Чужая семья генерала драконов (СИ)

Глава 25

Вегарт оказался верен своему слову. Сбросив подушки на свободную постель Юниль, он аккуратно перенес меня на нее и уложил, укрыв одеялом. Все мои попытки убедить его, что способна помочь, были просто не услышаны. Он пропустил всё мимо ушей.

Шатаясь, собрал действительно перепачканную простыню, скомкал её и отбросил в сторону. Достал новую и принялся стелить.

Я даже засмотрелась. Руни на такие подвиги был просто неспособен.

Хотя, может, я не все знаю о брате. Но вот именно этот дракон мастерски подворачивал ткань под матрас.

Быстро справившись, он обернулся на меня. Немного подумал и, отогнув ширму, выглянул в коридор.

— Мне зелье до утра ждать? Или полагаете, кашель сам исчезнет?

От громкого окрика я вздрогнула. Те, кто был на кухне, кажется, тоже. Потому как что-то там загремело и послышались голоса.

Спустя мгновение показался Руни с кувшином и кружкой.

Передав всё Вегарту, он быстренько скрылся.

— Умники! Нашли кого заслать. Думают, что брату твоему я ничего не сделаю… — проворчал мой дракон. — Хотя чего скрывать, правильно думают. Он от меня уже всё выслушал. Додумался же пойти у женщин на поводу. Бежать неизвестно куда с ребенком на руках. С пожилой бабушкой.

Он поставил на стол кувшин и обернулся на меня. На его лице расцвела такая зловещая улыбка, что я невольно сглотнула, поморщившись от боли. Что-то мне подсказывало, что и я ещё не всё услышала от него.

— Не смотри на меня так, Грета, — он усмехнулся, — я тебя просто отшлепаю, как вылечу. Перекину через колени и как прилажусь ладонью к твоему пышному заду разочек. Чтобы помнила.

— Не нужно, — я смутилась. — Ты прекрасно знаешь, чего я опасалась. И до сих пор думаю — не сыграй с тобой боги злую шутку и не подложи в истинные не просто волчицу, а феру своры бешеных, Руни бы ты убил.

Он замер с кружкой в руках. Тряхнул головой и, взяв кувшин, принялся наливать зелье. В комнате стало тихо. И это странно нервировало.

— Злую шутку, говоришь? — наконец, произнес он. — Нет, Грета, я всегда был любим богами. Всегда! И в этот раз они меня на руках в эту деревню принесли. Ты испугана, затравлена братом. Я не про Руни, конечно. Видела такое, что и спрашивать страшно. Поэтому ты и не понимаешь, как мне повезло. Да я счастливчик, моя фера. Я же пришел сюда забрать эти земли. Плодородные, богатые. Я год вынашивал план вместе с братом, куда лучше пойти и чьи головы снести. Но, — он качнулся и зевнул, — завоевать — это одно, а удержать — другое. Дети мертвого ханыма всегда угрожали бы мне и моим потомкам. Убить? Да, это идеальный вариант. Я никогда не скрывал от тебя, кем являюсь, Грета. И всегда говорил открыто и честно. Это я добил твоего отца. Я пытал твоего брата Гасми. Айдан лишь доделал то, что я начал. Я всегда был палачом, потому как жалости во мне не так много, как в моём благородном брате. Убил бы я тебя после того, как заселился в твой дом? Как узнал твою семью, держал на руках маленькую Юниль? Нет, конечно. Я не чудовище. Скорее бы отослал на юг и пригрозил, что если вернешься — отшлепаю, — он тихо засмеялся. — Ты всегда была бы под присмотром. И Руни тоже. Но всё сложилось иначе. Куда лучше. Я встретил истинную. Женщину, при виде которой сердце замирает, — он улыбнулся и взглянул на меня. — И она оказалась единственной законной наследницей земель. Твои братья — бастарды. Все. И только твой супруг имеет полное право назвать эту землю своей. Мне даже делать больше ничего и не нужно. Убить Бирна, потому как этот бешеный творит здесь беззаконие, и всё. Я фер. А ты говоришь — злая шутка. Нет, любовь моя, ты — дар богов и никак иначе. Бесценный дар!

Он протянул мне кружку с зельем. Я же слегка ошарашенно смотрела на него.

— Я тебе выгодна? — наконец, выдохнула.

— Нет, ты мною любима, Грета, а остальное — приятное наследство, упрощающее всем нам жизнь, — он зажмурился и моргнул. Сон одолевал, и Вегарту всё сложнее было стоять на ногах. — Руни для меня не представляет опасности. Он просто брат моей истинной, и всё. Но, если честно, мне не хочется, чтобы кто-то знал о нем. Всегда найдутся те, кто захочет использовать его в игре против меня. Так что я ещё думаю, а стоит ли мне воспользоваться подарком судьбы в твоем лице, или же скрыть, кто есть моя женщина, и обезопасить всю семью. Об этом я буду думать завтра и на свежую голову, а пока я валюсь с ног, Грета. Но у нас проблема, — он зевнул, прикрывая рот рукой, и взглянул на кровать. — Мы не поместимся на ней вдвоем. А без тебя спать я не согласен.

