Возвращение

Глава 9

9

Осмотрев катер, первым делом вооружившись собственным кинжалом, приобретённым еще в Минусинске, отыскал обломок ствола, и заострив его с одной стороны, вбил подобранным камнем в песок рядом с катером, и убедившись в том, что тот прочно засел в землю, привязал к нему веревкой сам катер. Кто знает, какие здесь приливы, вдруг, при очередном из них, мой катер просто вынесет в море, и он оправится в плавание самостоятельно, пока я буду находиться, где-то на берегу. Просто сам остров внушал мне некоторое уважение, и я надеялся, что где-то в стороне, может оказаться поселок местных аборигенов. И если я смогу его отыскать, надеюсь моя робинзонада на этом закончится.

Убедившись, что катер никуда не унесет, первым делом развесил по бортам лодки, для просушки, всю свою промокшую одежду. Потом, вооружившись кинжалом и пистолетом, отправился в путь. Остров оказался не очень-то и большим, чтобы обойти его по периметру, мне понадобилось не больше трех часов. Ни одного следа когда-либо имеющейся здесь деревеньки, я так и не обнаружил, как собственно не нашлось и ни единого ручейка, с пресной водой. Вода во внутренней лагуне, мне показалась еще более соленой, чем в море. И единственным источником утоления жажды на острове оказались кокосы. На деревьях висели орехи разной степени спелости, сбив один их орехов с помощью подобранной палки, сумел добраться до внутренностей, и сделал несколько глотков, содержащейся в нем жидкости, которая чем-то отдаленно напоминала обычное молоко, разве что несколько более жирное, чем обычное. Впрочем, жажду оно утоляло, а большего от него и не требовалось.

Вернувшись назад, занялся наведением порядка в каюте, и ревизией продуктов питания, имеющихся у меня в наличии. Из мясных консервов имелось в наличии две фунтовые банки с тушеной говядиной, двухфунтовая жестяная банка риса, точно такая же банка бобов, все австралийского производства, купленные в Бангладеш. Указываю фунты, только потому что лень переводить в граммы, да и пора уже возвращаться к привычным: Фунтам, Унциям, Милям и Фаренгейтам. Все-таки надеюсь, рано или поздно попасть туда где все эти меры действуют уже триста лет и никто их менять не собирается. Кроме того, имелась жестяная коробка Индийского чая, приобретенного еще в Индии, правда на вкус, очень напоминала обычный грузинский, наверное даже худший из тех коими приходилось давиться в СССР, вот уж не думал, что в Индии встречу нечто подобное. Но оказывается такое возможно. Кроме того, имелись две упаковки бульонных кубиков «Магги» в количестве около сорока штук, которые можно было просто растворить в кипятке и употреблять вместо бульона. Правда скорее всего имелись некоторые проблеммы с водой, но их я собирался решить в ближайшее время.

В закрывающемся шкафчике над полочкой, на которой всегда стоял примус, нашлась наполовину использованная двухсотграммовая пачка растворимого кофе, и два завязанных пакета, в одном из которых находилось около килограмма муки, в другом соль, смешанная с кое-какими приправами. Нечто подобное мне когда-то встречалось и в США и очень нравилось, поэтому и была куплена уже здесь. К немалому удивлению, на самом дне рюкзака, обнаружился целлофановый пакет, в котором обнаружились три пакета с концентратами вермишелевого супа, пакет горохового супа, и два брикета ягодного киселя, купленные еще в Союзе.

В отличии от консервов, эти супы, при текущей температуре, могли храниться гораздо дольше. Да и готовить их было много проще, чем что-то иное. Питьевой воды, оказалось немного всего около десяти литров. Впрочем, на приготовление пищи этого должно было хватить, а для утоления жажды, вполне подойдут кокосовые орехи. Причем выяснилось, что не созревшие, гораздо лучше утоляют жажду, чем спелые плоды. Но так или иначе, засиживаться здесь надолго не стоило, а мне предстояло довольно много работы, для переоборудования катера, для дальнейшего плавания. Сейчас же, первым делом стоило хорошо подкрепиться, тем более, что кроме съеденных булочек ночью, и пары выпитых кокосовых орехов я ничего не ел.

