Темный феникс. Возрожденный. Том 7

Глава 20

Мне удалось выкроить целые сутки на отдых. Я спал, проводил время с семьёй и ничего не делал. Даже на полигон ни разу не заглянул.

Борис постепенно оттаивал и всё больше проводил времени в реальном мире, но по ночам всё равно уходил на изнанку. Причём оттаять ему помогла, как ни странно, Агата.

Моя питомица не отходила от Бориса ни на шаг, а поскольку долго находиться в тени она не могла, брату приходилось возвращаться к нам. Так они и проводили всё время вместе, Агата даже начала приносить Борису свои сокровища в виде вкусной рыбы, которой её продолжал снабжать Демьян.

— Ну что, господин, уже решили, кто с вами в очаг на битву с Вестником отправится? — спросил он у меня, когда я застал их с Агатой за передачей целого мешка рыбы.

— Я пойду через изнанку, Демьян, — я привалился к перилам террасы и зажмурился, когда холодное зимнее солнце ударило по глазам. — Через сам очаг идти опасно — никогда не знаешь, кто может выйти из тени. Своих людей подставлять я не хочу и не могу.

— Так-то оно так, но подстраховка на земле лишней не бывает, — Сорокин пожал плечами. — Зубов вон гвардейцев гоняет до кровавых соплей, всё надеется, что мы выступим единым войском.

— Знаю, — кивнул я. — Видел уже, в каком виде бойцы с полигона возвращаются. Но всё равно это слишком рискованно.

— Тут такое дело, господин, — Демьян почесал шею и поморщился. — Как бы ребята не решили, что господин их не верит в них больше. Я-то знаю, что вы сами по себе заместо сотни бойцов сойдёте, а вот они не видели вас в бою, но наслышаны. Подвиги, медальки, награды и титул… ребята хотят соответствовать.

— Я тебя услышал, Демьян, — кивнул я бывшему спецназовцу. — Обдумаю, как будет лучше поступить.

— Вот и славно, — Сорокин широко улыбнулся и помахал пустым мешком. — Вы уж извиняйте, что я котейку перекармливаю, но ей сейчас это нужно. В силу входит. Растущий организм, все дела.

— Да я уже понял, — я усмехнулся. — Выросла наша теневая кошка. Так, глядишь, скоро уйдёт в очаг жить, чтобы свою стаю организовать.

— Ну или к нам приведёт кого, — хохотнул Демьян. — Больно уж она к дому привыкла, тяжко ей будет в очаге. Но вы правы, время покажет.

Я кивнул и дождался, пока Сорокин не скроется в казармах. Вышел я на улицу не просто так — с минуты на минуту должны были приехать машины с призраками. Они вернулись с задания час назад, о чём мне сразу же сообщил Максим Ивонин.

Как и обещал, я разрешил им проход на свои земли, но без доступа на изнанку. В итоге им пришлось ждать, пока Зубов организует транспорт, чтобы добраться до имения. Теневиков-перебежчиков я пропускать не собирался, поэтому они остались у стены, где их взял под крыло Савельев.

Он же и доложил, что из восьми теневиков вернулось лишь пятеро. Трое погибли в сражении с грандмагами или во время взрывов баз. Подробностей Савельев не знал, но меня они не интересовали.

А вот то, что призраки выжили все до единого, меня очень порадовало. Настолько, что я даже Жнецу разрешил пройти на мою территорию. Естественно, не через тень. Так что и он сейчас ехал во внедорожниках вместе с остальными.

— Господин, — кивнул мне Зубов. — Должны прибыть с минуты на минуту. Всех лишних я убрал, чтобы не нервировать гостей, но если что мы готовы отразить любую атаку.

— Не станут они нападать, Саша, — спокойно сказал я. — Но за бдительность хвалю. А вот и они.

В ворота заехали два бронированных внедорожника, а через минуту на заснеженную землю начали выпрыгивать призраки. Первым вышел Яким. Он оглядел двор внимательным взглядом, не упуская ни единой детали, и только после его кивка транспорт покинули все остальные.

Жнец вышел последним, но его взгляд лишь мазнул по постройкам, после чего остановился на мне. Его интересовал только один вопрос — вернул ли я Бориса. Я это понимал, поэтому попросил брата показаться ненадолго нашим гостям.

