Совершенный вид. Зов Неолы

Глава 4

Было почти два часа дня, когда Дафна аккуратно посадила флаер на небольшой открытый участок земли между плотно стоящими деревьями, который облюбовала еще утром, высаживая здесь Кора. До селения Мегроев отсюда было около километра, и этот путь друзьям предстояло проделать пешком. Все свои вещи – сумку, шокер и даже кепку – Дафна оставила во флаере, не сняв лишь коммуникационный браслет, который носила во время своих «вылазок» за город.

– В селении нас ждет и еда, и питье, – сказал Кор, когда они выбрались наружу и двинулись к кромке леса через густую траву. – А оружие тебе здесь не понадобится: поблизости нет опасных зверей. Но ты и сама должна это знать, – он покосился на девушку, как ей показалось, чуть насмешливо.

– Да, я в курсе, что вирисы сюда редко заходят, – спокойно подтвердила она.

Про то, что в окрестностях могут рыскать Деймос и Хель, она старалась не думать. Впрочем, как выяснилось, ее шокер против них – все равно не более чем детская игрушка. Да и на «настоящее» боевое оружие нельзя было полагаться полностью, учитывая «сверхспособности» модификантов…

Трис, как всегда, уловивший ход ее мыслей, взял ее за руку, и бархатистое прикосновение его ладони успокоило девушку. Бок о бок они ступили под сень высоких раскидистых крон, и прохладный сумрак чащи поглотил их, точно зеленоватые воды волшебного подводного царства. Кор шел впереди, указывая им дорогу, и они молча шагали следом по узкой, едва заметной в высокой траве тропинке, продолжая, точно дети, держаться за руки.

Дафна смотрела на закрывшие небо ветви огромных деревьев, увитых лианами и покрытых мхом, на обступившие их буйные заросли папоротника, на торчащие то тут, то там разлапистые макушки пальм и пыталась представить себе, как выглядели таинственные Создатели, сотворившие разумную жизнь на этой планете бескрайних лесов. Были ли они похожи на дейнаров? Откуда пришли и куда исчезли? И имеют ли какое-то отношение к рождению человеческой цивилизации?

– Волнуешься? – по-своему истолковал ее задумчивость Трис.

– Волнуюсь, конечно, – вздохнула она. – А еще думаю о дейнарах, Создателях… Здесь все пронизано такой красотой и гармонией, что невольно начинаешь задумываться, мог ли настолько совершенный мир возникнуть сам собой.

– Ну, что-то, возможно, и было делом рук Создателей. А может, им просто повезло найти идеальное место для своих «детей»…

– …которые тоже получились близкими к идеалу, – глянув на шагающего впереди Кора, добавила девушка. – В отличие от нас, людей. Возможно, твоя теория неверна – и у наших рас все же разные создатели. Ну, или в случае с людьми что-то пошло не так.

– Среда обитания тоже играет большую роль, – заметил на это Трис.

– Разумеется, но… ты видел, как выглядели первобытные люди? Страшилища. То, какими мы стали – результат долгого процесса эволюции. Дейнары же на протяжении тысяч лет практически не менялись.

– Откуда ты знаешь?

– Мы находили останки их предков. Случайно – ну, как утверждают ксенологи...

– И изучали их?

– Из научного интереса. Дейнарам про это, конечно, лучше не рассказывать, – пробормотала она, вновь покосившись в сторону Кора и мысленно порадовавшись, что он не понимает «человеческого» языка. Словно ощутив ее взгляд, юноша оглянулся и произнес, указав рукой вперед:

– Мы пришли.

