Чужая семья генерала драконов (СИ)

Эпилог, часть третья

В храме стало совсем тихо, все звуки проникали извне. Звонкий смех детей, громкие крики женщин, пытающихся до конца церемонии накрыть длинные праздничные столы. Представляю, какой там переполох.

Наверняка поняли, кто к ним пожаловал, и мечутся, сбивая ноги.

Вот теперь мою свадьбу точно запомнят надолго. Второй такой здесь уже никогда не случится.

Я медленно шла по проходу, глядя на своего нетерпеливого то ли жениха, то ли мужа. На руке под браслетом зудилась кожа. Сказывалось волнение и вдруг появившийся страх — а если плетения не появятся на наших запястьях?

Помнят ли боги ещё про этот храм?

На руках моей мамы были красивые узоры. И у отца. Вот только после её смерти они померкли, и, в конце-то концов, совсем исчезли.

Он скатывался в безумие, а они стирались с его кожи.

Я всё чаще стала задумываться об этом. Что стало причиной их трагедии? Наверное, его высокомерие и страсть к власти. Это пересилило любовь к простой деревенской женщине и стало началом их конца.

Он желал получить сильного наследника, а она смогла родить лишь меня.

— Грета, — тихо шепнул Руни, — ты хмуришься, сестренка. Что не так?

— Родителей вспомнила, — честно созналась, пытаясь через силу улыбнуться.

— Тебе ничего не нужно опасаться. Их историю вы с Вегартом не повторите. Этот дракон знает цену семье. Умеет любить и защищать. Лучшего я бы для тебя и не выбрал.

Сжав крепче его руку, наконец, смогла искренне улыбнуться.

Меня посетила еще одна весьма забавная мысль. Отец все же получил то, чего так хотел, только достался его великий наследник — мне в качестве любимого брата. И он будет прославлять имя Вегарта Вагни, как своего наставника.

Прославлять ведунов и причислять себя к их роду.

Жрец тихо запел над белоснежным камнем алтаря. Такой чарующий голос и такой неподходящий для лохматого гиганта. Остановившись, я взглянула на Вегарта.

Его глаза вспыхнули голубым огоньком. Зрачок запульсировал и вытянулся в тонкую нить. Протянув руку, он терпеливо ждал. Пальцы Руни разжались и выпустили мою немного вспотевшую ладонь.

— Признаешь ли ты, Вегарт Вагни, эту женщину своей истинной? — тихо спросил жрец.

Вздрогнув, я повернула голову. Пение продолжало разливаться по храму, но губы жреца были сомкнуты. Повязка с глаз исчезла. Замерев, я осознала, что на меня смотрит некто совсем нечеловеческим взглядом.

Очи, заполненные пылающей словно лава кровью.

Сын смерти.

И он служит моему мужу!

Взглянув на Руни, заметила, что он не шевелится и, кажется, даже не дышит. Император Айдан замер, оборачиваясь на жену. Время остановилось. Исчезли звуки и запахи.

— Да, я признаю перед всеми, что Гресвиль, дочь племени Белых волков, моя истинная. Моя единственная, и другой я своей не назову.

Вегарт продолжал терпеливо ждать, пока я вложу свою ладонь в его. Уголки его губ приподнимались, казалось, он отчетливо понимал, что происходит, и это успокаивало.

Опомнившись, я быстро схватила его руку, ощутив, как теперь его пальцы сжимают мои.

— А ты, фера Гресвиль, признаешь Вегарта Вагни своим истинным? — Глаза Брека вспыхнули сильнее.

На меня смотрело нечто совсем уж жуткое и опасное.

— Да! — мой голос дрогнул. — Признаю. Он мой суженый, и другого я своим не назову.

— Боги услышали вас.

Этот странный Брек снова тихо запел. Все вокруг пришло в оживление.

Дьярви сделал небольшой шаг в сторону, чтобы не заслонять нас от гостей. Айдан обернулся и, найдя свою Рьяну, засиял так, будто это он женится сейчас, а не мы. Я невольно взглянула на его руки, из-под браслета виднелись золотые завитки их узоров.

В этот момент мои запястья обожгло, словно кто-то пролил на кожу раскаленный воск. Вздрогнув, я опустила голову. На наших руках расцветало алое плетение. Оно начиналось под большими пальцами и синхронно ползло дальше. Оплетало запястье, выпуская извитые веточки и бутоны. Будто живое вьющееся растение. Наконец, остановившись, узор вспыхнул ледяной магией и стал нежно-голубым. На веточки стремительно нарос иней, делая узор объемнее. Мелкие кристаллы оплетали бутончики, одевая их в снежный кокон.

Плетение снова вспыхнуло, но теперь уже зеленым. Цветы вырвались из ледяных оков и распустились. На каждом проступила через кожу капелька крови, окрашивая контуры.

— Ты всегда умел выделиться, — усмехнулся Айдан. — Лед — сила дракона, а алые цветы — знак ведуна. Мне уже не терпится взглянуть на ваших детишек. Чувствую, сюрприз будет почище, чем мне Рьяна преподнесла.

— Она вам что, первенца снежного барса родила? — Не знаю, откуда появилась эта мысль. Но…

— Именно так, — Айдан тихо засмеялся. — Показала, кто в доме главный. Сначала барс, а уж после — дракон. Но оба моих сорванца — рыжие.

— Ну, моя Грета поответственнее будет. — Вегарт задрал нос. — Родит, как и положено, крепкого дракона с ведьминской силой. Главное, чтобы не разом прорву ведьмочек, — добавил он чуть слышно.

В этот момент жрец Брек поднял голову. Его глаза снова вспыхнули потусторонним пламенем и погасли. Он странно хмыкнул, но смолчал, а затем, заметив на себе мой взгляд, загадочно подмигнул.

