пушистый и немного пугающий.

— И что это всё значит? — спрашиваю, удобнее обхватывая активно ёрзающего ребёнка. — Не притворяйся меховушкой на лапках, Гас. Я уже твоего зверя запомнила.

Он трясётся весь и перевоплощается в мужчину.

— Ты б оделась, замёрзнешь, — сухо замечает, показывая на босые ноги и вообще лёгкую одежду.

— Сначала ответь, что ты тут делаешь? — хмурюсь я.

— Тебя охраняю, — пожимает плечами мужчина.

— Если мне и нужна охрана, то от тебе подобных! Можешь не стараться, мне уже показали истинное отношение! — раздражаюсь сильнее этому спокойствию.

— Я не знаю, чем тебя обидел, но приношу извинения, — говорит Гас и шагает ближе. Смотрит с некой грустью, словно провинившийся ребёнок.

— Ты сплетничал обо мне, — бурчу обиженно.

— Не правда! Только ответил на несколько вопросов о нашем путешествии. И о тебе говорил только хорошее, можешь спросить у остальных!

Молчу, губы поджимаю. Понимаю, что, скорее всего, так и было, просто женщины по своей природе слышат то, что хотят слышать, и делают выводы соответствующие. Собственно, я сама такая же. Признаю.

— Возвращайся к себе, Гас. Я останусь здесь, — растеряв воинственный настрой, прошу.

— Пока альфа не вернётся или пока ты не вернёшься в стаю, я буду рядом с тобой, Яр-ина, — отвечает он. — Куда занести твои вещи?

— В дом заноси, — фыркаю и, круто развернувшись, ухожу. Не вижу смысла спорить, всё равно ведь останется. Он приказ получил от своего альфы, чтоб его маги ослепили!

Вот он, муж, желающий помириться с женой! Даже сам не пришёл. Бету своего оставил. И даже не самого главного!

Двуликий ловко укладывает два сундука друг на друга и, подняв их, идёт за мной. Отправляю Кору на кухню, там, судя по звукам, уже Лаура проснулась, сама остаюсь в прихожей. Контролирую оборотня, хоть и понимаю, что он ничего не сделает. Если хотел бы, уже сотворил.

Гас быстро переносит мои сундуки и отдаёт опять тело зверю. Барс ложится теперь прямо на крыльцо и, положив мохнатую голову на лапы, смотрит голубыми озёрами глаз на меня.

Подавив желание пригласить хищника, закрываю дверь и поворачиваюсь к сундукам. Открываю первый попавшийся. Все наряды сложены, упакованы. Надо же, всё собрали в первозданном виде.

— А ты богатая принцесса! — присвистывает Нико, проходя мимо меня и заглядывая через плечо.

— Угу, очень, — бурчу и, схватив за ручку один сундук, тяну в комнатку. Сейчас переоденусь в своё и за завтраком подумаю о новом плане. Возможно, с Лаурой посоветуюсь.

На кухне меня встречают все домочадцы. Женщина насмешливо поглядывает на меня, но ничего не говорит. Показывает на соседний стул и миску с кашей.

— Доброе утро, — коротко улыбнувшись, устраиваюсь за столом.

— Светлого, — кивает та.

Дети разбавляют завтрак своими разговорами и отвлекают от мыслей про оборотней. Самбелл хнычет, хочет поехать вместе с Нико и мамой в лес.

— Ну я уже большой, мне девять! — упрямо возмущается мальчик. — Ты сама говорила, что тебе нужны помощники.

— Ты останешься, Самбелл! — строго чеканит Лаура. — Приглядишь за Корой.

— За Корой может присмотреть Ярина! — тычет в меня пальцем.

— Ярина не обязана сидеть с твоей сестрёнкой!

— Я могу, Лаура. И мне не сложно, раньше с детьми работала, — выпаливаю раньше, чем задумываюсь. — То есть возилась с детьми много. У нас в поместье много деток жили, и я за ними присматривала.

Женщина молчит несколько секунд. В окно хмуро смотрит, но всё-таки кивает.

— Идите собирайтесь, — бросает мальчишкам.

Пацаны залихватски улыбаются. Самбелл в щёку меня целует, и они убегают. Кора тоже за ними хвостиком несётся. Мы остаёмся одни.

— В стаю не вернёшься, чё ли? — спрашивает Лаура, задумчиво меня осматривая.

— Я ведь вчера уже сказала, что не нужна им. И Гас здесь только потому, что я «печать мира». Меня надо охранять и беречь. Сама понимаешь. Поэтому нет, я не собираюсь возвращаться лишь потому, что они принесли мои вещи и прислали стражника, — говорю и чувствую, как внутренне закипаю. В очередной раз злюсь на мужчин. — Если тебя не устраивает, я всё пойму и съеду незамедлительно. Вообще, думала посоветоваться, что мне делать дальше?

— Мне двуликие не мешают никак, — отмахивается женщина. — Что делать? Я вчера поспрашивала одного знакомого о тебе. Он сказал, что ты из большого рода магов. Почему не вернёшься в отчий дом?

— Потому что им я тоже не нужна, — вздыхаю и опускаю голову. — Никому не нужна. Отец отдал меня замуж в качестве залога мира. Братья хотели убить, чтобы войну развязать. Мужья отправили в дальнюю провинцию, чтобы не мешала жить.

— Мужчины, — хмыкает, закатив глаза. — Всё ещё надеются, что держат этот мир под контролем. Живи, Ярина, своей головой. Не убегай. Начинать всё сначала тяжело. Но ты упрямая, это видно, и целеустремлённая. Покажи и докажи всем, что ты не просто «печать».

— Спасибо, так и планировала, просто они ведь не отстанут, — улыбаюсь, распрямляю плечи, чувствуя некую уверенность от добрых слов. Всё же всем нам нужна небольшая поддержка и плечо. Пусть женское, но крепкое.

— Не отстанут, и бегством ты от них не избавишься, — соглашается Лаура и поднимается. — Обустраивайся спокойно. Нас до вечера не будет. Понадобится помощь — обратись к Сури, соседке, у неё тоже двое девочек, подскажет.

— Не волнуйся, я правда раньше детьми занималась. У меня целая группа из двадцати ребятишек пяти-шести лет были. Мне с детьми лучше получается найти общий язык, чем со взрослыми.

— Ну да, ты ещё сама ребёнок, — усмехается Лаура.

Мы с Корой провожаем часть семьи. Долго машем им вслед. Пока я мешкаю, ребенок вовсю наваливается на барса и тискает. Вот так, мне гладить нельзя, а шестилетке можно. Где справедливость?

— Пойдём, малышка, осмотрим наше богатство, — предлагаю я, протянув ладонь.

Девочка тут же отпускает зверя и убегает в дом.