Тёмный Хогвартс. Третий курс

Глава 7. Ждёшь подвоха — получай

Мы умрём непокорёнными.

Ветра и бури привели нас в этот тёмный мир

Cвободными.

Умрём непокорёнными, довольными,

Что познали любовь и не погибли одинокими. (с)

Мы не на шутку заинтересовались новой однокурсницей и во все глаза смотрели, как та подходит к нашему участку стола и присаживается за свободное место.

— Эй, вы упали в озеро? — шепнула девочке любопытная Лаванда Браун.

Распределение тем временем продолжилось, а брата Уэнсдей успели отчитать из-за того, что тот вовремя не откликнулся на своё имя. Как он должен был это сделать, не находясь в Большом Зале — вопрос на миллион галеонов.

— Решили искупаться. Вода приятная, время подходящее, — только и ответила Уэнсдей.

Я поперхнулся.

— Подходящее?! — воскликнул Рон. — Да там же темным-темно! И страшно!

— Вот именно. Моё любимое время дня и состояние, — сказала она с нотками мечтательности.

— И вы встретились с… кальмаром? — в ужасе спросила Парвати.

— Нет. Это кальмар встретился с нами. Не повезло бедолаге, — Уэнсдей пожала плечами.

Ребята оказались в замешательстве от ответов новенькой, а я же еле сдерживал смех. Уэнсдей отвечала на вопросы с таким серьёзным лицом, что каждому её слову подростки верили безоговорочно. Уверен, что вскоре по школе пронесётся слух, будто бы новая ученица самолично завалила кальмара.

На деле же я был почти что уверен, что она пережила серьёзное испытание там, на озере. Скорее всего, их лодка перевернулась, и лишь чудом она смогла спастись сама и при этом спасти ещё и двух мальчишек, один из которых был её братом. И больше всего меня поражало её поведение после всего случившегося — стойкое, горделивое и абсолютно спокойное. К тому же, достаточно едкое.

Не каждый ученик после того, как чуть не умер, сможет сидеть и спокойно подшучивать над возникшей ситуацией. Далеко не каждый.

— Добро пожаловать на Гриффиндор, — сказал я Уэнсдей. Вряд ли она хочет обсуждать кальмара и дальше, так что стоит перевести тему на что-то нейтральное. — Меня зовут Кайл, а это Гарри, Рон, Гермиона, Симус, Лаванда, Парвати, Фэй и Салли-Энн. Весь третий курс нашего факультета, — я поочерёдно представил ребят.

— Ага. Я обязательно запомню имена каждого ученика в школе. Может быть.

Её язвительный ответ меня обезоружил. До чего же колючая новенькая…

— Это прозвучало грубо, — буркнула Гермиона, которая быстрее остальных осмыслила подколку от Уэнсдей.

— Между грубостью и тактичностью я выберу быть счастливой, — сказала она, удостоив Гермиону лишь секундным взглядом.

— Эм-м… а это как? — спросил Рон, до которого смысл разговора доходил с трудом и небольшой задержкой.

— Это когда ты честен перед собой и окружающими. Например, если я захочу отравить кого-нибудь из вас, то при прямом вопросе не стану увиливать и признаюсь в своих намерениях.

— Ты хочешь нас отравить?! — Лаванда подала голос.

— Пока что, к сожалению, нет. Но, эй, есть и хорошие новости — с каждым новым вопросом моя позиция на этот счёт понемногу смещается.

Ребята прикусили языки, не зная, что на это ответить. Я и сам не нашёлся, что сказать — начинать общение с обмена колкостями не хотелось бы, но и наше знакомство, скажем честно, не задалось. В итоге разговор закончился по молчаливому соглашению сторон, и новенькую перестали доставать расспросами.

Брат Уэнсдей, кстати, поступил на Слизерин. Блэк отправился туда же. Держу пари, что мальчишки на почве первой пережитой опасности либо уже сдружились, либо сделают это в самом скором времени. Испытания сближают — уж мне ли не знать…

Распределение меж тем двигалось к своему завершению, а ряд первокурсников у помоста редел и истончался с каждым новым именем.

— Итак, я приветствую всех вас в новом учебном году! — начал свою речь Дамблдор, слова которого проносились через Большой Зал в полной тишине. — Настала пора взяться за палочки и вновь влиться в поток знаний, коими одаряет вас наша школа. Прежде всего я хочу сделать важное объявление — профессор Северус Снейп, к моему прискорбному сожалению, покинул наши ряды и более не является преподавателем Зельеварения и деканом факультета Слизерин.

