Темный феникс. Возрожденный. Том 7

Глава 16

Я прижал Вику ближе к себе и выпустил когти. Из тени выступили фигуры восьмерых тёмных магов с теневым даром. Это были не призраки, а обычные теневики, которым я бы даже обрадовался, если бы не одно «но» — все они явно были на стороне Вестника.

Вперёд вышел мужчина лет пятидесяти. Седой и будто бы сломленный. Я видел по его глазам, что он давно мучается от бессонницы, как и ещё несколько теневиков рядом с ним. Все они выглядели уставшими, злыми и напуганными, хоть и старались не показывать этого.

— Феникс, — сказал незнакомец, выставив руки перед собой и показывая, что не станет нападать. — Мы пришли с миром.

— С каких это пор прихлебатели Вестника ходят с миром? — спросил я, не убирая когти. Грох за моей спиной резко хлопнул крыльями, от чего женщина-теневик по правую руку от говорившего вздрогнула.

— Да, мы были с ним, — мужчина сжал челюсти и раздул ноздри. — Пока он не забрал наших детей. Один из падших проклял их и забрал, а Вестник только и сказал, что это «для благого дела». Ты видел их? Наших мальчиков?

— Они мертвы, — сказал я, начиная догадываться, что произошло. Вика сжала мою руку, и я сжал её пальцы в ответ. — Я видел их в монгольском очаге.

— Мы знаем это, — проговорила женщина. На последнем слоге её голос сорвался, но она тут же взяла себя в руки. — Вестник сказал, что падшие могут использовать любые ресурсы. Мы все для него — ресурс… как и наши дети.

Она замолчала, а мужчина обнял её за плечи. Он поднял на меня взгляд и выпрямился.

— Меня зовут Андрей, а это — Елена, моя жена. Мы собрали тех, кто тоже потерял близких, — сказал он. — Тех, кто понял, что мы для него не люди, а инструменты, расходный материал. Мы никогда не были для него союзниками, — он обвёл рукой группу за своей спиной. — Мы хотим к тебе, Феникс. Хотим помочь тебе уничтожить Вестника. Это будет нашей местью за гибель близких.

Я молча смотрел на них и сканировал пространство взором тьмы. Ни ловушек, ни маяков, ни заготовленных заклятий я так и не увидел. Только боль и злость — настоящие, такие, после которых остаётся только выжженная пустыня внутри.

Передо мной стояло восемь человек. Восемь тёмных магов, которые ещё вчера были по ту сторону. Которые помогали строить базы и наполнять кристаллы своими родичами по дару. Восемь предателей человечества, которые упорно закрывали глаза на то, что творилось вокруг них, пока беда не коснулась их детей.

— Мне не нужны предатели, — жёстко сказал я. — Вы служили Вестнику, помогали ему убивать невинных. Ваши руки в крови. Может, не такой явной, как у падших, но всё же. Чужих детей вам точно не было жалко.

— Мы сами знаем, кто мы и что сделали, — вскинула голову Елена. — Мы не просим прощение и нам не нужно искупление. Мы хотим мести и готовы помочь тебе в твоей борьбе.

— Чем? — я вскинул бровь и криво усмехнулся. — Пойдёте штурмовать цитадель Стража Порога? Лично нападёте на Вестника или убьёте его приспешников? Если бы вы могли это сделать, то не стояли бы сейчас передо мной.

— Мы расскажем тебе всё о базах Вестника, об энергетических узлах, о приручении гроксов и о том, как найти выход с восьмого слоя, — упрямо сказал Андрей, чуть задвинув супругу за свою спину. — Мы не только поделимся информацией, мы проведём тебя или твоих людей куда угодно, покажем все секретные места.

На моём лице не дрогнул ни единый мускул, но внутри появилось ощущение, что я только что получил счастливую карту. Когда Гроха выкидывало на восьмой уровень, он не мог выбраться сам.

В первый раз он смог прийти только после того, как я пролил немало крови на изнанке. Тень впитала её и открыла доступ для моего питомца, который был со мной связан. Во второй раз мне пришлось отправить ему несколько импульсов силы через истончившийся поводок.

В прошлом мире у меня не было проблем с переходом между слоями, но в этом всё иначе. Я уже давно понял, что привычные схемы не работают или работают по-другому. Похоже, Борис с Тараном застряли на восьмом слое только из-за невозможности выбраться, и я готов сотрудничать даже с демонами, если они помогут спасти моего брата.

— У меня нет времени, чтобы стоять тут и слушать ваши истории, — я убрал когти и выпустил крылья, подхватив Вику на руки. — Я направляюсь к своему имению. Идёмте вместе со мной, по дороге расскажете всё, что знаете.

