Бесовское отродье

Глава 14. Акция – реакция.

Как я и предполагала, ткань нам не выделили, и тут уж я не могла сказать, в чём была причина – в том, что материал был действительно редким и имелся в ограниченном количестве, либо в том, что хитрые наследницы позаботились об отказе портних… В любом случае, это было мне только на руку. Улыбаясь блондинке и брюнетке, как своим лучшим подругам, я отсидела и за ужином, и за завтраком, а теперь шла в свои покои, чтобы отдать распоряжения прислужницам по поводу моего нового праздничного платья.

– Мэй, мы будем шить платье из чёрного материала, – объявила я, прикрыв за собой дверь.

– Леди! Но самый тёмный цвет, который был на балу – это синий. Темнее просто не принято! – воскликнула девушка.

– Именно поэтому мы будем шить платье из той же ткани, что и платье для походов в храм, – сверкая довольной улыбкой, сказала я, – Более того, фасон должен быть таким же, какой и у храмового платья.

– Но это невозможно, – пропищала Мэй, уменьшаясь на глазах, – платье для бала должно облегать фигуру!

– Оно и будет, – торжественно объявила я, – Ты сошьёшь мне идеальное храмовое платье, которое будет иметь все необходимые для бала формы!

– Леди Кирена… – прошептала Мэй, не зная, что сказать.

– Это бал Богини Смерти, – пояснила я, – Не думаю, что мы оскорбим её, надев подобное платье – скорее напротив, окажем ей честь.

– Я слышала, что раньше чёрный цвет и простой фасон были традиционными для этого события, – подала голос одна из моих служанок, стоявших в углу.

Я с победоносной улыбкой посмотрела на Мэй, та растерянно кивнула, подтвердив слова своей подруги.

– Но ткань нужно будет попросить у жриц, у нас такой нет в наличии, – неуверенно начала она.

– Я не думаю, что они нам откажут, – красноречиво посмотрев на неё, сказала я.

– Мы можем начать работу этим же днём, если леди не против, – вновь подала голос из угла маленькая прислужница.

– Леди за! – объявила я, поднимаясь с кресла, – И вот ещё что. Я хочу, чтобы одна из вас дошла до обувщиков и заказала мне новую обувь.

– Леди желает изменить её вид? – словно понимая, о чём я думаю, уже уверенней спросила Мэй.

– Я хочу, чтобы к балу у меня были точно такие же платформы, как и у всех наследниц, – объявила я, с ухмылкой глядя на своё отражение, – И давайте подберём мне такую причёску, чтобы высота моего роста не просто выделялась, а стала тотальным отличием.

– Леди, наконец, решила быть собой, – улыбнувшись, сказала Мэй, вновь склонив голову.

И на этот раз её слова звучали одобрительно.

– Думаю, пришло время напомнить всем, что я не некронийка – ни по крови, ни по духу, – кивнула я.

– Вы – истинная некронийка, – не согласилась Мэй, а все остальные служанки разом кивнули, не скрывая восхищения в своих глазах.

Я улыбнулась. Ну, раз так – пора идти в атаку…

У меня не было особой цели, когда я выходила из своих покоев, я просто знала, что в этот час наследницы обычно собираются в одном из залов для светского общения. Я подобные посиделки не посещала ни разу – пришло время изменить эту ситуацию. Найдя дорогу по запахам духов, я открыла двери и оказалась в просторном светлом помещении, оформленном в свободном стиле – с небольшими мягкими диванчиками, полками с книгами, со столиками для напитков и даже с камином, вокруг которого стояли несколько кресел. В общем и целом, этот зал мне очень понравился – в нём было весьма уютно, если не считать представителей императорского рода, которые все, как один, уставились на меня, стоило переступить порог. Я натянула на лицо беззаботную улыбку и прошла к столику с напитками. Тёплое вино показалось мне идеальным выбором, и, налив себе в бокал лёгкого терпкого напитка, я осмотрелась по сторонам. Леди ваниль сидела рядом с леди корицей и улыбалась мне так приветливо, что у меня тут же заболели все мышцы лица. И хватает же наглости! Я приподняла бокал, посылая блондинке учтивое приветствие, и отвернулась, рассматривая остальных обитателей зала. Большинство из представительниц слабого пола столпилось вокруг Гару, который стоял у камина и наблюдал за мной с нескрываемым любопытством. Двоюродный брат императора был невероятно хорош собой – его тёмные волосы сегодня были забраны в косу, голубые глаза сверкали даже с другого конца зала, а лёгкая приветливая улыбка, с которой он периодически обращался к очередной атаковавшей его наследнице, обезоруживала даже самых скептично настроенных личностей… То есть – меня…

