Диагноз: Выживание 2

Глава 5

У Ашота в кафе пахло очень вкусно. Мясом пахло. Даже лучше, чем в столовой, хотя с тем рыбным пирогом за авторством Нади мало что могло сравниться, я его до сих пор вспоминаю с удовольствием. И жалею, что мне досталось так мало.

Но здесь тоже было неплохо, очень даже. И Марат, который освободился после дежурства, уже сидел за одним из столиков с тарелкой, с которой что-то наворачивал. Ну да, пока мы расположились, потом разговор с Жирным, оценка товара, да и этот диалог с Инной, который мне вообще показался бесконечным. Два часа давно прошло, и я даже наоборот заставил его ждать.

Увидев меня, татарин махнул мне рукой, мол, подходи. Я жестом показал ему на стойку. Официантов тут не было, подходить предполагалось самим. Готовили, похоже, на газу, потому что смога, который тут стоял бы, если бы использовали живой огонь или угли, не наблюдалось.

Я подошел поближе. Тут, естественно, не для конкретного человека готовили, все из общего котла, но еда должна быть свежей. И это уже о многом говорило.

Собственно, ничего особенного я не ожидал. Ну, думал, картошка будет вездесущая, крупы какие-нибудь, макароны, тушенка. Но к своему удивлению увидел шашлычок. Маленькие совсем порции, на шпажках деревянных. И судя по цвету, это не курица, это свинина.

За стойкой стоял здоровенный кавказский мужик, относительно молодой, примерно моего возраста. Ну, не удивлюсь, если это и есть тот самый пресловутый Ашот, или по крайней мере его ближайший родственник. Сын там или племянник.

— Ну, чего будешь дорогой? — спросил он.

— А что за мясо? — кивнул я на шашлычки.

— Свининка, — ответил он. — Нежирная, пальчики оближешь, брат. Бери, не пожалеешь, нигде больше в городе такого нет.

Свинина? Откуда здесь вообще могла взяться свинина, мать его? Нет, животные в городе водились. Крысы и голуби. И мы вполне себе их жрали, почему нет. Мясо и есть мясо, и если его выварить хорошенько, то есть можно. Тут главное — мозги не есть и потроха выкидывать, потому что если где паразиты и селились, то именно там.

Ну и не думать о том, что именно ты ешь. Так это даже вкусно становится, потому что мясо сейчас — редкость.

— А откуда свинина? — спросил я.

— А там где брали, больше нет, дорогой, — кавказец усмехнулся с чувством собственного превосходства. — Нет, ты не волнуйся, не крыса это, и не кошка, действительно свинина. Зимой в частном секторе брали, по льду реку перешли.

— А как вы ее держали-то? — удивился я. — Электричества-то нет для холодильников.

— У, брат, а про ледники ты что-нибудь слышал? — удивился он. — Вот лед с реки нарезали, в подвал кинули. И теперь мясо летом продаем. Всем хорошо же, а.

Шашлык — это само по себе круто, даже если он из мороженной свинины.

А из свежего мяса сейчас действительно только крысятина или голубятина.

Ну либо для людей с совсем уж специфическим вкусом мясо. Человечина. И людоловы действительно промышляли, бывало, когда крупно сидишь на подсосе, моральной стороной того, как брюхо набить, они уже не заморачивались.

Не большинство, конечно, но такие были. В основном, кстати, семейные. Когда ты один, что-то мешает до такого опуститься. Но когда ты видишь, как голодают твои дети…

— Точно свинина? — больше для своего успокоения спросил я. — Не собака?

— Да точно свинина, мамой клянусь, брат! — сказал он. — Зачем обижаешь?

Я снова посмотрел на кусочки. В общем-то отказаться от этого мясного пира было уже тяжело. Хотя пиром назвать сложно, конечно, порция совсем мизерная. Но мясо, пусть и мороженое. Я думал, кому даже и удается живность завести, шашлык из нее готовить не станет. Все на супы пустит. Там и выход больше, и в него можно что угодно кидать — и хрящи, и кости,

— Сколько? — спросил я.

— Ай, недорого совсем! Четыре тысячи всего.

Я прикинул. Только своих личных денег я приподнял больше двухсот пятидесяти, да еще пятьдесят собирался взять из тех, что выдал Сека, в качестве возмещения ущерба. Так что в общем-то разок потратиться можно было. Не каждый день такое есть, конечно, но побаловать себя для разнообразия можно.

