Возвращение

Глава 6

6

Покинув город, я отъехал от столицы километров на пятьдесят, и выбрав укромное местечко, решил остановиться именно здесь. Заодно приготовить себе ужин, разобраться с картами и оружием, и проложить дальнейший маршрут следования. В принципе, сам кольт был вполне обычным, 1978 года выпуска, и в общем-то вполне был похожим на оружие гражданского образца, если бы не находящиеся в нем патроны. Вряд ли, они достались парням отдельно от оружия. Насколько я понил, их никогда не было в свободной продаже, да и применялись они в основном специальными подразделениями. В связи с этим их наличие, вызывало некоторые опасения. С другой стороны, пистолет был гораздо удобнее чем обрез, тем более, при проверке выяснилось, что в остальных патронах, предназначенных для обреза двухстволки, тоже находилась, явно непищевая, крупная кристаллическая соль, с некоторым коричневатым оттенком, встречающаяся иногда в советских котельных. То есть, обрез можно было считать не больше чем пугачов, взятым пилотом в дорогу, просто на всякий случай. Тем более, что я сам неоднократно слышал о том, что том же Усть-Каменогорске, пошаливают местные хулиганы. В общем-то против них подобное оружие было вполне качественным аргументом.

Поэтому почистив оружие от нагара, засунул обрез как можно глубже в коляску, и решил ограничиться пистолетом, который был гораздо удобнее и менее заметен. А то, что без оружия разъезжать здесь опасно я понял еще в первый день. Уж если попаду в руки полиции, отвечать придется за все, и кто знает какое обвинение окажется самым тяжелым. Приготовив себе похлебку из концентратов, купленных еще дома, плотно поел, и занялся перекладыванием вещей в прицепе мотоцикла. Тогда в горах, я скорее сбрасывал в коляску все, что так или иначе могло пригодиться мне в дороге, не особенно заботясь о компактности. Сейчас, когда появилось свободное время, решил заняться этим, а заодно и посмотреть, что у меня имеется в наличии.

Топлива было еще вполне достаточно за пройденный путь я истратил чуть больше двух баков, еще и сэкономив на том, что доливал себе бензин из бака налетчиков. Кстати, авиационный бензин добавленный при последней заправке, показал себя с самой лучшей стороны. Мотор работал ровненько, без каких-либо перебоев, да и я не почувствовал, что двигатель, где-то перегревается. Хотя конечно и старался не сильно насиловать его. Все-таки, придерживался того принципа, что «Урал» не гоночный мотоцикл. То есть шестьдесят километров в час, для него вполне нормальная крейсерская скорость, а все что свыше, это уже перебор. Тем более в условиях Индии, с ее жарой и духотой. Да и так, спешить было в общем-то некуда, поэтому довольно часто я делал остановки в пути, для отдыха, перекура и давая мотоциклу слегка остыть.

После наведения порядка в боковом прицепе, оказалось, что в нем достаточно много свободного места. Убедившись, что горловина бочонка не пропускает налитый в нее бензин в любом положении, я засунул его в переднюю часть коляски, положив набок, а канистры с бензином и моторным маслом, прекрасно встали в багажный отсек. Туда же поместились и все имеющиеся запчасти, купленные пилотом, и кое-какие тряпки, уложенные так, чтобы находящиеся там вещи не гремели на ходу. Разобрался и с одеждой, которую прибрел бывший хозяин всего этого добра. Зимняя летная куртка с цигейковой подстежкой, оказалась чудо как хороша, правда, где ее здесь носить было совершенно непонятно. Но и выбрасывать было откровенно жаль, поэтому, постарался как можно туже свернуть ее в плотный валик, и перевязав несколькими веревками, уложил на самое дно рюкзака. Авось, когда-нибудь пригодится.

