Тёмный Хогвартс. Третий курс

Глава 19. Всё началось, когда…

А что, если смерть — существо?

А жизнь — это язвы на теле.

И если умрёт человек, то у смерти затянется рана…

Вдруг, в самом деле? (с)

POV Альбус Дамблдор

1919 год.

Очередное лето Альбус Дамблдор проводил в старом родительском доме в Годриковой Впадине. По дому он перемещался редко, в основном между своей лабораторией, оборудованной в подвале, кабинетом, заваленным книгами, свитками и магическими артефактами, а также скромной спальней, где в промежутках между исследованиями и экспериментами он урывками спал. Остальные комнаты дома, покрытые пылью и паутиной, почти не использовались — у Альбуса в них просто не было нужды.

Преподавание в Хогвартсе, в который он устроился восемь лет назад в качестве профессора Трансфигурации, отнимало всё свободное время волшебника. Лишь во время летних каникул он мог позволить себе хоть немного заняться исследованиями, изучением литературы и прочими хобби, неразрывно связанными с познанием магического мира.

Это был один из таких дней, когда Альбус не особо следил за временем и был полностью погружён в процесс создания нового зелья. Наставничество у Николаса Фламеля не прошло бесследно, и даже после расставания со своим учителем, ставшим тому по итогу хорошим другом, Альбус не перестал заниматься зельеварением и алхимией.

Внезапно громкий стук в дверь вырвал его из сосредоточения. Сначала он подумал, что ему показалось — гости в его обители были явлением редким, а если и появлялись, то приходили через каминную сеть или присылали сову с предупреждением, как и полагалось делать вежливым тактичным волшебникам.

Стук повторился — настойчивый и громкий, эхом разнёсшийся по дому.

Он вынырнул из своих исследований. Протёр глаза, оглядел окружавший его творческий беспорядок, выключил горелку, на которой стоял большой чугунный котёл и двинулся к парадной двери узнать, кого же и по какой причине к нему принесло.

Не особо задумываясь о возможной опасности, Альбус распахнул дверь, даже не взяв волшебную палочку, которая осталась где-то в кабинете. И как только он увидел лицо визитёра, то тут же отступил в страхе на шаг назад.

— Привет, Альб, — улыбнулся ему мужчина, что стоял на его пороге. — Давно не виделись. Прошло уже, сколько, двадцать лет? Да-а, время течёт неумолимо…

— Геллерт, — обескуражено произнёс он имя своего давнего друга.

Они не виделись с того самого случая, когда один из лучей заклинаний во время их перепалки попал в его сестру Ариану. Альбус до сих пор боялся узнать, чьё именно заклятие убило её, и всячески избегал встречи со своим другом молодости, дабы ненароком это знание ему не открылось.

С тех пор утекло много воды. Геллерт тогда ушёл прочь и впоследствии Альбус узнал, что тот вернулся к себе домой, в Австрию. Всего раз ему пришло от него письмо где-то через два года после трагических событий, но Альбус побоялся его прочесть и уничтожил конверт, так и не вскрыв его.

И вот, Геллерт Грин-де-Вальд стоял прямо у порога его дома как ни в чём не бывало — повзрослевший и возмужавший, но всё с той же хитринкой во взгляде, которую он помнил.

— Пустишь внутрь? Или мы так и будем тут стоять?

— Зачем ты пришёл? — Альбус пришёл в себя и посмотрел ровным взвешенным взглядом на нежданного гостя.

Он уже успел пожалеть, что оставил свою палочку в доме — за два десятка лет Геллерт обрёл дурную славу среди волшебников Европы и даже до Альбиона доносились всяческие слухи о его тёмных делах, так что Альбус вполне допускал, что его прибытие не являлось простым визитом вежливости и вполне могло быть сопряжено с угрозой ему самому.

— Ты всё так и не научился скрывать свои думы за маской, Альб, — Геллерт вновь показал свою улыбку. — Думаешь, я здесь, чтобы навредить тебе? Поверь, для этого мне не нужно было дожидаться, когда ты откроешь дверь. Да и не рискнул бы я сойтись с тобой в схватке… Если и есть на свете волшебник, способный меня одолеть, то это ты.

