Чума Эпсилона

Глава 9

Если все идет слишком легко, скорее всего, оно идет не туда.

Я мог бы выдать это за очередную цитату Трехглазого Джо, но на самом деле мысль принадлежала мне. Она пришла мне в голову в тот момент, когда я пробирался от шлюза до своего капитанского кресла, то есть, времени на обдумывание у меня было совсем немного.

Учитывая, что против меня выступал не кто-нибудь, а сам «Кэмпбелл» в лице своего вице-президента, мне удалось выбраться с космической станции подозрительно просто. Допустим, сам Трехглазый мог зарасти жирком на кабинетной работе и растратить часть своих навыков, но какого черта он взял с собой только двоих, и какого черта они оказались чуть ли не обычными людьми? Почему мой корабль не взяли на абордаж еще до того, как Джо затащил меня в тот треклятый бар, и как я так легко добрался до грузовика, и никто не пытался остановить меня по дороге?

Этому могло быть только два объяснения.

Либо Трехглазому Джо тупо не хватило времени на нормальную подготовку, либо он хотел посмотреть, куда я побегу. Первый вариант казался мне сомнительным, исходя из всего, что мне было известно о Трехглазом Джо, но я склонялся именно к нему, потому что во втором и вовсе не видел никакого смысла.

К тому, что произошло после, когда я оказался в открытом космосе, у меня вопросов не было. Генри был умнее, быстрее и маневреннее, чем посланные на его поимку перехватчики, поэтому в исходе их сражения я ничего удивительного не видел. Если бы ему не пришлось подбирать меня, сейчас он был бы уже в другой системе и очень скоро и вовсе бы оказался за пределами Содружества.

Я плюхнулся в кресло пилота. На «Старом Генри» оно было куда удобнее, чем на грузовике. И гораздо более современное.

— У нас проблемы, кэп, — доложил Генри. — Они подняли остальные перехватчики и блокировали ближайшую к нам точку перехода.

Он вывел картинку на экран, и я увидел два десятка перехватчиков, образовавших защитную сферу вокруг «кротовой норы». Стандартное построение, легко меняющее конфигурацию в момент непосредственной атаки.

Диспетчерская сеть станции восстановилась куда быстрее, чем должна была это сделать по моим расчетам. То ли в расчеты вкралась ошибка, то ли кто-то помог им избавиться от моего вируса. Даже в условиях цейтнота Трехглазый мог успеть подсадить в местную сеть одного из моих «младших братьев».

Трехглазый Джо был прав. Это командная игра, и зачастую в ней побеждает клуб, располагающий самым большим бюджетом. Выходить против «Кэмпбелла» в одиночку… ну, пусть не в одиночку, а в компании с Генри, было чистой воды безумием, и если бы у меня был выбор, я бы ни за что в это не ввязался.

Но карты уже лежали на столе, и мне предстояло доиграть эту раздачу до конца.

До принятия решения Генри вырубил маршевые двигатели, и теперь мы летели просто по инерции. Космическое пространство вокруг нас было огромно и безжизненно, никто к нам не подбирался и не собирался атаковать прямо сейчас. К чему это все, если выбраться из системы можно через ограниченное число точек перехода?

У местных было время, чтобы скоординировать свои действия и выслать за нами что-нибудь посерьезнее, чем обычные перехватчики.

«Кротовых нор» в системе Эпсилона насчитывалось всего три. Ближайшую к нам уже перекрыли, и я дал Генри задание выяснить, как обстоят дела с оставшимися.

— Ко второй уже направлена группа перехватчиков, кэп, — доложил Генри. — Даже если мы двинем туда прямо сейчас, они опередят нас на семь с половиной минут и успеют построиться.

— Что насчет третьей?