Зал зароптал. Изменения в преподавательском составе были редкостью, да и все знали, что Министерство Магии объявило Снейпа в международный розыск — об этом много болтали в наш последний месяц учёбы. Пусть эту новость тогда и затмило объявление о возвращении Тёмного Лорда.

— А Снейп ведь не появлялся на занятиях сразу после того случая, когда Невилл отправил в того заклинание, — шепнула мне Гермиона. — Это явно как-то связано.

— И это сыграло ключевым фактором, по которому мы вычислили его одержимость. Конечно же связь есть — узнать бы какая, — ответил я ей.

— Деканом факультета Слизерин назначается профессор Квирелл, который успешно справился с исполнением обязанностей в прошлом году, когда заменял своего коллегу. Так же, позвольте представить вам нового преподавателя по предмету Зельеварение — Мортишу Аддамс!

Высокая и статная черноволосая женщина встала со своего преподавательского кресла и улыбнулась студентам:

— Для каждого из прилежных студентов у меня готовы зелья и настойки, что сделают вашу жизнь незабываемой. Для всех остальных вскоре будет готов отвар белладонны. Думаю, мы найдём общий язык.

Преподаватели зааплодировали словам нового профессора, а вот хлопки от студентов были редкими и неуверенными.

— Ещё одна психопатка, — покачал головой Симус.

— Не делай комплиментов моей маме, ты её совсем не знаешь, — вдруг сказала ему Уэнсдей.

— Она твоя мать?! — сказал удивлённо Рон.

Его стукнул Гарри со словами:

— А одинаковые фамилии для тебя обычное совпадение?

— А, точно…

После представления нового учителя Аргус Филч вновь по просьбе Дамблдора перечислил основные правила школы, что составляли лишь малую часть от всех тех негласных устоев, по которым жили студенты.

— И я лишь хочу добавить, — вновь взял слово Дамблдор, — что новый учебный год в Хогвартсе вы проведёте сообща и с несомненной пользой, но и от вас школа ждёт ответной благодарности. Вам лишь нужно понять, как её преподнести. Но это дело будущего, сейчас же — да будет пир!

На столах появились различные яства, но слова директора встали комом в моём горле. И пусть Дамблдор вновь говорил загадками, но смысл его слов был очевиден — Хогвартс в этом году ждёт от студентов каких-то действий, некой инициативы. И горе тем, кто не поймёт, что именно нужно сделать.

Спал я мало и плохо — мандраж перед открытием клуба давал о себе знать, да и прочие безрадостные мысли и опасения вызывали беспокойство.

Вчерашний приветственный пир и последовавший за ним отбой прошли мимолётом. Никто меня и моих друзей не трогал, но и пообщаться как раньше не стремился. Старшекурсники просто проживали начало своего собственного очередного учебного года, и о нашей авантюре с клубом по большей части не вспоминали вовсе.

Первый день учёбы грозил оказаться для меня самым загруженным из всех. С раннего утра я подписывал имена на специальных открытках-приглашениях, которые с подъёмом доберутся до своих получателей. Мы заблаговременно приобрели их в Косом Переулке, когда гостили у Уизли, так что если старшекурсники рассчитывали, будто бы мы не отберём их потенциальных участников из-за банального отсутствия пригласительных — их ждало глубокое разочарование.

Я знал, что наши недоброжелатели могли зацепиться даже за столь незначительную формальность, если бы мы её не соблюли. Как такового трактата о правилах создания и функционирования клуба не было, так что мне приходилось перестраховываться, основываясь исключительно на собственном опыте, взятом из Дуэльного клуба. Ну, и подсказкам и идеям друзей, конечно же.

Как только открытки были отправлены и уже вовсю кружились около дверей спален вторых и третьих курсов, я двинул в гости к мистеру Филчу — времени до завтрака было чуть больше часа. Нужно было утвердить помещение под клуб и забрать ключи, а после занятий следовало очень и очень быстро привести его в подходящий вид, дабы до ужина провести первоначальное собрание.

Как именно оно будет происходить, я выдумывал на ходу. Да что там — мы даже как такового названия ещё не имели, так как при моём устном заявлении о создании клуба в прошлом году профессор МакГонагалл доступно мне объяснила, что оно может быть утверждено ею самолично совместно с деятельностью клуба и всем прочим.

Проще говоря, мы находились в подвешенном состоянии, при котором клуб как бы есть и в него можно набирать студентов, но вот ничего конкретного он из себя ещё не представляет. Такие вот заковырки клубной системы Хогвартса.

Я ожидал подлянки от Филча, который может спокойно аннулировать выбранное в прошлом году помещение — а приглашения-то уже отправлены. Но обошлось — завхоз лишь презрительно поморщился, но чин по чину выдал связку ключей и подтвердил аренду помещения сроком на год с возможностью продления.

