Мы ждали Алексея изо всех сил, даже после полуночи, хотя Людочкина мамка уже завела про то, что всё обман. Трубку сам он брать перестал, но мы позвонили в редакцию «Это запредельно». Ну как мы — я. Мамка лапки сложила и причитала бесяче.
Коллеги Алексея меня успокоили: мол, делает работу по месту жительства квартиранта, убеждает мне помочь.
Судя по задержке, помогать Геннадий отказывался.
Я даже подумывал самостоятельно ему позвонить. Предложить что. Есть, интересно, у семейства этого сбережения? На вид было непохоже.
Но потом раздумал — я ж в душе не того, что продюсер там ему втирает. А вдруг он его вообще на программу «Сад и огород» пригласит, вместе с женой? Вот не верю я, что все участники ток-шоу этого сами позориться покатили, всякие там убийцы, садисты и насильники, бросившие детей матери и прочая лабуда. Мне, понятно, лечение надо. Лицо заинтересованное. А Геннадию что? Ему лучше вообще не говорить о том, что я напридумал. Пусть удивляется, а все решат, что он юлит от испуга.
Интересно, хватит Алексею мозгов так сказать, или я один умный?
Продюсер наш разбудил в три часа ночи. Вид он имел ошалелый, чутка пах самогоном и ещё оказался пацаном, ну вот вообще несолидным. Не Алексеем никаким, а Лёхой натуральным, как бы и не Лёшкой. Тут на глаз и не скажешь точно, окончил ли школу.
— В вашей жопе нет гостиниц вообще! — свирепо уведомил он. — Ни одной по эту сторону реки! Ни единой! — дико проинформировал он мать от порога так громко, что я услышал в своей комнатушке, да таким голосом, будто только что сам видал идущего по воде смертного и делится впечатлениями.
— Ну так зачем тут нам? — удивилась Людочкина мамка сонно. — Свои все. Вам постелить?
Лёха выразился непечатно и витиевато.
— Здрасти! — добрался он до меня, сверкая красными глазами. — Стрингер же всё у вас снял? Короче, так. Настя с Антоном будут в ночь снимать Гену с Любашей, потому что спать всё равно негде. Потом вывезут их с первым паромом — и в Москву. За это время надо понять, как вас до речки доставить. — Тут Алексей наконец-то присмотрелся к моей проблеме, заценил морду коня, а потом как-то пригорюнился. — Хрен ли в тачку войдёт, — прикинул он. — Водила ещё не факт, что вернётся, очень злой на нас. Меня сюда подкинул и к ребятам обратно, по плану должен их утром к реке с героями, а потом за мной. Но если что днём кого-то найдём или соседей попросим. Ой. Стрингер расписку оставил?
— У меня всё, — снова зазевала мамка. — В файле. Принести?
— Да. Короче, как вы вообще передвигаетесь? — почесал репу Лёха.
— Она не передвигается уже сколько, я же говорила. И никуда не надо её везти, — вдруг огорошила нас с сонным продюсером мамка. — Вы же Люду сняли? Вот это и показывайте. И лечение нам нужно на дом.