Но жаба душит. Реально, вон вижу цены, порция гречки с тушенкой за восемьсот рублей идет. И дешевле и сытнее, потому что таким количеством мяса я только раззадорю себя.

С другой стороны, я сегодня провел неплохую сделку и могу это отпраздновать. Так что…

— Давай порцию, — решил я. — И пюре картофельного еще порцию. И пива… Две. Нет, четыре банки давай.

Пива, потому что с Маратом однозначно предполагалось пить. В том, что он — не правоверный мусульманин, я и так видел, потому что перед ним уже стояла банка «Балтики». А мне желательно проставиться. Так сказать, чтобы поддержать уже завязавшееся знакомство.

— Да, — решил я, и достал деньги, которые только что получил от Инны. — Сколько с меня?

— Шесть с половиной тысяч, брат! — ответил кавказец.

Да, нормально так. Кучеряво живем, столько за один обед отдавать. Ну и надо будет еще парням купить… Засиживаться тоже особо нельзя. Хотя.

— А в номер доставить можно еду? — решил спросить я. — Мои люди в гостинице на первом остановились, им бы тоже отнести.

— Ай, дорогой, я сразу увидел, что ты важный человек, — кивнул кавказец. — Конечно, все доставим в лучшем виде.

— Давай им по порции гречки с тушенкой и тоже по две банки пива.

Пусть расслабятся пацаны в самом деле. Вроде как кипиша больше же ожидается.

— Восьмой номер скажи. Теперь сколько?

— Девять сто, брат! Девять тысяч давай, сто рублей скину тебе.

Да. Если так каждый день будет, то бабки очень быстро уйдут, потому что сидеть на базаре нам придется долго. Но ладно, сегодня в действительности можно шикануть.

Бабки надо бы занести сперва по-хорошему. Как бы с меня пьяного не сняли их. Хотя… Я ведь все равно не напьюсь. Из-за таблеток алкоголь на меня практически не действует, если у них такой эффект. Так что…

Может и этому шашлыка взять? Нет уж, жирно будет, хрен ему.

Я отсчитал деньги и передал кавказцу, армянину, как я уже успел понять. Ну, такие заведения держать — это практически их естественная монополия.

Он быстро собрал все на поднос, самый обычный, пластиковый, на таких, наверное, заказы из «вкусно и точки» выдавали раньше. Я взял его и отправился к своему новому знакомцу, уселся.

— Шикуешь, однако, — сказал он, кивнув на шашлык.

— Ну так, — усмехнулся я. — Благодаря тому, что ты нас сдал, удалось сделку провернуть, приподняться немного. Только уж, извиняй меня, процента теперь не жди.

— Да это не я так-то, — проговорил татарин. — Это Митяй, второй номер мой. Он и рассказал Жирному. Но главное-то, нормально все прошло?

— Да Жирный все соки выпил, дай Бог ему здоровья, — ответил я. — Тяжелый человек. В прямом и переносном смысле.

Он хохотнул. Похоже, что вес хозяина для них был предметом для шуток. Ну, ничего удивительного в этом нет, даже если его уважают, то прозвали ведь именно так, а никак иначе.

— Ну, главное, что все хорошо закончилось.

— За это и выпьем, — сказал я, открыл банку пива и пододвинул ему. И тут же себе вторую. Приподнял.

Марат ударил своей банкой по моей, я сделал несколько глотков. Пиво и пиво. Сейчас технологии производства изменили, пиво по два года хранится, если в жестяных банках. Вот и это еще не просроченное. Другое дело, что его уже через полгода пить невозможно становится.

Вот и это жаренными семечками порядком так отдает, что означает только то, что срок годности у него выходит.

— Ну, как вам тут вообще живется? — спросил я у татарина.

Он бандит, и с ним ухо востро надо держать. Ну и помнить о том, что банда у них непростая — держат рынок, имеют дела с военными, торгуют всяким разным, ну и людьми в том числе. Что само по себе говорит об очень многом.

— Да не жалуюсь, — пожал плечами Марат и сделал еще пару глотков из банки. — Не ссым никого, пожрать есть всегда, и вообще спокойнее тут.

— А не долбит чухна? — спросил я. — Тут дня три назад пиздец был. Сразу после того как гуманитарку сбросили. Из всех стволов по городу ебашили, конечно.