Дафна крепче сжала ладонь Триса и слегка замедлила шаг, невольно оробев. Окружающая их плотная чаща вдруг расступилась, словно кто-то отдернул сплошной зеленый полог в сторону, и перед путниками выросло внушительное и величественное селение Мегроев. Девушка тихо ахнула при виде деревьев, в честь которых и назвало себя живущее здесь племя. Могучие исполины с неохватными, поражающими воображение стволами – самые крупные имели не меньше пятнадцати метров в диаметре – и мощными раскидистыми ветвями, облюбованными дейнарами для своих жилищ, стояли стройными рядами, подпирая верхушками небо. Они росли на достаточном расстоянии друг от друга, но все равно соприкасались кронами, так что внизу, у их подножий, царил густой зеленоватый сумрак, наполненный благодатной прохладой. Как оказалось, обитаемы были лишь три центральных, самых больших мегроя: их стволы опутывали многочисленные веревочные лестницы, а ветви соединяли узкие деревянные мостки. Сами же дома дейнаров представляли собой некое подобие примитивных, но крепких с виду хижин, построенных на тех участках самых толстых ветвей, где они разделялись на более мелкие, образуя естественные опоры для своеобразных жилищ. Точно диковинные птичьи гнезда, зажатые в узловатых пальцах лесных великанов, пришло на ум Дафне.

Пространство вокруг этих трех мегроев, средний и самый высокий из которых тянулся ввысь на добрую сотню метров, было расчищено, образуя что-то вроде небольшой поляны, и Дафна еще издали увидела расположившихся на ней дейнаров. Здесь были и мужчины, и женщины, и целая стайка разновозрастных детей, шумно играющих на покрытой короткой утоптанной травой земле. По краям поляны лежали длинные толстые бревна – должно быть, стволы поваленных бурей или погибших по другим причинам деревьев, заменяющие дейнарам лавочки, а в ее центре горел небольшой костер, от которого доносился вкусный запах чего-то съестного. Женщины были заняты хозяйственными делами: одни чистили фрукты, другие возились у огня, третьи что-то шили и вязали при помощи изящных деревянных палочек (вязальных крючков, сообразила Дафна, вспомнив старомодное увлечение своей покойной бабушки), ловко подхватывая ими тонкие нити из волокон тмикки1. Кое-где стояли странные сооружения, представляющие собой, по всей видимости, примитивные ткацкие станки и прялки. Мужчины чинили веревочные лестницы и что-то мастерили из грубо обтесанных досок. Кто-то просто сидел или лежал, смеясь и болтая, откуда-то долетал пронзительный и нежный звук флейты – в общем, селение жило своей обычной жизнью, совсем как город людей, от которого оно отличалось лишь простотой (иные сказали бы – отсталостью) своего быта.

Все это Дафна успела охватить взглядом за считанные секунды: пришедших заметили, и все звуки тотчас стихли, а лица повернулись к ним, полные удивления и настороженного любопытства. Только дети, не особенно смутившись, бросились им навстречу; растрепанный мальчонка лет пяти с разбегу повис на руке Кора, и тот со смехом подхватил его, усадил себе на плечи.

– А Эрон уже совсем здоров! – радостно заявил ребенок, заглядывая ему сверху в лицо.

– Это очень хорошие новости, – серьезно кивнул в ответ юноша и, стараясь ступать осторожно, направился к поляне. Трис пошел следом, потянув за собой и Дафну, и той пришлось сдвинуть с места будто бы вдруг ставшее ватными ноги.

«Неужели все это происходит на самом деле?» – думала она со смесью восторга и паники, глядя на обступивших их дейнаров. В их взглядах не было ни тени враждебности – они изучали ее с осторожным интересом – и девушку это немного успокоило. Она и сама таращилась на них во все глаза, рассматривая их покрытые золотистой или бронзовой шерстью лица, роскошные каштановые волосы всех оттенков, которые они носили распущенными или заплетенными в длинные косы, украшенные деревянными бусинами и перьями, одежду – широкие набедренные повязки у мужчин и некое подобие юбок и коротких топов или простые платья зеленовато-бурого цвета – у женщин. Дейнары обладали той же дикой необузданной красотой, которой дышало все вокруг на Неоле; воистину, они были детьми Леса.

