Испытание Богов

Глава 7. Эмрис

— Выйти за тебя? — спросила она, недоверие оттачивало каждое слово. — Ты серьезно?

— Абсолютно. — ответил я.

Ее глаза сузились.

— Ты даже не знаешь меня.

— Я знаю достаточно. — Ее мать была слухом. Мифом, сотканным из шепотов и обрывков запретных знаний. Но Айла… Айла была реальна. Живое доказательство того, о чем остальные лишь осмеливались строить догадки.

Свет в ее жилах был не просто божественным, он был нестабильным. И, оставшись без контроля, она могла стать угрозой. Но связанная со мной… возможности того, что мы могли бы совершить, были бы безграничны.

— Достаточно, чтобы желать моей руки в качестве платы? — спросила она.

— Ты пришла ко мне за силой, — гладко произнес я. — А она никогда не бывает бесплатной.

— Почему я? — настаивала она. — Ты говорил, что никогда не хочешь королеву. У меня есть кузины, Инара и…

Я прервал ее снисходительным тоном.

— Я передумал.

— Тогда тебе не нужна моя любовь? — осторожно спросила она.

— Нет, — ответил я. И я имел это в виду. Любовь была бременем, в котором я не нуждался и о котором не заботился. — Все, что мне нужно, это твое слово, что ты выйдешь за меня замуж.

Я видел в ее глазах, как мысли несутся в голове. Тяжелую, безмолвную думу птицы в клетке, осознающей, как мало у нее осталось простора для полета.

— Думаешь, я приму это как твою цену? — выдохнула она.

— Я верю, что ты пришла, готовая отдать все, чтобы спасти свое королевство, — сказал я, усмехаясь. — Так что считай это еще одним даром, который я кладу к твоим ногам.

Она резко и с горечью тряхнула головой.

— Помощь Леандру была даром. Это… это не дар. — Она была сообразительной. И храброй тоже. Хотя храбрость мне не нравилась. Храбрые решения часто бывают глупыми.

— Называй это как угодно, — пожал я плечами небрежно. — Выбор за тобой: выйти за меня и спасти свое королевство или наблюдать, как его погребут. — Я выдохнул. — Хотя я сомневаюсь, что твой дядя дал бы им даже достойные похороны…

— Когда ты хочешь ответ? — вклинилась она.

— У тебя его еще нет? — задумчиво сказал я. — А я-то думал, ты так спешишь. Бери все время, какое нужно, маленькая королева.

Она повернулась, чтобы уйти. Но я не закончил.

— Просто знай, если ты откажешься от моего предложения… Я не приложу ни единого пальца, чтобы спасти Галину. Ты будешь свободна вернуться — одна. Интересно, что тогда Маркус с тобой сделает.

Она яростно выбежала из комнаты. Она и вправду была необыкновенной, и я хотел, чтобы все королевство стало свидетелем этого. Женщина с золотым сиянием, склоняющаяся перед королем теней. А затем возносящаяся — не как правительница Галины, а как моя королева. Мое оружие. Моя награда. Моя.

Я хотел, чтобы каждый ее вдох совершался с осознанием, что право на это дал ей я. Чтобы каждое ее повеление, каждая пощаженная ей жизнь, каждая одержанная победа были связаны со мной. Не с мифом о ее мертвой матери. Со мной.

— Она безрассудна, — наконец сказала Леди Рива, ее голос был отрывист, когда она сняла капюшон и убрала прядь седых волос за ухо сморщенным пальцем. — Вы уверены, что это мудрое решение, Ваше Величество?

Остальные фигуры также опустили капюшоны и сняли маски.

Мои пальцы сжали подлокотники трона.

— Уверен.

— Она своенравна, — добавил Лорд Клиен со снисходительной усмешкой. — Как дикие жеребцы в северных горах. Прекрасна на расстоянии, но опасна, если подойти слишком близко.

— Даже самых диких можно укротить, — холодно сказал я.

Лорд Абель усмехнулся, поправляя все десять роскошных колец на своих пальцах.

— Жаль ее ломать, мой король. Пусть остается неукрощенной! Это воодушевляет.

— Воодушевление, — ответил я, — в одном шаге от мятежа. И я не потерплю этого в своем королевстве.

Эларин дернула меня за левую руку, ее голос был уже пронизан раздражением.

— Брат, зачем тебе нужно было приставить к ней Ксавиана?

Я вздохнул, потирая лоб правой рукой.

— Не сейчас, Рин.

Она дернула сильнее.

— Почему? — надулась она. — Теперь я не смогу проводить с ним время!

Проводить время? Они никогда не проводили время вместе! По крайней мере, добровольно. Ксавиан всеми силами избегал ее — он лучше бросился бы на поле битвы, чем выдержал бы пять минут в ее присутствии. И, честно говоря, я его не винил.

— Довольно, — сказал я, на этот раз резче.

Я взглянул на Леди Эзру. Она молчала. Ее взгляд был прикован к дальней стене, словно она видела нечто, недоступное остальным. — Эзра, — сказал я. — Говори.

Она даже не моргнула, и ее светло-розовые глаза затуманились.

— Пророчество… — ее голос стал пустым и далеким. — Теперь я вижу ясно. Древо. Свет. Она — дочь.

Моя челюсть сжалась. Конечно же, она. Брак больше не был вариантом для выбора. Согласится она или нет, она выйдет за меня.