Совершенный вид. Зов Неолы

Глава 17

Вопреки переживаниям и опасениям Дафны, визит делегации инопланетных гостей в Антроповилль прошел вполне удачно. На этот раз Создателей было пятеро – к Ульдасару и его спутникам, с которыми девушка успела познакомиться у Холма, присоединились еще двое мужчин, с такими же невозмутимыми выражениями лиц и пронзительными взглядами. Одеты они были все в те же переливчато-серые комбинезоны, и, хотя оружия при них не наблюдалось, безобидными Создатели отнюдь не выглядели.

Они прилетели в небольшом шаттле, напоминающем остроклювую стальную птицу, после чего пересели в специально приготовленный для них туристический флаер, с высоты полета которого открывался прекрасный вид на город. Посетили основные достопримечательности Антроповилля, побеседовали с его властями в лице мэра и городского Совета и любезно согласились остаться на устроенный в их честь торжественный ужин, куда не были допущены изнывающие от любопытства журналисты. Казалось, встреча с людьми произвела на сениоремов вполне благоприятное впечатление, но Дафна, на протяжении всего дня не спускавшая с гостей глаз, выдохнула с облегчением, лишь когда им с Трисом удалось поговорить с Ульдасаром с глазу на глаз. После того, как Создателей доставили обратно к шаттлу, оставленному на посадочной площадке Центра, мужчина сам попросил их обоих ненадолго задержаться.

– Что ж, – заметил он, когда они остались у опущенного трапа втроем, – эта встреча кое-что для меня прояснила в отношении людей. Не могу гарантировать, что Высший совет сениоремов со мной согласится, но мне вы показались не такими уж... безнадежными. Быть может, у людей, гибридов и Дей’н’Ар и получится сосуществовать на Неоле в мире и гармонии. Особенно если мы будем за вами приглядывать, – с добродушной, но многозначительной усмешкой добавил он.

Трис и Дафна переглянулись.

– Спасибо за доверие, – кивнула девушка, стараясь, чтобы голос ее не дрожал от волнения. – Я не могу говорить за всех людей – лишь за себя и свою семью, но...

– Это уже немало. – Создатель посерьезнел и, внезапно вытянув вперед руку, легонько коснулся кончиками пальцев ее лба. Дафна вздрогнула, ощутив, как внутрь нее, внутрь ее души, разума, сознания – того, что составляло ее суть – будто заглянули извне, чтобы за какие-то доли секунды «просканировать» ее всю. Это не было больно, но она все равно отшатнулась, безотчетным, оберегающим движением накрыв ладонью свой живот.

– Извини. – Ульдасар тут же убрал руку, сделал шаг назад. – Не хотел тебя напугать. Зато теперь я действительно тебе целиком доверяю.

Он перевел взгляд на заметно напрягшегося Триса. С пару мгновений молча смотрел ему в глаза, после чего оба сдержанно – но вполне дружески – улыбнулись друг другу.

– Ну, увидимся завтра, у Мегроев, – как ни в чем ни бывало попрощался с ними Создатель и, легко взбежав по стальной полосе трапа, скрылся в глубине шаттла.

Трис взял Дафну за руку, и они отошли подальше, наблюдая, как шаттл мягко взмывает в воздух и, развернувшись, устремляется прочь, в сторону окутанного сумерками Леса.

– Что это было? Он... говорил с тобой? – спросила Дафна, взглянув на амавари.

– Ага, – вновь улыбнулся тот. – Телепатически. Его голос просто зазвучал в моей голове...

– И что он сказал?

– «Жаль, что ты не полетишь с нами на Сайонорис».

– А ты не жалеешь, что поспешил отказаться?

– Шутишь? Нет, конечно. Я ведь уже сказал – мое место здесь, на Неоле, рядом с тобой, нашим ребенком и моим народом.

– Но признайся, было бы здорово одним глазком увидеть их родную планету, а? –легонько ткнула Дафна его локтем в бок, когда они в обнимку направились к лифту.

Трис хмыкнул.

– Я начинаю бояться, как бы ты сама не напросилась лететь вместе с ними, – шутливо заметил он.

Дафна засмеялась и, едва прозрачная дверь лифта закрылась за ними, притянула парня к себе и прижалась к его губам долгим, нежным, неторопливым поцелуем. И снова ощутила, как перетекает в нее его энергия, наполняя каждую ее клеточку пьянящей силой и эйфорией.

– Никак к этому не привыкну, – выдохнула девушка, когда они, наконец, сумели оторваться друг от друга. Вовремя: створки двери разъехались, выпуская их в просторный и оживленный, несмотря на вечерний час, холл. Мэр, члены Совета и окруженная сотрудниками Центра (среди которых мелькнуло и лицо Алекса) Эмма Вайс еще не разошлись; столпившись напротив выхода, они, судя по всему, обсуждали итоги встречи с сениоремами.

Увидев Триса и Дафну, Эмма помахала им, приглашая подойти. «Похоже, благодаря «приближенности» к Создателям мы теперь пользуемся особым расположением у властей», – мысленно усмехнулась девушка, заметив адресованные им изучающие взгляды и благосклонную, хоть и несколько натянутую, улыбку Кристины Руновой. Ее напряженность была вполне объяснима: сениоремы ясно дали понять, что стоит людям сделать один неверный шаг на пути построения гармоничных отношений с дейнарами – и вся их цивилизация будет разом стерта с лица Неолы. Хотя что-то подсказывало Дафне, что Ульдасар специально сгустил краски, желая произвести нужное впечатление на Совет.

Что ж, возможно, это была правильная тактика.