— Только если клуб ваш, хе-хе, не схлопнется аки мыльный пузырь, Голден. В таком случае, ключи принесёшь обратно. Хотя, нет, лучше попроси кого-нибудь другого — ты вряд ли сможешь ходить при подобном раскладе, — выдал мне своеобразное напутствие Филч.

— Буду иметь в виду, — лишь ответил я ему.

И ведь даже не испугался слов Филча. Слишком уж многое я уже пережил, чтобы хоть сколь-нибудь бурно реагировать на обычные запугивания завхоза. Он явно не являлся в замке той фигурой, которая могла бы источать смертельную угрозу. Максимум этого сквиба, срощенного с кошкой миссис Норрис — это подгадить с баллами, заламывая расценки. Но даже в этом он не особо активничал, так как, скорее всего, у него был определённый регламент, переступать который не рекомендовалось.

Завтрак прошёл с приподнятым настроением. Еда как всегда была отвратительной, да и Гриффиндор в этом году не имел улучшенного пайка, так как в соревновании факультетов не выиграл. Однако, это не мешало нам бойко обсуждать предстоящее собрание.

— Видели расписание? У нас сегодня сокращённый день, так как профильные предметы начнутся лишь со следующей недели! — сказал радостно Гарри.

— Сможем пойти в наше новое логово пораньше, оценить фронт работ и начать наводить порядок, — поддержала его Гермиона.

— Так и сделаем, — сказал я.

Подошёл Симус — он общался с ребятами из второго курса, поэтому подзадержался.

— Второкурсникам пришли приглашения от остальных. Но большинство подтвердило своё намерение идти к нам. Твоя задумка пройтись по ним в поезде сработала, Кайл.

— Я другого и не ожидал. Нормальные ребята поймут, что в таком Хогвартсе нужна нормальная поддержка, а не та, которую «обеспечивают» другие клубы. Кстати, как думаете, стоит пригласить Аддамс? Она же на третьем курсе, и в клубе не состоит.

— Ей уже пришли приглашения из четырёх клубов, — сказала Гермиона. — Видимо, из-за вчерашнего появления.

— Эффектного появления, прошу заметить, — сказал с улыбкой Симус.

— Я бы сказал напыщенного. Помните, как она с нами разговаривала? Будто бы считает себя выше нас, — ответил на это Рон. Он всегда обижался, когда его выставляли дураком. Даже, если это произошло непреднамеренно.

— Рон прав, — внезапно сказала Гермиона. — Лаванда боялась засыпать с ней в одной комнате, так как глянула в её чемодан и увидела там нечто жуткое, хотя она и не поняла, что именно. А Парвати показалось, что ночью рядом с кроватью Аддамс скреблось что-то живое. Ну её, Кайл, — посмотрела она на меня просящим взглядом.

— Что за предрассудки, она всё-таки наша однокурсница, — встал я на защиту новенькой. — Может, всё не так уж и страшно. Я считаю, надо дать ей шанс.

И именно в этот момент Уэнсдей Аддамс, оказывается, проходила прямо за моей спиной.

— Всё очень и очень страшно, Дэйл. Если дать мне шанс, то я могу им воспользоваться сполна. У тебя мантия, кстати, имеет защиту от колюще-режущих предметов? — сказала она, присаживаясь за наш стол.

— Меня зовут Кайл, — ответил я спокойно, не поддаваясь на провокацию. Вот ещё — дать какой-то девчонке вести диалог на её условиях.

— Да, а я как сказала? Впрочем, неважно.

— У тебя какие-то проблемы с нами? — набычился Рон.

Уэнсдей Аддамс одарила его пронзающим взглядом и ответила:

— Если у меня появляются проблемы, я предпочитаю их решать. Радикальными мерами.

— Воу-воу, постой, — я поднял ладони, пытаясь деэскалировать обстановку. — Уэнсдей, мы не желаем тебе зла. И, как я думаю, ты нам тоже — у тебя просто такой стиль, да? Вся такая колкая и дерзкая, ставишь людей в неудобное положение смелыми высказываниями. Но, понимаешь ли, в этом замке есть вещи пострашнее даже такой крутой третьекурсницы, которую ты из себя представляешь. И мы с этими вещам уже сталкивались. Лицом к лицу. Так что давай без этой театральщины, а?

— Нет.

— Что нет? — я закатил глаза.

— Нет здесь вещей страшнее Уэнсдей Аддамс. Вам просто ещё не довелось узнать меня получше, чтобы делать подобные выводы.

Симус прыснул:

— Ну-ну, «мисс Пугало».

