Чума Эпсилона

Глава 17

В принципе, я все еще мог выйти из вагона и отправиться по своим делам, думаю, что защитный костюм позволил бы мне выдержать в местной атмосфере еще около получаса, а большего, наверное, мне и не требовалось. А остальные пассажиры пусть дожидаются спасателей. Ведь рано или поздно тут должны будут появиться хоть какие-нибудь спасатели.

Хотя что-то, возможно, мой неприятно богатый жизненный опыт, подсказывало мне, что, скорее всего, это случится поздно.

Если случится вообще.

Но взваливать на себя ответственность за всех, кому случайно выпало ехать на одном со мной поезде, я не собирался.

Я отошел от обзорного окна и поднял с сиденья шлем от защитного костюма. Последний вагон был все еще пуст, и я снова собирался воспользоваться им в качестве шлюза. Помочь этим людям я вряд ли могу, но лишать их дополнительного времени, за которое их теоретически могут спасти, я не хотел.

— Значит, это действительно Кочевники? — поинтересовался нарисовавшийся рядом Рик.

— А кто еще? — спросил я.

— Но почему здесь?

У меня были свои соображения на этот счет, но делиться ими с Риком я не собирался, поэтому просто неопределенно пожал плечами.

— Иногда у происходящего нет никаких причин, — сказал я. — По крайней мере, если смотреть с нашей стороны. Логика Кочевников нам пока непонятна. Может быть, у них и нет никакой логики, и они определяют цели набега при помощи рандомизатора.

Но сам я в это уже не верил. Совпадения, конечно, возможны, и случаются даже чаще, чем об этом думают нормальные люди, но с моей наблюдательной позиции все было слишком очевидно. Жаль только, что моя наблюдательная позиция находилась в эпицентре этого безобразия, но это по большей части моя собственная вина.

— Ты снова куда-то собрался? — спросил Рик.

— Хочу немного осмотреться, — сказал я. Город пострадал не фатально, что-то в нем все еще продолжает функционировать, и я надеялся, что космопорт находится в числе уцелевших объектов. И что там найдется хоть одна посудина, способная оторваться от поверхности.

— Ты же нас не бросишь? — спросил Рик.

«Разумеется, бросишь, кэп», — незамедлительно отозвался Генри. «Что за идиотский вопрос?».

Я снова пожал плечами.

— Костюмов не хватит на всех, а без защиты люди там и десяти минут не продержатся. Я сообщу о вас, если кого-нибудь встречу.

— Если встретишь, — сказал Рик.

— Мы не знаем, что там в городе, — сказал я. — Возможно, оставаться в поезде будет безопаснее. Его автономности хватит еще на несколько суток.

Хорошая новость заключалась в том, что до смерти от жажды или, тем более, от голода, никто из них не доживет. Они либо замерзнут, либо задохнутся, в зависимости от того, какая из систем жизнеобеспечения откажет первой.

— Ну да, — сказал Рик без особого энтузиазма.

Мне показалось, что снаружи стало еще холоднее, хотя, вполне может быть, я все это только себе придумал. Под ногами был уже не грунт, а ровный асфальт, даже не заваленный обломками, да и здание вокзала выглядело вполне целым. По крайней мере, огромных брешей в его стенах я не увидел, да и крыша выглядела нетронутой. Похоже, что удар, отключивший купол, пришелся в другую часть города.

Или это вообще чисто энергетические проблемы, и сам город во время нападения фактически не пострадал. В этот момент, простите за каламбур, мои надежды воспряли с новой силой.

Я пересек перрон, перебрался через два параллельных монорельса — поездов на них не было, возможно, тоже застряли где-то в пути, но в вагоне не оказалось специалиста, который мог бы их запустить — и добрался до здания вокзала. Двери оказались заблокированы в аварийном режиме, и это наверняка могло бы остановить какого-нибудь случайного пассажира, но для меня проблемы не составило.

Раз уж маскировка все равно была повреждена, я воспользовался мизинцем и взломал электронный замок, потратив на это не больше нескольких секунд.