— Даже с Бузиной палочкой? — задал Альбус провокационный вопрос, внимательно следя за реакцией Геллерта.

— О-о, ты в курсе, — он прикрыл глаза и достал ту самую волшебную палочку, о которой шла речь. — Да, Альбус, слухи не врут. Я нашёл один из Даров Смерти, как мы когда-то с тобой мечтали.

— Не нашёл, а украл, — подметил он в ответ, добавив в голос осуждения.

— Я мог отнять её силой, — пожал он плечами. — Уж мы-то с тобой знаем, что какому-то захудалому мастеру нечего было бы мне противопоставить даже с ней, — указал он взглядом на палочку, что держал в руке. — А так я обошёлся без лишних жертв и шума.

«И проблем с Министерством Магии, которые непременно бы возникли, устрой ты подобный разбой», — подумал Альбус, но озвучивать свои мысли не стал.

— И всё же ты не ответил на мой первоначальный вопрос: зачем ты здесь?

— Впусти меня внутрь, напои чаем и я расскажу тебе, — сказал он, пристально взирая на него. — И поверь, ты захочешь услышать то, что я поведаю.

— Я не думаю, что…

— Это связано с Арианой, — перебил его Геллерт, и слова его прозвучали подобно набату в голове Альбуса. — Скоро её двадцатая годовщина. Что? Думаешь, я забыл? Тот день остался со мной навсегда, Альбус. И я хочу исправить произошедшее.

— Исправить? — нахмурился Альбус. — Как можно исправить смерть? Только если… — Он даже подумать об этом не мог, однако та уверенность, с которой вёл себя Геллерт…

— Ты мыслишь в правильном русле, Альб. Так что, может, я всё-таки войду?

И он впустил его. Впустил, так как Ариана была его слабым местом. Той самой точкой, при нажатии на которую всё остальное отходит на второй план. Впустил, невзирая на затаённую обиду, на дурную репутацию бывшего друга, на нежелание впутываться в любое дело, связанное с Геллертом Грин-де-Вальдом, ибо ничего хорошего оно ему не сулило.

Впустил, и в этот же момент пожалел об этом, ведь старые чувства вспыхнули подобно когда-то угасшей свече, к которой вновь прикоснулся огонь.

Они уселись в довольно пустой замшелой кухне, а обстановка между ними всё ещё сохранялась напряжённой.

— Ты бы хоть домовика завёл, а то здесь всё так… запущено.

— Я предлагаю перейти к делу, Геллерт.

— К делу так к делу, — пожал он плечами и достал из кармана небольшой камешек, что аккуратно положил прямо на стол.

— Это…

— Да. Воскрешающий камень. Второй Дар Смерти, который я отыскал пару лет назад. Это ты у нас решил свернуть с намеченных планов и заняться преподаванием. Профессор Хогвартса? Серьёзно?

Невероятная по своей силе жажда воспользоваться заветным артефактом чуть было не завладела Альбусом целиком. Он уже было потянулся к камню, как Геллерт остановил его:

— Не стоит, Альб. Он оказался не так прост, как кажется на первый взгляд.

— О чём ты говоришь?

— Он возвращает людей с того света… не так, как говорилось в легендах. Они страдают в мире живых. И сводят в могилу тех, кто их любит. Такая вот замануха… Поверь, я применял его. И это не то, чего я желаю для тебя и твоей сестры. Иначе пришёл бы к тебе ещё когда только нашёл этот камень. Он, кстати, находился здесь, в Британии. Был семейной реликвией у рода Гонт — может, слышал о таких?

— Тогда к чему это всё? — пропустил Дамблдор вопрос мимо ушей. — Ты показываешь мне воскрешающий камень, но говоришь, что толку от него не будет. Зачем ты тогда пришёл, Геллерт? Подразнить меня? — спросил у него Альбус с обидой, когда жажда воспользоваться Даром Смерти сошла на нет.