Навстречу им из-за поднявшихся со своих мест Мегроев вдруг выступила высокая статная женщина в длинном платье с разрезами по бокам, стянутым в талии широким поясом. Волосы ее были заплетены в толстую косу, спускающуюся ниже бедер и пестрящую теми же украшениями, что и у ее соплеменниц, а огромные раскосые глаза изумительного дымчато-золотого цвета, казалось, слегка светились в зеленом лесном сумраке. Дафна так и не сумела хотя бы приблизительно определить, сколько ей лет: лицо женщины под короткой порослью светлой шерсти выглядело довольно молодым, но взгляд, таящий мудрость и легкую печаль, выдавал ее зрелый возраст.

– Мама, – почтительно склонив голову, шагнул к ней Кор. Он уже спустил сидевшего у него на плечах мальчишку на землю, и тот присоединился к остальной ребятне, сбившейся в кучку поодаль и с любопытством глазеющих на диковинную гостью.

– Сын, – ласково улыбнулась ему женщина. Голос у нее был сильный и звучный – должно быть, ему внимали, затаив дыхание.

– Это моя мать Дарнис, адан племени Мегроев, – повернувшись к своим спутникам, представил ее Кор. – А это – Дафна…

– Дафна Соланж из Антроповилля, – девушка протянула Дарнис руку, лихорадочно вспоминая, принято ли у дейнаров подобное приветствие – но та легонько сжала ее пальцы своими, нежно-бархатистыми на ощупь, и кивнула:

– Мы рады тебе, Дафна из Антроповилля. Трис много о тебе рассказывал.

– Все уши прожужжал, – добавил, неожиданно хихикнув, Кор, и Трис под устремленным на него взглядом любимой с явным смущением поскреб пятерней в затылке.

– А кое-кто с интересом слушал, – мягко осадила сына Дарнис. – Что ж, вижу, Трис нисколько не преувеличивал, рассказывая о твоей красоте. Внешность твоя, конечно, для нас необычна… – вскинув руку, она неожиданно коснулась кончиками пальцев подбородка Дафны, заставляя ее поднять лицо. – Твои глаза… никогда не видела такого удивительного цвета!

Дафна не нашлась, что ответить, и Дарнис, опустив руку, с улыбкой поманила путников за собой.

– Пойдемте – присядем, отдадим должное обеду, и вы расскажете о своем путешествии к Призрачному холму.

Уже через минуту Дафна сидела на большой циновке, расстеленной прямо поверх травы, между Трисом и Дарнис, по другую сторону от которой устроился Кор, и глазела на разложенные перед ними угощения. Здесь были и румяные тиговые2 лепешки, завернутые в большие гладкие листья, и запеченный на углях энай – аналог земного картофеля, и разнообразные свежие фрукты, от сладкого аромата которых в прямом смысле текли слюнки, а еще – орехи, ягоды, зелень, какие-то неведомые коренья и напитки – соки, кокосовое молоко, травяные настои. В качестве посуды дейнары использовали плетеные блюда, деревянные и глиняные миски и пиалы из скорлупы кокосового ореха, при взгляде на которые Дафна немедленно захотела обзавестись парочкой таких же.

Остальные Мегрои тоже расселись вокруг, кто на бревнах, кто на похожих циновках, кто – прямо на земле, негромко разговаривая, угощаясь едой и бросая в сторону Дафны полные любопытства взгляды.

– Попробуй – тебе понравится, – Трис протянул ей лепешку – теплую, свежеиспеченную, с легкой хрустящей корочкой – и девушка, поблагодарив его, осторожно откусила кусочек. Лепешка оказалась плотной, но мягкой и на удивление вкусной; в ней чувствовались измельченные орехи, какие-то семена и пряности, и Дафна опомниться не успела, как умяла все до последней крошки.