Как только Борис медленно проявился за моей спиной, призраки замерли и уставились на него во все глаза. Дети сжали кулаки и будто перестали дышать. А потом бросились к Борису и попытались его обнять.

— Братик! — воскликнула Алиса. — У нас есть ещё один братик!

— Какой он сильный, — восхищённо протянул Богдан, протягивая руки к ошалевшему от такого внимания Борису. — Вы только посмотрите на его ауру. Он же даже сильнее Якима и Артёма. Да даже сильнее Жнеца.

Яким встретил мой взгляд и безразлично пожал плечами. Ему было плевать, что там говорят дети-призраки, но зато мой брат его явно заинтересовал.

— На тебе метка восьмого слоя, — равнодушно сказал он, подойдя ближе к нам. — Вижу, что тебя отметили своим вниманием гроксы. Сколько ты там пробыл?

— Год, — сухо ответил Борис, не сдвинувшись с места.

— Много для юного призрака, — качнул головой Яким и кивнул в сторону Артёма, который за всё время нашего знакомства не сказал ни слова. — Он пробыл там два года и превратился из мальчишки во взрослого мужчину. Мы его неделю искали, пришлось тянуть канал через теневой карман. Артём с тех пор не говорит.

— Как тебе на вкус потроха слизней? — с кривой усмешкой спросил Борис у Артёма. — Или ты предпочитал хвосты?

Артём посмотрел на Бориса и конечно же промолчал. Но на его лице проявилось такое отвращение, будто он готов вот-вот освободить желудок от содержимого.

— Зато глаза у них сочные и сытные, хватает на несколько дней, — продолжил Борис, не отводя взгляда от призрака. — Странно, что ты смог прожить там два года. После пары недель голодухи желания блевать и близко нет.

Брат смерил призрака нечитаемым взглядом и повернулся ко мне.

— Я могу идти?

После моего кивка он растворился в тени и исчез. Я повернулся к Артёму и вдруг понял, что ему не больше двадцати, хотя мне изначально казалось, что он старше лет на десять. Этот парень смог продержаться на восьмом слое два года. И это без защиты грокса, а ведь именно Таран защищал Бориса.

— Я прошу прощения за высокомерность моего брата, — негромко сказал я. — Он вернулся сутки назад и ещё не успел привыкнуть к этому миру. Ты и сам понимаешь, что после долгого выживания на восьмом слое всё кажется не таким, как раньше. Пустым и странным.

Артём кивнул и отвёл взгляд. Похоже, воспоминания о том, как именно он выживал и чем питался, оставили на его психике неизгладимый след. А вот Борис повёл себя жестоко даже для безразличных ко всему призраков.

И с этим придётся что-то делать. Не хочу, чтобы мой брат вёл себя как высокомерный выскочка. Хватит с меня аристократов, которые воротят нос от тех, кто ниже титулом.

— Для вас выделили отдельную комнату в казарме, — продолжил я, обращаясь ко всем призракам сразу. — Там есть кровати, ванная комната и сменная одежда. Еду будут приносить слуги трижды в день.

— Благодарим, — кивнул мне Яким. — Мы можем пройти туда прямо сейчас?

— Для начала расскажите, как прошёл ваш рейд по перевалочным базам Вестника, — попросил я и шагнул в сторону казарм, чтобы поговорить по дороге.

— Перебежчики разделились и присоединились к нам тремя группами, — начал рассказывать Яким, не тратя времени на предисловия. — Молодой парень и девушка, Сергей и Вероника, вошли в отряд Людмилы. Андрей с Еленой присоединились к отряду, который вёл Тимофей, остальные трое пошли со мной и Артёмом.

Я глянул на Тимофея, которому было двенадцать лет. Он был старшим из детей-призраков, спасённых из лаборатории Бартенева. И судя по тому, что он вёл собственный отряд из других детей, он был хорошо подготовлен.

— Проблемы были? — уточнил я, следя за перемещениями Бориса через паутину.

Он мог сколько угодно изображать холодного и бесчувственного циника, но в душе он всё ещё оставался ребёнком. Вот и сейчас он следовал за нами, не отставая ни на шаг. И пусть никто не мог его видеть, через паутину я видел, что призраки ему очень даже интересны.

— Для нас — нет, — в равнодушном голосе Якима мелькнуло нечто, отдалённо похожее на гордость. — На базах стояли артефакты против теневиков, но для нас это не преграда. Мы просто обошли их через глубокие слои.