— Что ты, конечно нет… Чтобы попробовать восстановить нашу дружбу, Альб. И вернуть ту, кого я в порыве вспышки гнева отнял у тебя, ещё тогда. Это ведь моё заклинание убило её, — вдруг признался Геллерт, опустив голову вниз. — Я уже убивал людей. Но Ариана… Она продолжает приходить мне во снах. Мне так жаль, Альбус, так жаль… И я намерен вернуть её. Для тебя.

Геллерт стал копошиться в своей сумке и вскоре достал оттуда большой гримуар вместе с пергаментами, что были исписаны на незнакомом Альбусу языке.

— Это я нашёл на Гималаях, — поведал он. — У одного отшельника, чья связь с миром мёртвых была настолько сильной, что трупы восставали из могил при одном его приближении. Перевод и эксперименты заняли какое-то время, и вкупе с Воскрешающим камнем… Я думаю, мы сможем вернуть её, Альбус. Сможем воскресить Ариану первозданной, нетронутой, такой, какую мы её помним. Что скажешь?

Голова его шла кругом. Когда Дамблдор проснулся сегодня утром, он совсем не ожидал, что друг его юности, с которым он не виделся двадцать лет, нагрянет как гром среди ясного неба. Как он признается, что это именно его заклятие погубило Ариану и вместе с этим предложит её вернуть…

— Столько лет я боялся узнать, что… — он сглотнул ком в горле, а руки его затряслись. — Всё это так неожиданно, Геллерт. Мы и правда сможем её вернуть?

— Мы можем постараться это сделать. Да и нет в этом мире ничего невозможного, если за дело возьмутся столь талантливые волшебники, как мы с тобой.

Слова Геллерта сладостной патокой лились в уши Альбуса. Он, может, и засомневался бы в мотивах бывшего друга, если бы речь велась о чём угодно другом, а не о его родной сестре.

«Всё становится таким неважным, когда появляется шанс спасти дорогого человека…», — осознал вдруг Дамблдор непреложную истину.

— Тогда давай это сделаем, — решился он не раздумывая. — Что от меня требуется?

— Рад это слышать. Итак, нам понадобится…

Лето в Годриковой Впадине пролетело для Альбуса как одно мгновение. Казалось, только вчера Геллерт постучал в его дверь, а миг спустя был уже конец августа, и до начала учебного года в Хогвартсе оставались считанные дни. Альбус с Геллертом почти не покидали старый дом, погрузившись в подготовку к наисложнейшему ритуалу, который должен был вернуть Ариану. Они работали день и ночь, забывая о еде и сне так, словно вернувшись в те самые дни юности, когда их связывали общие мечты и амбиции.

Ради такого дела он даже был готов уволиться из школы, однако Геллерт был уверен, что они успеют провести ритуал до конца лета:

— Я до сих пор не могу представить тебя в роли преподавателя, но на этот счёт можешь не беспокоиться. Мы сделаем всё в её двадцатую годовщину, так как эта дата должна дать особую связь с душой Арианы.

Они проводили всё свободное время в подготовке к столь сложному ритуалу. Подыскали подходящее место, раздобыли недостающие магические артефакты и ингредиенты, сварили и приобрели несколько зелий для различных нужд, начертили ритуальный круг, нанесли цепочку малознакомых рун и сделали ещё многое, многое другое.

Процесс напомнил Альбусу молодость, когда они вот так же, как и сейчас, были с головой погружены в работу вместе с Геллертом. Он казался ему всё таким же амбициозным привлекательным мужчиной, а их высшая цель в виде заветного возвращения Арианы в мир живых придавала всему действу какое-то трепетное, почти что мистическое наслаждение.

Вновь демоны прошлого заполонили мысли Альбуса. Если раньше он от них раз за разом старался сбежать, спрятаться за исследованиями учительской рутиной, то теперь, вместе с тем, кто вновь занимал в сердце волшебника очень важное место, Альбус, казалось, готов был встретиться с ними лицом к лицу.

И вот, решающий час настал — все приготовления были завершены, и Альбус совместно с Геллертом приступили к свершению своей грандиозной задумки.