Поверх нее легли вещи, взятые мною в дорогу, а на самый верх, продукты питания. Днем, я по возможности останавливался в придорожных харчевнях. Еда, продаваемая здесь, на автомобильных трассах, была достаточно недорогой, и в общем-то вполне приличной. В городах, через которые мне приходилось проезжать, было все наоборот. И цены были гораздо выше, и само качество еды, гораздо хуже. Может из-за того, что ту еду разбирали практически моментально, там не особенно заботились о санитарии. Те же пирожки жарили на каком-то масле, которое даже с одного взгляда вызывало отвращение своим видом и запахом. А уж подход к приготовлению пищи вообще говорил о том, что нужно держаться подальше от подобных поваров. Один из местных торговцев, прямо на моих глазах отошел шагов на десять в сторону, помочился на растущее дерево, и вернувшись продолжил готовить какую-то стряпню, даже не задумавшись о том, что нужно хотя бы помыть руки. Я тут же ушел прочь, зарекшись даже близко подходить к таким местам. Хотя местные воспринимали это похоже в порядке вещей.

Ночевал чаще всего неподалеку от трассы, в достаточном удалении от поселков или городков. Так было гораздо безопаснее. Устраивался возле какого-нибудь ручейка, предварительно убедившись в его чистоте, или же возле реки. Вначале, еще двигаясь по дороге, часто оглядывался выбирая момент, когда останусь на дороге один, стараясь подгадать момент, чтобы съехать с нее. Затем какое-то время петлял между полей, выбирая спокойное местечко подальше от людей и поселков, и наконец обустраивал свой лагерь. Что удивительно за все время не встретил ни единого хищника, хотя мне всегда казалось, что в Индии можно встретить кого угодно начиная от тигров, пантер и заканчивая змеями. Уж очень не хотелось попасть на зуб какому-нибудь Шер-хану, или же быть укушенным змеей, но что удивительно, ничего подобного я так и не увидел. С другой стороны, ехал я по вполне «цивилизованным» местам, если конечно можно так выразиться. Во всяком случае, джунглями здесь и не пахло, даже деревья и те встречались довольно редко. Зато исхудавшие донельзя коровы встречались почти на каждом шагу. И самым удивительным, было то, что при наличии вокруг пышной зелени, эта бедная скотинка, предпочитала пастись на помойках, пожирая скорее отходы жизнедеятельности человека, и напрочь игнорируя растущую траву. Какое молоко даст такая корова, я даже не представляю, и уж точно опаслся бы его попробовать. Хотя не раз слышал о трансцендентальной кухне местных народав, основаной как раз на молоке и его производных, с добавлением растительной продукции. Да уж при таких коровках кухню действительно можно назвать «выходящей за пределы» понимания.

Вечером, выбрав местечко по удобнее, готовил себе легкую трапезу, заваривал чай, затем ставил где-нибудь неподалеку от мотоцикла свою палатку, надувал матрац, укладывал в нее спальный мешок, а под голову рюкзак с вещами. И вооружившись всеми стволами, заползал внутрь и спокойно засыпал.

Однажды встав на такую вот стоянку, вдруг несколько в стороне от нее, обнаружил разбитый аккумулятор, в котором оставалось еще пара пластин свинца. Недолго думая с помощью кусачек вытащил его оттуда, а в освобожденной от рыбных консервов жестяной банке, расплавил этот свинец превратив его в дробь, когда-то вычитанным способом. Просто налил в какую-то емкость воду и постарался осторожно слить расплавленный свинец в нее. Стоило только тонкой струйке расплавленного металла, коснуться поверхности воды, как он тут же распадался на мелкие капли и тонул на дно емкости в виде отдельных застывающих кусочков, похожих на слезинки. В итоге получилась неплохая горсточка, чего-то напоминающего дробь. После немного прокатав его в холщовом мешочке, между ладонями, получил вполне приличную дробь. Пусть дробинки и были несколько грубоватыми, да и их диаметр, оказался неоднородным, но тем мне менее это была именно свинцовая дробь, способная нанести более глубокие раны, чем обычная соль.

Соль, это конечно хорошо, но боюсь, будь налетчики более плотно одеты, или же находись они чуть дальше, толку от моих выстрелов было бы немного. А дробь она и есть дробь. До смерти может и не прибьет, да и не нужно мне этого, а вот ранит, весьма качественно. Хотя бы будет возможность уехать пока налетчики приходят в себя. А то что здесь грабители встречаются, достаточн часто, я уже давно понял. Даже на дороге, другой раз замечал вооруженных парней, совсем не опасающихся полиции. А зачем мирному человеку оружие? Судя по выражению их взглядов, предназначалось оно отнюдь не для обороны.