Он сделал паузу и обернулся к Артёму. Тот кивнул, подтверждая слова лидера, и покосился на Жнеца.

Мы уже подошли к казарме, и я жестом остановил группу. Призраки замерли, словно каменные изваяния, но я видел, как жадно дети вглядываются в окна здания, в котором их ждали нормальные кровати и горячая еда. Богдан и Алиса почти прилипли носом к стёклам, не обращая на нас никакого внимания.

— Тройка перебежчиков, которая пошла с нами, — пожилая пара, что была родителями второго убитого парня в монгольском очаге, насколько я понял, и ещё один теневик, — Яким бросил взгляд на детей, но не стал их одёргивать — понимал, что они ещё не расстались с эмоциями, как он, Людмила, и Артём. — Когда мы вошли на вторую базу, они увидели кого-то из грандмагов и рванули вперёд, не дожидаясь команды. Мы попытались их прикрыть, но наше задание было в уничтожении базы.

Он равнодушно развёл руками, показывая всем видом, что нарушение команд в группе для него неприемлемо. Я был с ним согласен — если не можешь положиться на людей, что прикрывают твою спину, то грош цена их жизням. В рейдах и на заданиях приказы командира должны исполняться беспрекословно.

— Что в итоге? — спросил я, кивнув.

— Все базы Вестника уничтожены, — продолжил Яким. — Все до единой. Предатели-грандмаги и их защитники мертвы. Подземные проходы между базами завалены так, что даже через десяток лет не расчистить. Мы выполнили задание — сеть перевалочных баз больше не существует.

Я снова кивнул. Ко мне пришли восемь перебежчиков, пятеро остались в живых. Цена за информацию и помощь составила три жизни. Не самая высокая плата за полное уничтожение вражеской инфраструктуры и десятков предателей из высшей аристократии. Но даже этих жертв можно было избежать, если бы теневики не стали лезть на рожон, что доказали остальные группы.

— Вы молодцы, — сказал я, глядя Якиму в глаза. — Я тоже выполнил свою часть сделки — предоставил вам убежище в реальном мире. Вы можете находиться здесь столько времени, сколько захотите. А сейчас отдыхайте, еду принесут через час.

Призраки, не сговариваясь, скользнули ко входу в казарму. Даже дети двигались так, будто всю жизнь только и делали, что незаметно перемещались. Что в общем-то так и было.

Я проводил их взглядом и развернулся в сторону дома, куда умчался Борис, как только я закончил разговор с Якимом. Нужно было найти брата и поговорить с ним о том, что произошло у крыльца.

Его поведение с Артёмом меня не устраивало. Да, я понимал, через что он прошёл. Да, год на восьмом слое меняет любого. Но вести себя как высокомерный выскочка, который тыкает выживших носом в их травмы — это не то, чему я его учил.

— Господин! — окликнул меня Зубов.

Я обернулся и увидел, как ко мне быстрым шагом приближается командир моей гвардии. Он выглядел так, будто только что с полигона — раскрасневшийся и взмыленный. И это при том, что он пятнадцать минут назад вместе со мной встречал призраков.

— Да, Саша, что ты хотел? — спросил я, когда он поравнялся со мной.

— Господин, я понимаю, что сейчас не время и вообще не вправе просить, — он сжал свои кулачищи и выпрямился. — Возьмите нас с собой на битву с Вестником. Ребята рвутся в бой, они только и слышат про ваши подвиги, закрытые разломы, спасённые города. Они хотят быть рядом с вами, доказать, что достойны служить князю Шаховскому.

— Я пойду через изнанку, — я даже улыбнулся. Зубов говорил точь-в-точь, как Сорокин. Они наверняка не раз обсуждали это между собой, и вот решились подойти ко мне, не согласовав друг с другом. — На изнанке людям не место.

— Так мы и не просимся на изнанку, — Зубов шагнул ближе. — Мы в очаге будем. Прикроем, отвлечём на себя часть сил. Вестник ведь не один, у него там армия прихвостней, и далеко не все могут через тень ходить.

Я задумался. В его словах был резон. Даже среди тёмных магов процент теневиков невелик. Можно взять с собой пару сотен гвардейцев и истребителей заодно захватить.

— Хорошо, отбери двести лучших бойцов, можешь взять полсотни истребителей, если они тоже рвутся в бой, — сказал я после паузы. — Остальные должны остаться и защищать стену. Монстры-то никуда не делись.

