Браконьер 5

Глава 12 Жертва во благо

Жёсткий удар подвески заставил меня встрепенуться. До этого момента я мирно дремал на заднем диване под монотонный бубнёж Полины с Вороном. Я даже не вслушивался в то, о чём они там кудахчут. Слишком устал за прошедший день, а ведь, по сути, я почти ничего не делал. Но эти нервные метания по деревне выпили из меня все соки. Вот честное слово, лучше бы всю ночь на выродков охотился.

— На дорогу смотри, — недовольно буркнул я. — Или ремонтировать за свой счёт будешь.

— Да здесь будто танки разворачивались, — оправдалась Полина. — Объезжаешь одну яму, а попадаешь сразу в три.

— Значит, скорость скинь. — Я заворочался. — Куда едем вообще?

— Гороховец только что проехали, — доложил Ворон.

— Разворачиваемся, — скомандовал я и поднялся, занимая сидячее положение.

Широко зевнул, едва не вывихнув челюсть, чем тут же заразил Полину, которая тоже растянула рот, рикошетом зацепив и Ворона.

— Ох, заразная штука, — причмокивая, произнесла девушка. — А зачем нам в Гороховец?

— Жертвы нужны, — ответил я. — Хотя бы один выродок. Лучше — два.

— В смысле? — Ворон резко обернулся ко мне. — Но так же нельзя!

— Это кто сказал? — усмехнулся я. — Нам пропуск в володарскую крепость нужен. Точнее, подход к одному из её жителей.

— И ради этого ты готов убить ни в чём не повинного изменённого? — вскинул брови он.

— Слушай, ты реально такой моралист или прикидываешься? — поинтересовался я. — Вряд ли те, кто сейчас шкерится на отшибе, такие уж невинные.

— Это так не делается. Нужны доказательства. Лучше всего — поймать с поличным…

— Хорошо. — Я поморщился и попытался зайти с другой стороны: — Через сколько времени после питания наступает жажда?

— Примерно недели две, если не употреблять синьку.

— То есть преступник примерно месяц, а то и все два вполне способен изображать из себя добропорядочного гражданина. И ещё не факт, что нам удастся безотрывно следить за ним всё это время.

— Бывает и дольше, если нет неопровержимых доказательств, — подтвердил Ворон.

— Угу, — кивнул я. — Значит, заляжем в засаде на пару месяцев. Потом, если всё удачно сложится, ещё столько же будем наблюдать за выродками в Володарске. Да за это время ваша Габриела от старости умрёт. Или от скуки.

— Я понимаю, но нельзя резать изменённых, когда тебе вздумалось.

— На этот счёт есть два мнения. Одно моё, и другое — неправильное, — ледяным тоном парировал я. — И помнится мне, этот вопрос мы с тобой уже обсуждали. Если не готов идти до конца, вылезай и вали на все четыре стороны.

— Я просто хотел сделать всё правильно.

— Кажется, ты не до конца понимаешь нашу задачу. Нет больше никаких «правильно» или «неправильно». Есть цель и инструменты, с помощью которых мы можем её достигнуть. Моральным терзаниям здесь не место.

Полина молчала, изредка бросая на меня взгляд в салонное зеркало заднего вида. В отличие от Ворона, она прекрасно понимала, о чём я говорю. С ней и Стэпом мы прошли через такое дерьмо, что этому Ворону даже в самых страшных кошмарах не снилось.

— А если бы речь шла о людях? — решил изменить тему полемики Ворон и хитро на меня покосился.

— Я бы перешагнул через их трупы, не задумываясь, — честно ответил я.

Парень как-то сразу успокоился. Не в том смысле, что он полностью принял мою позицию, это я видел по его глазам. Скорее, он просто не нашёл других аргументов, чтобы меня переубедить.

Но и я внёс сомнения, в его нерушимый идеальный мир. Он отвернулся, но вся его поза говорила о напряжённой мысленной работе. Ворон переваривал мои слова, пытаясь выстроить логику, на которую опирался я.

Давящую тишину разрушил голос Полины.