— Мои сканеры туда не дотягиваются, кэп, — сказал Генри. — Но я не думаю, что это наш вариант. Точка перехода находится рядом с Эпсилон-9, а на Эпсилоне-9 базируется Четвертый Военный Флот Содружества. Сейчас большая часть его кораблей вне системы, но я уверен, что на нашу долю хватит и оставшихся. Кроме того, вблизи этой точки расположена автономная боевая станция, чтобы никто не мог подобраться к базе флота незамеченным и безнаказанным.

Значит, драка неизбежна, и я могу выбрать только место, где она состоится.

— Твои предложения, пилот?

— По сути, у нас есть выбор только из двух вариантов, кэп, — сказал Генри. — Или прорываться к ближайшей точке, причем делать это уже прямо сейчас, пока они не сумели подтянуть туда более серьезные силы, или уходить из системы на маршевых.

— На это уйдут недели, — сказал я.

— Пятнадцать дней, если мы направимся к альтернативной точке, — сказал Генри. — И, разумеется, нет никаких гарантий, что нас не будут ждать и там, кэп. Это зависит от того, насколько мы им нужны.

Я задумался.

Пока нам не вменялось ничего серьезнее, чем перестрелка на станции, самовольное покидание места стоянки и угон корабля, и, хотя наказание за все перечисленное довольно серьезное, не факт, что ради этого они поднимут на уши Четвертый флот и попытаются перехватить нас за пределами системы Эпсилона. Но чертовы пятнадцать дней…

Если за это время они узнают, что именно находится на борту «Старого Генри», они не только Четвертый флот поднимут, они и Третий из Солнечной системы отзовут…

Исключать вариант, в котором они узнают, никак нельзя. Даже если Уилл Таннинг не сумеет сложить два и два, всегда есть вероятность, что информацию Содружеству сольет «Кэмпбелл». Трехглазый Джо был неизвестной переменной в этом уравнении. Я понятия не имел, какие цели он преследует и как далеко он готов зайти.

— Будем прорываться, — сказал я Генри. — Ты рулишь, я стреляю.

— Уверен, кэп? Я могу делать и то, и то одновременно.

— Не сомневаюсь, — сказал я.

— Я тебя раскусил, — сказал он. — Ты просто тоже хочешь почувствовать себя ковбоем.

— А ты просто не хочешь давать мне доступ к своей новой пушке, — сказал я. — Но не забывай, кто ее оплатил.

Разъем в кресле пилота на моем корабле, разумеется, был адаптирован к особенностям моего тела, так что я без труда и ущерба комфорту напрямую подключился к оружейной системе корабля. Передо мной появились два перекрестья прицела, и одно из них я сразу же потушил и сделал неактивным.

Выстрелы из гравидеструктора слишком дороги, чтобы тратить их на обычные перехватчики, и потребляют неприлично много энергии, которая понадобится «Старому Генри» для работы прыжкового двигателя.

Когда я оплачивал установку рельсотрона, я исходил из мысли, что оружия никогда не бывает слишком много, но не думал, что уже так скоро мне придется пустить его в ход.

Генри лег на курс к точке перехода, и как только перехватчики просчитали наши намерения, они стали перестраиваться из защитной сферы в защитную полусферу с вытянутыми флангами.

Навстречу нам вылетели четыре ракеты — примерно одна десятая от их общего запаса. Сделав несколько движений зажатым в правой руке джойстиком, я сбил их все, не потратив ни единого лишнего выстрела.

Если бы перед нами с Генри стояла задача тупо зашибить все перехватчики, мы справились бы с ней без особого труда, используя преимущество в скорострельности и маневренности. Но проблема, которую нам предстояло решить сейчас, была куда сложнее.

Для активации прыжкового двигателя и совершения перехода мы должны были подойти к «кротовой норе» на определенной скорости, что ограничивало возможность маневра довольно узким коридором возможностей.

И я принялся расчищать нам дорогу. Курсор прицела метался между перехватчиками и ракетами, которые они запускали в нашу сторону, и я еще раз убедился, насколько удачным было вложение денег в рельсотрон. Я даже не знаю, что бы я делал, не будь на корабле этой пушки. Наверное, согласился бы на альтернативный вариант и попытался бы уйти из системы Эпсилона на маршевых, надеясь затеряться в бесконечности космоса.