— Да это хуйня, — покачал головой татарин. — Хуже бывало. Нет, прилеты бывают, конечно, но они ведь наугад бьют. Обычно, кстати, с высоток ваших, что в «Родине» арту и наводят они.

— А дроны? — спросил я.

— Дроны к счастью особо не запускают. РЭБ у наших вояк работает. Сам же знаешь, с двадцатых годов это у нас развивать стали. Если служил, то в курсе.

— Не служил, — я покачал головой. — Учился долго, вот и не пришлось как-то.

— А вот я как раз в подразделении радиоэлектронной борьбы и служил, — он хмыкнул.

Вот и разговорились, теперь можно из него постепенно начать информацию выдаивать. Но о шашлыке тоже забывать нельзя, поем немного.

Я взялся за шпажку, откусил кусок, принялся жевать. Да уж, переплатил, иначе не скажешь. Сухое совсем мясо, и с приправами переборщили. А ничего удивительного, оно ведь из мороженного сделано. Думаю, что на родине за такой шашлык армянина разжаловали бы, выписали из нации.

Как бы не просраться с него потом. Хотя, крысятину ел, собачатину, и все нормально было. Мясо — и есть мясо, жрать захочешь, не такое употребишь.

Запить пришлось сразу же, иначе подавиться недалеко. В общем вкуса никакого, дрянь, что шашлык — одно название.

— Ну твой хозяин, как я понял, с военными дела ведет, а? — задал я первый вопрос.

Он — стратегического назначения, иначе не скажешь. По местным меркам, конечно. Сможет Жирный военных подтянуть под наши разборки или нет? Одно дело, если школу припрутся штурмовать люди Жирного, а совсем другое — если профессиональные вояки. Или «Волки». Те вообще отмороженные сукины дети, они одним отделением нас всех вырежут. Кто сбежать не успеет.

— Дела хозяина я обсуждать не буду, сразу говорю, — Марат опрокинулся назад, на спинку стула. — Уж извини. Если узнают, что я что-то разболтал, то не жить. У нас с этим строго.

— Да я в общем-то уже все понял, — проговорил я. — Странно, у нас в Родине если вояки кого-нибудь увидят, то сразу стреляют.

— Так они ДРГ чухонские ищут, — сказал татарин. — И нарываться не хотят лишний раз.

— Ну а поговорить сперва? — спросил я. — Обозначиться, побазарить.

Сам сказал, сам понял, что глупость. А если те первыми стрелять начнут? И даже пытаться на русском говорить — тут не вариант. Потому что у них в стране до сих пор остались люди, которые на русском говорят. А некоторые, из тех, что в русскоязычных семьях росли, так и вообще без акцента.

Я еще слышал, что в Америке специально отдельные русскоязычные части собирают. И идет туда народ. Ну и как их проверять?

Хотя… Есть ведь шутки, анекдоты про Штирлица и чукчу, и мультики, на которых мы росли. Они-то этого не поймут.

— Допер уже, — махнул я рукой и откусил еще кусок «шашлыка» и запил его пивом. — Действительно. Кто первым выстрелит, тот и прав.

— Да сейчас все стреляют, — пожал плечами бандит. — Кто не стреляет-то, верно?

Он в несколько больших глотков прикончил свою банку пива, после чего протянул руку ко второй. Я кивнул, бери, мол, специально для тебя купил. Взял, открыл, и эта сразу же отрегировала фонтаном липкой пены. Он едва успел ко рту прижать и проглотить все. Спас, можно сказать.

— А здесь-то что творится? — решил я постепенно переходить к теме разговора. — Ну, мы же издалека, а устроиться хотим именно тут. Кто район держит, и вообще.

— Через дорогу госпиталь, сам знаешь, — Марат мотнул головой. — Там военные. У нас с ними… Считай, что нейтралитет. А дальше район наш, до самой реки.

— А в другую сторону?

— Там Секи территория, — рассказал он. — У него в школе логово, советую туда не соваться, район свой они охраняют жестко. Тех, кого встречают на улице, либо пиздят, либо убивают сразу.

— И там только они живут? — прикинулся я совсем дурачком.

— Нет, конечно, — усмехнулся татарин. — Район большой, народа там жило много. Есть еще несколько групп, но все их Сека крышует.