Одним словом, изготовив пригоршню дроби, я аккуратно разрядил несколько патронов, и вместо соли, засыпал в них дробь. Два патрона с тех пор постоянно находились в стволах обреза, а под рукой я держал отобранный кольт, и чувствовал себя если и не в безопасности, то хотя бы более уверенным, в том, что смогу отразить пррактически любое нападение.

Вообще Индия, всегда славилась памятниками архитектуры. И будь у меня побольше денег, обязательно бы постарался рассмотреть все эти памятники архитектуры, поближе. Сейчас, я хоть и особенно никуда не торопился, но и не расхаживал по всем этим достопримечательностям. Во-первых, именно из-за отсутствия средств. Мало того, что на входе в большинство храмов требовали оплату, так еще и нужно было как-то заботиться о своем мотоцикле. Чаще всего за стоянку возле какой-то достопримечательности требовали оплату. Если эта оплата не превышала одной-двух рупий, я еще соглашался на это, и то с некоторым опасением, в том, что вернувшись могу не обнаружить своего мотоцикла. В остальных случаях приходилось скрепя сердце откладывать все это на потом, прекрасно понимая, что этого «потом» скорее всего не будет. В итоге, пропустил много интересного, ограничиваясь можно сказать «беглым просмотром» то есть на ходу, во время движения, или издалека, во время короткой остановки для отдыха.

К середине апреля я добрался до города Бхагалпур, расположенном на правом берегу Ганга. Добравшись до моста через реку, сошел с основной трассы на проселочную дорогу и покатил вдоль берега, к видневшимся вдалеке деревьям. У самого моста находилась какая-то стройка, огороженная временным забором и сейчас уже бездействующая по причине закончившегося рабочего дня. Проехав около сотни метров по берегу, добрался до деревьев, и убедившись, что не наблюдаю никого поблизости, принялся за установку лагеря. Водой я с некоторых пор запасался заранее. Причем, чаще всего, приходилось ее именно покупать. Хоть и не сильно дорого, но все же ощутимо. С другой стороны, видя, что творится в местных реках, резко расхотелось другой раз даже приближаться к ним. Если вдали от населенных пунктов еще можно было находиться возле реки, то в городах, от нее несло так, что порой приходилось дышать через раз, стараясь не пропустить в себя того смрада, который исходил от ее вод.

Частенько наблюдалась такая картина, когда в реке буквально в нескольких шагах друг от друга, моются, мочатся, стирают белье, пьют эту воду, чуть выше сжигают покойника на погребальном костре и тут же предают его пепел водам реки. Одним словом, жуть-жуткая. Как индийцы до сих пор живы, с таким подходом к делу, совершенно непонятно. Мало того, еще по берегам того же Ганга, плавает столько бытового мусора, что страшно на все это взглянуть. Не даром же говорят, что Ганг одна из самых грязных рек в мире.

Я уже поужинал, перекурил, и забрался в свою палатку, предварительно выкурив оттуда всех комаров, которых в районе реки всегда великое множество. И даже успел задремать, как вдруг услышал чьи-то голоса, а мгновением позже, затарахтевший звук двигателя моего мотоцикла. Похоже кому-то понравился мой мотоцикл. Еще бы, иметь такой транспорт в хозяйстве, все-равно, что заполучить легкий грузовик. А о документах здесь похоже никто даже не задумывается. Я проехал на «Урале» считай полстраны, и ни один полицейский, даже не обратил внимание на то, есть ли у меня номера или нет. Да и в большинстве случаев у местных байкеров тоже не встречал никаких номеров. Скорее всего меня выдал небольшой костерок, на котором я готовил себе ужин. Огонь в темноте виден достаточно далеко, и эти парни, похоже заметили его, подобрались поближе, и дождавшись, когда я залезу в палатку, решили, что пора заняться делом. Убедившись, что никаких посторонних звуков из нее не доносится, откатили мотоцикл чуть в сторону, каким-то образом, умудрились подать зажигание, без снятого мною ключа, и даже завести мотоцикл.