Я сделала глоток и закашлялась. Во рту разлилась горечь.

— Да, он противный, — Вегарт кивнул. — Мне стоило больших трудов в тебя это вливать. Как спать будем? Здесь же мне одному не уместиться…

— Просто сдвинуть две кровати, — выдохнула и заглянула в кружку.

Почти полная.

— Пей и не разглядывай, — скомандовал он и подошел к койке, на которой сидела я.

Осмотрел её и рывком поднял. Передвинул и расплылся в довольной улыбке.

— Грета, пока ты не выпьешь всё, я буду стоять над твоей душой.

Закивав, я не могла поверить, что в нем такая силища. Так просто поднять и кровать, и меня на ней. Сделав глоток, снова скривилась, но деваться было некуда. Вегарт нависал надо мной грозной скалой.

И так глоток за глотком. Пока пила, наблюдала, как Вегарт раздевается. Одним рывком стянул грязную рубашку. Расправил плечи, демонстрируя мне широченную грудь. Взялся за ремень на штанах. От волнения я отхлебнула больше и, не заметив вкус этой гадости, проглотила. На лбу проступили капельки пота. То ли от волнения. То ли жар спадал. Не до того было.

Оставшись в одних подштанниках, Вегарт с лукавой улыбкой уставился на потную пунцовую меня.

Я допила всё до конца и протянула ему кружку, отвлекая от последнего куска ткани на его теле. Очень хотелось верить, что это сработает. И мне не придется сейчас заливаться краской стыда ещё больше. Потому как я соглашалась только на объятия, и ничего, кроме этого.

Вегарт тихо засмеялся и взял кружку. Развернулся к столу, и его слегка повело. Ухватившись за спинку кровати, он тряхнул головой.

— Кажется, это предел моих сил, — пробормотав, он отставил графин и пошел ко мне. — Я так устал, Грета. Давай поговорим, как проснемся. Тебе лучше, и это главное. Больше меня сейчас ничего не заботит.

Подхватив на руки, он переложил меня на заправленную кровать, сам пристроился рядом. Сдвинул наши подушки и, согнув руку в локте, притянул меня ближе. Помня о своем обещании, я несмело обняла его, положив ладонь на мужское бедро. Вегарт улыбнулся.

— Я бы никогда не тронул тебя. Прости мне мои слова при нашем знакомстве. Я был очень зол, мне приглянулась женщина, которая послала меня в болота. Знаю, я не очень мил и бываю груб. Но никогда бы я не обидел тех, кто приютил меня. И я никогда не обижу ту, что назвал своей. А я назвал, Грета, и от тебя никогда не откажусь.

Улыбнувшись, Вегарт закрыл глаза. Я видела, что он изо всех сил пытается мгновенно не заснуть, но ничего у него не выходило. Придвинувшись к нему ещё ближе, осторожно скользнула рукой по талии мужчины. Так непривычно и странно.

Он почувствовал мои прикосновения и, немного навалившись, уткнулся носом в мои волосы. Выдохнул.

— Знаешь сколько лет, Грета, я мечтал об этой ночи? — шепнул он заплетающимся языком. — Чтобы кто-то меня вот так обнял, даря тепло. Матушка всегда говорила, что я найду свое счастье. Главное, чтобы одна и на всю жизнь. Та самая. Строго-настрого приказывала ждать и не размениваться на простые симпатии. И я ждал. Тебя ждал, моя волчица! А теперь счастлив. Не бросай меня больше, Грета. Это страшно — войти вот так в дом в надежде на вкусный ужин и обнаружить пустые комнаты. Ни женщины, ни ребенка. Браслет хоть на руке оставила.

Он говорил всё тише. Я легонько поглаживала своего дракона по спине, успокаивая и извиняясь. В тот момент, когда покидала эти стены, чувства этого большого и сильного мужчины меня мало тревожили. Теперь же было жаль его.

— Я не уйду, обещаю, — пробормотала, прижимаясь теснее. — И подарок мне твой очень понравился. Красивый браслет. И мысли не было его снимать.

— Он брачный, Грета, — выдохнул Вегарт, — последняя моя маленькая ложь. У драконов иные традиции. Мы не ходим в храмы, а дарим единственной особенный браслет. Родовой, заговоренный на защиту и усиление уз истинных.

Моргнув, я пыталась сообразить, что он говорит. Что значит брачный? Как это дарим?

— То есть ты мне его вручил и… — я не смогла закончить фразу, уж больно не верилось в такое.

— Ты моя жена, Грета. В глазах драконов союз действительный. Все мои воины видели браслет на твоей руке. И лучше я признаюсь в этом сейчас, когда ты такая слабенькая и беспомощная, чем потом, когда окрепнешь и сможешь меня отходить скалкой за такие дела. А ещё я Юниль сразу признался, что тайно сделал тебя своей и теперь она на моей стороне. И никуда тебе не деться. А завтра будет баня… Да… — он зевнул, и, пробормотав что-то неразборчивое, замолчал.