— Что в целом про него скажешь?

Я осмотрелся. Курить тут можно? Да конечно, воняет же. Антитабачные законы канули в лету. Да так можно про вообще любые законы сказать, даже то, что в Конституции написано, больше никакого смысла не имеет. Что уж поделать.

— Да ничего не скажу, — пожал он плечами. — Команда обсосов каких-то. Смогли подмять под себя склады какие-то, оттуда товар таскают нам на продажу. Ну и беспредельщиков шугают, дань собирают, чтобы не шумел никто. Как по мне, так давно нужно их прикрутить.

Я замер, сделав стойку. Вот оно, докопались до сути. Теперь остается только выяснить — это его мнение, или Жирный тоже так считает. Все-таки две большие разницы. То, что там рядовой бык себе придумал, никого не интересует, а вот если главарь то же самое решит… Тогда быть войне, хули.

— Это ты так думаешь или хозяин тоже? — спросил я.

— Да Жирного все устраивает, — пожал плечами Марат. — Но пацаны между собой говорят, что склады лучше под себя забрать, а этих шугануть. Ну или договориться. Сам Сека под нас не пойдет, но если его убрать, то будет с кем поговорить… А тебе какой интерес?— Да просто расклады выяснить, — пожал я плечами, выпил еще пива, поболтал банку. Выдохлось уже, быстро, не очень свежее же. Опрокинул в себя остатки и вскрыл вторую. — А южнее что?

— Южнее — военные части. Туда лезть вообще нельзя, если встретят, то пристрелят сразу. Разбомблено все естественно, но вояки по каким-то подвалам и бункерам шарятся, сам знаешь, там ведь настроено до пизды… Хотя, если не служил, откуда тебе знать.

А он уже набрался, похоже. Странно даже, здоровый такой, а с третьей банки пива начал набираться. Хотя… Хрен его знает, сколько он уже вылакать успел, пока я тут ходил.

Я доел остатки шашлыка, один кусок за другим, давиться пришлось, но выбрасывать даже такое мясо сейчас было кощунственно. Не возьму просто больше, вот и все. Взял ложку, пюре.

— Ну понятно, значит туда не соваться. Но там ведь к реке и жилые дома были.

— По ту сторону Рижского большой силы нет, — пожал плечами бандит. — Живут какие-то черти, лохи в общем. Между собой собачатся, но никто их пока не прикрутил.

— Пока? — спросил я. — Планы есть?

— Есть, — кивнул он. Все, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. — Жирный вообще думает, чтобы все Левобережье под себя забрать. Ну кроме территории Секи, конечно, вроде как с ним союз нужен. Да и они хоть и лохи, но бойцов у него почти четыре десятка.

— А почему до сих пор не сделали? — задал я следующий вопрос.

— Потому что людей не хватает, — усмехнулся бандит. — Знаешь сколько народа надо, чтобы рынок работал? Да и опять же… С военными нейтралитет, но он вооруженный. Надо, чтобы понимали, что если сунутся, то огребутся. Они ведь тоже себе на уме, у них там всякие мыслишки по головам бродят.

Он поднялся, чуть качнулся. Нет, все-таки напился.

— Пойду поссу, — сказал.

— Ладно, — только и оставалось ответить мне.

Татарин повернулся и ушел. Ну в общем-то вроде как все, что требовалось, я выяснил. Конфликт между людьми Жирного и парнями Фрая произошел не с подачи хозяина. Он явно не был против, что груз отжали, но команды не давал. А сам он за мир, дружбу, жвачку и взаимовыгодный союз. Но при этом у него имеются экспансионные планы.

Выяснил, да только не до конца. Покрутиться еще требуется. Проверить источники, послушать разговоры, может прикормить кого на будущее. Стукач очень пригодился бы.

Короче, рано идти обратно в школу, выждать надо. Потому что подозреваю, предложение будет от Жирного. И с ним по-хорошему тоже сближаться будем.

Ладно, подойдем. Время позднее, уже ночь, нужно спать идти. Днем тут, скорее всего тихо будет, люди по ночам обычно ходят. Днем торговцы и охрана отсыпается, скучать будут.

Хреновый из меня шпион, честно говоря, я толком не знаю, что делать. Вот Бек бы справился. Но ладно. Будем ходить, разговаривать и слушать. В общем-то больше ничего не остается.