Тот, Кто Вернется

Никогда раньше мне не приходилось вести больного в экесс. Только взрослый Аррах занимается такими делами. А я — во-первых, Иэсс, во-вторых — аинах. Я — не Лента…

Не надо бояться, Эрхеас. Все почти хорошо.

У нее еще есть силы успокаивать меня…

Что значит — "почти", девочка?

Больной — странный. Он…

Пауза. Я чувствовал, как Йерр нырнула глубже… еще глубже… еще…

Он — немножко Свеча, Эрхеас. Держи контроль. Надо жестко держать контроль, Эрхеас. Мы не знаем, сможем ли — сами.

Свеча? О боги, только этого не хватало! Свеча…

Йерр, будь осторожна. Слышишь, если что не так, бросай его, слышишь?! Ты слышишь меня?!

Не мешай нам, Эрхеас. Все будет хорошо. Свеча в больном спит. Глубоко спит. Не надо бояться.

Вот не было печали! "Помешательство". Это — не помешательство, Маленькая Марантина. Это — гораздо хуже. Свеча без контроля… Боги, нет, если Свеча проснется, я потеряю Йерр, не зря же Свечи в Аххар Лаог — на особом положении, не зря контроль им ставит лично Старший Аррах, Йерр, златоглазка моя, плюнь, брось его, сам выкарабкается, в конце концов…

Спокойно. Тебя что просили делать? Вот и держи.

Снаружи — какой-то шум.

В сенях — шевеление, явственный скрежет, словно по стене задело плохо пригнанным клинком…

— Куда ты меня принес? — полушепот.

Маленькая Марантина.

— Куда надо, — чуть погромче.

Иргиаро.

— Держись за меня.

Дверь в комнату отворилась, и на пороге возникли они оба. Маленькая Марантина моргала от света, морщилась, тревожа разбитые губы, Иргиаро заслонил глаза рукой. Вещей с ними не было. Только длинный сверток — большой меч — над плечом Иргиаро, между крыльями, торчала умотанная в тряпье рукоять.

Я не стал дожидаться тебя. Написал на снегу "Прощай. Удачи." Там, рядом с твоими узлами.

— Что-нибудь забыли? — спросил я.

— Да, — ответил он. — Забыли. Добрый вечер, старая женщина. Добрый вечер, мальчик, — подтолкнул Маленькую Марантину:- Проходи.

— Батюшки! — Радвара-энна кинулась к Маленькой Марантине, — Девонька-то… ох, да что ж это, опять кровь шла? Заходи, милая, заходи, к печке вот иди, заледенела-то вся, синяя аж… на-ка вот, лицо ополосни…

— Герен… у вас? — Маленькая Марантина озиралась дурными глазами, зубы у нее подклацывали.

Действительно, заледенела.

— Куда ж он денется, — Радвара-энна затащила ее к печи поближе. — Туточки. Ты его только не трожь, трогать не велено.

Маленькая Марантина осторожно переступила через хвост полусвернувшейся у лавки Йерр, наклонилась над больным.

— Не трогай, — сказал я.

— Я не трогаю, — она обернулась, шмыгнула носом, на разбитом лице жалобное выражение, — Я посмотреть…

Все в порядке, Эрхеас.

— Все идет хорошо. Прогноз скорее благоприятный.

Я повернулся к Иргиаро, который успел уже придвинуть себе табурет и усесться.

— Вы еду потеряли? Снова нарисовать карту?

Хотя вероятней — Маленькая Марантина уговорила Иргиаро все-таки вернуться поглядеть на Герена.

— Мы не вовремя, — вздохнул Иргиаро. — Ничего не поделаешь. Мы можем подождать до утра.

Понятно.

— У тебя — разговор?

Не можешь улететь так просто, не выяснив… чего — не выяснив? Какая разница…

Йерр. Йерр, малышка…

Хорошо, Эрхеас. Хорошо. Не мешай нам.

— Разговор подождет. Занимайся своими делами.