– Очень вкусно, – совершенно искренне произнесла она, запив лепешку терпким ягодным соком.

Дарнис смотрела на нее с улыбкой.

– Ты неплохо говоришь на нашем языке, дитя, – заметила она, изящным движением взяв с ближайшего блюда дольку лики3.

– Спасибо. Выучить его было не слишком сложно – он до сих пор в ходу у гибридов, так что… – Дафна запнулась, запоздало сообразив, что не стоило, наверное, заводить речь о полукровках.

Дарнис с непроницаемым выражением лица надкусила свой фрукт, а затем, отпив из чаши травяного настоя, начала расспрашивать об их визите к Призрачному холму, таким образом сменив тему разговора. Услышав о нападении Стражей, которые оказались вовсе не живыми существами, нахмурилась, окинула озабоченным взглядом собравшихся на поляне Мегроев.

– Завтра на рассвете мы с Кором и группой из десяти юношей отправляемся в селение Озерного племени и вернемся лишь через несколько дней, – негромко сказала она. – Они пригласили нас на праздник в честь избрания нового адана, и отказываться неучтиво. Кроме того, такие встречи – прекрасная возможность для наших юношей присмотреть себе невест из другого племени. Но теперь меня гложет тревога: что, если Стражи заявятся сюда в наше отсутствие? Здесь, конечно, будет Трис…

– Вообще, мы с Дафной планировали провести эти пару дней в городе, – признался амавари в повисшем молчании. – Но я, конечно, останусь, если…

– Нет-нет, – Дарнис поспешно вскинула руку, не давая ему договорить. – Не стоит. В селении останутся все наши взрослые мужчины, они сумеют при необходимости защитить племя. Да и мегрои практически неприступны…

– Дроны будут следить за окрестностями Холма и, если понадобится, защитят вас до прибытия людей, – уверенно добавила Дафна. – Но я не думаю, что Стражи придут сюда: судя по всему, они нападают лишь на тех, кто суется слишком близко к Холму.

– До недавних пор так и было – они отпугивали от Холма чересчур любопытных, – кивнула женщина. – Так что же он в себе скрывает? Вы сегодня сумели что-нибудь выяснить?

– Вообще-то, да. Несмотря на то, что защитное поле – «завеса», как вы его называете – мешало работе дронов, время от времени оно ненадолго пропадало, и им удалось составить более-менее полную карту этого места. – Дафна переглянулась с Трисом и, непроизвольно сглотнув от вновь охватившего ее волнения, продолжила: – Я бегло просмотрела ее перед тем, как мы отправились сюда, и, хотя я не особенно разбираюсь во всех этих данных, могу предположить, что мы имеем дело с… космическим кораблем.

В языке дейнаров были слова «халу» («небеса», «высь») и «эйла» («лодка»), и Дафна использовала их для перевода термина, понятного каждому человеку – но, как и раньше с Кором, ей все же пришлось объяснить Дарнис, что из себя представляет космический корабль.

– Мы, люди, когда-то прилетели сюда на похожем. Неизвестно, зачем его здесь оставили Создатели (а мы предполагаем, что это были они), но они явно хотели спрятать его от посторонних глаз – и закрыть к нему доступ. Возможно, этот корабль – некий наблюдательный пункт или станция…

– И внутри никого нет? Никого живого, я имею в виду? – задумчиво спросила ее Дарнис.

– Насколько можно судить – нет. Дроны, конечно, могли что-то упустить, но… за все эти сотни лет вы же не встречали здесь ни единого Создателя, так?

– Они умеют быть невидимыми для чужих глаз, если захотят.

– Либо спят внутри корабля, – заметил Трис, и Дафна поняла, что под «сном» он подразумевает анабиоз.

– Вряд ли, – возразила она и добавила, путая дейнарские и человеческие слова: – Я уже говорила тебе: скорее всего, корабль автономен и управляется искусственным интеллектом, который по какой-то причине начал сбоить.