— Куда в Гороховец? — спросила она.

— Понятия не имею, — пожал плечами я. — Просто покрутимся по городу. Может, вы кого-то почувствуете.

— Поняла, — кивнула она и сбавила скорость.

Я опустил окно и вставил в рот очередную самокрутку. Чиркнул бензиновой зажигалкой и прикурил, задумчиво всматриваясь в темноту.

Перед нами раскинулся призрак прошлого. Дома с тёмными провалами разбитых окон, толстый слой пыли, покрывающий остовы брошенных машин. Но самым удивительным было другое: природа, её непреодолимая тяга к жизни. Некогда монолитное дорожное полотно покрывали плотные островки зелени. Трава прорастала сквозь асфальт, а там, где образовались выбоины, колосились целые оазисы. На балконах пятиэтажек возвышались небольшие рощи молоденьких берёзок, а в некоторых местах они хвалились макушками из окон квартир.

Всё то, что с таким трудом веками отвоёвывал человек, природа возвращала себе с непринуждённой лёгкостью. А ведь прошло-то всего шесть лет с тех пор, как в одной из этих квартир мерцал экран телевизора, а на балконах сушилось выстиранное бельё. Во дворах больше не слышно детских криков, вместо детей там обосновались дикие звери. И их поголовье стремительно растёт.

Если в первые годы промысловики, уходя за добычей, пропадали на несколько суток, то сейчас порой возвращаются с отличным трофеем буквально через пару часов. Я сам лично наблюдал за стаей лосей в центре мёртвого города. Они даже не вздрогнули при моём появлении, настолько были уверены в собственной безопасности. И я слышал в кабаках сотни историй о целых кабаньих семьях, селящихся в опустевших квартирах. Мы неотвратимо и безвозвратно теряли свои территории.

— М-да, — протянула Полина, всматриваясь в призрачные очертания домов. — Пройдёт ещё десять лет, и мы даже не распознаем в этих руинах город.

— Чувствуешь что-нибудь? — проигнорировал замечание я.

— Пока нет, — покачала головой она. — Здесь вообще никаких следов жизни. Твою мать!

Девушка резко ударила по тормозам, и я едва не влетел в спинку её сиденья.

— Что там? — оживился я, а руки уже сжимали оружие.

— Заяц под колёса бросился, — с улыбкой ответила она. — Да какой шустрый!

— А говоришь — жизни нет, — усмехнулся я. — Давай по спальнику покатаемся, потом ближе к окраинам бери. Пернатый, подай карту.

Ворон молча передал мне атлас. Я щёлкнул клавишей фонаря и уткнулся носом в подробную схему города, прикидывая варианты.

— Вот здесь, к югу от магистрали, ещё какой-то район есть, — произнёс я. — Идеальное место: тихо, на отшибе и до самого города недалеко. Склады какие-то есть…

— Я бы ещё набережную осмотрела, — потянув носом, добавила Полина. — Воду чувствую, речку. Там наверняка какая-то индустрия есть.

— Точно! — Я хлопнул себя ладонью по лбу. — Сейчас посмотрим… Так… Ага… Вот, есть: гороховецкая мануфактура.

— И что там? — Ворон наморщил лоб.

— Фабрика, завод… не знаю. — Я пожал плечами. — Но сейчас, насколько мне известно, всякая автоматика и электроника в цене. Ваши там часто копаются. Станки разбирают, датчики скручивают. А за рабочий сервер сейчас можно до двадцати кило серебром поиметь.

— Серьёзно? — Полина аж обернулась.

— Более чем, — кивнул я.

— Ох не тем мы занимаемся, не тем, — пробормотала она. — Где там эта мануфактура?

Я протиснулся между сидений и протянул ей атлас, придерживая пальцем точку на карте.

— Вот она. А мы… Где-то здесь, скорее всего.

— Ага, примерно поняла, — кивнула она и свернула к югу.

Когда мы подъезжали к территории комбината, сразу стало ясно, что ловить здесь нечего. Фары высветили застарелые следы от тяжёлой машины, явно какого-то грузовика. Если здесь кто-то и был, то давно уехал, оставив после себя развороченные станки и шкафы управления.