Удобно, когда инструмент у тебя под рукой.

В здании вокзала горело тусклое аварийное освещение, и этот факт внушил мне некоторый оптимизм. Конечно, дополнительные генераторы могли включиться автоматически, но это в любом случае означало, что Новые Надежды пострадали не фатально. Может быть, и от космопорта что-то осталось…

— Ты успел посмотреть карту города?

— Конечно, — сказал Генри. — Если мы идем на взлетное поле, то тебе нужно пересечь вокзал и воспользоваться выходом 4А. Так мы попадем на Мэйн-стрит, а потом свернуть с нее на авеню Джексона, которая закончится как раз аккурат у входа в космопорт.

— А где выход 4А?

— Держись левее, не ошибёшься.

Я взял левее, вышел в зал ожидания и тут же наткнулся на группу местных. Их было шестнадцать человек, и семеро из них были одеты в униформу местной транспортной компании. А трое были копами.

Когда они вперили в меня свои изумленные взгляды, я сообразил, что все еще не снял шлем от защитного костюма, и поспешно стащил его с головы. А то еще подумают, что я — часть вторжения.

Конечно, никто никогда не видел живого Кочевника, и не было никаких доказательств их антропоморфности, но кто знает, что может прийти в головы этим деревенщинам?

— Ты откуда тут взялся? — поинтересовался один из копов. Очевидно, он был в этой компании за главного, но оружия у него я все равно не увидел.

— С поезда, — сказал я.

— Подумай еще, — посоветовал он. — Поезда не ходят.

— Этот пришел, — сказал я. — Стоит у третьей платформы и в нем полно пассажиров.

— Откуда он шел?

Я сказал.

Коп нахмурился и посмотрел на транспортника.

— Это возможно?

Тот только руками развел.

— Сеть не работает, так что у меня нет никаких данных.

— Вы можете посмотреть глазами, — сказал я.

— Нейромашинисты не функционируют без сети.

— Мы были недалеко и докатились по инерции, — сказал я.

Я не самый хороший физиономист, но по выражению лица работника транспортной компании даже я мог заметить, что он мне ни черта не поверил. Впрочем, не он один. Он еще даже не успел сформулировать очередной вопрос, как в беседу снова вмешался коп.

— Значит, ты утверждаешь, что пришел снаружи?

— Ну да, — сказал я. — И вы все еще можете посмотреть глазами и убедиться, что поезд действительно там, где я сказал.

Несколько человек подошли к окну и убедились, что хотя бы в этом я им не вру. Поезд действительно был на месте, потому что деваться ему было совершенно некуда.

— Допустим, ты действительно приехал на нем, — сказал коп. — Тогда как ты попал в здание?

— У вас было не заперто, — сказал я, неопределенно махнув рукой куда-то себе за спину.

— Аварийный режим блокирует все двери.

— Значит, что-то пошло не так, — сказал я. — Я подошел к двери, дернул, она и открылась.

— Дернул, значит? — повторил коп и посмотрел на мою правую руку. Без перчатки и с отсутствующей на мизинце псевдоплотью.

— Дернул.

— Что у тебя с рукой?

Я перехватил шлем левой рукой, а правой помахал у него перед лицом, чтобы он хорошенько все рассмотрел.

— Киборг?

— Нет. Человек-плюс.

— И откуда ты такой продвинутый?

— С Эпсилон-Центра, — сказал я. — Возвращался в Новые Надежды, чтобы улететь домой первым же рейсом. Мне в понедельник на работу, знаете ли, и начальство может не посчитать сбой местной транспортной сети достаточно уважительной причиной для прогула.

— У нас тут проблемы посерьезнее, чем сбой транспортной сети, — сказал коп. — Так что не думаю, что в ближайшее время ты попадешь домой.

Услышав про мои грядущие неприятности, он слегка смягчился, и я, решив ему подыграть, нацепил самое озабоченное выражение лица, которое только смог изобразить.

— А что тут на самом деле произошло?

— Судя по всему, мы попали под рейд Кочевников, — сказал коп.