– Но Создатели должны были предусмотреть подобное, – неуверенно предположил он. – Может, они уже получили сигнал с корабля и скоро сюда прибудут?

– Возможно. А может, некому уже реагировать на сигнал – если он и был отправлен. Мы не знаем, что могло произойти с Создателями за это время. И продолжают ли они вообще наблюдать за Неолой…

– Создатели не могли забыть о нас, – твердо произнес Кор. – Правда, мама?

– Мне хочется в это верить, сын, – помедлив, ответила Дарнис. – Как и в то, что Деймос приснился Трису случайно и не имеет к Холму никакого отношения…

Впрочем, в это не верила даже Дафна, не обладающая каким-то особым чутьем или, тем более, даром. Ясно же, что этот сон Триса, как и многие другие, был не просто сном – возможно, он предупреждал их о грядущем. Деймос, повелевающий Стражами, Холм, обрушивающийся и изрыгающий огонь, который пожирал все вокруг…. Что это значило? Что Деймос мог каким-то образом получить контроль над кораблем, скрывающимся в недрах Холма?

Девушка сделала большой глоток сока, чтобы смочить внезапно пересохшее горло, и заговорила, обведя взглядом своих собеседников:

– Деймос ведь мог как-то узнать о Призрачном холме, так? О месте, которое осталось здесь после ухода Создателей и которое они почему-то очень хотели защитить от посторонних. И о том, что окружающая его «завеса» стала слабеть…

– Думаешь, он решил воспользоваться этим и проникнуть внутрь? – поднял бровь Трис. – Но он не мог узнать, что под Холмом находится космический корабль…

– Что бы там ни было, оно могло ему пригодиться. Помнишь его дикие планы по истреблению человечества и захвату Антроповилля, а после – и всей Неолы? – криво усмехнулась она.

– Но Стражи…

– Деймос бы что-нибудь придумал. Да и его способности не стоит списывать со счетов. Он, как и ты, наверняка стал еще сильнее за это время. А еще с ним рядом Хель. Может, об этом говорил твой сон?

– Что ж, – помолчав, произнес Трис, – пока что я его поблизости не чувствую. А если он все же объявится и попробует пробраться на корабль – или что там на самом деле находится под Холмом – я сделаю все возможное, чтобы его остановить. Если это не получится у Стражей и ваших дронов.

В глубине его глаз на мгновение вспыхнул опасный огонек, и Дафна невольно поежилась, вспомнив полыхавшую в них звериную ярость, когда Трис сцепился в смертельной схватке с Руфусом. Схватке, из которой последний не вышел живым… Да, Трису наверняка хватило бы силы дать отпор Деймосу – но было даже страшно подумать о том, чем могло закончиться это столкновение – и кто мог при этом пострадать.

Дарнис остро глянула на девушку, словно услышав ее мысли; впрочем, та бы не особенно удивилась, окажись это правдой. Кор говорил, что его мать, хоть и не родилась амавари, обладала кое-какими необычными способностями, присущими большинству аданов – которым однажды могла бы стать и ее дочь Элео, не погибни она в результате жестоких экспериментов Лео Штрома.

– Давайте не будем забегать вперед, – произнесла Дарнис со спокойствием, которое, должно быть, редко ей изменяло. – Ешьте, пейте, общайтесь с Мегроями, погуляйте по селению – а мне нужно ненадолго отлучиться, проверить, все ли приготовлено к завтрашнему походу. Я еще присоединюсь к вам, – пообещала она, обращаясь к Дафне, и легко и грациозно поднялась с циновки.