— М-дэ, — буркнул Ворон. — Всё своровано до нас.

— Ну что, на набережную? — поинтересовалась Полина.

— Нет, — покачал головой я. — Давай южную часть города проверим. Если и там пусто, то двигаем дальше.

— Ну а вдруг на набережной что-то есть?

— Да нет здесь ничего и никого, — отмахнулся Ворон. — Видно же, что в город уже года два никто не заглядывал. Всё ценное давно вывезли, остались только пустые коробки домов.

— Ладно, поехали, — скомандовал я. — Время.

На этот раз я сам полез за руль. Полина плюхнулась на пассажирское, а Ворон пересел назад. Через пару минут мы пересекли «М7» и заехали в южный район. Покрутились по спальным районам, но так ничего и не обнаружили. Уж не знаю, специально ли, якобы защищая невинных от моей кровожадной натуры, или здесь и в самом деле не было ни одной живой души.

Я вернулся на магистраль и помчал по направлению к Нижнему. Впереди нас ждал мост через Клязьму, и это место всегда было самым непредсказуемым. Собственно, по этой причине я и пересел за руль, чтобы в случае опасности успеть среагировать. Однако мне отчего-то очень не хотелось сейчас через него проезжать, словно шестое чувство подсказывало: на этот раз проскочить не получится.

Эта трасса была мне знакома как свои пять пальцев. Слишком часто в последнее время судьба возвращала меня сюда. А потому я представлял, сколько нам ехать от Гороховца до этой грёбаной переправы. И когда справа показался съезд, я аккуратно загнал машину в лес и заглушил двигатель.

— Ты чего? — уставилась на меня Полина. — Устал? Хочешь, я поведу?

— Нет, — сухо отрезал я. — Впереди мост, и мне очень не хочется лезть на него без разведки.

— Я могу сгонять, посмотреть, — проявил инициативу Ворон.

— Вместе пойдём, — буркнул я и, распахнув заднюю дверь, вытянул из салона автомат.

Достал новенькую разгрузку, натянул и попросил Полину подогнать.

Пока она подтягивала хлястики, я рассовал по подсумкам снаряжённые магазины. На всякий случай взял пару гранат. Попрыгал, убеждаясь, что ничего не гремит и не мешает. Нацепил шлем со встроенными активными наушниками и как следует затянул его под подбородком. Помотал головой и удовлетворённо крякнул.

Единственное, чего мне сейчас очень не хватало, — так это моего монокуляра, позволяющего видеть в темноте. Нужно будет заказать где-нибудь. Серебра у меня теперь хоть жопой жуй. Я даже его полностью забирать не стал. Бросил в багажник двадцать слитков, а остальное пожертвовал Стэпу на развитие посёлка. Надо будет, я себе ещё заработаю.

Окинув взглядом свою команду, я слегка поморщился. Непривычно было смотреть на полуголых бойцов. В отличие от меня, им не требовались ни шлемы, ни бронежилеты. Обычных пуль они не боялись, даже если та прилетит прямо в голову. Их уши и без всяких вспомогательных приблуд способны уловить шорох полевой мыши на расстоянии пятидесяти шагов. Про ночное зрение вообще молчу.

— Ладно, двинули, — скомандовал я. — Поль, ты прикрываешь. Выбери позицию, чтоб весь мост просматривался. Пернатый, ты со мной. Вперёд не лезь, я понятия не имею, какой ты боец.

— Принял, — коротко ответил он, что мне очень понравилось.

Мы углубились в лес и не спеша направились в сторону моста. До него от поворота оставалось примерно полтора километра. Увы, никаких возвышенностей здесь не имелось, и мы исходили из того, что есть.

Как только перед глазами возникла эстакада, мы залегли и остаток дистанции преодолевали уже ползком. Я периодически наблюдал за Вороном и всё больше убеждался, что приобрёл вполне достойного члена команды. Двигался он практически бесшумно, не ныл, не пыхтел, как паровоз. В общем, пока — молодец.