Хорош, демон. Но я здесь не для того, чтобы любоваться тобой. Нет.

Я улыбнулась своим мыслям и неспешной походкой пересекла весь зал, ловя на себе самые разные по эмоциям взгляды. Наследницы напряглись, когда поняли, куда я держу свой путь… А я, не дойдя до их компании нескольких шагов, грациозно обошла небольшой столик и села в кресло, с удовольствием ощутив тепло от камина. Мой манёвр был сопровождён десятками пар глаз, но я сделала вид, что не замечаю этого пристального внимания, и с лёгкой улыбкой посмотрела на Гару.

Вот теперь наследницы напряглись всерьёз. Однако брат императора не стал игнорировать моё немое приглашение и чуть не довёл их до инфаркта, когда неспешно отсоединился от их компании и занял кресло рядом со мной.

– Вы сегодня почтили нас своим присутствием, – скрывая улыбку, негромко сказал Гару.

– Почтила, – кивнула я, также сдерживаясь из последних сил. Уж больно забавными были лица наследниц, оставшихся без внимания черноволосого красавчика.

Но я решила не расслабляться и закрепить свой успех.

– Лорд Гару, – обратилась я к некронийцу, повернувшись к нему и лицом, и телом, – Вы знаете, я слаба в знании ваших обычаев…

Гару улыбнулся краешком губ и – о, Богини! Какое непристойное поведение! – тоже развернулся ко мне всем телом. Теперь мы выражали друг к другу неприкрытый интерес. И все это видели. Все.

– Продолжайте, леди Кирена, – со смешинками в глазах ответил Гару.

– Объясните мне значение татуировки на вашей шее, – закончила я, слегка прикоснувшись к изображению серпа на его коже.

От этого моего движения замер весь зал, а сам Гару едва заметно сглотнул. Моё прикосновение его… встревожило. По крайней мере, сердце на секунду сбилось с ритма.

– Что именно вас интересует, леди Кирена? – слегка охрипшим голосом спросил лорд, глядя мне прямо в глаза.

– Когда она появляется у мужчин, и за какие заслуги? – скромно улыбнувшись, спросила я.

Я действительно этого не знала. В Дакии мы полагали, что её имеют все некронийцы, однако, здесь, в императорском дворце, я узнала, что это далеко не так. Слуги такого знака не имели. Как и моряки, что плыли с нами на корабле.

– Эта татуировка означает принадлежность к императорскому роду, – пояснил Гару, потягивая напиток из своего бокала, – И получить её могут только наследники крови.

– А почему именно серп? – чуть наклонившись к нему, прошептала я.

– Вы не знаете? – улыбнулся Гару, – Это один из знаков Богини Смерти. И это не серп, а руна.

Я смутилась, понимая, как глупо выгляжу в его глазах, но Гару неожиданно тоже наклонился ко мне и негромко сказал:

– Вы очаровательны, когда краснеете.

Я выпрямилась и спряталась за бокалом вина, делая вид, что спокойно потягиваю его, глядя на огонь в камине. А сама в это время пыталась погасить румянец на своих щеках.

Знак Богини Смерти. Интересно, как наследники связаны с Богиней?

– Не поделитесь со мной этой древней историей? – наконец, спросила у Гару, ни секунды не сомневаясь, что он меня понял.