— Вероятность этого…

— Мала, но никогда не равно нулю, — вздохнул кто-то из их команды. Судя по одежде, он был штатским и угодил сюда случайно. — Можно сказать, что все мы выиграли в лотерею. Я имею в виду, это никак не получится назвать большой удачей, но…

— Да-да, мы поняли, — сказал коп. — Защитный костюм ты взял в поезде?

— И кислорода в нем осталось меньше, чем на полчаса.

— Ничего, мы дадим тебе сменный баллон, — сказал коп. — Нам понадобится твоя помощь, чтобы вывести людей из поезда.

Трудно сказать, почему им понадобилась именно моя помощь. Скорее, пострадавший от профессиональной деформации коп заподозрил в моем рассказе что-то неладное (это было совсем несложно), и решил держать меня поближе к себе. Участие в спонтанной спасательной операции никак не входило в мои планы, но наиболее вероятной альтернативой ему была драка со всеми этими людьми, а вешать на себя полтора десятка лишних трупов я не хотел, поэтому решил подыграть местным и незаметно смыться где-нибудь посередине процесса.

Мы прошли в техническое помещение, где мне выдали запасной баллон, а коп и двое транспортников переоделись в защитные костюмы, чей класс был чуть повыше, чем у моего, но все равно не мог бы обеспечить выживание на сколь-нибудь приличный срок.

Оставалось только надеяться, что операция не затянется, и мне удастся слинять до того, как запасной кислородный баллон исчерпает свой запас.

Воспользовавшись аварийным шлюзом, мы выбрались наружу и двинули к техническому ангару, внутри которого стояло несколько небольших колесных шаттлов.

Совсем небольших. Думаю, что даже если набить один из них пассажирами с плотностью десантников в эвакуационном боте после неудачной боевой операции, то больше пары десятков в него все равно не влезет, а значит, одним или двумя рейсами нам точно не обойтись.

Транспортник открыл шаттл и предложил нам проследовать внутрь.

— А остальные? — поинтересовался я по внутренней связи, махнув рукой вглубь ангара.

— Не на ходу.

Один из местных уселся за пульт управления, мы разместились на жестких сиденьях внутри салона. Легкая вибрация корпуса дала понять, что шаттл активировался и пришел в движение.

— Зачем ты во все это ввязался, кэп? — спросил Генри.

— Просто стараюсь избегать неприятностей.

— Мы теряем время, — констатировал он.

— Несколько часов погоды не сделают, — ответил я с уверенностью, которой не испытывал.

Город подвергся удару, масштабы и последствия которого мне неизвестны. Может, местные системы жизнеобеспечения способны проработать в таком режиме до момента прибытия помощи с других планет системы, а, может быть, все навернется уже через несколько минут, и никаких нескольких часов у меня в запасе нет.

— Удалось связаться с городской администрацией? — поинтересовался я у копа, который сидел напротив и сверлил меня подозрительным взглядом прямо через шлем защитного костюма.

— Линии связи нарушены, — сказал он. — Работают только коротковолновые передатчики. Почему ты спрашиваешь?

— Просто хочу понять, насколько все плохо, — сказал я.

— Кем ты работаешь? — спросил он.

— Джон Литгоу, — сказал я. — Страховой агент «Эпсилон Страхование Плюс». Оценивать риски — это моя профессия.

— Как ты вышел из поезда?

— Использовал тамбур последнего вагона в качестве шлюза, — сказал я.

— Разумно, — сказал второй железнодорожник. — Сколько пассажиров на борту?

— Точно не скажу, но загрузка далеко не полная.

— Мне все же не дает покоя один вопрос, — сказал коп. — Твой поезд — единственный, который смог добраться сюда после нападения, и, судя по расписанию, он сделал это с опозданием. Как же так получилось?

— А это имеет какое-то принципиальное значение? — спросил я. — Хоть кто-то из людей добрался до места назначения, а не застрял посреди ледяной пустыни, и этим людям можно помочь. Так ли уж важно, по какой причине это произошло?

— Проблема в том, что я не могу собрать целостную картинку, — заявил коп. — Как-то она у меня в голове не складывается.