Я лежала и прислушивалась к его глубокому дыханию. Взгляд блуждал по простому плетеному из кожаных шнурков украшению. Красивое сочетание черного и красного. Я никогда ничего не слышала о том, как женятся драконы. Хотя нет. Были разговоры среди женщин о пирах и больших гуляниях. С угощениями. Мясом. Танцами. Совсем как тот праздник, что устроил Вегарт, придя сюда.

— Что ты отмечал в ту ночь, когда в деревню пригнали телегу с мертвыми? — спросила, особо не надеясь на ответ.

Вегарт спал. Крепко и уже никого не слышал.

— Известное дело, Грета, — раздался через ширму тихий голос Льюиса, — Генерал Вегарт Вагни, наконец, нашел свое сердце. Мы отмечали обретение им истинной. — Ткань отодвинулась, и показался молодой дракон. — Я принес тебе ещё один отвар. Его сделала Амма. Она ведьма и знает толк в травах. Думаю, нелишним будет напоить тебя ещё и им. Вегарт всё? Заснул?

Осторожно приподнявшись на локтях, я взглянула на Льюиса. Он тихо прошел в комнату и поставил на стол ещё один кувшин, но поменьше. Обернулся и, глянув на сдвинутые кровати, улыбнулся.

— Наконец-то, он успокоится и осядет. Я дождался!

Парнишка просто засветился от счастья.

Не совсем понимая, о чем он, приподняла вопросительно бровь.

— Ну и это не секрет, Грета, в нашей семье только дядя был жаден до власти. — Он принялся осторожно наливать в кружку отвар. — Настолько жаден, что и мою матушку — свою родную сестру — за нелюбимого выдал. Договорной брак. С магом. А им, как известно, чтобы получить сына наследника — магия истинных уже не нужна. У них не кровь, а так — вода. Вот я и родился. Дядька полагал — слабым буду, но нет. Иногда боги играют зло и нечестно. Я пошел расой в мать, а магией в отца. Темный дракон — любимец самой смерти. Но не о том я сейчас. У императора тоже родился всего один законный наследник — Айдан, прозванный Свирепым за вспыльчивый нрав. Только вот сражаться он любит, а править, увы, нет. Вот и придумал он отца свергнуть и меня на трон усадить, а чтобы правильным вырос — пристроил к своему палачу, — Льюис закивал и указал на спящего Вегарта. — Устал я, Грета, мотаться по этому Северу и спать в лучшем случае в чужой постели, в такой вот избе. А теперь, с твоим появлением, Вегарт осядет, и начнутся у меня счастливые дни. Отправят меня во дворец наводить там порядок. Устрою им казарменную жизнь всем! — Он тихо рассмеялся. — А рассказываю я всё это, тебе фера, потому как хочу брата твоего с собой взять. У меня столь близких друзей никогда прежде не было. Только приятель. И тот один. Соратники. Подданные. Все пресмыкаются, лебезят. А вот так, чтобы как с Руни… Отпусти его? Пожалуйста. Я с ним с самим поговорить хотел, но без тебя не стану смуту наводить.

Я растерялась. Взглянула в окно. На горизонте через тяжелые тучи едва пробивались первые лучики солнца.

— Это опасно для него? — перевела взгляд на будущего императора драконов.

— Не более чем если он останется с тобой, — Льюис пожал плечами. — Но там у него будет грандиозное будущее. Он станет много больше, чем просто деревенский паренек. Слава и богатство. Положение в обществе. Как родственник Вегарта и Дьярви Вагни он уже имеет право на многое. А с моей помощью получит всё. Не лишай его этого шанса, Грета. Он был рожден, чтобы править. И у него будет своя земля, не здесь, но всё же.

— Это всё не вовремя, Льюис, я только в себя пришла.

Пробормотала, а у самой от услышанного голова кругом пошла. И страшно было за брата, и в то же время такие возможности.

— Отвечать сейчас и не нужно, Грета, — он тихо засмеялся и отдал мне отвар. — Просто чтобы ты знала о моих планах. Сначала здесь разберемся, а уж потом снова поговорим. Пей. Это зелье приятнее на вкус.

— Но ты ведь понимаешь, кто он? — я покосилась в сторону коридора, но там было тихо.

— Все спят, — тише шепнул молодой дракон. — И я догадался обо всем куда раньше Вегарта, фера Гресвиль. Я темный маг и чувствую кровь сильнее любого другого дракона. Передо мной стояла семья. Две сестры, брат и его бабушка. А остальное — догадаться несложно. Сюрпризом стало только ваше имя. Не думал, что сама законнорождённая фера. Но кто Руни — понял сразу.

— И молчал? — отпив зелье, уставилась на него, не веря.

Он пожал плечами и открыто улыбнулся.

— А если бы Вегарт так и не понял? — выдохнула, с трудом проглотив отвар.

— Значит, это была бы наша тайна на четверых: ты, я, Руни и Амма. Мне было сложно скрывать, Вегарт невероятно умен. Но нет, Грета, не сдал бы я вас и сейчас защищать буду, потому что он стал мне другом. А там — в лесу — я видел волка, готового убивать за своих. За семью. А это достойно уважения. Тот, второй — Бирн — на подобное просто неспособен. Допивай, Грета, и будем все спать, я устал не меньше, чем Вегарт.