— Ой, Люд, тут теперь надо ещё историю найти, чтобы снимать. Так-то бюджет потрачен, так что мы только за. Но нужна история. Вы ж вроде поняли, что почём, — откровенно заявил Лёха, чуть понизив голос, и его ноги затопали куда-то подальше от чужих ушей.
— И что, Генка-ловелас совсем отказался? — понурился я. — Давайте я с ним поговорю, может?..
— Не, Генку мы сняли в четверг на той неделе, — выдал Лёха внезапно. — У него с бывшей женой такой замут навороченный, мотор — бомба, в ближайшее время должен пойти, там вообще второй частью попахивает. Только теперь Генку с вами снимать нельзя, а то зритель решит, что у нас актёры.
— Вы променяли морду коня на замут с бывшей женой⁈ — опешил я.
— Люда, у нас съёмки по графику, — отрезал Лёха. — Пустые командировки смерти подобны. Надо было выкручиваться. А бывшая Генки их сына в погребе запирала, и он у неё в девять лет читать не умеет. Там нормальная история, крикливая: даже драка была в студии. У вас проблема зрелищная, но мы её на сорок минут в эфире не растянем. Нужна история.
— Меня тут собрались лечить физкультурой и чулками, — поделился я. — Чем не история?
— Не, на Минздрав мы не наезжаем, они знаете, как нам помогают с другими героями! Да и вы в курсе-то сами разве, как вас лечить надо? — парировал Лёха. — Вы же не врач.
— Они меня хотят домой выслать!
— Вот, — пафосно отметил продюсер. — А я с частной клиникой о реабилитации договорился, флеболога отличного нашёл. Зря вы отказались.
— Звоните флебологу. Я что-то придумаю сейчас, — расправил плечи я.
— Нет, Люда, — засопел в трубку Лёха. — Придумывать нельзя, у нас реальные истории.
Я закатил глаза скафандра.
— Сейчас что-нибудь вспомню обязательно, — послушно поправился ваш покорный. — И наберу, а вы звоните флебологу.
— Его уже другая бригада на свой мотор утащила, чаще раза в месяц одного и того же эксперта нельзя. Но я нового найду, не парьтесь. Была бы история. И это, — замялся Лёха, — подгадайте там, чтобы мы вас из Перми вывозили, пожалуйста. Без парома.