Из крупиц нервно-истерических объяснений я худо-бедно сложил картинку за десять минут: маман Людочки устроила бучу из-за своих курей и потерявшего неприступность сарая, сумела развести Лёху на прилёт одним днём, в притык к записи программы. В половине шестого утра по Москве её должен был забрать какой-то мужик и довести до парома, от пристани встретить такси и домчать в пермский аэропорт, умилительный в своей наивности Лёха планировал удалённо провести эту мудрую женщину через регистрацию и посадку, в Шереметьево её бы забрал водитель ток-шоу и сам Лёха, который должен был проработать вопросы сценария по пути на базу, чтобы осталось только быстро одеться, обработаться гримёром и выбежать в студию. Это ещё накануне очень не хотела утверждать начальница Лёхи и Серёжи, но по-другому маман Людочки не соглашалась.
И вот сейчас она отказалась садиться в машину, потому что рассудила, что и без неё всё уже сложится.
— Получается, есть двадцать тысяч на морду? — очень зря уточнил Серёжа.
— Если эта тупая пизда не сядет в самолёт, мотора не будет!!!