Я выбил шесть перехватчиков и ликвидировал восемнадцать ракет, но стало очевидно, что для безопасного перехода этого недостаточно, и Генри свернул влево и заложил широкую дугу, собираясь на второй заход. Вслед нам полетели еще ракеты, и их я тоже сбил.

— Кэп…

Генри подсветил мне сектор пространства, и я понял, что времени на третью попытку у нас не останется. От станции к нам двигалась еще одна группа перехватчиков. Довольно многочисленная, я насчитал тридцать две штуки.

— Меня кое-что смущает, — сказал Генри.

— Например?

— С ними идет кто-то еще, — сказал Генри. — Но сканеры его не распознают, и он оставляет крайне слабый энергетический след, хотя держится в одном строю с перехватчиками. Такое впечатление, что он экранирован и его экраны лучше, чем мои сканеры.

Сканеры я обновлял в прошлом году, и это было лучшее оборудование, которое можно было засунуть в столь ограниченный объем, и с обычными моими задачами оно справлялось. Сканеры «Старого Генри» могли даже определять военные корабли, до какого-то определенного уровня, разумеется, хотя я и не допускал вероятность, что когда-нибудь мне придется противостоять боевому флоту.

Однако, у любых сканеров есть свои ограничения, и, например, военный корабль, защищенный самыми современными технологиями, они бы распознать не смогли. Да и не факт, что вообще смогли бы его увидеть. Пока Генри завершал маневр, я почти на автомате расстреливал очередную порцию отправленных по наши души ракет и любовался составленной для меня графикой.

Под прикрытием группы перехватчиков к нам приближался еще какой-то корабль, чье присутствие определялось лишь по совокупности косвенных признаков. Он шел в «стелсе», и его «стелс» был настолько хорош, что сразу наводил на мысли о продвинутых военных технологиях. Сильно сомневаюсь, что корабли Четвертого флота Содружества, даже если бы один из них случайно оказался неподалеку отсюда и его привлекли к операции по моей поимке, такими обладали.

Зато я точно знал, кто обладал.

Генри зашел на вторую попытку, и, по мере нашего сближения с первой группой перехватчиков, взаимная стрельба становилась все более интенсивной. Вторая группа приближалась, и уже скоро должна была подойти на расстояние эффективного пуска ракет.

Если у нас получится прорваться к точке перехода, этими ракетами можно будет пренебречь. А если нет, то…

— Это «Звездный Доминатор», — сообщил я Генри. — Корабль, который идет с ними.

— Довольно претенциозное название, кэп.

— Трехглазый Джо склонен к некоторой претенциозности, — сказал я. — «Звездный Доминатор» — это его прогулочная яхта, и пусть слово «яхта» не вводит тебя в заблуждение. По всем параметрам это крейсер, ничуть не уступающий той же «Палладе».

— И какой план?

— План прежний. Мы прорываемся и прыгаем.

— А если эта штука прыгнет за нами?

— Оторвемся.

У «Доминатора» достаточно средств, чтобы вести преследование и поиск в открытом космосе, но все же в игре один на один у прячущегося и убегающего больше возможностей. Космос слишком велик, и… И обо всем этом можно будет подумать, когда мы окажемся на той стороне «кротовой норы».

Я выбил все перехватчики первой группы, за исключением двух, но они уже выпустили по нам все свои ракеты и большой опасности не представляли. Перекрыть точку перехода своими корпусами они не смогут, и даже если пойдут на таран, то максимум обшивку «Старому Генри» поцарапают.

Второй отряд перехватчиков по нам уже отстрелялся, но Генри вышел на допрыжковую скорость и облачко ракет, видимое на грани обзора, приближалось к нам слишком медленно, и было очевидно, что в зону поражения войти они уже не успевали.

