Диагноз: Выживание 2

Глава 19

— Блядь! — я повернулся к Беку.

Руки на удивление сами собой легли на цевье и рукоять автомата. Большой палец сдвинул переключатель огня вниз, на стрельбу очередями.

— Они нас нашли, — Бек посмотрел на Секу, который, похоже, драться совсем готов не был. Ну да, еще следы сотрясения заметны, да и ему сейчас отдых и покой нужны. А приходится командовать, что-то делать, да и вообще.

И похоже, что политеховец принял решение.

— Рама и Адик, вниз со мной, — приказал он. — Бык, оставайся тут. Пали внимательно, чтобы никто не поднялся. Ну, пошли!

Он ломанулся на выход из квартиры, и мне не оставалось ничего кроме как проследовать за ним. Эти стандартные ПИКовские многоэтажки. Лестница внутри, пожарная лестница снаружи, где приходится постоянно двери открывать и закрывать, коридоры, вдоль которых квартирные двери стоят. Вообще без окон подъезды, вопрос в том, как из них огонь вести.

Но мы уже выскочили на лестницу и ломанулись вниз. Всю дорогу я думал не о том, что сейчас будет первый полноценный бой, в котором мне придется поучаствовать, а о том, как бы не запутаться в ногах, не навернуться, и не сломать шею.

А снаружи уже были слышны выстрелы. Раскатистые автоматные очереди, треск потише от пистолетов-пулеметов и гулкое гроханье дробовиков. Потом — резкий, как удар хлыста, выстрел винтовочным патроном. Похоже, что это наш снайпер вступил в дело. Ну да, не зря же его наверх Фрай посадил.

Едва я оказался внизу, как остановился. Выбегать наружу из подъезда первым мне совсем не улыбалось. Я посмотрел на Адика, тот рванулся вперед, всем телом врезался в створку, распахнул ее. За ним пошел Бек, а за ним уже я.

И я увидел первого человека. Метрах в пятидесяти, они только входили во двор. Причем несколько трупов уже лежали на земле в разных позах. В глаза бросился еще один — справа, в проходе между зданиями, от него вообще мало что осталось. Похоже, что именно этот под гранату и попал. Кровь щедро заливала асфальт, смешиваясь с дорожной пылью и превращаясь в бурую жижу.

Я смотрел на все это, а руки уже вскинули автомат к плечу. Причем, я как-то рефлекторно согнул колени, наклонил голову, двинулся в сторону ближайшего укрытия — брошенной машины. Совместил целик и мушку на ближайшем из врагов.

Это были именно люди Жирного. Не то, чтобы я узнал конкретного человека, но они все были одеты примерно так. В бронежилете, кстати говоря.

Но это были не те, кого я опасался. Я почему-то боялся, что за нами пришли военные. Не знаю, почему, вроде бы как груза у нас нет, а им должно быть наплевать на Валеру.

Кстати о Валере. Меня почему-то обрадовало то, что даже если нас всех перебьют, своего старшего обратно эти уебки все равно не получат.

Мысли мелькали у меня в голове, а палец потянул спусковой крючок. Прогрохотала короткая очередь, и я отчетливо увидел, как пули попали в грудь бандита, и он завалился на спину. Но тут же завозился в асфальте, пытаясь подняться.

Я выпустил еще три короткие очереди в него, но на бегу точно прицелиться не получалось. Пули рикошетили от асфальта, выбивая из него целые облачка пыли. Удивительно, но никаких мыслей по поводу того, что я стреляю в живого человека, у меня не было. Только злился из-за того, что промахиваюсь.

Добежал до машины, спрятался за ней. Послышалось несколько выстрелов, пули пролетели у меня над головой. Услышал звук разбившегося стекла, повернулся — да, вот. А вместо этих стекол могла быть моя голова.

Снова выстрел из винтовки. Я посмотрел на автомат в своих руках. Бля, что я тут вообще делаю? Я же пиздец-боец, вояка нахуй.

Высунулся, увидел что тот, которого я свалил на землю, лежит, раскинув руки. Рядом автомат валяется. Так вот кого снайпер принял. Ну, считай, заассистил, блядь, если терминами из компьютерных игр говорит.