Я взлетел и, найдя нужное направление, резко направился в сторону дома. На примере Бориса и Жнеца я уже понял, что теневики куда быстрее меня, ведь тень — их стихия. Захотят выслужиться и получить шанс на месть — догонят, если же нет, то я сильно разочаруюсь в прихлебателях Вестника.

Ну и, само собой, отправлюсь к нему ещё быстрее, чем планировал. Нужно только вытащить Бориса с Таранищем, и можно идти на цитадель, или где там затаился этот ублюдок, предавший человечество.

Теневики не разочаровали, они догнали меня уже через десяток метров и принялись перемещаться такими же прыжками, как и Борис со Жнецом. Я усмехнулся и подмигнул Вике, а то она что-то совсем притихла.

— Как вы меня нашли? — спросил я, повернув голову к одному из теневиков — мужчине лет тридцати, который явно не походил на скорбящего отца или брата. Скорее всего, он просто разочаровался в Вестнике и решил сбежать под шумок.

— Отслеживали твою ауру после взрыва на изнанке, когда погибли Павел и Егор, — ответил он, чуть приблизившись. — Нашли след в Иркутске и поняли, что скоро отправишься домой. Потом ушли на третий слой, чтобы не попасться людям и артефактам, и просто ждали.

— Что там с цитаделью Стража Порога? — продолжил я расспрос, но вместо парня мне ответила девушка лет двадцати пяти.

— Это место запрещено для посещения, — сказала она, совершив гигантский скачок и немного перегнав меня. — Туда могут приходить только стихийные маги, тёмным нельзя.

— Да ладно? — удивился я. — А ничего, что тьма — тоже стихия?

— Вестник запретил нам приближаться к цитадели, — девушка пожала плечами и снова ускорилась.

Её место занял Андрей, который немного отстал от своих более молодых товарищей и только сейчас смог нагнать нас.

— Мы побывали там уже после того, как ушли от Вестника, — сказал он. — Ничего особенного не увидели. Обычная трёхэтажная крепость, много комнат, в подвале есть что-то вроде места силы — нас туда не пустило.

— Место силы? — я задумался.

Не мог ли мой предок по крови и дару устроить там что-то вроде моего Ордена? Если он перенёс туда частичку своих предков и нанёс нужные знаки, провёл обряд и вообще сделал всё как надо, то у меня может получиться связать эту цитадель с имением. Более того, Маргарита и Виктор Шаховские обустроили свою заимку так, что она принимает только кровных родичей.

Они будто знали, что их домик в очаге может стать соединяющей нитью между имением за стеной и цитаделью. Ну или я просто слишком хорошо о них думаю. В любом случае, их постройка точно пригодится, если я решу протянуть энергетическую нить к цитадели первого феникса этого мира.

— И как там живётся предателям? Грандмаги ведь туда добираются в итоге? — уточнил я вопрос, который сильно волновал меня. Как бы не получилось так, что мои призраки взорвут все базы, но предателей там не будет.

— Они там не задерживаются, — на губах теневика появилась кривая усмешка. — Говорят, что место проклято, и возвращаются на перевалочные базы.

— Отлично, — я оскалился. — И сколько таких перевалочных баз в очаге?

— Всего восемь, — он качнул головой. — Точнее, уже семь. Одну из них ты уже сжёг.

— Вот и славно, — я ускорился и вздохнул всей грудью морозный воздух третьего слоя. Моим призракам придётся сделать всего две ходки до этих самых баз, да ещё и предатели все будут на месте.

— Мы можем показать, где они находятся, — предложил Андрей, снова догнав меня.

— Обязательно покажете, только не мне, — я прикинул расстояние до дома. Лететь мне ещё часа два, а то и больше. — А тем, кто эти базы будет сносить.

— У тебя есть собственный отряд теневиков? — удивился мужчина.

— Вроде того, — уклончиво сказал я.

Представляю, как эти предатели удивятся, когда увидят дюжину ликвидаторов, которые к тому же не сошли с ума и не стали бесчувственными чурбанами без собственной воли.

— А что не так с восьмым слоем? — спросил я с равнодушным видом, не желая показывать свой интерес к сказанным вскользь словам о гроксах и их приручении. — Я не совсем понял, да и не приходилось там бывать.

— Там всё странно, даже время течёт иначе, — ответил он буквально то же самое, что сказал мне Грох. — Даже нам, теневикам, там сложно находиться. Он похож на несколько разных слоёв изнанки, разбросанных кусками по всему слою.

Я кивнул, прижимая Вику ближе. Она молчала, но её пальцы снова вцепились в мою куртку. Похоже, мысль о том, что Борис мог оказаться в таком месте, пугала её. Как и меня.

— Мы были там всего пару раз, — продолжил мужчина, пропуская вперёд молодого парня, который явно хотел доказать, что он быстрее остальных. — И то ради того, чтобы помочь падшим найти и загнать грокса, отбившегося от стада.