После ее ухода остальные Мегрои, заметно оживившись, придвинулись к ним поближе, расселись вокруг плотным кольцом, и, осмелев, принялись засыпать Дафну вопросами о людях, гибридах, Антроповилле, их жизни и быте. Ребятишки тянулись к ней, осторожно трогая ее одежду, кожу и волосы, и их раскосые янтарные глаза лучились искренним, бесстрашным любопытством. Девушка, опасавшаяся (и в глубине души – ожидавшая) куда более прохладного приема, растаяла, успокоилась и охотно отвечала на все вопросы дейнаров – и даже показала им фотографии города, отыскавшиеся в планшете, который она захватила для Триса. Сверкающие многоэтажные дома, футуристические здания огромных торговых центров, голографические рекламные щиты, метро, парки, музеи и спящая в сердце города громадина Ковчега, конечно, потрясли их – как совсем недавно потряс Дафну вид их жилищ, разбросанных, точно гнезда, в ветвях древних могучих деревьев.

Два мира, думала она, обводя задумчивым взглядом обращенные к ней прекрасные лица лесных жителей, два таких немыслимо разных мира сосуществуют на одной планете… Сумеют ли они сблизиться, не пытаясь поглотить друг друга, сохранив свою суть? Хватит ли людям мудрости не повторить ошибок, когда-то лишивших их Земли? Удастся ли дейнарам сберечь первозданную простоту и гармонию своей жизни?

А еще она думала, что стала первой из людей, ступившей на земли Дей’н’Ар после долгих лет холодной вражды – и осознание огромной ответственности, легшей на ее плечи, на миг ошеломило ее. Посланница всего человечества, она должна была показать им лучшее, что было в представителях ее вида, то, что перечеркнуло бы – или хотя бы немного смягчило – последствия ужасных поступков Штрома, обернувшихся трагедией для семьи и всего племени Кора. Была ли она достойна этой миссии? Что видели, глядя на нее, дейнары? Кого видели? Чужака, несущего с собой опасность, или похожее на них разумное существо, чье сердце было открыто красоте Леса и Неолы?

Дафне хотелось верить, что второе.

– Пойдем, – сказал, беря ее за руку, Трис пару часов спустя, когда переполненные впечатлениями дейнары разбрелись по поляне и своим жилищам, дав гостье немного отдышаться. – Покажу тебе, где я живу.

– Хочешь сказать, мне придется взбираться… наверх? – спросила она, задрав голову и с сомнением разглядывая свисающую к основанию мегроя веревочную лестницу.

– Не переживай, это проще, чем кажется. Тем более, я ведь рядом.

Обхватив ладонями ее талию, он без всяких усилий поднял Дафну в воздух, и она, пискнув от неожиданности, вцепилась пальцами в грубые шероховатые веревки. Поставила ногу на перекладину, потом вторую. Трис уже лез следом, не забывая осторожно придерживать ее одной рукой, – ловко, как обезьяна, всю свою жизнь проведшая на деревьях.

Мегрой был поделен на некие подобия этажей-ярусов, образованных окружающими ствол узкими деревянными площадками и отходящими от них ветвями, которые также были оборудованы дощатыми настилами и перилами из веревочных сеток. Карабкаясь все выше и выше (и стараясь при этом не смотреть вниз), Дафна чувствовала себя ребенком, лезущим в свой домик на дереве – вот только вокруг был самый настоящий город, затерянный в густой изумрудной листве в десятках метров над землей.

Наконец, они достигли нужного им яруса, и Дафна, выпустив веревку из судорожно сжатых пальцев, с облегчением привалилась к шершавому, иссеченному глубокими бороздами стволу, испытывая головокружение от одной мысли о высоте, на которой оказалась. Она едва успела перевести дух, как Трис вновь взял ее за руку, осторожно помогая сойти на настил, ведущий, по всей видимости, к его хижине.

– Тебе нехорошо? – обеспокоенно спросил он, заметив, как девушка непроизвольно зажмурила глаза.