— Спасибо, господин! — рявкнул Зубов, ударив кулаком в грудь. — Мы не подведём!

— Знаю, — усмехнулся я. — Иди, готовь людей. Как только получу сигнал, сразу выступаем. Но, сам понимаешь, это может случиться в любой момент.

Зубов рванул в казармы, не скрывая довольной улыбки. Я покачал головой и направился к дому, но на полпути резко остановился. Борис будто почувствовал, что я хочу с ним поговорить, и ушёл на изнанку.

Вздохнув, я переместился следом и ничуть не удивился, увидев брата на третьем слое. Он распластался на спине Тарана и что-то говорил ему на ухо.

— Борис, нам нужно поговорить, — сказал я, скользнув к нему. — И не вздумай убегать, иначе я отдам приказ, чего мне очень не хочется делать.

— Знаешь, Костя, после времени, проведённом на восьмом слое, твои приказы уже не имеют надо мной такой же власти, — ответил Борис, скривив губы в усмешке. — Не только твой поводок к Тарану порвался. Восьмой слой стирает все ограничения.

— Даже не сомневаюсь, — я ответил на его усмешку и прищурился. — Ко мне! Быстро!

Борис сам не понял, как оказался передо мной. В одно мгновение он ещё болтал ногами, лёжа на Таранище, а в следующее — его буквально снесло со спины грокса.

— Как это? — он нахмурился и встряхнул руки. — Такого не должно быть.

— Просто ты ещё не понимаешь сути привязки теневых монстров, — спокойно сказал я. — И да, твой дар наделяет тебя теми же качествами. По сути, ты относишься к теневым монстрам высшей категории. Когда эмоции окончательно уходят, призраки вроде тебя становятся управляемыми монстрами, поводок которых не разорвать простыми способами.

— Но Таран сказал, что ваша связь разорвана, — Борис бросил быстрый взгляд на моего питомца. — Он не мог соврать. Гроксы никогда не врут.

— Разумеется, это вообще не в природе монстров — лгать, — я шагнул к брату. — Они самые честные существа во всех мирах. В отличие от людей. Просто наша с ним связь была разорвана в верхних слоях энергетического поля. Самая глубинная часть осталась на месте.

— То есть мне никогда не избавиться от ваших с Викой приказов? — брат сжал челюсти и посмотрел на меня с вызовом. — А что будет, если вы погибнете?

— Ты станешь служить тьме, — я пожал плечами. — Станешь исполнять её приказы и не будешь вспоминать о том, что когда-то имел собственную волю.

— Много таких, как я, ты видел в своём мире? — спросил Борис, склонив голову к плечу.

— Не очень, — честно сказал я. — Дар призраков, как и теневиков, был не самым распространённым. Но я видел достаточно, чтобы знать, как всё устроено.

— В твоём мире, — он надавил голосом на второе слово. — В нашем мире всё может быть по-другому.

— Даже спорить не стану, — я кивнул. — Различия действительно есть, но я ощущаю нашу с тобой связь так же явно, как связь с Тараном, Агатой, Грохом и своими птенцами. Даже бабушку и троих истребителей, которых я отметил своим клеймом, я чувствую всегда и везде.

— Понятно, — сник он. — О чём ты хотел поговорить?

— О твоём поведении и уместности некоторых моментов, — я вздохнул и сжал переносицу двумя пальцами. — Я понимаю, что тебе пришлось нелегко, и ты пытаешься выместить злость на других. Но это неправильно и нечестно по отношению к тому же Артёму.

— Будешь учить меня морали? — брат вскинул голову. — Серьёзно? Ты ничего не понимаешь. И ты не знаешь, через что я там прошёл.

— Так расскажи мне, — негромко сказал я. — Просто расскажи. Я выслушаю тебя и поделюсь своей историей. Расскажу в ответ, как провёл несколько лет в лаборатории сумасшедшего алхимика, который каждый день отрезал от меня по кусочку, чтобы посмотреть, как быстро я регенерирую. Моё детство было ничуть не легче, чем проведённый тобой год на восьмом уровне изнанки.

— Ты убил его? — с интересом спросил Борис, расслабляя плечи. — Этого алхимика?

— Убил, — кивнул я. — Его и других — таких, как он. Тех, что пытали детей, только потому что те были тёмными. И пару деревень в округе я спалил дотла, когда понял, что все жители были на стороне безумцев и сами лично приводили пойманных детей в их подвалы.