Ребята засмеялись, но Уэнсдей это, казалось, никак не задело.

— Я приму твоё предложение обходиться без театральщины, Дэйл. Но при одном условии, — сказала она мне.

— Я Кайл. И каком же?

— Убью одного ирлашку по-тихому. Где-нибудь в укромном местечке, через несколько дней — мне всё же нужно подготовиться. А потом мы сможем обсудить наше сотрудничество.

Симус поперхнулся кашей:

— Чего-о-о?!

Да что с этой девчонкой не так?!

— Не хочешь общаться по-нормальному — твоё право, — я вздохнул и махнул рукой. — Желаешь остаться один на один с Хогвартсом? Дерзай.

— А мы запасёмся сладостями и посмотрим кто кого, раз ты такая крутая, — поддержала меня Гермиона, скрестив руки попытавшись выразить на своём лице надменность.

Остальные тоже закивали — никому не нравилась манера общения Уэнсдей. И я понимал, что вряд ли она так общается со зла, но с каждой новой колкостью желание делать девочке скидку на темперамент уменьшалось всё сильнее.

Уэнсдей встала из-за стола:

— Наконец-то вы это поняли.

Она покинула Большой Зал, так и не притронувшись к еде.

— В ней спеси больше, чем в Гринграсс, — сказала нахмуренная Гермиона.

— Жду не дождусь, когда её хорошенько выбьют, — процедил Симус, которого она прямым текстом угрожала убить. — Беру свои слова назад, ничего её появление не было эффектным.

— Не принимай слова новенькой близко к сердцу, Симус, — я похлопал друга по плечу. — Пойдём лучше на первое занятие. Все, надеюсь, помнят, что в первый день лестницы-в-движении любят чудить больше обычного?

— Как тут не помнить, — буркнул Рон. — Главное — избегать на них встречи с первым курсом. Им всегда прилетает больше остальных.

— Такова их доля, что уж тут.

Чары, Гербология и Магловедение прошли буднично и безболезненно. Учителя не жестили, да и мы были само послушание и сосредоточенность. Вспоминали изученное за прошлый год, разбирали наши ошибки на прошедших в том году экзаменах, узнавали диапазон изучения предмета на третьем курсе…

Лишь Магловедение было омрачено уж слишком жестокой риторикой профессора Квирелла — тот, видимо, на радостях от повышения по карьерной лестнице желал мучительной смерти маглам куда больше обычного, из-за чего его порядком заносило. Но мы стойко пережили всего его увещевания о превосходстве волшебников и низости маглов.

После занятий и обеда мы нашей дружной компанией двинулись на пятый этаж — в крыло пустующих классов, один из которых в скором будущем станет нашей клубной базой. Со мной отправились Гарри, Рон, Гермиона и Симус, а остальные должны были подойти уже к официальному открытию.

— У нас есть в запасе три с половиной часа. Так что давайте мыслить позитивно. Будьте готовы, что кабинет будет в очень плачевном состоянии, — сказал я, когда мы двигались по коридору пятого этажа.

С собой у нас были уменьшенные чарами предметы интерьера, что довольно дёшево продавались в одном из магазинчиков в Косом Переулке. Стулья, большая доска, диванчики, кресла, столы, коврики и даже парочка магических картин со слепками сознания разных животных внутри — всё это помещалось всего лишь в одном рюкзаке, и одним простеньким заклинанием могло приобрести изначальный, увеличенный в несколько раз, вид.

Подобные чары уменьшения были отличной возможностью переносить громоздкие предметы, которые ни в какие зачарованные мешочки с уменьшенным весом не влезут. Волшебник, создавший подобный бизнес, явно знал своё дело — всего-то и стоило покупать за бесценок предметы в магловском мире, зачаровывать их нужным образом и продавать уже за магическую валюту, что ценилась в разы выше.

Кроме этого, в нашем распоряжении была и разнообразная канцелярия, и множество интересных книг по магии, часть из которых даже в библиотеке Хогвартса не встречалась, и даже, чем чёрт не шутит — настольные магические и магловские игры.

Привлечь детей двенадцати-тринадцати лет без интересных способов провести время очень трудно. И кто знает, быть может, партия-другая в магические шахматы, «Монополию» или «D&D» сплотит ребят ничуть не хуже совместных лишений и испытаний.

Мы подошли к искомой двери.

— Совсем непримечательная. Надо бы её как-нибудь украсить, — поделился соображениями Симус.

— Чтобы каждая собака в Хогвартсе знала, где мы обитаем? Ну уж нет.

— Да они и так узнают, если захотят, — махнул рукой Симус. — Тот же Филч или кто-нибудь из приглашённых разболтают. А так хоть выделяться среди остальных невзрачных дверей будет.