— Я здесь останусь, — прошипела Полина, и её голос продублировался в наушниках.

— Стрелять только по команде, — на всякий случай предупредил я, хотя ей этого и не требовалось. — Осмотрись. Если что — доложишь.

— Угу, — буркнула она, уже осматривая мост через прицел.

А мы с Вороном поползли дальше. Нам пришлось сделать немалый крюк, чтобы остаться под прикрытием деревьев. Лес в этом месте расходился эдакими прядями, оставляя огромные открытые участки. Но со стороны реки, которая делала поворот, всё ещё проходила небольшая роща хоть и редких, но всё же деревьев.

Когда до моста оставалось всего около сотни метров, я скомандовал «стоп» и взялся за бинокль. Я получил его от Макара, и он хоть и был хорош, но до моего старого немного не дотягивал. Также в нём имелся и тепловизор, но очень хреновый, поэтому на него я не надеялся.

Беглый осмотр ничего не дал. Но внутри у меня всё равно свербело нехорошее предчувствие, поэтому я не спешил делать выводы и перешёл к детальному изучению.

Мост как мост, ничего особенного. Но вот грузовик, который замер в конце на обочине, мне не понравился. Что-то с ним было не так. И вроде выглядит брошенным, даже грязным, будто стоит здесь очень давно. Однако положение у него такое, что в любую секунду он в способен перекрыть проезд.

И вот я наконец смог обнаружить первые признаки засады.

Сразу за этим грузовиком расположилась пулемётная точка, притом довольно профессионально замаскированная. Если бы не моя паранойя, ни за что бы не рассмотрел, тем более ночью. Впрочем, её заметил как раз не я.

— Вон там, — шепнул Ворон, толкнув меня локтем в бок. — Сразу за грузовиком насыпь видишь?

— Вон тот холм, что ли? — уточнил я.

— Да. Внутри кто-то есть.

— Уверен?

— Двести процентов.

Я приблизил холм, воспользовавшись цифровым зумом бинокля, и ухмыльнулся. Эту насыпь сделали совсем недавно. Видно просветы между уложенным дёрном. Но через месяц-полтора он уже будет выглядеть так, будто его создала природа. И в этом холмике я с большим трудом смог рассмотреть крохотную полоску, окаймляющую окно, которое лёгким движением руки превращалось в прекрасную бойницу.

Но ведь не могла же засада состоять из одного человека? Это как минимум тупо. Нужно прикрытие и те, кто атакует машину сзади. Кто-то должен прыгнуть за руль грузовика, чтобы перекрыть проезд. Неужели они все спрятались в блиндаже?

— Поль, как слышно? — бросил в рацию я.

— Отлично.

— Холм за грузовиком.

— Приняла. — Последовала небольшая пауза, и Полина добавила: — Вижу.

— Держи, я схожу проверю.

— Под контролем.

Я выдохнул и убрал бинокль. Пошарив глазами вокруг, я обнаружил приличных размеров корягу и принялся раздеваться.

— Ты что делаешь? — прошипел Ворон.

— Хочу потыкать палкой в муравейник. — Я хищно оскалился. — Ты сиди здесь, в случае чего прикроешь.

— Отсюда? — Он выпучил глаза. — Да здесь метров триста!

— Есть предложения?

— Я с тобой, — буркнул он и тоже начал стягивать с себя разгрузку.

Немного подумав, отказываться я не стал. Вдвоём у нас точно больше шансов. Обувь и основное оружие мы завернули в костюмы и водрузили эти узелки на корягу, которую предварительно стянули в воду. Один бы я её даже с места не сдвинул, настолько она была тяжеленная. Ворон справился с ней играючи, хотя пару раз всё же покряхтел.

Переправились без проблем, так как в самом повороте течение едва ощущалось. Выбрались на другом берегу и отпустили корягу в свободное плавание. Нам она уже без надобности. Когда разберёмся с засадой, обратный путь можно проделать по мосту пешком.

— Мальчики, поторопитесь, скоро рассвет, — шикнула рация в ухе.