Выбравшись из палатки увидел двух парней, которые похоже разобрались с управлением, и сейчас разворачивались, чтобы уехать. На мой крик с требованием остановиться, похоже не обратили внимания. Наоборот, постьарались как можно быстрее подтолкнуть его и смыться отсюда. Вскинув обрез, я дважды выпалил из него, но похоже эти выстрелы, не причинили никакого вреда, угонщикам, и те постарались прибавить скорости, что было в общем-то достаточно сложно учитывая то, что в данный момент мы находились на песчаном холме, и разогнаться по песку было довольно сложно. Увидев, что моя попытка остановить их ни к чему не привела, я вскинул пистолет, который с некоторых пор постоянно держал при себе, и выстрелил, целясь в того, кто сидел сзади. Похоже я все-таки попал в него, потому что он завалился набок, упав своим телом на коляску. Правда того, кто сидел за рулем это похоже заставило только прибавить газу. Мотоцикл с угонщиком уже практически выбрался на проселочную дорогу, проходившую по краю обрыва, и прибавил газу, когда я выстрелил еще раз, и этот выстрел оказался роковым. Похоже пуля попала в багажник мотоцикла, где находились канистры с бензином, потому что уже в следующее мгновение раздался взрыв, из-за детонировавшего бензина, и это место в мгновение ока, окутал шар огня, а сам мотоцикл подпрыгнул, как мне показалось, метра на два вверх, затем упав, кубарем скатился с обрыва в реку, где и остался лежать полностью, погрузившись в воды реки.

Я тут же, рискуя переломать себе обе ноги быстро спустился следом за ним, но исправить уже ничего было невозможно. Погружение под воду частично сбило с мотоцикла пламя, которое сейчас, несмотря на то, что мотоцикл находился под водой, местами еще полыхало где-то в райне коляски, тем самым позволяя рассмотреть последствия взрыва, который разорвал не только сам боковой прицеп, с находящимися там канистрами, но частично и сам мотоцикл. Осветив, фонариком лежащий на небольшой глубине байк, убедился в полностью разорванной взрывом коляске, и разбитой в хлам задней части самого мотоцикла. Смысла доставать эту груду металла из воды, не было никакого. Даже отцепи боковой прицеп, ехать на нем было попросту невозможно.

Куски тел, оставшиеся от угонщиков, сейчас медленно дрейфовали в водах реки, уплывая вниз по течению. Вылавливать их с целью обыска, тоже не было никакого желания. В одночасье, я лишился транспорта, и теперь стоя у берега реки и глядя на расходящиеся круги от утопленного мотоцикла, размышлял о том, что же мне делать дальше.

Дрожащими руками закурил, сделал несколько довольно глубоких затяжек, после чего со злостью выбросил недокуренную сигарету в реку, и посмотрел на обрез, который до сих пор держал в руке. Толку от него сейчас, тоже не было никакого. Оставшиеся патроны находились в прицепе мотоцикла и сейчас покоились на дне. Нырять за ними, не было никакого смысла, наверняка они уже промокли и толко от них уже нет. Фактически доставать оттуда было нечего. Рюкзак со всем содержимым находился в палатке, а после детонации бензина в канистрах, и того как мотоцикл кубарем скатился с довольно высокого обрыва, вряд ли там осталось хоть что-то, что можно будет использовать. Подумав об этом зашвырнул в реку и обрез.

Погоревав о потере, я направился к лагерю, где не особенно торопясь собрал свои вещи, уложив их в рюкзак. Разобрал палатку, свернув ее привязал к рюкзаку, снизу подвязал спальный мешок, внимательно осмотрел место стоянки, не забыл ли я чего-то, затем закинув рюкзак за плечи, направился в сторону моста. Не заметив никакой суеты в поселке, что был расположен по правую сторону моста, вызванную недавним взрывом, я взошел на мост и отправился на другой берег реки, не желая оставаться здесь далее.

Мост, пересекающий реку под небольшим углом, проходил через остров лежащий посредине реки и заканчивался в пригородах Бхагалпура. Идти пришлось довольно долго длина моста оказалась около четырех километров и наконец перебравшись через него я слегка приустал. В итоге, оказавшись на другом берегу, собрался уже было подыскать себе какую-нибудь полянку для ночлега, все-таки время приближалось к полуночи, как вдруг справа от моста, увидел множество рыбацких лодок, расположившихся вдоль берега. В своем большинстве, они были довольно вместительные от четырех до шести метров в длину, и мне в голову пришла мысль, почему бы не забрать одну из них, для своих нужд.