Увидел как слева вверх улетела сигнальная ракета, дико визжа. Повернулся туда, выбежали двое. Я нажал на спусковой крючок. С непривычки очередь оказалась слишком длинной, ствол повело вверх, но одного я достал точно. Он упал. Второй вскинул оружие, выстрелил в мою сторону, но я успел скрыться. Пули снова свистнули над головой, пробарабанили по кузову машины, заставляя меня вздрагивать от каждого такого удара.

Но нет. Я за капотом, со стороны двигателя. И ничего со мной не случится, потому что мотор пуля точно не пробьет. А вот если бензобак… Да нет, там бронебойно-зажигательные нужны, чтобы он загорелся.

Я снова высунулся и высадил остаток магазина в ответ. Боек сухо щелкнул, патроны кончились.

Спрятавшись обратно, я вытащил магазин из автомата и сунул его в пустой карман на разгрузке. Из соседнего достал полный, вставил. Перехватил автомат левой рукой, правой дернул затвор. Высунулся снова, и увидел, как тот, что в меня стрелял, упал на спину. Кто-то его достал.

Краем глаза заметил еще несколько человек, что выбежали из прохода, повернулся. Выстрелил в первого, судя по всему, попал куда-то в ноги, потом что он опрокинулся и оглушительно заорал.

И в этот момент меня опрокинуло на спину. Несколько секунд я только разевал рот, словно выброшенная на берег рыба, и пытался вдохнуть. Не получалось. И только потом до меня дошло: в меня ж, блядь, только что попали.

Левой рукой я дотянулся до груди, пощупал бронежилет. Вот они, шарики под тканью, под пальцами перекатываются. Это что ж такое в меня прилетело? Картечь? Ебаный в рот.

Не выдержав, закашлялся. Крови во рту не было, и это, наверное хорошо. Но вдохнуть по-прежнему не получалось.

А потом у меня возникло такое ощущение, как будто меня выбило из моего тела. Уши словно заложило ватой, со всех сторон было слышны выстрелы, но больше они меня не оглушали. И я будто полетел над всем этим. Будто видел ситуацию сверху.

Руки и ноги перестали слушаться, я так и лежал на земле, смотря в удивительно голубое небо с редкими перистыми облаками. Да, погожий выдался сегодня денек. Особенно для того, чтобы убивать и умирать.

Вот и я в какой-то момент я подумал, что умираю. Попытался подняться, и меня привела в чувства боль в грудине. Это было настоящее ощущение, и оно заставило меня очнуться.

Слух вернулся к норме, я услышал, как дважды подряд где-то наверху выстрелила снайперская винтовка. А потом стрельба резко прекратилась.

Я высунулся и увидел только с полтора десятка трупов, которые валялись на земле, да еще пару, что выли и пытались ползти. Их товарищи их бросили. Они поняли, что попали в засаду, и что сделать ничего тут не получиться.

Что ж, я могу гордиться. Это все благодаря мне. И записать на свой счет как минимум пару собственноручно сделанных трупов, да остальных…

Хотя о чем я вообще?

Откуда-то слева из-за дома выбежал Фрай, а за ним еще с десяток его бойцов, его же группа. Не вся, снайпер был наверху в укрытии.

— За ними, пока не ушли! — скомандовал он. — Ты и ты — туда, ты, ты и ты — туда, остальные за мной.

И они побежали. Что ж, меня никто за собой не тащил, так что я поднялся на ноги, снова пощупать грудь. Да, верно, картечь, причем разлететься не успела, иначе убило бы. В лицо прилетело бы, да пиздец. Посмотрел на бронежилет — порван, да, по крайней мере наружный слой кевлара. Или арамида… Я понятия не имею, что там такое.

Я надавил себе на грудину, почувствовал резкую боль, и похоже, только сейчас сумел вдохнуть.

Снова закашлялся, но по крайней мере, я мог дышать. Больно. А ребра целы? Хрен его знает, я их ни разу не ломал, чтобы сразу понять — есть переломы или нет. Но вроде бы отхожу уже. Ничего, ничего.

Словно из ниоткуда появился Бек, посмотрел на меня с немым вопросом во взгляде.

— Все… кхе… Нормально, — сказал я. — Броник спас.

Он кивнул, после чего махнул рукой, мол, идем за мной. Я и пошел, ничего не оставалось. Двинулись мы мимо трупов. Кое-кого я узнавал, ведь не ранее как час назад я сам шел с ними в одном строю. Но увы, им не повезло. Или это нам не повезло. Так или иначе, пришлось повернуть друг против друга оружие.