— Я согласен с Симусом. Но вместе с украшением надо бы её укрепить чарами, и приспособить то сигнализирующее заклинание, о котором ты, Гермиона, вычитала. Помнишь?

— Да, неплохая идея. Но надо практиковаться, а то я ещё не умею его накладывать.

— Звучит, как план, — я пожал плечами, соглашаясь с аргументами друзей. — Ну, что, заглянем внутрь?

Ключ закрутился в замочной скважине, провоцируя грубые щелки отпираемого механизма. Дверь со скрежетом и глухим протяжным скрипом отворилась, обдав нас пылевой завесой.

— Кха-кха, — закашлялся Рон, сунувшись в кабинет первым. — Тут что, вся пыль Хогвартса хранилась?

— Апчхи! — чихнула Гермиона.

— Люмос! Ну, могло быть и хуже, — озвучил я собственный вывод, когда мы осмотрелись в захламлённом пыльном помещении. — Парочка бытовых чар решит эти проблемы.

— Парочка? Да тут колдовать-переколдовать всё надо! Вот какой слой! — Симус провёл указательным пальцем по ближайшему полуразвалившемуся столу и продемонстрировал нам его с толстым серым следом на подушечке.

— Вместе — справимся, — сказал я твёрдо.

Мы и правда справились. Сообща, под шутейки и забавы, да с позитивным настроем, наша комната облагораживалась буквально на глазах. В пять палочек уборка проходила так, что любой профессиональный магловский клининг обзавидуется.

— Рон, Гарри — доставайте и снимайте чары с мебели. Симус, тащи эти починенные стулья вон в ту кладовку или что это вообще за чулан. Гермиона, этот книжный шкаф вроде как неплохой. Раскладывай книги туда, — я руководил процессом, но при этом и сам не брезговал грязной работой. Да и грязной она по сути не была — колдовать заклинания это вам не руками работать.

Паутина, пыль и плесень, распространившаяся из-за здешней сырости, исчезали без следа — хоть сейчас иди и рекламируй волшебную палочку в роли наилучшего чистящего средства всех времён и народов.

Мы открыли оконные створки, и в комнату пробрался солнечный свет — сразу работать стало легче.

— Хорошо получается! Молодцы!

Мы продолжали облагораживать наше новое пристанище, в котором будем проводить львиную долю свободного времени в замке. В Гермионе и вовсе проснулся дизайнер-перфекционист, а Гарри и Симус решили добавить комнате яркости и раскрасить стены принесёнными волшебными мелками.

Я же думал об открытии. Уже совсем скоро оно начнётся, и все ждут от меня речь. Конкретную, воодушевляющую, сплачивающую моё будущее братство. Слова подбирались с трудом, острые темы отсекались и возвращались в мой устный сценарий вновь — я до сих пор не знал, что лучше: огорошить ребят ближайшими перспективами и подготовить их хотя бы морально к предстоящей жести, или же смягчить углы и зарядить всех оптимизмом. При любом из этих раскладов я видел как и очевидные плюсы, так и неприятные минусы, так что всё никак не мог определиться.

— Говори от всего сердца — это самое главное. Будь с ними честен. Ребята способные на многое. И выдержать могут больше, чем ты думаешь, — ко мне подошла Гермиона и, будто бы прочтя мои мысли, дала свой совет.

— Спасибо. Да, думаю, ты права.

— Ну, вроде бы, выглядит неплохо, — сказал Гарри, когда мы смотрели на приведённое в порядок помещение.

— Шутишь?! Да это самое крутое место в школе! — воскликнул Рон.

И он был прав — постарались мы на славу, а кабинет преобразился до неузнаваемости. По центру были круглые столики с удобными стульями, в одном углу стоял книжный шкаф, в другом — уголок для настольных игр. С правой стороны мы оставили пустое пространство для практики заклинаний, а с левой вдоль окон поставили диванчики и кресла.

— Скоро должны начать приходить первые участники. Так что мы успели и сделали всё по красоте, — я остался доволен проделанной работой.

— Да мы вообще самые крутые! — поддержал мои слова Симус. — Станем самым лучшим клубом в Хогвартсе — того и гляди, старшекурсники будут к нам проситься. Кстати, время уже четыре дня — Джек же говорила, что придёт пораньше?

— Да и Лаванда с Парвати обещали заскочить через два часа после обеда, — сказала Гермиона.

— Может, не уследили за временем, — я пожал плечами.