Что-то в тебе странное, Иргиаро. Не могу понять, что. Не хочу об этом думать, пока… пока — что?

— Нет, лучше сейчас. Вам ни к чему задерживаться. Как щека?

Он задумчиво потрогал повязку.

— Не знаю. Наверное, в порядке.

— Я мазь тебе дам, — пошел к аптечке, порылся. — Вот. Возьмешь с собой.

— Спасибо, — он принял у меня коробочку, повернул, ловя блик от слабенького огонька лампы… — Послушай, колдун. Помнишь, мы как-то говорили о посторонних? О том, что этот клубок не распутать. Ну так вот. За нами тянется несколько нитей.

Да, Иргиаро. А как иначе? Разве бывает по-другому?

— Собственно, это все, что я хотел сказать, — он улыбнулся — ни тени прежней неуверенности, робкого заискивания, детского "возьми меня на ручки"…

Ты стал взрослым, Иргиаро? Что ж, это радует.

— Хочешь забрать его с собой? — я кивнул на лавку с пациентом, — Не думаю, что это лучший вариант.

Хотя, конечно, сбагрить его с рук на руки, сбагрить и не думать, что Йерр…

Иргиаро пожал плечами:

— Не только его. Нам нужен Большой Человек.

Вот как? Молодец, ученик. Теперь я действительно могу тебя отпустить.

— О нем не беспокойся. Я все сделаю.

— Хм? — Иргиаро поднял брови, — Я тебя об этом не просил. Это — не просьба. Это — констатация факта.

— При чем тут ты? — я, кажется, даже улыбнулся, — Он — зять моей приемной матери.

И я дал слово, что он будет жив. А вам с Маленькой Марантиной лучше улетать. Потому что драться ты не умеешь, Иргиаро, хоть и падаешь сверху весьма эффектно.

— Прекрасно, — сказал он, — Мальчик приведет его завтра. Надеюсь, Старая Женщина разрешит нам подождать.

Я оглянулся на Маленькую Марантину и Радвару-энну возле лавки с больным. Летери, успокоившийся насчет отца, получивший надежду, пристроился поближе к своей "госпоже Альсарене". Я сказал, понизив голос:

— Большого Человека взяли. Я его вытащу. Будет лучше, если вы захватите с собой мальчика и Старую Женщину.

— Хорошо, — Иргиаро спокойно кивнул, — Я переправлю их подальше в лес, откуда мы потом сможем их забрать. Когда ты намереваешься пойти в Треверргар?

— Подальше в лес — это за границу Итарнагона. Когда я объявлюсь, нас будут ловить по всей стране. Пока я еще не думал, что делать. У меня пока — другая работа, — снова кивнул на лавку и увидел, что Маленькая Марантина уткнулась лбом в подушку Ульганара — спит?.. — У меня нет информации.

— Я добуду информацию, — Иргаро поднялся.

— Не светись, — сказал я. — Если они будут знать, что ты жив, тебе не унести "балласт". За информацией я схожу сам.

— Большой Человек — не только твоя забота, колдун, — сказал Иргиаро.

Я посмотрел на него. Порадовался спокойной уверенности, появившейся у "аинаха". Это — хорошо, Иргиаро. Это очень даже хорошо.

— Что ж. Я включу тебя в расклад. Но тебе придется выполнять то, то я скажу…

Эрхеас. Помоги нам. Мы не справимся с двумя.

Йерр? Что, девочка? Что случилось?!

Все в порядке. Больных — два. Аррах — один.

Два… ты взяла Маленькую Марантину?..

Мы не удержим двоих, Эрхеас.

— Потом поговорим, — бросил я Иргиаро.

Три длинных шага.

Опустился на пол возле Йерр.

— Что ты, малыш? — схватила меня за плечи Радвара-энна.

— Потом. Не мешай, — губы и язык плохо слушаются. — Я работаю.

Я иду, Йерр.

Анх ос саэр, златоглазка моя.

Загрузка...