– Это скорее легенда, – откидываясь на спинку кресла, начал он, – Она рассказывает о том, что в самом начале, когда правителем Некрона был ещё простой человек, а война была постоянным спутником жизни молодого государства, император заключил сделку с Богиней и получил её силу. С тех пор Некрон стал величайшей империей Средиземья, а потомки императорского рода – сильнейшими из мужей. Дабы чтить память Богини, всем наследникам крови в период их совершеннолетия наносят специальную руну, которая переводится, как «принадлежность», и является закрепляющим силу звеном, после чего наследник обязывается почитать Богиню и служить ей до конца своей жизни.

– Интересно, – протянула я, не отрываясь глядя на огонь, – А в какой период появилась вторая ветвь рода, ветвь наследниц?

– Я не могу сказать точно, – нахмурился Гару, – Кажется, это было около пятиста лет назад. Где-то в середине тысячелетия правления императорского рода.

– Ваш род правит тысячу лет? – я подняла бровь.

Эта информация оказалась для меня новой.

– Вы потрясены? – с понимающей улыбкой спросил Гару.

– Пожалуй, – не стала спорить я и на пару минут задумалась.

Найти информацию пятисотлетней давности в дворцовом архиве – задача невыполнимая. Я смотрела на вещи реально и понимала, что даже если получится договориться с его императорским величеством, и (немыслимая удача!) повезёт отыскать потрёпанный томик, то прочитать то, что в нём написано, я уже точно не смогу. Общепринятый язык появился максимум сотню лет назад…

Значит, узнавать о бесах придётся каким-то другим путём.

Я тихонько вздохнула.

– Вы чем-то расстроены? – спросил Гару, внимательно наблюдавший за моим лицом.

Я с интересом посмотрела на него.

Повыводить из себя наследниц, конечно, занятие обязательное, тем более, после того, что они сотворили с моим платьем, – но я внезапно осознала, какой бесценный источник информации сидит рядом со мной! И какой это грех – не воспользоваться подобным случаем!

– Гару, я хочу задать вам личный вопрос, – негромко сказала я, вновь развернувшись к своему собеседнику.

– Задавайте, теперь уже терять нечего, – улыбнулся Гару, сверкнув голубыми глазами.

Я хмыкнула. Теперь уже – действительно нечего. После нашей интимной беседы все наследники уверены, что между нами роман. Не стану их переубеждать.

– Когда вы прибыли в Дакию под видом простого лорда, в ваших намерениях открыто читалась враждебность, – я позволила себе лёгкую паузу и продолжила: – если не угроза. Вы можете сказать, почему?

– Я думаю, вы слышали историю смерти вашей матери, – чуть отвернувшись, сказал Гару, я кивнула, – Тогда вы должны знать, что мы были сбиты с толку нападением дакийского войска на северные земли, произошедшим сразу после вступления на престол вашего дяди. Это произошло через год после похищения Сури, – имя матери Гару произнёс чуть тише, что не укрылось от моего внимания, – И, поскольку мы были уверены, что она не выжила, этот год стал для нас годом памяти. Мы не отправляли никаких карательных отрядов и не устраивали самосуда, полностью погрузившись в траур по одной из ярчайших представительниц второй ветви рода…

Он замолчал, глядя на огонь, а я слегка нервно опустошила свой бокал с вином. Было видно, что Гару тепло относился к моей матери… если не любил её…

Отчего-то моё сердце болезненно сжалось. Я не была ею. И никогда ею не буду.

– Когда ваш дядя совершил набег на северные земли, мой отец решил, что это обманный манёвр с целью скрыть правду. Кочевники не имели причин нападать на тот корабль. Мы почти год готовились к войне с Дакией, но отец неожиданно заболел и умер, а к власти пришёл Рей, который не хотел начинать своё правление с кровопролитных сражений. Потому вы должны понять наши чувства, когда один из шпионов доложил нам о странном слуге короля, обладавшем какой-то нечеловеческой силой. Слава о вас, леди Кирена, добралась даже до некронийского побережья, – усмехнулся Гару, глянув на меня, – И когда мы узнали об этом, сомнений в правоте моего отца не осталось – на корабль напали дакийцы, и каким-то образом они смогли обойти запреты жриц и… И на свет появилась ты, Кира, – он посмотрел на меня прямым взглядом, не обременяя себя нормами этикета и переставая обращать внимание на наследников, пытавшихся уловить суть нашего разговора, – И когда я заходил в королевский дворец, я хотел убить твоего дядю не меньше, чем твой северный друг. Но я увидел тебя…

– И ты узнал во мне Сури? – нахмурилась я, не замечая, как сама перехожу на «ты».