Если и не уследили, то поголовно все ученики, которым мы выслали официальные приглашения, разом. Потому что через пол часа — в назначенное к открытию время — никто так и не пришёл. И через час тоже…

— Может, в школе что-то случилось? А мы здесь и не в курсе, — сделал предположение Гарри, нарушив неудобную тишину ожидания.

Все мы заметно нервничали.

— Что например? — спросил я.

— Да что угодно… Может, сходим, проверим?

— Я могу сходить, — вызвался Рон.

— И куда именно ты пойдёшь? В гостиную факультета? Вполне возможно, что лестницы-в-движении совсем разошлись и не дают остальным пройти на наш этаж. Не удивлюсь также, если это проделки кого-нибудь из старшекурсников.

— Но чтобы задержать всех и сразу? Разве что все студенты разом решили бы сорвать нам открытие… — включилась в разговор Гермиона.

— Это навряд ли, — я пожал плечами. — У других клубов тоже свои открытия примерно в этом время. Если они и сорвали наше, то пропустили и своё. Да и хоть кто-нибудь из наших бы уже прорвался и сообщил.

— Так что мы делаем? Сидим и ждём? — ребята посмотрели на меня вопросительно.

— Это может быть провокацией. Так что да — сидим и ждём. Ещё хотя бы полчаса. Если никто так и не появится, то выйдем отсюда и будем говорить всем, что открытие провели, а сами тем временем узнаем, в чём, собственно, дело.

Я не знал, что происходит. Где все? Они не могли передумать все разом. Не Джек и не Джинни уж точно. Так что скорее всего это ответка старшекурсников. И самым последовательным действием от нас ожидают, что либо все мы, либо кто-то из нас покинет кабинет в поисках ответов. И если всё так, как я предполагаю, то спутать им карты можно банальным бездействием.

Вмиг улетучилось хорошее настроение, державшееся целый день. При выходе из клубного помещения меня явно что-то ожидает, и с этим чем-то мне придётся разбираться. Неосведомлённость пугала и нервировала…

Вдруг, в нашу дверь постучали, а потом она стала открываться.

— Наши? Кто там? — шепнул Гарри.

Все мы встали, а Гермиона и вовсе схватилась за палочку. В комнату вошёл старшекурсник, что оглядел нас:

— Голден, вот ты где.

Это был новый школьный староста, что занял место выпустившегося Дилана Блэра. Слизерин, седьмой курс, Клуб Директора…

— Моррис? Что происходит? И где наши одноклубники? — спросил я его хмуро.

— Эм… Рядом с тобой, полагаю?

— Остальные где?! — прикрикнул Рон, но быстро угомонился под нашими взглядами.

Кричать на старосту школы было явно не лучшей его идеей, но все мы были на эмоциях.

— Хм? — он поднял глаза на Рона, но в старшекурснике не читалось агрессии. — Возрастом не вышли, чтобы разговаривать со мной в таком тоне, малявки. Если кого-то потеряли, то ищите сами.

С его ответами было явно что-то не так. Если он и был причастен к задержке наших будущих одноклубников, то очень хорошо это скрывал своим поведением.

— Кхм. Прости моего друга, у него нервяк, сам знаешь. Ты искал меня?

— Конечно искал, тебя как бы ждут на собрании глав клубов, если ты не забыл.

— На… собрании глав клубов?

— Тебе Джемма не передала? Вот же заноза в заднице, — пробурчал он себе под нос. — Да, у тебя же новый клуб, верно? И ты в нём главный, так?

— Собственно, да.

— Ну тогда ноги в руки и иди за мной на собрание, Голден.

Я оглянулся на своих друзей. Если это собрание действительно где-то сейчас проходит, то мне надо идти.

— Можешь сказать время и место? Я подойду.

— Голден, ты головой сегодня не стукался? Время — сейчас. Место — там, куда я прямо сейчас иду. Тебе особое приглашение нужно? Или ты хочешь, наконец, завязать со своей затеей? Ты только скажи и я уйду.

— Нет, нет, — я вздохнул. — Ладно, я пойду с тобой.

— Жду тебя в коридоре, — ответил он, после чего сплюнул в угол убранной комнаты и вышел, хлопнув за собой дверью.

— Это может быть ловушка, — сразу же сказала Гермиона, как только дверь за старостой закрылась.

— Если ловушка, то очень странная. И у нас не особо-то есть варианты, как её избежать, если честно. Быть может он и правда хочет, чтобы я не пошёл, и тогда наш клуб можно будет ликвидировать по причине неявки главы… В общем, будьте здесь, ожидайте ребят до ужина, а потом если что выходите и попробуйте отыскать хоть кого-нибудь из ребят, узнайте в чём дело. А я пойду пообщаюсь с нашими конкурентами в их логове, — я горько усмехнулся.