Похоже, что удача нам улыбнулась и на этот раз…

Из второй группы ракет внезапно вырвались две штуки. Графически они ничем не отличались от используемых перехватчиками снарядов, но за графическое наполнение отвечал Генри, а он с таким просто раньше дела не имел.

Скорость этих двух ракет превосходила остальные минимум в два раза, и они приближались к нам еще более стремительно, чем мы приближались к точке перехода. И было очевидно, что прыгнуть мы не успеем.

Стоило мне навести прицел на одну из них, как она разделилась на десяток ракет поменьше, которые рванули со все возрастающим ускорением. Вторая ракета последовала ее примеру, и вместо двух целей у меня на экране оказалось два десятка.

Они были маленькие, быстрые и обладали способностью менять траекторию, затрудняя заградительный огонь.

За те считанные секунды, что они приближались, мне удалось сбить шестнадцать, и это был охренительный результат, которым можно было гордиться.

Правда, это ни черта нам не помогло.

Первая из оставшихся четырех взорвалась в режиме преследования, на самой границе опасной зоны, и ее поражающие элементы могли бы пробить корпус, если бы Генри не включил кормовые защитные экраны. Я зашиб еще одну, но они подобрались слишком близко, и нам пришлось задействовать защитные экраны левого борта. И не выключать их до тех пор, пока не отработали оставшиеся две ракеты.

Главная проблема космического боя состоит в поисках точного энергетического баланса. Тебе необходимо стрелять, тебе необходимо выставлять защитные экраны и поля, тебе необходимо маневрировать, и каждое из этих действий требует энергии, и иногда тебе приходится выбирать что-то из этого списка в ущерб всему остальному.

На больших боевых судах, начиная примерно от крейсера, эта проблема решается установкой дополнительного реактора. На той же «Палладе» за артиллерию и маневрирование отвечают два разных источника энергии, а на кораблях классом выше и размером больше, и вовсе ставят по четыре реактора, с лихвой перекрывая все возможные энергетические потребности.

Линкор только на стоянке выглядит допотопным и неповоротливым. В боевых условиях он способен стрелять, держать постоянно поднятыми защитные экраны, свободно маневрировать и при всем этом великолепии еще и прыгать через «кротовые норы», не теряя своей боевой эффективности.

Впрочем, в Содружестве считают, что эта избыточная мощь никогда не пригодится в реальной жизни, поэтому новых линкоров они не строят. Корпорации новых линкоров тоже не строят, потому что это слишком дорого, и менеджмент считает, что один линкор можно заменить группировкой на порядок более дешевых кораблей. Сейчас производством линкоров занимаются только в империи, и, разумеется, ни один из них пока не был задействован в настоящем боестолкновении, которое потребовало бы от него стопроцентного использования всех ресурсов.

Но на курьерских кораблях реактор всего один, и места на установку второго тут попросту нет. К тому же, считается, что для спектра поставленных перед курьером задач, второй реактор и не нужен.

Курьеры в боях не участвуют. На этих кораблях обычно не устанавливается ни вооружение, ни средства активной защиты. Главный козырь курьерских кораблей — это их скорость, и для полноценной работы их двигателей одного реактора хватает за глаза.

Я установил на «Старом Генри» дополнительное вооружение и защиту, и все это было вполне эффективно, но лишь на ограниченном временном отрезке. Пока Генри ограниченно маневрировал, а я безудержно стрелял, нам еще удавалось держаться в рамках, оставляя необходимый запас энергии для активации прыжкового двигателя.

Но удержание защитных экранов, которое защитило корабль от последствий взрывов ракет, вычерпало этот запас до донышка, и нырнуть в «кротовую нору» нам не удалось.

«Старый Генри» со свистом пролетел мимо точки перехода, утратив возможность ею воспользоваться, потому что времени на третий заход у нас уже не оставалось. На нас надвигалась волна ракет, за которой следовала волна перехватчиков, под прикрытием которых шел «Звездный Доминатор» Трехглазого Джо Кэмпбелла.