– Немного страшно, – призналась она, и Трис обнял ее, крепко прижав к себе. Так, не разнимая объятия, они и вошли в его дом, где вместо двери висела тонкая занавесь из тмикки. Основанием ему служили плотно подогнанные деревянные доски, а стены – как и крыша, дополнительно покрытая камышом – были сплетены из гибких прутьев, напоминающих ивовые. Окна отсутствовали, но в них и не было особой необходимости: дневной свет проникал в зазоры между прутьями и наполнял совсем небольшое помещение зеленоватым сумраком, достаточным для того, чтобы можно было различить предметы нехитрой внутренней обстановки. Их, собственно, здесь почти и не было – лишь большая циновка на полу, что-то вроде матраца напротив входа, в углу – маленький плетеный столик, на котором стояли глубокая глиняная миска с водой и чаша из скорлупы кокосового ореха. Возле лежанки Дафна увидела рюкзак с вещами, которые ранее привозила Трису.

– У тебя здесь очень… необычно, – заметила она, оглядевшись с искренним интересом.

– Немного тесновато, – чуть смущенно откликнулся он, – но меня устраивает. Все равно большую часть времени я, как и остальные, провожу снаружи.

– Не скучаешь по городу?

– Только по тебе, – прошептал Трис, разворачивая ее к себе и склоняя свое лицо к ее.

Их губы встретились, и Дафна закрыла глаза, чувствуя, как ее тело накрывает волна знакомой теплой дрожи, как внезапно слабеют ноги, отказываясь ей служить. Если бы не сильные руки Триса, одна из которых обвилась вокруг ее талии, а вторая – нежно легла на затылок, она, наверное, попросту бы упала. Запрокинув голову, запустив пальцы в густые, чуть спутанные волосы любимого, Дафна ответила на его поцелуй так страстно и отчаянно, что тот, издав какой-то сдавленный рычащий звук, подхватил ее под бедра и с силой впечатал спиной в плетеную стену хижины.

– Полегче, – хрипло рассмеялась девушка, с усилием оторвавшись от его губ. – Ты же не хочешь развалить свой славный домик?

– Он крепче, чем кажется, – пробормотал Трис, глаза которого мерцали в зеленой полутьме, точно два обезумевших светлячка.

– Я тоже хочу тебя так, что это желание сжигает меня изнутри, – Дафна с прерывистым вздохом уткнулась носом в его шею, теплую и бархатистую, с наслаждением вдохнула душистый запах его кожи. – Но давай все же потерпим до Антроповилля, хорошо? Как-то неловко заниматься этим… здесь.

Трис, помедлив, кивнул и, разжав руки, неохотно опустил ее на землю. Какое-то время они в молчании стояли друг напротив друга, успокаивая свое дыхание и пульс, постепенно возвращаясь в окружающую их реальность, наполненную шелестом крон на ветру и переливчатыми голосами птиц. А затем снаружи, где-то совсем рядом, послышались чьи-то голоса, смех, и Трис, словно очнувшись, с улыбкой протянул Дафне руку.

– Что ж, давай покажу тебе остальную часть селения, если хочешь. Побыть вдвоем мы еще действительно успеем. – и, притянув ее к себе, добавил, прижавшись губами к ее уху: – Хотя мне, наверное, на это не хватит и всей жизни.

¹ Тмикки – растение, произрастающее в лесах Неолы и отличающееся особой волокнистой структурой, позволяющей дейнарам изготавливать из него одежду, веревки и прочие предметы быта.

² Тиг – неольское травянистое растение около 2,5 м высотой с прямым толстым стеблем и крупным соцветием-корзинкой, заключающем в себе съедобные и высокопитательные семена. Внешне напоминает земной подсолнечник. Цветки тига – насыщенно-красного цвета, к центру соцветия переходящего в бледно-оранжевый. Из перетертых в муку семян тига, смешанных с орехами и клейким соком определенных фруктов, дейнары готовят вкусные сытные лепешки, заменяющие им хлеб.

³ Лика – неольский фрукт, внешним видом и вкусом схожий с земным манго.