Вспомнив еще об одном предмете, которым я запасался еще в Союзе, заново перебрал свой рюкзак, но так и не обнаружил в нем катушки с платиновой проволокой. Похоже в какой-то момент, я переложил ее в боковой прицеп мотоцикла, а когда лишился его из-за взрыва, мысли витали где-то в стороне. И я просто не полез в воду, чтобы найти ее там. Одним словом мечты разбогатеть продав пять килограммов платины, канули в лету, хорошо хоть сам остался жив.

Сейчас первым делом, собрав валяющийся на берегу хворост и принесенный морем плавник, устроился чуть в стороне от катера, и решил приготовить себе ужин. Проще всего, было соорудить что-то из говяжьей тушенки с рисом. К тому же имелись некоторые опасения, касающиеся того, что при местной жаре, консервы долго не сохранятся, именно поэтому, я и решил соорудить себе что-то вроде рисовой каши.

Пока готовился обед вытащил из транцевого рундука все три канистры, в которых когда-то находилось топливо для лодочного мотора. Из большого бака, удалось перелить остатки топлива в одну из канистр, заполнив ее почти под самое горло, и в бачок примуса, который совсем не пострадал, и с помощью найденный в инструментах пары шурупов, я прикрутил примус к столику, надеясь, что если в будущем попаду опять в шторм, то это удержит примус на своем месте. Канистру с запасом бензина засунул в нижний шкаф и прикрутил ее там веревкой, для надежности. Оставшуюся канистру и бывший топливный бак, постарался как можно лучше отмыть от когда-то находившегося в них топлива. Использовал все что только возможно. Песок, глину, и даже мыло, которое поскоблил ножом, и долго бултыхал внутри бачков. Если канистру удалось отмыть достаточно легко, то с топливным баком все выглядело гораздо хуже. Но мне край нужны были емкости для воды, поэтому я старался изо-всех сил, тем более, что небо опять заволакивало тучами, и я надеялся, что начавшийся дождь поможет мне собрать воду. В итоге решил, что легкий привкус бензина не самое большое зло и на этом успокоился. Зато у меня появилось достаточно емкостей для воды, которых должно было хватить на любое путешествие. И это было гораздо лучше, чем перегружать свою лодку кокосовыми орехами.

К вечеру, как и ожидалось хлынул самый настоящий ливень. Но я к этому моменту, был уже готов. На берегу на вбитых колышках уже был растянут тент, предназначавшийся для сбора дождевой воды, приготовлены все емкости, до которых я мог дотянуться, а сам я раздевшись почти догола, в одних трусах, метался по берегу, собирая падающую с неба воду, и разливая ее по всем имеющимся у меня емкостям. Поспать конечно почти не удалось, но зато, удалось собрать почти сто литров воды для будущего плавания, прополоскать в струях дождя, заблаговременно развешанную везде, где только можно свою одежду, которая после недавней сушки стояла чуть ли не колом из-за того, что до этого подверглась действию соленой воды. И еще часть не разлитой по емкостям воды, осталась в парусине, которую я развертывал для ее сбора. Так что, пока парус не занял свое законное место, я пользовался той водой, что плескалась на его поверхности. Надолго правда ее не хватило, уже к вечеру следующего дня, лна не только испарилась с этого куска ткани, так еще и сама ткань полностью просохла. Все-таки близость экватора дает о себе знать.

Достаточно ровное дерево отыскалось совсем недалеко от места стоянки, и следующие два часа, ушли на рубку пальмы. Это только кажется, что дело это достаточно легкое. На самом деле все это не так-то просто. Особенно учитывая то, что последний раз я занимался этим в далекой юности, в родной Явисе. Вымотался донельзя, попрекая себя тем, что не догадался купить хотя бы самую плохонькую пилу. Но так или иначе, пальма в итоге рухнула, и я задумался над тем, какой длины, должна быть моя мачта. Размеры тента, который я собирался использовать в качестве паруса, составляли примерно 4,5×2,5 метра. Но поднимать ту же мачту на такую высоту, значило бы увеличивать центр тяжести своей лодки. Сразу же встал вопрос, не перевернется ли эта самая лодка из-за этой мачты. Наличие киля, в ней я видел собственными глазами, а вот имеется ли там хоть какой-то балласт, который делается, для того чтобы судно ходило под парусом я не знал. Как, впрочем, не знал, нужен ли от вообще этот самый балласт. Просто все знания, которые так или иначе держались в моей голове, касались чего угодно, но не плавательных средств, но в тоже время, я понимал, что поднятый вверх центр тяжести грозит опрокидыванием.