Я не ответил, как и Ворон. Мы были слишком близко к рукотворному холму, который действительно оказался блиндажом, устроенным по всем правилам фортификации. В основании перекрытий лежали брёвна, они же образовывали лицевую стену, направленную в сторону моста. А вот о дисциплине организаторов засады можно было сказать только одно: о ней они даже не слышали.

Внутри находилось трое, и все они безмятежно спали. Внимание привлёк небольшой колокольчик, к язычку которого крепилась тонкая стальная проволока. Эдакая сигнализация. Наверняка на подъездах к мосту через дорогу перекинута растяжка. Асфальт разбит в хлам, и о больших скоростях нет даже и речи. Проволоку достаточно протянуть на высоте всего пары сантиметров, чтобы колокольчик весело оповестил бандитов о приближении жертвы. А дальше дело техники: в блиндаже откидывается форточка, один из участников бежит к грузовику, второй на мост, где наверняка организовано место для огневой поддержки. И вуаля! — мышеловка готова захлопнуться в течение минуты. Не удивлюсь, если есть и вторая растяжка, которая обеспечивает контрольный сигнал. В том смысле, что машина уже в нескольких секундах от засады, и пора запускать двигатель в грузовике.

Да, эти уроды подготовились основательно и засели здесь надолго. Большой караван вряд ли им по зубам, а вот одинокие путники типа нас — самый лакомый кусок. Ну, сейчас мы закатим им пир горой.

Мудрить я не стал. Вытянул из подсумка гранату, разогнул усики чеки и, выдернув ее, высвободил предохранительный рычаг. В ночной тишине хлопок запала прозвучал подобно раскату грома. Один из спящих встрепенулся и распахнул глаза. В этот момент я закинул гранату в блиндаж и нырнул про прикрытие земляной насыпи, одновременно перехватывая автомат из-за спины.

— Атас! — закричал проснувшийся и первым рванул наружу.

Его друзья даже не поняли, что произошло, когда в блиндаже рвануло. Насыпь подпрыгнула и сложилась внутрь, становясь братской могилой. А наш шустрик попытался скрыться в лесу.

Я вскинул оружие и дал очередь по ногам. Мужик тут же споткнулся и полетел носом в землю. Он застонал, но высовываться я не спешил. Напротив, затих и продолжил осматриваться. Мало ли, может, мы не все секреты рассмотрели?

Но время шло, а ничего не происходило. Я быстро выглянул из укрытия и тут же нырнул обратно. Подранок продолжал выть и извиваться, на лёжа на земле. Я умудрился прострелить ему обе ноги. Выждав ещё немного, я всё же решился посмотреть на того, кто мне попался.

— Поль, что у тебя? — бросил в рацию я.

— Чисто, — доложила она.

— Дуй к машине и езжай к нам.

— Поняла.

— Эй, пернатый, иди сюда, — поманил Ворона я.

— Я здесь, — буркнул он из-за спины, заставив меня вздрогнуть.

— Ты чего подкрадываешься, как тень Гамлета? — выругался я. — Укуси его.

— В смысле⁈ — уставился на меня он.

— Ёпт… Я что, на каком-то непонятном языке выражаюсь⁈ — разозлился я. — Делай, что говорят! Заодно жажду свою утолишь.

— Я… Я не хочу, — запротивился он. — Зачем?

— За шкафом. Кусай, тебе говорят.

— Может, для начала объяснишь?

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я. — Доберёмся до Володарска — оставлю тебя в крепости. Ты меня реально достал своей тупизной. Всё, сдристни с глаз. Иди Полину встречай.

Ворон набычился, но этот приказ выполнил без рассуждений. Я же подошёл ближе к подранку, бегло его осмотрел на наличие оружия и, не найдя, резко перевернул пленника на живот. Он застонал, но о сопротивлении даже не думал. Пластиковыми хомутами я сковал ему руки. Хотел зафиксировать ещё и ноги, но затем передумал. Смысла в этом никакого, учитывая, что обе его голени пробиты навылет. А одна из пуль явно перебила кость. Очень уж неестественно вывернута левая нога. С такими ранениями при всём желании даже уползти не получится.