Пять лет спустя.

Выйдя на небольшой балкон на втором этаже поместья, я наблюдала за играющей в саду ребятней. В основном дети работников и крестьян с ближайших деревень, до которых пешим ходом не более получаса. Они каждое утро сбегались в наш огромный сад и резвились здесь до вечера.

Никто и не возражал. Наоборот, Вегарт приказал построить небольшую площадку с качелями и горками. Наверное, она появилась здесь даже раньше, чем мы отремонтировали сам дом.

Нет, мы не поехали к Дьярви. Отклонили и приглашение пожить у Айдана.

У нас было свое поместье и земля.

В первый год сюда стали возвращаться женщины и наниматься на работу. Я узнавала в них прежних поварих, прачек и служанок. Но они были одни… Их дети появились чуть позже, когда каждая осознала, что ничего им более не грозит.

Да, сейчас во дворе под тенью густых деревьев играли в тряпичные куклы мои кровные сестренки. Их осталось так мало, что я взяла их под свое крыло.

Так мне казалось правильным.

— Держи ее, Юниль! — раздалось за моей спиной из нашей спальни. — Лови!

Усмехнувшись, даже не повернулась.

— Юниль… Она под кровать залезла… — Я досчитала до трех и улыбнулась. — Грета… Любовь моя, спаси! Они разбежались в разные стороны, и почему у меня только пять носков! Где шестой?

— Папа, — голос нашей старшенькой звучал донельзя довольным. — Ты же сказал, какой ведун не справится со своими ведьмочками. А в итоге что? И дочери разбежались, и носок исчез!

— Я хотел, чтобы мама отдохнула! — Вегарт продолжал недовольно рычать. — В ее положении нужно больше расслабляться. Руни… Чтоб его. Нашли время, чтобы улететь из дома.

— Ну ты же сам пошутил в их присутствии, что в нашем роду близнецы не редкость, и мама тебе еще трех драконов родит. Вот они и упорхнули империей править. Остро почувствовали, что уже совсем выросли и там полегче будет.

— Не умничай, а лезь за сестрой под кровать!

— Пап, ей полтора годика, а мне одиннадцать. Я туда уже не пролезу. Тут только хитростью выманивать.

— Юниль, — Вегарт тяжко вздохнул. — Сокровище мое, выручай папу. Клара в шкафу, Злата — под шторой, а Вея — под кроватью. Собери их вместе, ты же ведьма!

— А ты, папа, не только дракон, но и ведун! — метко подметила дочь.

Я тихо засмеялась. Вегарт сам накликал на себя такие приятные беды. А не нужно было в храме при Бреке у алтаря хвалиться, кто у него там родится.

Боги не глухие. Что просил, то и получил.

— Грета, милая… — взмолился муж. — Признаю свое полное поражение. Я не могу собрать ни дочерей, ни носки.

Еще раз взглянув на играющих в саду детей, зашла в комнату. Остановилась у кровати и тихо позвала:

— А где мои сладкие крошечки? Кто хочет послушать мамину сказку?

Шторка отогнулась, и показалась милая ведьминская мордашка. Хитрющая донельзя. Крепкой походкой ко мне направилась Злата, протягивая руки.

— Казку? — Дверь в шкаф отворилась, и появилась Клара. — Хочу! Казку хочу!

Она выползла и, не вставая на ножки, направилась ко мне. На ее руке обнаружился и пропавший носочек.

— А на кухне бабушки пекут большой пирог с клубничкой. И кто не слушал сказку, тот не получит кусочек.

Вегарт, не теряя времени, подхватил двух наших дочерей и, быстро усадив их на кровать, замер, выжидая третью проказницу.

— Кубика? — Вея не заставила себя долго ждать. — Хочу два кусочка!

— Поймал! — Вегарт подхватил ее и прижал к своей груди. — Милая, умоляю, роди сына. Одного!

— Не гневи богов, — фыркнула я и положила руку на свой живот. — Твоя мама говорит, что не чувствует, кого я жду. Так что…

Я не договорила, оставив многозначительную паузу. Сев на кровать, Вегарт обнял своих шустрых темных ведьмочек. Вздохнул.

— Сегодня приведут выловленных у границы красноглазых, — как-то мечтательно протянул он. — Буду казнить. Хоть душу отведу.

Закатив глаза, я посмотрела на Юниль. Она тихо хихикала, зажимая в руках пять носков. Я взглядом приказала ей быть серьезней и не раскрывать нас.

Конечно, я знала, что совсем скоро у нас родится здоровый, крепкий мальчик. Дракон, наделенный ведьминской магией. Мама Вегарта в таких делах никогда не ошибалась. Но… Мои малышки, не дождавшись сказки, поднялись на ножки и принялись целовать папу в щеку.

— Ладно, я вам и пирог принесу, и сказки расскажу, — вмиг подобрел он. — И еще ткань на платьица в обозе где-то к нам едет.

— И игушки? — Клара крепко его обняла за шею.

Не теряясь, Вегарт ловко сдернул с ее ладошки недостающий носок и протянул его нашей старшенькой.

— Все для моих маленьких и больших ведьмочек и любимой волчицы. А Юниль там еще и новые ленты с гребешками. И книги, чтобы красавица наша росла образованной.

Он поднял голову, и я поймала его взгляд на себе.

— Люблю тебя, — шепнул он одними губами.

— И я тебя люблю, Вегарт Вагни, прозванный Ведьмовозрадителем.

Услышав прозвище, которым его наградил Айдан, муж громко захохотал, прижимая к себе своих маленьких ведьмочек.

Конец