На лице Бориса расплылась счастливая улыбка. Ему было приятно слышать, что я никого не щадил в своём гневе. Ведь он был точно таким же.

Через минуту брат просто шагнул вперёд и прижался ко мне всем телом. Совсем как раньше, когда я возвращался из опасных рейдов.

Я гладил его по голове и спине, говорил что-то о своём прошлом, о том, что всё будет хорошо, и что я всегда буду рядом. А если он опять потеряется или заплутает в своих мыслях — я найду его и верну домой.

Когда мы закончили наш разговор и Борис окончательно успокоился, я переместился в гостиную. И громко кашлянул в кулак, чтобы не смущать бабушку и Алексея Денисова, которые стояли в обнимку рядом со столом, где были разложены копии архивных записей.

Эти двое отпрыгнули друг от друга с такой скоростью, будто им не далеко за семьдесят, а всего лишь семнадцать. Да, я давно поинтересовался возрастом эмиссара его величества. Несмотря на то, что выглядел Денисов не старше сорока пяти, он был старше бабушки аж на пятнадцать лет.

— Костик, — бабушка переглянулась с эмиссаром и прочистила горло. — Мы с Алексеем…

— Мы хотим пойти с тобой, — перебил её Денисов. — На битву с Вестником.

— Ну так идите, — я пожал плечами и сделал вид, будто не заметил, как бабушка возмущённо посмотрела на эмиссара. Сдаётся мне, что она не то хотела сказать. — Зубов собирает отряд из лучших гвардейцев. Думаю, что и другие мои соратники захотят присоединиться. Так что собирайтесь и ждите команды.

— Вот так просто? — Денисов наморщил лоб. — Я думал, что тебя придётся долго уговаривать.

— Без вас уже нашлись уговорщики, — я вздохнул. — И кстати, я ничего не имею против вашего союза.

— Костик… — начала было бабушка.

— Всё совсем не так, — буркнул эмиссар. — Я светлый маг, а Юлия — тёмный. Ты вообще представляешь, как это выглядит со стороны?

— А тебе не плевать? — я прищурился. — Или ты настолько зависим от мнения окружающих? Наш мир может рухнуть в любой момент. Армия Вестника может начать штурм городов и стран, очаги могут вспыхнуть посреди королевских дворцов. А ты серьёзно думаешь о том, что скажут про ваши отношения?

— Я хочу защитить Юлию, — Денисов сжал кулаки. — Тебе прекрасно известно, как относятся к тёмным…

— Стоп, — я выставил вперёд правую руку. — Просто остановись и послушай себя. Не заставляй меня думать о тебе хуже, чем ты есть. Ты уже разочаровывал меня, Алексей, и в следующий раз я могу отвернуться от тебя насовсем.

— Но его величество…

— Его величеству плевать на тебя и твои отношения, — перебил я его. — Больше того, могу тебя заверить, что положение тёмных магов вскоре кардинально изменится. Если, конечно, наш мир ещё будет существовать.

— Константин, — Денисов сделал глубокий вдох и медленно процедил воздух сквозь зубы. — Репутация Юлии для меня на первом месте. Я готов жениться на ней хоть сейчас.

— Так вперёд, — я хмыкнул. — Моё благословение как главы рода ты получил.

Я развернулся на пятках и вышел из гостиной. А ведь хотел порыться в бумагах, но этот принципиальный Денисов мне весь настрой сбил. Пойду лучше узнаю, как дела у Вики. Или ещё лучше — проведу время с Юлианой. Ведь и впрямь в любой миг может начаться битва, а я ещё даже не сказал своей невесте, что очень скоро она станет женой.

Звонок телефона прервал мои мысли, когда я уже поднялся на второй этаж и почти дошёл до своих апартаментов. На экране высветился номер Савелия Ярошинского.

— Шаховский слушает, — привычно ответил я в трубку.

— Константин! — голос артефактора звучал взволнованно и будто бы даже испуганно. — Приезжайте как можно скорее.

— Что случилось? — я посмотрел на дверь своих апартаментов и понял, что разговор с Юлианой опять откладывается.

— Это не телефонный разговор, — отрезал Ярошинский. — С доспехами для вашего брата возникла неожиданная проблема. Вам стоит это увидеть. И чем быстрее, тем лучше.