— Поняли тебя. Удачи, Кайл, — Симус кивнул мне.

Я вышел из комнаты и направился вслед старосте, с каждой минутой ожидая от него какого-нибудь подвоха.

— Знаешь, Голден, ты тот ещё параноик, раз везде видишь западню. И при этом сам лезешь в пасть льва со своим новым клубом. Вот скажи, в чём смысл? Оставался бы в Дуэльном и дальше, и у тебя были бы все шансы добраться до выпускного. Ну а если клуб тебе не угодил, то мог пойти к нам, в конце-то концов. У нас и смертность меньше, и ребята друг дружку поддерживают.

— Я провёл лето с Роупер, так что прекрасно знаю, чем чревато нахождение в Клубе Директора, — ответил я ему.

— Ах, милашка Софи-то? Хорошая смена растёт, согласен. Но ты и близко не знаешь, какие у нас порядки.

Он явно понятия не имел, что я проникал в его обитель под мантией-невидимкой. Хоть что-то хорошее.

— А насчёт клуба — я всего лишь хочу защитить своих друзей. Ты должен понимать, если считаешь коллектив своего клуба дружным.

Он остановился, повернулся и посмотрел на меня своими глазами хищника.

— Значит, ты выбрал совсем не тех друзей. Тебе же хуже.

Больше мы общаться не спешили, двигаясь по этажам в тишине. Собрание проходило на цокольном этаже — в непопулярном для посещений крыле, где жили преподаватели.

— Заходи, тебя уже заждались.

Мы прошли в богато обставленную комнату, в которой уже находились остальные главы клубов. Каждый из них буквально сверлил во мне дыру взглядом.

— Наконец-то, — вздохнул Перси Уизли. — Мы почти начали собрание без тебя, Кайл.

Перси выбрали главой Клуба Ремесленников. Точнее, выбор был сделан ещё в конце прошлого года — такие у них были порядки.

Из Дуэльного Клуба я узнал Дениса Грина — парня с Гриффиндора, что был дружен с Диланом и являлся сильнейшим дуэлянтом со своего курса. Его становление главы тоже не было для меня сюрпризом. Из команд по квиддичу присутствовало двое — Маркус Флинт и Оливер Вуд. Из Женского Клуба — Джемма Фарли. Очень популярная слизеринка, которая и опрокинула меня с приглашением на собрание.

Имён глав Клуба Исследователей и Книжного Клуба я не знал.

— Если меня ждут на каком-то собрании, то стоит мне хотя бы об этом сообщить, — ответил я собравшимся ученикам.

— Посмотрите-ка, какой зубастенький третьекурсник, — Джемма Фарли усмехнулась. — Ты, я смотрю, почувствовал себя самым крутым? Куда уж остальным для тебя, да, Голден?

Лаванда и Парвати на завтраке говорили, что их уход из Женского Клуба восприняли очень негативно, а Дафна Гринграсс поспешила об этом сообщить старшим одноклубницам. Так что агрессия в мою сторону от Джеммы понятна.

— Думай что хочешь, Фарли.

— И что Оливия только в тебе нашла… — прошептала она тихо.

— Раз уж собрание началось, — староста школы Марк Моррис хлопнул в ладоши, — то первым обсуждением на повестке нового учебного года я хочу обозначить недопустимость столь однобокой вербовки будущих участников ещё до приезда в Хогвартс.

Взгляды старшекурсников вновь устремились на меня.

— Я не думал, что это запрещено. Более того, у меня есть обратная информация, — я посмотрел на Перси, который поведал мне о многих заковырках в клубной организации, пока я гостил у Уизли.

— И правда, не запрещено. Было не запрещено, благо ты наградил нас прецедентом, — староста поморщился. — Студенты должны быть благодарны за нахождение в клубе. Они должны сами проситься в то или иное сообщество и визжать от радости, когда им приходит приглашение. Клуб не должен бегать за ними и упрашивать вступить в свои ряды. Так не делается, Голден.

— Я бы сказал тебе про конкуренцию и невидимую руку рынка, но ты вряд ли поймёшь, о чём я, — мне не удалось удержаться и язвительность просочилась как в голосе, так и в смысле сказанного.

— Ты нарываешься, Голден.

— Если вы хотите запугать меня толпой, то у вас ничего не выйдет. Я лишь хочу сказать это. Хотите, чтобы я распустил клуб? Этому не бывать. Просите меня не звать каждого студента старше первого курса? Я и этого не сделаю. Приглашения уже отправлены. Вы смогли задержать моих будущих одноклубников, смогли запереть их где-нибудь, но ни у кого из вас нет власти в этом замке угрожать двум полноценным курсам школы, что сделали свой выбор и решили пойти в один клуб. Открытие моего клуба произошло, и завтра в него придут все те, кто благодаря вам не попал на саму церемонию.