Через пару минут послышался звук приближающейся машины. И вроде расстояние для звука здесь небольшое, дорога прямая. Даже странно, как эти трое не услышали нашего приближения. Хлопнула дверь, раздалось приглушенное бормотание, а затем явились оба моих напарника.

— Поль, — окликнул подругу я. — Нужно обратить этого ублюдка. Поможешь?

Девушка не задала ни единого вопроса. Она молча пожала плечами, подошла к подранку, подняла его за шкирку, словно нашкодившего кота, и тут же впилась ему зубами в шею. На некоторое время она замерла, наполняя живот кровью врага. А когда оторвалась, я отшатнулся, увидев, как изменилось её лицо.

Весь подбородок в крови, в глазах горит огонь хищника и неутолимый голод. И эта улыбка… В ней читалась вся её натура. Я невольно направил в её сторону оружие. Не задумываясь, чисто на рефлексе. Честно говоря, боялся, что стану следующим. Однако метаморфоза продлилась недолго. Вскоре Полина отбросила безжизненное, обескровленное тело и вытерла рот рукавом, а я с облегчением выдохнул.

— Долго ждать обращения? — уточнил я.

— По-разному, — ответила она. — Но четыре часа минимум. Я специально его осушила, так что обращение пройдёт быстро.

— Это как-то зависит от количества крови? — поинтересовался я.

— Нет, — покачала головой она. — Скорее, от наличия жизни. В мёртвом теле бактерии работают быстрее, им не мешает иммунитет. Как только они сформируют сердце, он снова оживёт. Остальной организм будет перестраиваться в течение долгих лет. Но его бы от солнца спрятать.

— Ты можешь наконец объяснить, зачем ты это сделал? — влез в разговор Ворон.

— Господи… — Я закатил глаза. — Беспросветная тупость. Нам нужен мёртвый выродок, так?

— Ну?

— Всё. — Я развёл руками. — Мы его получили. Охота закончена. Я бы всё равно его пристрелил, но теперь он послужит благой цели.

— Это я как-то не подумал, — смутился Ворон и почесал переносицу. — Прости.

— Твоя проблема в том, что ты слишком много думаешь, когда тебя об этом не просят. В Володарске я тебя сброшу, хватит с меня. Я в няньки не нанимался.

Ворон бросил на меня такой взгляд, которым обычно смотрят подростки на родителей, когда те запрещают им идти на дискотеку. А затем развернулся и нервной походкой направился к машине. Вскоре до нас донёсся хлопок двери, сильно громче, чем требовала моя ласточка.

— Сука, — выдохнул я. — Дебил, конченый. Дверями не хлопай, козлина!

— Я с ним поговорю, — тронула меня за руку Полина.

— Да чё толку-то? Он же дятел. Ему даже пуля в черепе не помогла. Слушай, может, у него там что-то срослось не так? Или эта авария ему голову сильно повредила? Он же непробиваемый вообще.

— Согласна, он странный… — Девушка покрутила пальцами в воздухе. — Но в борьбе с альфой он будет незаменим.

— Почему?

— Да потому что они не могут им управлять, я ведь тебе уже рассказывала. А по силе и реакции они практически равны. Он нам нужен, Брак.

— Тогда пусть научится делать то, что от него просят, вместо того, чтобы сопли жевать.

— Ты мог бы ему просто всё объяснить.

— Повторяю: я не нянька, — буркнул я.

— Я знаю, — улыбнулась Полина. — Просто дай ему шанс. Он хороший, вот увидишь. Да, у него нет решимости, как у тебя, и он не Стэп, который ловил кайф от адреналина. Но он хороший боец. Хотя, — девушка поморщилась, — иногда его моральные терзания бесят даже меня. Пойду принесу спальный мешок, рассвет совсем скоро.

— Давай, — кивнул я. — Заодно карту прихвати. Нужно где-нибудь остановиться и дождаться обращения. Ну и заодно потом с телом что-то решить. Целую тушу я в одного не унесу.