Профессиональная деформация, как я и говорил.

— И в чем вы меня подозреваете? — поинтересовался я напрямую. — В том, что я пособник Кочевников, который зачем-то пытается втереться в ваше доверие? Или в том, что я и есть Кочевник?

«Кстати, вот в той части, где про пособника, есть интересный нюанс, о котором…» — дослушивать Генри я не стал, потому что и сам прекрасно понимал, на какие обстоятельства он пытается намекнуть.

— Да, ты прав, — неожиданно для меня самого сказал главный коп. — У нас еще будет время разобраться с твоей историей. Сейчас самое важное — это помочь людям.

Шаттл выкатился на перрон, остановился и открыл внутреннюю дверь шлюза, второй железнодорожник засобирался на выход. Обычно технический мост для пересечения путей откидывался автоматически, но в условиях упавшей сети это нужно было делать вручную.

— Можно ли попасть на Мэйн-стрит, минуя здание вокзала? — поинтересовался я у Генри.

— Конечно, кэп. Тремя разными способами.

— Мне нужен самый быстрый.

— На твою скорость я повлиять не способен, — резонно заметил он. — Но могу порекомендовать самый короткий, если ты не против перемахнуть через забор и немного прогуляться по крышам.

— Меня устраивает.

Местный вернулся, и шаттл снова двинулся в путь.

Мы остановились около поезда, выбрались наружу, и я повел их к двери в последний вагон.

— Пассажиры в первых, — сообщил я, чтобы они не особенно удивились, когда никого не увидят внутри.

Они все равно наверняка удивятся, когда увидят трупы.

Железнодорожник отпер дверь и первым вошел внутрь поезда. Коп полез за ним, и я, решив, что такой возможностью грех не воспользоваться, толкнул его в спину. Он упал на железнодорожника и сбил его с ног, создав внутри тамбура свалку и неразбериху, а я лягнул еще одного местного в живот и припустил вдоль перрона.

— Стой! — донеслось до меня по внутренней связи.

Проигнорировав эту просьбу, я перемахнул через пути и продолжил бежать в сторону от здания вокзала. Как я и рассчитывал, никто за мной не погнался. Впрочем, если бы кто и попробовал, ему бы все равно не удалось сравниться со мной в скорости. Стрелять в меня тоже никто не стал.

Скорее всего, просто потому, что стрелять им было не из чего. Местные копы ничего смертоноснее дубинки и газового баллончика с собой не носят.

Забор, к которому меня привел Генри, оказался всего лишь двухметровым, и я перемахнул через него, даже не замедлившись. Потом воспользовался пожарной лестницей, забрался на крышу какой-то технической постройки, перепрыгнул на крышу соседнего здания и окончательно убедился, что погони за мной нет.

Что ж, моя совесть была чиста. Ну, относительно и ситуативно, разумеется.

Хоть я и не ставил перед собой такой цели, но помог пассажирам поезда во второй раз, известив местных и приведя к ним спасателей. Конечно, Рик и товарищи не окажутся в полной безопасности, но, по крайней мере, они продолжат существовать на тех же условиях, что и остальные жители Новых Надежд, и их шансы пережить последствия катаклизма все-таки немного увеличились.

Что же до меня…

Главный коп начнет задавать вопросы, и ему наверняка поведают о моей стычке с Боргом и его компанией, о том, что я выходил наружу и что именно я притащил поезд в город, и после этих рассказов вопросов у местного служителя порядка наверняка станет еще больше, но все это не представляет никакой опасности до тех пор, пока у его группы нет связи с остальными частями города.

А когда сеть поднимется, и он получит возможность обсудить мои похождения со своими коллегами, меня на Эпсилоне-4 уже не будет.

При хорошем стечении обстоятельств, разумеется.

А если обстоятельства не позволят мне покинуть планету, у меня в любом случае будет время, чтобы замаскироваться и подготовить для себя новую легенду.

В конце концов, боевые лаборатории Кэмпбелла создали меня совсем не для того, чтобы я попадался.