Прикидывая возможные действия, вдруг вспомнил филиппинские лодки, у которых по бокам на легких рейках были укреплены поплавки, и сейчас мне подумалось о том, что, привязав по бокам моей лодки что-то подобное, я застрахую ее о опрокидывания. Пусть даже общая скорость от этого и будет меньше. Исходя из этого пришлось рубить еще парочку деревьев, а потом, сообразив, что после установки всех этих бревен на лодку, никаких сил не хватит, чтобы сдвинуть ее с места, я занялся тем, чтобы спустить лодку на воду, на что у меня ушел весь следующий день. Пришлось сооружать, что-то вроде полиспастов, а после того, как из этого ничего не вышло, подручными материалами копать ров в песке, ждать, когда он заполнится водой, и с помощью рычагов стаскивать лодку в море. И то, большую помощь в этом оказал прилив, который как ни странно оказался не таким уж и большим.

После, мне удалось протащить лодку по мелководью метров десять, и ввести ее в небольшую протоку, соединяющую открытое море с лагуной, и надежно закрепить катер там, привязав к растущим неподалеку деревьям. Стоило приливу схлынуть, и протока сразу же обмельчала, из-за чего катер практически стал в некоторых местах касаться дна. Вначале подумал о том, что, установив на него все эти поплавки и мачту будет большой проблемой вывести его в море, потом решил, что при приливе, уж как-нибудь смогу осуществить свой план. Зато сейчас есть гарантия, что его не вынесет в воду раньше времени.

Мачта, встала просто прекрасно возле входа в каюту. Я просто аккуратно вырезал небольшое отверстие в пластике носового настила, прикрывающего каюту сверху, и вставленная в него мачта, встала так, что казалось это место предназначалось для нее с самого начало. Внизу, я просто укрепил ее несколькими распорками, благо что среди инструментов, нашлось с десяток гвоздей, а сверху добавил пару веревок. В общем мачта нашла свое место и это меня радовало. Правда корячиться с ней пришлось довольно долго. Все таки пальма, которую я срубил, была еще живой, а значит тяжелой. И если я кое как это бревно взгромоздил на лодку, то поставить ее в вертикальное положение, а потом еще аккуратно воткнуть в проделанное отверстие, было далеко не тривиальной задачей. Пришлось взбираться на рстущую возле катера пальму, спускать с нее вниз веревку, к веревке привязывать бревно. Затем одновременно поднимать это бревно, вытягивая на себя веревку, и не снижая натяжения, подводить бревно к отверстию, которое пришлось еще немного расширить. Одним словом только на то, чтобы вставить мачту на свое место, у меня ушел целый день, и к вечеру, я умудохался так, что не было желания уже ни на что.

Правда входить в каюту стало немного неудобно, потому что мачта стояла сразу же за дверями, но это было меньшим злом. Проделанное в настиле отверстие для надежности законопатил тряпками, и в общем-то получилось вполне прилично.

(образец паруса)

Стоило установить мачту, как я сразу же вспомнил небольшой ялик, виденный мною возле одного из поселков в Бангладеш, где останавливался на ночлег. На этом ялике мачта так же, как и у меня, была установлена чуть впереди, а квадратный парус, бал укреплен веревками, прямо на мачте, до самого верха. Кроме того, от середины мачты к дальнему верхнему углу шла тонкая жердь, расправляющая парус. Помню я еще спросил, зачем она там нужна. Оказалось, все довольно просто. Эта рейка, во-первых, расправляет парус, и позволяет удерживать его в расправленном состоянии, при любом его отклонении. Во-вторых, при резком усилении ветра, достаточно этот шест потянуть вниз, освобождая верхний угол, и парус складывается чуть ли не вдвое, уменьшая свою площадь, и, следовательно, снимая риск опрокидывания судна. Да и управлять лодкой с таким парусом значительно легче. Не нужно искать ветер, парус отклоняясь в ту или иную сторону, сам его находит, а человеку достаточно сидеть на руле, и направлять судно.

Сам шест тогда вставлялся в люрекс — своего рода отверстие, окаймленное металлом, чтобы оно не расползалось по краю. С этим как выяснилось проблем у меня не было. По обеим сторона бывшего тента, находилось как минимум два десятка подобных отверстий, которые раньше служили для крепления тента. Сейчас, благодаря им я достаточно легко привязал тент к мачте, так что парус не терся о дерево и мог поворачиваться в зависимости от ветра, в любую сторону. Тогда мы плотно побеседовали об этом, и сейчас все слова местного рыбака всплыли в моей памяти. Учитывая наличие почти квадратного тента, выбор подобного паруса, наверное, был наилучшим. Тем более, что по словам того мужчины, лодка могла двигаться не только по ветру, как при прямом парусе, но и тогда, когда ветер дул под некоторым углом к нужному курсу.