– Нет, – качнул головой Гару, – Не сразу. Только когда встретил тебя в том приграничном городе. А во дворце я увидел хрупкую красивую девушку, отличавшуюся от всех дам дакийского дворца. Девушку с боевым характером, с отсутствием жеманства и кокетства. Девушку с твёрдой позицией и искренней преданностью своему королю. Ты покорила меня, Кира, – он улыбнулся мне тёплой улыбкой, и у меня мгновенно опустело в голове.

Я покорила его. Я.

Туман в моём сознании лениво шевельнулся, намекая не распускать слюни и смотреть на вещи трезвым взглядом.

– Могу я задать тебе ещё один вопрос? – негромко спросила я.

– Задавай, – кивнул Гару, не отрывая от меня глаз.

– Император ведь не планировал доставать из меня беса, верно? Он просто хотел, чтобы я пришла к вам сама, и тогда вы бы без проблем отвезли меня в Некрон. Я права? – чуть холоднее спросила я.

– Рей не имеет такой силы, – покачал головой Гару, – Достать из тебя беса могли разве что жрицы, но, как выяснилось, даже они бы не справились с подобной задачей.

– Зачем же он врал мне, когда явился в сон? – сдерживая свой гнев, спросила я.

– Он хотел отправиться с тобой на корабле – чтобы проследить за переправкой лично. Ты сама понимаешь, долгое отсутствие императора может сказаться на стране, а он итак оставил дворец на неделю… – он внимательно посмотрел на меня и чуть тише добавил: – Не злись на него. Рей пытается всё успеть и порой не замечает, что упускает нечто важное.

– Нормы приличия, например? – задрав бровь, поинтересовалась я.

Гару усмехнулся и качнул головой.

– Вас не помирить, – отхлебнув из бокала, с улыбкой сказал он.

– Даже не пытайся, – серьёзно сказала я и оглянулась на наследников, – Как думаешь, произвела я впечатление?

– Ещё какое, – Гару спрятал улыбку за бокалом и едва слышно спросил, – Чем они тебя разозлили?

– Узнаешь на балу, – не стала утаивать факт наличия прецедента я.

– Не усложняй, Кира, – одними губами сказал брат императора.

– Не думаю, что в моем случае можно ещё больше усложнить, – в ответ заметила я и поднялась из кресла, – Приятно было пообщаться, лорд Гару.

– Надеюсь, это не в последний раз, – с учтивой улыбкой ответил тот.

– Напротив, – я тоже улыбнулась, – теперь мы будем общаться намного чаще.

– Жду с нетерпением, – кивнул Гару, и вновь в его глазах засверкали смешинки.

Я обвела зал скучающим взглядом, удостоверившись, что наш последний диалог дошёл до ушей всех присутствующих, и неспешно покинула залу, направляясь в свой любимый парк. До обеда было ещё около часа, и я уже успела соскучиться по цветам Кайи, поселившимся в моём сердце вместе со всеми своими шипами…

Следующие несколько дней я только и делала, что общалась с Гару, появляясь на всех светских посиделках и даже на паре прогулок, доводя бедных наследниц до нервных припадков. Мы обсуждали с темноволосым некронийцем всё подряд: от дакийской моды до особенностей местной кухни. Гару был замечательным собеседником, и я не заметила, как начала расслабляться рядом с ним и всё больше привязываться к нему. Постепенно к нашей компании начали добавляться и другие наследники, которых мучило любопытство, о чём же можно так долго разговаривать с дакийской полукровкой? Наследниц к нашим беседам я не допускала, а когда они всё-таки присоединялись, находила причину покинуть компанию. Не то, чтобы я злорадствовала, но, тем не менее, получала огромное удовольствие от лицезрения их кукольных лиц, перекошенных злобой. Конечно, при брате императора они не позволяли себе подобных оплошностей, но стоило Гару отвернуться, как я имела честь видеть все эмоции, переполняющие раздосадованных наследниц.