Мотоцикла меня лишили, против моей воли, почему я должен теряться и продолжать путь пешком. До нужного мне города еще больше четырехсот километров, денег остались сущие крохи, хоть самому выходи на большую дорогу и грабь прохожих. Поэтому, куда как проще, отвязать любую из этих лаханок и отправиться дальше на ней. Даже своим ходом, сплавляясь вниз по течению, все лучше, чем пытаться пройти это расстояние пешком, что означало бы никак не меньше двух недель пути, да и честно говоря, гораздо безопаснее, чем путешествовать по земле. А на лодке пусть и несколько дальше, за счет изгибов русла, но, уж лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Решив это для себя, спустился с моста на берег, и отправился вдоль него выбирая себе посудину по-удобнее.

Некоторые из лодок, имели на своем борту, даже сооруженный из палок и камыша шалаш, другие были вполне обычными, различаясь разве что длиной, и наличием, или отсутствием весел. Вдруг среди обычных для этих мест лодок, увидел самый настоящий прогулочный катер, один из тех, что довольно часто встречались в местных городах, и служили своего рода речным такси, перевозя пассажиров или на другой берег, или до соседнего поселка. Довольно широкий до полутора метров в корме, на которой, укрепленный на специальном транце, находился откинутый на борт довольно мощный лодочный мотор, по борту катера возвышались металлические стойки, поверх которых находился матерчатый навес, со свисающей по краю бахромой, и какими-то дополнительными украшениями, встречающимися здесь практически на каждом шагу, на грузовиках, автобусах или моторикшах.

Правда на берегу шагах в десяти от обреза реки, стоял довольно просторный шалаш, в котором явно угадывались спящие люди, видимо находящиеся здесь на берегу, для охраны всех этих плавательных средств. Осторожно приблизившись к постройке, едва не споткнулся, о валяющиеся на песке пустые бутылки от какого-то пойла, а стоило осторожно заглянуть внутрь, как и вообще едва удержался на ногах от мощного аромата перегара, витающего в воздухе. Оба мужика находящихся в шалаше, похоже пребывали в нирване, после крепкого вечернего возлияния, и вывести их из этого состояния было достаточно трудно.

Впрочем, несмотря ни на что я всеми силами старался не шуметь. Скинув с себя штаны, осторожно вошел в воду, и пройдя около десяти шагов по дну реки добрался до прогулочного катера. Первым делом, достав фонарик осветил все, что находилось внутри него, и не найдя на его борту никого постороннего, осторожно перевалил через борт свой рюкзак, и следом за ним перевалил через борт и сам. Острожное добравшись до носа, по пути осветил все закоулки, не забыв и о каюте, которая неожиданно нашлась под носовой палубой лодки. И хотя царящие там запахи мне не слишком мне понравились, но одно то, что катер был снабжен дополнительным спальным местом, уже добавило мне настроения.

Правда пришлось все-тки еще раз входить в воду. Возиться с двигателем именно сейчас было глупо, поэтому перевалив через борт добрался до соседней лодки и забрал с нее довольно длинный шест, перетащив его на катер, вновь поднявшись на выбранную мной лодку, выбрал из воды веревку с привязанным на конце камнем, заменяющим якорь, и встав на корму, постарался как можно тише отвести посудину от берега, упираясь всеми силами в прибрежное дно шестом и выводя лодку подальше от берега. Хотя и потратил, по неопытности, на это довольно много времени, но в итоге мне это удалось.

Вскоре лодка уже была подхвачена течением Ганга, которое хоть и не отличалось большой скоростью, но тем не менее вполне уверненно сносило выбрабнный мною катер вниз по реке. На борту обнаружились легкие алюминивые весла, закрепленные в зажимах вдоль борта. Взяв одно из них, я устроился на корме, опустив весло в воду, и использовав его в качестве руля, постарался направить лодку как можно дальше от берега. И довольно скоро уже совсем успокоился, и даже прикидывал свой последующий маршрут, до славного города Калькутта, куда теперь, я смогу добраться с большими удобствами и меньшими затратами сил, нежели еще полчаса назад.