Её проклятие. Его Истинная (СИ)

Глава 7. Бал во дворце

Лисмор сходил с ума, сразу от радости и от ответственности. Денег ему выдали столько, что он мог закупить продуктов на целый званый ужин на полсотни персон. А тут только выпечка и разные лакомства кондитерские, навроде корзиночек со взбитыми сливками и вишней, рулетов с клубникой, эклеров и разных других сладостей, что готовятся с использованием печи.

Да, много всего и начинки замысловатые и дорогие. Но все равно, Лисмор боялся, что у него деньги лишние останутся, и кронпринц с него спросит, мол, а не продешевил ли ты с продуктами, не нажился ли на королевском дворе?

Каждый день он перечитывал список яств, что надлежало ему приготовить, сверялся с закупленными уже продуктами, делал заказ недостающих.

Дориана с Иланой помогали ему готовить начинки, которые можно и заранее сообразить, не испортятся. И конечно же, все очень переживали.

А последний день перед балом весь у них ушел на готовку.

Пекарня закрылась полностью для других заказов еще за пять дней до бала, но Лисмор в убытке не остался, даже задаток уже покрывал все убытки.

За два дня до бала им с Дорианой доставили форменную одежду, в которой они будут обслуживать высоких гостей. Дозволялось отвечать на вопросы типа: “Где можно раздобыть такую вкусную выпечку” и “Как я могу вас нанять на свой праздник”.

Лисмор был счастлив, вот он, настоящий взлет!

Увы, перед самим приемом им выспаться вовсе не удалось. Где-то тесто доходило, что-то выпекать надо, какие-то торты только-только пришло время украшать.

С утра прибыло три повозки с королевской кухни, забрали все наготовленное и то, что еще доделывать на месте придется, чтоб наисвежайшим подать. И велели Дори с Лисмором собираться с ними.

Илана напоила девушку и мужа отваром, дающим бодрость, и отпустила чуть не со слезами. Переживала, как всё пройдет.

Вот так и оказалась Дориана во дворце. И не просто глазела, помогала как могла. Так вышло, что когда она переносила поднос с выпечкой на кухню, ее коллега, который мог дверь придержать, отстал. И осталась она одна. И тут, к огромному облегчению, увидела, что кто-то собирается войти с черного хода!

Судя по виду, какой-нибудь придворный. Лакей или конюх. Одет хорошо, но очень уж небрежно, и ворот шелковой рубашки болтается, будто оторвется вот-вот.

— Господин, пожалуйста, подержите! У меня заняты руки. — Взмолилась Дориана. И увидела, как напряглась спина мужчины.

Молодой человек застыл, наверное, не ожидал никого услышать и от неожиданности испугался.

Потом он медленно развернулся. И Дориана вдруг мгновенно и намертво ухватила каждую его черточку.

Серые глаза, опушенные длинными ресницами, ровный, породистый нос с едва приметной горбинкой. Красиво изогнутые губы. Русые, коротко стриженые волосы. И отчего-то запах леса. Нет, Дориана и стояла к нему не близко, и от подноса в ее руках шли невероятные ароматы. А гляди ж ты, лесной запах откуда-то причудился ей.

Она разом забыла, куда шла.

Взгляд мужчины притягивал ее к себе, словно звал куда-то. Но куда? Ей — на королевскую кухню, и никуда больше пока что.

— Проходите, — произнес незнакомец чуть хрипловатым, бархатным голосом, пропуская ее вперед.

— Благодарю, — ответила она, а у самой сердце билось так, что она с трудом что-то вообще слышала.

И еще, очень жгло руку, ровно в том месте, где было ее клеймо.

— Как тебя зовут? — вдруг спросил он ей в спину.

Она остановилась и сказала, не оборачиваясь:

— Дориана Линлор.

— Еще увидимся, Дориана Линлор, — услышала она шепот позади, и безотчетно прибавила шаг.

Она не знала, кто этот мужчина, но чувствовала, он как-то связан с клеймом, которое Дори от всех скрывает.