У меня дёрнулась щека, но в остальном я никак не проявил эмоций. Интересно, знает ли Вестник, что у меня есть детёныш грокса, или ловушка в монгольском очаге была поставлена на всех слоях только из-за меня?

— Гроксы не живут на восьмом слое постоянно, у них есть что-то вроде межслойных гнёзд, где они проводят большую часть времени, — Андрей глянул на меня и сразу отвернулся. — Они приходят на восьмой слой, когда ранены и им нужно восстановиться. Там есть скопления неагрессивной тени, она более плотная и помогает залечить раны теневых монстров. Но выбраться оттуда самостоятельно они не могут.

— И такого раненого грокса вы нашли вместе с падшими, — продолжил я за него. Теперь стало понятно, как некромансеры сумели поймать грокса и вживить в него кристаллы. Они целенаправленно искали раненого монстра для своих целей.

— Да, всё так, — кивнул теневик. — Но, как я уже сказал, даже гроксы не могут выбраться с восьмого слоя без помощи извне.

— Потому что у них нет ориентира, — проговорил я. — И таким ориентиром может быть связь между стадом и вожаком.

— Верно, — он глянул на меня с уважением. — Ты уже всё знаешь сам. Чтобы уйти с восьмого слоя, нужен маяк. Кто-то в реальном мире или на верхних слоях, или между слоями, где находятся жилища гроксов. Иначе можно застрять там на целую вечность.

— Кто-то из твоих близких был там, — предположил я, заметив, как помрачнел мужчина. — Сын? Сколько он там пробыл?

— Три дня, — Андрей качнул головой. — Для нас прошло три дня, а для него почти год. Он вернулся седым и постаревшим… а через неделю его забрали падшие.

— Так же было и с нашим сыном, — со мной поравнялся другой мужчина, выглядевший не таким уставшим. — Он не успел рассказать всего, но мы догадываемся, через что он мог пройти.

— Годы на изнанке, — мрачно повторил я, сжав Вику сильнее. Через мгновение я мотнул головой и посмотрел на теневиков. — Что-то ещё про гроксов можете рассказать?

— Они не стайные в полном смысле, — включилась в разговор Елена. Она догнала нас, и мужчины расступились, освободив место рядом со мной. — Но у них есть что-то вроде памяти рода. Это какая-то особая связь. Если убили одного из них, они узнают, если ранили, то почувствуют. Твой питомец ушёл на восьмой слой, потому что там его могли принять. Гроксы не бросают своих, особенно раненых и слабых.

— А человека? — резко спросила Вика, высунув голову и глянув на женщину. — Человека они могут принять?

— Человека они убили бы, — ответила та. — Если бы он пришёл один. Но если грокс его нёс или заслонял, то для всех остальных это знак.

— Какой? — спросила Вика, сжав кулаки.

— Что этот человек — свой, — просто ответила женщина, пожав плечами. — Это означает, что он принят стаей. Если грокс заслоняет человека, значит, тот под защитой, — она посмотрела мне в глаза. — Его никто не тронет, даже если он убил их сородича. Там свои законы.

Вика кивнула и выдохнула, расслабляясь. Я и сам почувствовал неимоверное облегчение. Всё- таки сложно вот так ждать, ничего не зная о том, что может случиться с Борисом на восьмом слое.

Но теперь я знал не только, где его искать, но и то, что Вестник знает про Таранище. А это значит, что я прятать его больше нет смысла — своего козыря я точно лишился.

Елена перепрыгнула дальше, и мне пришлось немного затормозить, чтобы не влететь в парня, который упорно лез вперёд. Я выругался про себя, но ничего не стал говорить. Информация от теневиков оказалась очень даже полезной.

— Ты ведь собрался туда? — спросил меня Андрей, заняв место рядом со мной вместо своей жены. Я кивнул. — Тогда ты должен знать, что гроксы очень не любят, когда забирают кого-то из стаи. Они могут отпустить тебя, если докажешь, что достоин, но если нет… останешься там навсегда. Гроксы не станут тебя убивать, просто не выпустят и запрут в каком-нибудь гнезде или теневом кармане.

— Значит, придётся доказывать, что достоин, — я усмехнулся.

— Выходит, что тот падший не солгал, — прищурился теневик. — Один из них сбежал во время вашей битвы с Демидом Бартеневым. Он рассказывал сказки, что у тебя есть детёныш грокса, но ему никто не поверил. Все знают, как ревностно гроксы охраняют своё потомство.

— Мне очень повезло с питомцами, — сказал я и глянул на Гроха, который с важным видом следил за теневиками. Вестник далеко не так глуп, чтобы не верить в наличие у меня детёныша грокса. Так что он точно знал про Тарана, и ловушку у якоря устраивали именно на него.

— Тогда запомни, — Андрей приблизился ко мне почти вплотную. — На восьмом слое не лги ни словом, ни делом. Гроксы почувствуют ложь, и тогда даже маяк из реального мира не поможет тебе вернуться.