Одним словом, все это облегчало мою задачу, и я с новыми силами принялся за дело. Тем более, что просто так рассиживать было нельзя. Имеющихся у меня продуктов хватало максимум на не делю, ну или чуть больше, если питаться одними бульонами, но это тоже не выход из положения. И оставаться здесь, питаясь одними кокосами не имело смысла. Я понимаю, что и отправляться в море, не имея больших запасов продовольствия тоже честно говоря, не самый разумный выход из положения, но внимательно рассмотрев карту, нашел в районе Бенгальского залива, всего несколько островов, на которые теоретически, мог отнести меня ураган. Вот не верил я, что пусть даже за сутки, я преодолел под бушующими ветрами шторма расстояние больше тысячи километров. Поэтому в лучшем случае, я сейчас нахожусь на одном из Андаманских или Никобарских островов, принадлежащих Индии, исключив из этого списка разве что Северный и Южный Сентинельские острова, и то только потому что слышал о том, что на одном из них, живет довольно кровожадное племя, не желающее видеть на своей территории никого постороннего. Так что я нахожусь скорее всего на одном из островов Севера Суматры. В худшем, если мои расчёты оказались неверными, я сейчас пребываю на одном из Кокосовых или Квилинговых островов, принадлежащих Австралии. Других вариантов, я просто не нахожу. Если бы это были, например, те же Мальдивы, куда теоретически меня могло отнести, то я давно встретил бы местных аборигенов, среди тех островов практически нет незаселенных. Но даже если и встречаются, то движение там достаточно интенсивное, и меня давно бы обнаружили. Если это один из Кокосовых островов, то буду пробиваться на восток, или северо-восток. Чтобы добраться до Суматры или Джокьярты. Да, далеко, но выбора все равно нет.

С предполагаемыми поплавками, ничего не получилось. Вырубленный из очередной пальмы поплавок, оказался до того тяжел, что я едва доволок его до своей лодки, а когда прикинул, что для его крепления, пусть даже с одной стороны, понадобятся еще два подобных, пусть и более тонких ствола, понял, что эта масса, просто утопит мою лодку, или же раздавит своим весом не такой уж и прочный пластик, из которого она сделана. С другой стороны, при очередном приливе, кода лодка всплыла я решил испытать ее и всеми силами раскачивал свое судно, вплоть до того, что даже взобрался на верхушку мачты, и пытался положить катер на бок, но все мои попытки оказались тщетны. В общем решил, что даже с парусом, лодка не должна опрокинуться, а если что можно снизить площадь паруса, добавив ей остойчивости.

Следующий день возился с изготовлением рулевого пера. Сейчас, оно было уже просто необходимо. Для этого пришлось разобрать одну из скамеек, находящихся на палубе, разрезать ее на насколько частей, затем с помощью найденного зубила, молотка и да-да, именно чьей-то близкой родственницы, разрубить на найденном камне полоски металла, из которых была сварена скамейка, и которые пошли на укрепление пера руля. Может последний получился и не самым красивым. Да и вполне возможно своим грубым видом притормаживал ход лодки, но тем не менее, свою функцию — руля, он исполнял вполне прилично. Вдобавок ко всему, мне удалось укрепить на нем проложенные по переборкам тросики, которые некогда шли от штурвала, и позволяли управлять поворотом лодочного мотора, а сейчас вполне стравлялись с рулевым пером, что позволило мне находиться не у кормы, а возле штурвала. Все-таки там сидеть гораздо удобнее.

И наконец, когда все было готово, я собрал все свои вещи, приготовил на костре еду, на первое время плавания, и дождавшись утреннего прилива, рискнул выйти в море. Ветерок в море, как я понял присутствует практически постоянно и поймать попутную струю, удалось довольно быстро. Одним словом, уже довольно скоро, мой парусник, не скажу, что ж очень быстро, но тем не менее довольно чувствительно заскользил по спокойной глади океана, а я постарался направить его на восток, ориентируясь по встроенному компасу на панели. По моим прикидкам, километров пять в час он все-таки выдавал, и это было прекрасно. Собственно на большее, я можно сказать и не рассчитывал.