Я ничего по этому поводу не чувствовал. Собакам собачья смерть. Они бы нас расстреляли там у грузовика, вообще не задумываясь ни о чем. А тут получилось так, что мы их приняли… И засадили. Хорошо так засадили.

Бек прошел мимо одного трупа. Мужик, почему-то в шапке-ушанке, несмотря на лето, валялся на спине, раскинув руки в сторону. Возле правой на земле валялся пистолет-пулемет. Совсем старый — ППС он назывался или ППД… Хотя ППД вроде на ППШ похож, а этот угловатый такой весь и со складным прикладом.

И где взяли? Музей ограбили? Хотя черт знает, не удивлюсь, если тут на складах где-то хранилось. Или у коллекционеров.

Второй, третий — всех достали. У одного, вон, в голове отверстие аккуратное, но большое, палец можно просунуть. А с другой стороны — дыра. Снайпер попал. Точно между глаз отработал.

И тут один из парней захрипел, дернулся. Бек резко остановился, повернулся к нему, подошел, наклонился. Махнул мне рукой, мол, иди сюда.

Мужик в бронежилете армейском, но броник изорван при этом пулевыми попаданиями. Не там, где пластина, спереди, а сбоку, где только пакет. Не повезло, неудачно залетело, иначе, может быть, на ногах и устоял.

Крови… Крови особо нет. Но бледный.

— Помоги перевернуть, — сказал Бек. — Только проверь перед этим, вдруг он гранату под собой зажал.

Однако. Такое мне даже в голову не приходило. А ведь придется привыкать, если я и дальше планирую долго и счастливо бандитствовать. Ну или хоть как-то выживать. Какие у меня варианты?

Бек чуть потянул его на себя, а я пошарился по рукам, прошелся ладонями по телу. Гранаты не было. После чего мы общими усилиями перевернули парня на спину, после чего тот посмотрел на нас и просипел:

— Вот вы… Суки…

— От суки слышу, — спокойно ответил политеховец. — Мы, значит, с вами за добычей пошли, помогли эту фуру найти, а вы нас пострелять всех планировали. Запел ваш Валера, все рассказал. Но это не так важно. Жить хочешь?

— Чего? — не понял он.

— Того, — ответил Бек, кивнул на меня. — Это врач. Очень хороший врач, Жирный про него тоже в курсе, не зря же он его живым сказал притащить. Расскажешь, что я знать хочу — он тебе поможет.

Я повернулся к Беку, посмотрел на него. Подозреваю, что глаза у меня в тот момент были огромными. Я бы даже сказал, с пятирублевые монеты, если бы железо уже давным давно не вышло б из обращения. Хотя я их еще помню.

Как я ему помочь должен? Живот прострелен, без операции. Ну часов семь-восемь жизни, а в сознании часа полтора-два — максимум. Но Бек только кивнул, мол, все нормально.

Бандит посмотрел на меня, прищурил глаза, будто пытался узнать. И только потом спросил:

— Это Рамиль что ли?

— Да, это Рама, — ответил политеховец.

— И что, хочешь сказать, он реально помочь сможет?

— Сможет, конечно, — соврал Бек. — Он сто раз уже так делал. Секу с того света вытащил.

Очевидно, что если бы бандит был в нормальном состоянии, то он никогда бы ему не поверил. Но сейчас он мало того, что был в шоке, так еще и… Надежда умирает последней. Вот и то, что нес политеховец совпало с тем, что до этого он обо мне слышал.

Ну и с образом крутого пацана. Это ведь я прогнул их и заставил нас отпустить.

— Ну так что, сделка? Ты нам рассказываешь все, а он потом тебе помогает. Согласен?

— Пусть сперва от боли что-нибудь вколет, — попросил бандит. — А то… Вроде бы и не болит, а печет что-то, сука…

Ну да, у него сейчас брюшная полость постепенно кровью и дерьмом наполняется. Так что ощущения не из приятных, брюшина раздражается, а там… Укол синт-морфина поможет, но мне не очень хотелось бы тратить ценные лекарства на этого смертника.

— Уколи его, — кивнул Бек. — Иначе он сейчас орать начнет во всю глотку.

Ну да. Он приказал это с таким расчетом, чтобы тот поверил, что мы в действительности его спасать будем. Так что почему бы и нет.