— Спасибо за информацию, — серьёзно сказал я. — Ещё один момент. Если гроксы чувствуют смерть своих сородичей, почему они не пришли отомстить за раненого монстра? Только не говори, что смерть одного из стада не была достаточным маяком и ориентиром.

— Всё дело в кристаллах, — теневик скривился. — Они были пропитаны энергией смерти, и это ослабило след.

— А ведь гроксам не нужен реальный мир, — сказал я, до конца осознав всё сказанное теневиками. — У них есть гнёзда между слоями, особые места для восстановления и чёткая иерархия.

— Да, насколько мы поняли, гроксам в реальном мире очень плохо, — кивнул мужчина. — Сами они сюда не лезут. Уже сотни лет не прорывались, да и незачем им, ты прав, Феникс.

— Ага, — кивнул я. — А Вестник, значит, хочет открыть для гроксов проход в реальный мир, чтобы они окончательно добили выживших.

— Скорее всего, — теневик пожал плечами. — Мы не знаем всех его планов. Нам знакомы только те, в которых мы участвовали.

На этом наш разговор закончился. Я узнал всё, что меня интересовало, а теневики начали выдыхаться. Или я летел слишком быстро, или они и до этого были уставшими и ослабленными.

Через два часа мы наконец достигли границы моего имения. Купол тьмы, который я установил после поглощения энергии Призывающего и узла в Антарктиде, всё так же надёжно укрывал земли Шаховских от проникновения как в реальном мире, так и на изнанке.

Я кивнул теневикам и переместился в реальный мир, оказавшись прямо у врат. Поставив Вику на землю, я поморщился. Ноги затекли от долгого полёта, но это было неважно.

— Я, между прочим, тоже устал, — буркнул Грох, вываливаясь из тени следом за мной.

Я усмехнулся и повернулся к теневикам, которые медленно выплывали из тени и становились напротив меня. Стоило им проявиться, как тут же рядом с ними оказались призраки в компании Жнеца.

— Кого ты к нам привёл? — с интересом спросила Людмила, обходя замерших теневиков по кругу. — Это же служки Вестника, да?

— Да, перебежчики, — коротко ответил я и глянул на Жнеца. Он смотрел на теневиков с таким видом, будто хотел разорвать их голыми руками прямо сейчас. — Вестник использовал их детей для приманки, а потом убил.

— Зачем они здесь? — спросил Жнец. От его взгляда теневики поёжились, но остались стоять на месте.

— Они знают, где базы, и покажут их вам, — я пожал плечами. — Так будет быстрее, чем искать их вслепую.

— Погоди, Феникс, — ко мне шагнул Яким. — Ты потерял маленького призрака. И детёныша грокса. Где они?

— Вестник устроил взрыв на изнанке, — я сжал челюсти. — Полагаю, что Борис и Таран сейчас на восьмом слое. Эти перебежчики рассказали мне, как там обстоят дела и какие законы. Так что скоро я верну брата и питомца.

— Борис на восьмом слое? — Жнец повернулся ко мне всем телом и уставился на меня немигающим взглядом. — Как ты мог допустить такое?

— Ты хочешь пойти со мной и найти своего наследника? — спросил я, выгнув бровь. Ещё не хватало мне перед ним отчитываться.

— Нет, — Жнец качнул головой. — Моё место здесь. Присмотрю за молодёжью и прослежу, чтобы они вернулись живыми.

— Тогда ждите кристаллы и отправляйтесь, — я глянул на теневиков. — Или вам нужно пару часов отдыха?

— Мы справимся, — ответил молодой парень, который только теперь осознал, к кому я их привёл. Его взгляд метался между призраками, причём именно вид искалеченных пытками детей заставил его передёрнуть плечами. — И не такие порой случались путешествия.

— Тогда я пошёл, — сказал я и увидел Максима Ивонина, который не просто спешил, а бежал в мою сторону. — Что у тебя?

— Господин, — командир боевого отряда остановился напротив меня и попытался отдышаться. — Все рапорты истребителей подписали. Они сейчас на землях Лопуховых, как вы и приказали.

— Отлично, что-то ещё?

— У меня только один вопрос, — он на мгновение замешкался и покосился на прибывших теневиков. — А у нас теперь тут всегда будет так многолюдно?

— Пока что — да, но думаю, это ненадолго, — я усмехнулся. — Всё, работай, Максим. Я домой.

— Так точно, — тоскливо сказал он и прижал кулак к груди.

Я молча шагнул в тень, сжав руку Виктории. Осталось всего ничего, уже скоро мы будем дома. Неужели это бесконечное «подарочное путешествие» скоро закончится?

Всего-то и нужно — вызволить Бориса и Тарана с восьмого слоя изнанки, где людям нет места.