Ритуал начался на закате, в двадцатую годовщину смерти Арианы. Альбус и Геллерт стояли у ритуального круга, их волшебные палочки были наготове. В центре лежал воскрешающий камень, пропитанный жидкостью одного из очень редких и сложных зелий, один список ингредиентов для которого состоял из шестнадцати пунктов.

Геллерт начал читать длинное витиеватое ритуальное заклинание из гримуара. Его голос звучал низко и ритмично, а каждое слово будто бы вплеталось в постамент и напитывало его магической мощью. Альбус присоединился, повторяя за ним и стараясь не сбиться. Стены ритаульного помещения, исписанные рунами, вскоре окрасились синим свечением, воздух стал тяжёлым и насыщенным. Он чувствовал, как магия вокруг них сгущается, как творятся столь сложные и забытые временем чары, что сама реальность будто бы искажалась под их натиском.

Альбус сосредоточился, представляя Ариану — её смех, светлые волосы, добрые глаза, которые он вспоминал столь часто. Дамблдор держал этот образ в голове, как велел Геллерт, чтобы направить магию в нужное русло. Воскрешающий камень начал светиться мягким белым светом, и Альбус почувствовал, как что-то происходит. Магия текла через них, через ритуальный круг, через всё вокруг, соединяя их с чем-то далёким и неизведанным.

Но вдруг что-то пошло не так. Свет, источаемый камнем изменился — он стал пурпурным, насыщенным и, казалось, более зловещим. Энергия, исходящая от камня, становилась всё сильнее, и помещение наполнилось странным, издаваемым отовсюду гулом. Геллерт остановился, его голос оборвался на полуслове.

— Что происходит? — прошептал Альбус обеспокоенно.

— Не знаю, друг мой, не знаю…

Пурпурный свет тем временем становился всё ярче и начинал пульсировать, словно живое существо. Внезапно воскрешающий камень исчез — просто растворился в воздухе, поглощённый этим непонятным пурпурным маревом. А затем, прямо в центре ритуального круга, где только что находился камень, начала медленно формироваться из обрывков и лоскутов реальности женская фигура.

Её очертания были пока очень размытыми, однако Альбуса даже при виде одного лишь силуэта захлестнула надежда.

«Неужели это она? Неужели это Ариана?», — спрашивал он с затаённой мольбой.

Но чем чётче становились женские формы, чем быстрее сие действо подходило к своей кульминации, тем больше он осознавал, что этот силуэт принадлежал кому-то иному, незнакомому и совсем не походившему на его любимую сестру.

Под конец ритуала, который явно пошёл не по сценарию, пространство заполнила вспышка пурпурного света, что на мгновение ослепила двух волшебников. Когда же они проморгались, то увидели… её.

Полностью обнажённая девушка, или скорее даже женщина стояла прямо перед ними.

— Что бы ты такое ни было, не двигайся со своего места! — сказал грозно Геллерт, направляя палочку в сторону таинственной персоны.

Альбус повторил движение за своим старым другом, явно опасаясь, что они призвали в свой мир кого-то чуждого и несомненно опасного, кто мог лишь прятаться за личиной человеческого тела.

Женщина быстро увидела в них угрозу. Она резко дёрнулась вперёд, и с концов палочек Альбуса и Геллерта тут же сорвались цепочки обездвиживающих, оглушающих и сдерживающих заклинаний, произнесённых невербально.

Взрослые волшебники отлично знали, что с любой, даже потенциальной опасностью лучше не церемониться и атаковать первыми, дабы завладеть инициативой и застать противника врасплох.

Однако в присутствии женщины чары повели себя совсем не так, как должны были. Вместо того, чтобы врезаться в тело их внеплановой гостьи, они остановились и… лишь одним движением её руки направились в обратном направлении, заставляя Альбуса и Геллерта спешно создавать магические щиты и барьеры от своих же чар.

— Кто вы такие и почему нападаете на меня? — внезапно прорезавшийся голос женщины огорошил их не меньше её способностей к беспалочковому волшебству — говорила незнакомка на достаточно чистом английском, пусть и без какого-либо акцента.

— Думаю, не стоит разговаривать с ней, Альб, — поделился своими мыслями Геллерт, однако новую атаку совершать пока что не спешил.