Я стащил со спины рюкзак, положил его на землю, открыл, достал собственноручно собранную аптечку. Вытащил из нее инъекторницу, достал нужный — темно-синий такой. Зубами сорвал колпачок и воткнул парню в бедро, прямо через одежду. Практически не целясь.

От укола бандит вздрогнул, но уже секунд через сорок его лицо расслабилось. Ну а что, именно так современные лекарства и работают. Это не старая фигня, которая еще и привыкание вызывала, это новые технологии. Военные.

— Спрашивай, — проговорил бандит.

— Груз, — сказал Бек, и это в общем-то единственное, что его интересовало. Ежу было понятно, что груз надо вернуть. А тупому ежу ясно, что сделать это надо немедленно, пока его никуда не уволокли. — Где он?

— С Жирным связались, — проговорил парень уже практически нормальным голосом. Боль-то прошла. — Он сказал груз никуда не тащить, и что за ним группа придет. И еще сказал обязательно Валеру вернуть, иначе…

— Почему сразу за нами не пошли? — задал следующий вопрос политеховец. — Вас долго не было.

— Решали, что делать, — ответил бандит. — Спорили.

Ну да, бандитская вольница — это не воинское подразделение. Не удивлюсь если…

— В грузе что было? — ну да, и этот мой вопрос Бек уже озвучил.

— Не знаю, — покачал головой парень. — Мы попытались вскрыть, но там контейнеры защищенные военные, не получилось ничего. И устройство вы утащили, оно с Валерой было, — он посмотрел на Бека, его глаза расширились и он повторил. — Реально не знаю.

Ну тут я не удивлен. Бандиты оставшись без главаря действительно решили посмотреть, за что они вообще воевать собрались. Это правильно.

— А груз сейчас где?

— Да там же, только из фуры вытащили. С ним пятеро осталось.

— Когда подкрепление вызвали?

— Минут пятнадцать назад.

— Понял, спасибо, — сказал Бек, поднялся и выстрелил бандиту в голову.

Тот отреагировать не успел. Я же наоборот от выстрела вздрогнул, настолько он мне показался неожиданным. Посмотрел сперва на парня — он тоже ничего не понял, даже удивления на лице нет. Безжизненное лицо, как оно обычно бывает у тех, кого синт-морфином колют, им все строго поровну становятся. Сам знаю, пробовал в свое время, когда операцию на сломанной руке делали.

Легко ушел, без боли и мгновенно. Если уж выбирать между этим и тем, чтобы медленно и мучительно загнуться от перитонита.

— Короче, Рама, — проговорил Бек. — Сейчас берешь человек пять и идешь за грузом. Оттащишь его в гаражный кооператив, по дороге видел. С тобой пойдет Адик, он знает, куда потом идти. Постарайтесь груз накрыть чем-нибудь, завалить, чтобы его не нашел никто. Но людей оставлять не надо — точно вычислят. Договорится Жирный с военными, они проверят все тепловизором, и найдут.

— Понял, — сказал я, а сам внутренне сжался как-то.

Мне только что доверили ответственное задание, которое надо выполнить любой ценой. Потому что от этого груза зависят наши жизни. Более того, Бык прав, это в действительности возможность покинуть город, и снова оказаться на большой земле, на неоккупированной территории.

Спокойной жизни нам не дадут, конечно, но все равно.

— Мы потом на склад пойдем? — спросил я.

— Да, — Бек кивнул. — Сека сейчас, сам видишь, командовать не может, он еле ходит. Так что, будем считать, что я — старший. Фрай мог бы поспорить, но… Не будет.

Интересно, какие у них взаимоотношения. Фрай же всегда сам по себе держался. Но ладно. Мне сейчас не до того, мне задача посложнее предстоит. Которую сделать надо без вариантов.

Он хлопнул меня по плечу, и сказал:

— Давай, я в тебя верю.

Я переглотнул, осмотрелся, увидел Игорька с Жорой и Адика, махнул рукой. Бек отошел, сказал что-то еще двоим бойцам, что остались на стреме. Саней и Денисом их звали, это помнится еще с медосмотра, один — охранник бывший из магазина, а второй на заводе телефонных станций работал, но эвакуироваться не успел. И они тоже пошли ко мне.

Похоже, придется командовать.