Помимо этого, каждый день в моих покоях шёл процесс создания нового платья. Мои прислужницы отразили несколько атак на гостиную, когда наследницы под видом моих самых больших подруг пытались зайти внутрь, а также выкинули с десяток подарков, присланных мне от «доброжелателей». Короче, жизнь текла своим чередом, спокойно и без особых потрясений, пока во дворец не стали съезжаться остальные наследницы…

За день до бала он начал напоминать настоящий улей – все девушки суетились, ходили по коридорам с возбуждёнными лицами, разговаривали на повышенных тонах… в общем вели себя, как простые девчонки, взволнованные предстоящим событием. Бал невест! Конечно, я их не понимала. Что может быть такого в смотринах на роль спутницы Рея? Да я лучше в поломойки пойду – в монастыре получалось славно.

Гару в какой-то момент пришлось оставить меня одну – такой наплыв наследниц требовал его внимания, а, поскольку, Рей в коридорах вообще не появлялся (прятался он, что ли?), весь удар брат императора взял на себя. Я ему искренне не завидовала, но отпустила со спокойным сердцем: Гару знал, чего хотели наследницы, потому не особо напрягался, отвлекая их умы от факта отсутствия светловолосого некронийца.

Я же к вечеру просто спряталась в своих покоях и помогала служанкам закончить своё платье. Получилось оно выше всех похвал – строгое, с геометричными выточками, с облегающей фигуру верхней частью и в меру свободной юбкой, треугольным вырезом и воротником-стойкой. Ткань платья была жёсткой и держала форму, потому казалось, что я в нём, будто в броне. Вначале я удивилась, но Мэй поделилась со мной секретом: дело в том, что для такого эффекта девушки отмачивали материал в специальном растворе; и стоило один раз постирать платье, как ткань вновь возвращала себе прежнюю мягкую текстуру.

Ну, стирать я его не собиралась, как и обливать водой, да и вообще планировала надеть его один раз в жизни, то бишь – завтра… Но девушек за старание и фантазию поблагодарила.

Обувь принесли тем же вечером. Весь остаток дня я потратила на ходьбу на этих ходулях, так что к ночи совсем приноровилась и оценила прелести наличия подъёма – походка становилась в разы грациозней и величественней! Ближе к часу ночи, когда остальные служанки уже просто дрыхли от усталости прямо на софе и в кресле, мы с Мэй придумали мне причёску…

Пожалуй, из всего, что было мною запланировано на завтрашний день, укладка волос вызвала наибольший восторг у нас обеих. Моя копна итак отличалась немалым размером, но с помощью начёса, шпилек и искусных локонов, которые Мэй мастерила, как колдунья, я стала настоящей королевой без короны! Черты лица зрительно заострились, но в то же время увеличилась их выразительность и… что потрясло нас с Мэй больше всего – я словно стала более женственной...

Разглядывая себя в зеркале, я удивлённо наблюдала за уверенной в себе девушкой, растерянность которой можно было найти разве что в самой глубине глаз; эта девушка знала себе цену и не искала лёгких путей; её сложно было не заметить, но ещё сложнее – смутить или поставить в тупик. Она была уверена, что найдёт выход из любой ситуации. Она была достойной дочерью наследницы императорского рода и принца великого королевства.

– Вы прекрасны, леди, – улыбнувшись, сказала Мэй, глядя на меня через зеркало.

– Отличная работа, Мэй, – улыбнулась в ответ я и потянулась к пуговицам платья.

О, да! Его я могла снять сама! И позаботилась об этом, внеся корректировки в выкройки своих служанок.

Не знаю, какие сюрпризы принесёт мне завтрашний день, но я была к нему готова. А вот готов ли был завтрашний день ко мне – это уже большой вопрос.