Альбус и сам не знал, как им быть дальше. Они провели столь сложный ритуал и призвали в этот мир совсем не того, кого желали… И было как-то неловко атаковать ту, кто вполне резонно спрашивает, за что она, собственно, заслужила столь «тёплый» приём. Всё же внутри Дамблдора сидел воспитанный джентельмен и даже какой-нибудь иноземной твари он бы предпочёл сначала объяснить причину собственной агрессии, прежде чем просто пытаться её одолеть.

— Кто или что ты такое? — решился он задать женщине — или тому, кто ею притворялось — вопрос. — Отвечай, или мы будем вынуждены…

— Какая интересная магия… — ответила меж тем незнакомка, пропустившая его угрозу мимо ушей. — Кто я? А кто такие вы? Мой ритуал перемещения сработал, но я явно не ожидала, что на выходе подвергнусь нападению, — заявила она нагло. — Отвечайте, или уже я буду вынуждена… — она позволила себе показать им хищную улыбку направив свои руки в их сторону так, будто бы собиралась творить волшебство именно ими.

«Интересная магия? Её ритуал? Да кто же она…», — думал напряжённо Альбус.

— Ты попала в наш мир и мы хотим выяснить кто ты такая, — ответил столь же нагло Геллерт. — Это же не мы пришли к тебе в гости, а ты к нам. Так что не удивляйся нашим опасениям.

— Справедливо, — согласилась она. — Зовите меня ******. Я являюсь путешественником по мирам и не причиню вам зла, если вы сами меня не спровоцируете… ещё раз.

— Ты человек? — задал Альбус самый важный вопрос.

— А по мне не заметно? — она хмыкнула, ничуть не стесняясь своей наготы.

— Тогда откуда ты пришла? Наш ритуал был направлен на мир мёртвых, — сказал Геллерт.

— Ритуал, значит… — она заинтересованно огляделась по сторонам. — Всё любопытнее и любопытнее. Я тоже провела ритуал, что должен был переместить меня в иной мир. Вполне допускаю, что это как-то связано… Эй, может, вы опустите наконец свои чудо-палки и мы поговорим более… цивилизованно?

Альбус почувствовал себя неуютно, столкнувшись с показной адекватностью той, кого они случайно или по воле вселенной призвали. Он редко выступал в роли задиры или агрессора, и совсем не желал этого.

— Опусти палочку, Геллерт, — сказал Альбус, — мы и правда можем поговорить в более спокойной обстановке. Незачем усугублять ситуацию без видимых на то причин.

— Альб, мы понятия не имеем, что она такое и какие у неё мотивы! — прошептал он сердито. — Покончим с ней и дело с концом…

— Нет. Я прошу тебя, не стоит этого делать, — покачал он головой.

— Мерлин тебя побери, — выругался он, но палочку всё же убрал, хоть и продолжал сверлить женщину подозрительным взглядом.

— А вы забавные, однако… — сказала меж тем их гостья.

Альбус воспользовался трансфигурацией и создал для неё одежду на первое время, дабы прикрыть срам, при виде которого он немного смущался. Далее же они направились в дом Альбуса, чтобы поговорить с женщиной в более спокойной обстановке, узнать о мире, откуда она якобы пришла и взамен рассказать ей про свой.

Если поначалу они всё ещё ожидали от незнакомки различных неожиданностей и были к ним подспудно готовы, то чем больше волшебники проводили с ней времени, тем сильнее Альбус понимал, что перед ними никакой не монстр, а такая же, как и они, волшебница, пусть и из другого мира, где колдуют без волшебных палочек и умеют путешествовать по мирам.

По итогам их авантюры никто из них не оказался счастлив. Альбус так и не вернул к жизни свою сестру, а Геллерт кроме очевидного провала задумки вдобавок ещё и потерял свой драгоценный Дар Смерти, о чём очень сильно сожалел. Лишь их новоявленная гостья, казалось, была полностью удовлетворённой своим собственным появлением в их мире.

И как быть со столь необычной новой знакомой, никто из двух старых друзей не имел ни малейшего представления.