Ох, как давно я хотел говорить с ними подобным тоном. В душе загорелась смелость и азарт, а слова соскакивали с языка будто булыжники и отправлялись всем им прямиком в довольные рожи.

После моего монолога в комнате образовалась тишина. Что могут на это ответить старшекурсники? Только другими угрозами, к которым я готовился чуть ли не всё лето. Либо, на что я надеялся, содержательным разговором с дипломатией и уступками.

Не думаю, что они решатся воевать против меня и действовать силовыми методами. Я в этом случае тоже могу успеть попить им кровушки, да и преподавательский состав это вряд ли одобрит — я всё ещё помнил то наказание за массовую дуэль на палочках между двумя клубами.

Вдруг, большинство из глав клубов засмеялось мне в лицо.

Моя уверенность в собственных силах враз вылетела в окно и не спешила возвращаться. Что смешного я сказал? Где спрятан тот самый подвох? Неужели у меня под носом?

— Крутая речь, Голден, — отсмеявшись, сказал мне староста Моррис. — Смелая такая и одухотворённая. В нашем клубе тебе бы нашлось местечко, но мы с тобой на этот счёт уже общались и твой ответ я знаю.

— Понимаешь ли, малыш, — слово «малыш» Дженна Фарли промурчала по-особенному ласково. Будто бы говорила со своим грудничком, — мы твоим приятелям ничего не делали. Лишь разослали приглашения достойным второкурсникам, да согласились вернуть тех, кто пожелал уйти. Никаких угроз, никакого принуждения. Так что нам не нужно с тобой договариваться и уж тем более о чём-то тебя просить.

— Они бы сказали мне, если бы изменили своё решение, — ответил я, хоть уверенности в своих словах не испытывал.

— Значит, ты ошибся в них, Голден, — сказал мне глава Дуэльного Клуба Деннис Грин. — Потому что Сью Ли, Майкл Корнер и Уэйн Хопкинс изъявили своё желание остаться в Дуэльном Клубе.

— Он прав, Кайл, — поддержал его Перси. — Многие третьекурсники и почти что все со второго курса оказались в наших клубах.

— Но… Как?

— Очень просто, мистер Голден, — вдруг послышался голос у меня за спиной, а старшекурсники повскакивали со своих мест.

— Профессор МакГонагалл, — сказал я поникшим голосом. Всегда её появление было неожиданностью, и каждый раз у неё получалось меня удивить и застать врасплох. Что же она приготовила в этот раз?.

— Мне сообщили о ваших действиях, направленных на разрушение действующей системы организации студентов в клубы по интересам. Вы поставили под удар всё наше школьное сообщество, что выстраивалось десятилетиями, так что мне пришлось вмешаться, — сказала она строгим властным тоном.

— Но, профессор, я не нарушал правил…

— Помолчите, мистер Голден и дайте мне договорить. Если вы нашли вредную лазейку в наших порядках, то будьте готовы ответить за её использование. Ваше возмутительное желание склонить младшие курсы на свою сторону и последующее нарушение баланса… Возмутительно! Я разочарована в вас, мистер Голден. Когда в прошлом году я давала своё согласие на создание нового клуба, то не ожидала, что вы воспользуетесь этим столь варварским способом. Я отзываю ваше право на создание клуба. И лишаю вас пятидесяти очков за попытку дестабилизировать социальную обстановку школы. И лишь из-за вашего следования правилам я не назначаю физического наказания, которое вы, несомненно, заслуживаете. А сейчас, будьте так любезны покинуть собрание глав клубов, так как делать вам здесь нечего.

— Да, профессор, — я низко склонил голову, пряча собственные эмоции.

Я быстрым шагом вышел из комнаты своих врагов — опустошённый и побеждённый в самый первый день учёбы. Как всё оказалось легко и просто… «Учителя не вмешиваются в дела клубов»… Чушь собачья! Не вмешиваются до тех пор, пока этого не потребуется…

Что же, битва проиграна в пух и прах, но потери не так уж велики. Я всё ещё жив, живы и мои друзья, и даже пытать меня вроде как не собираются.

Однако жизнь нам определённо усложнить смогли. Я ожидал подлянки от старшекурсников и был уверен в своих силах противостоять им, но совсем забыл, что главная опасность здесь — преподавательский состав. И без преподавателя в союзниках сражаться на поле школьного социума бесполезно.

Будет мне уроком на будущее. На будущее, что теперь стало ещё опаснее.