POV Женщина из другого мира

Она прошла через множество миров. Была в таких ужасных и негостеприимных местах, что любой другой на её месте бы либо просто сдох, либо перед этим ещё и лишился рассудка или своей души. Странствия её заняли долгие, долгие годы, и она сбилась со счёта, сколько именно миров посетила и сколько времени в них провела.

Иногда путнице казалось, что её поискам не будет конца. Она искала не силы и не власти, не места и не разумных, но ответов и правды. После Откровения, что снизошло на её в самый значительный момент жизни, женщина задалась целью найти тех, кто даст ей ответы. Найти истину, смысл её бытия и то, откуда берётся само Начало всего сущего, увиденного ею.

Раз за разом, мир за миром она всё приближалась к этому заветному знанию. Многие и многие испытания ждали её на пути, и с каждым из них она так или иначе справилась.

И вот, ей открылся проход в предпоследний мир. Чудный, любопытный и прямо-таки пышащий эманациями настоящего, коих здесь было больше, чем в любом другом из миров, включая тот, где она появилась на свет.

«Здесь… Здесь я смогу сделать Это!», — поняла она, как только использовала свои магические способности, дабы защититься от парочки беспокойных людей, что видели в ней угрозу по прибытии.

Она могла бы их стереть в порошок. Может, они и доставили бы ей хлопот, но в своих силах женщина из другого мира не сомневалась. Молодые юноши, разменявшие всего третий или четвёртый десяток лет, при всём желании не могли составить ей достойной конкуренции, сколь бы талантливы и подкованы в магическом ремесле собственного мира они ни были.

Но время доминации давно прошло, как ушёл и интерес в подобного рода игрищах. Ей не хотелось принуждать, не было ни капельки желания покорять и демонстрировать свою мощь — женщина лишь искала ответов и более не была заинтересована ни в чём ином.

Одного из смертных людей звали Альбусом, а другого Геллертом. Она порядком их смутила и всё же смогла добиться прекращения агрессии одной лишь дипломатией, подкреплённой видом её нагого тела. Женщина могла бы создать иллюзию одеяний, да и сотворить ткань из ничего тоже имела возможность, если бы приложила достаточно усилий. Однако ей нравилось удивлять и смущать, показывать себя и при этом вводить лишь недавно окрепшие умы в краску.

Альбус её заинтересовал куда больше своего друга, к которому тот явно испытывал какие-то чувства. Если он был пусть и несчастным, но достаточно притягательным мужчиной, со своими идеалами и интересным мировоззрением, пусть и с заскоками, то вот Геллерт… Он осознавал её затаённую мощь куда лучше, был одним из тех многочисленных амбициозных деятелей, на которых она порядком насмотрелась за время странствий. Казалось, он даже чувствовал, что интересует её в куда меньшей степени, оттого и вёл себя ещё более дерзко, более вызывающе.

Она могла ответить и заткнуть его за пояс в любой момент, но специально не делала этого, зля этим самым тщеславного волшебника ещё сильнее. Такие личности любят либо преклонение, либо уничтожение. Первым заниматься не собиралась она, а второе просто не получилось бы совершить уже у него, так как Геллерт подспудно понимал разницу в их весовых категориях и более выносить этого понимания не желал.

— Я ухожу, Альбус, — сказал он своему другу через двое суток после её появления. — Ты должен быть осторожен с ней. Она только кажется невинной, но… Напиши мне, если что-то прояснится. И знай, что ты можешь рассчитывать на мою помощь в любое время.

Так они остались вдвоём в той берлоге, где жил сам Альбус. Они много разговаривали — женщина рассказывала ему истории своих приключений, делилась многочисленными знаниями о магии, которые она успела накопить за время своих долгий путешествий по мирам, а он же в ответ объяснял гостье о своём мире: его правилах, законах и обычаях.

Магия в разных мирах всегда работала по-разному. Сама она уже к этому привыкла и сумела адаптировать свои силы к любому месту, где есть хотя бы крупица тех энергий, что способны сотворять сверхъестественное. Так что и в данном мире у неё не было с этим особых проблем — куда тяжелее путнице приходилось в местах, напрочь лишённых магических сил. Тогда ей приходилось хитрить и изгаляться, дабы найти нужный ключ и продолжить своё путешествие к заветной цели.

— Мне нужно отправляться в школу Хогвартс — я говорил тебе о ней, — сказал ей в один из дней Альбус. — Я рассказал тебе о многом и, думаю, ты вполне сможешь освоиться и без моей дальнейшей помощи. С твоими-то силами это не должно стать проблемой.

— Альбус, — она нежно погладила его по руке, всё ещё удивляясь этому человеку. Он имел представление о силе, которой она обладает — она не сильно-то скрывала свои навыки и возможности во время их долгих разговоров и делилась почти обо всём без утайки. И при том он ни капельки не боялся её, не опасался и за время их мимолётного знакомства стал даже в каком-то роде доверять ей. Кто-то сказал бы, что Альбус Дамблдор является обычным простаком, доверчивым глупцом, но она-то видела, что это совсем не так.

Он просто давал ей возможность проявить свои лучшие качества. Верил в её порядочность, пока она не сделала ничего предосудительного.

«Милый, милый Альбус, добрейшая душа… Как жаль, что ты повстречал меня».

— Ты всё ещё хочешь вернуть её? — спросила она, сохраняя телесный и зрительный контакт.

Он тут же погрустнел и опустил голову:

— Воскрешающий камень утерян… Исчез в пространстве между мирами, по твоим же словам. Без него, боюсь, это решительно невозможно.

— Но ты ведь даже не спросил меня об этом, — сделала она явный намёк.

— Что ты хочешь сказать…

— Я долго изучала всё, связанное с человеческими душами, с живыми и мёртвыми… Я могла бы тебе помочь.

— Но… правда? — он посмотрел на неё умоляющим взглядом.

«Мне не хочется этого делать, Альбус… Но я кое-что задолжала, а долги надо возвращать, уж прости».

— Правда, — она улыбнулась ему. — Мне понадобится время, а также твоя помощь, ведь ваш мир работает по немного другим магическим правилам — не к таким, к которым привыкла я. Но, думаю, мы сможем вернуть твою сестру.

Признательности в глазах Альбуса не было предела.

— Но школа…

— Я поеду с тобой в этот загадочный Хогвартс, — решила она, — ты же сможешь назначить меня своей ассистенткой по этой странной «Трансфигурации», не так ли? По твоим словам там самая большая библиотека по магии, что мне поможет в своих изысканиях.

— Если ты так думаешь… Хорошо, — согласился он по итогу.

Она не хотела с ним играться, как делала эта со многими до него. Но здесь её подталкивала к этому исходу одна услуга, которую она задолжала сущностям из прошлого мира.

«Вы сохранили мне жизнь взамен на то, чтобы я провела ваше влияние в новый мир… Так я и сделаю», — подумала она, чувствуя, как стучит сердце, связанное демонической энергией, которую надо было как можно скорее использовать для создания связи. — «Прости, Альбус, но ты подходишь для исполнения моих обязательств лучше всех остальных. Ведь именно тебе, быть может, удастся сдержать этих монстров в узде, пока я буду заниматься подготовкой к новому, самому главному переходу».

Так они и отправились вместе в школу Хогвартс. Альбус вновь обрёл надежду на возвращение своей сестры, но ей нужно было большее — чтобы всё получилось как надо, она собиралась покорить этого добряка без остатка, выветрив все ненужные мысли и чувства насчёт этого злополучного и подозрительного Геллерта.

«Нет, друг мой. Ты мог всю жизнь думать, что тебя влечёт к мальчикам, но я исправлю это недоразумение… Ведь ты нужен мне».

Она собиралась исполнить своё обещание и вернуть его сестру к жизни — у неё даже появились мысли, как это можно провернуть. Но только вот Альбус и не подозревал, что вместе с возвращением Арианы Дамблдор в его мир проникнет другая, куда более опасная и разрушительная сила.

И скоро он с ней столкнётся лицом к лицу — уж она-то позаботиться об этом.

Конец POV