Она услышала, как рядом тихо вздохнул Трис, явно уставший от общения с людьми за день, и ободряюще сжала его руку. Ничего не поделать – придется немного задержаться, раз того хочет руководство. Впрочем, разговор, в основном вертевшийся вокруг Создателей, надолго не затянулся, и уже через двадцать минут они выскользнули из приятной прохлады холла в теплые, даже жаркие, объятия неольского вечера.

У подножия ступеней, застыв в свете загоревшихся фонарей, их поджидал Гай – руки в карманах, лицо мрачное и какое-то опустошенное. Дафна на миг даже устыдилась своего счастья: в конце концов, в схватке с Деймосом погибло несколько человек, причем товарищей и сослуживцев ее брата. Один из них, Крис, к тому же был его напарником... Но скорбь в ее сердце неумолимо затмевала радость от их с Трисом любви, от осознания того, что у них будет ребенок, от всего того светлого будущего, о котором она еще недавно и не смела мечтать. И могла ли она себя за это винить?

– Я освободился и решил подкинуть вас до дома, – пояснил Гай, когда они подошли к нему. – Думал, эти акулы никогда вас не отпустят.

– Мы теперь популярны, – усмехнувшись, ответила девушка. – Особенно Трис. С него сегодня все глаз не сводили.

– Они меня опасаются, – пожал плечами тот.

– Им же на пользу – будут осмотрительнее, – хмыкнул Гай. – Пойдем, вон моя машина. Нового напарника мне пока не дали, так что один катаюсь...

До дома они добрались за считаные минуты. Гай всю дорогу хранил подавленное молчание, и Дафна, уже открыв дверцу автомобиля со своей стороны, не выдержала, решительно повернулась к нему:

– Гай, мне кажется, тебе сейчас не стоит оставаться одному. Может, заночуешь сегодня у нас?

– Действительно, – тут же поддержал ее Трис. – Мы будем рады.

– Серьезно? – приподнял тот бровь. – Да у вас у обоих на лбу написано, как сильно вам хочется остаться одним!

– Для этого у нас еще вся жизнь впереди – спасибо Создателям, – сурово ответила Дафна. – Все, вылезай из машины и пошли к нам. Во что переодеться я тебе найду, постелю на диване. А еще у меня где-то пылится початая бутылка рома...

– Ну, это все меняет, – иронично фыркнул Гай – но спорить не стал, то ли слишком устав от навалившихся на него событий, то ли и в самом деле нуждаясь в компании близких людей.

Уже через четверть часа они с Трисом сидели за кухонным столом, уплетая разогретую картофельную запеканку и разливая по бокалам обещанный Дафной ром. Девушка и от ужина, и от выпивки отказалась и, сославшись на вполне понятное желание отдохнуть после тяжелого дня, оставила мужчин в обществе друг друга. Уходя, она слышала, как Трис тихо спросил Гая, не будет ли лучше перенести запланированные на завтра дела.

– Тебе бы не помешало немного отдохнуть – выглядишь ты неважно, – с искренним беспокойством добавил он.

– Ерунда, – отмахнулся от него тот. – Наоборот, мне сейчас нужно отвлечься. И желательно на что-то хорошее. А что может быть лучше этого повода?

Дальше девушка слушать не стала – тихо проскользнула в ванную комнату и, наскоро приняв душ, отправилась спать. Через закрытую дверь до нее доносился негромкий гул голосов – ее любимого и брата, так неожиданно ставших друзьями – и, убаюканная им, она уже через несколько минут уснула спокойным крепким сном.

Позже, совсем, должно быть, глубокой ночью, она краем сознания уловила, как осторожно улегся рядом Трис, но из сладких объятий Морфея так и не выпуталась. Только устроилась поудобнее под тяжелой и бархатно-теплой рукой амавари, привычно обвившейся вокруг ее талии. И уже не слышала, как он, уткнувшись носом в ее рассыпавшиеся по подушке волосы, сонно прошептал:

– Я люблю тебя, Ди.

***

Праздник, устроенный Мегроями для почетных гостей – Создателей, понравился Трису куда больше, чем прошедшая накануне официальная встреча с антроповильцами. Быть может, потому, что здесь его окружал ставший родным и знакомым Лес, а может, оттого, что дейнары были искренне рады Создателям. Еще бы – увидеть во плоти легендарных божеств, сотворивших этот мир и его обитателей!..

На окруженной могучими деревьями поляне горело несколько больших костров, разгоняющих ранние сумерки, готовились самые вкусные блюда, звучала веселая мелодия флейт и барабанов. И все свободное пространство было занято оживленно разговаривающими, смеющимися и танцующими дейнарами – Мегроями, Озерными, Декку – словно по мановению волшебной палочки вновь превратившимися в сплоченный и дружный народ. Сами гости – все та же пятерка сениоремов, что прилетала в город накануне – сидели на расстеленных у огня циновках в компании аданов трех племен, угощаясь свежеиспеченными, еще горячими лепешками, грибной похлебкой, сочными фруктами и сладким ягодным соком. И, судя по выражению их обычно бесстрастных лиц, и еда, и окружающая обстановка им была вполне по нраву. Девия даже согласилась потанцевать с дейнарской молодежью, среди которой выделялись гибкие, оплетенные мягко светящимися узорами фигуры прекрасных Декку.

Триса и Дафну посадили рядом с Кором, по правую руку от Дарнис. На коленях у девушки развалился счастливый хвайк, то и дело ныряющий носом в ее миску, а возле амавари лежал, недовольно щурясь на огонь, Сол. Вирису теперь разрешалось всюду следовать за Трисом – в селении его больше не боялись, а дети и вовсе то и дело пытались на нем повиснуть, обращая грозного хищника в позорное бегство. И даже Фьюри совершенно спокойно реагировал на присутствие зверя.

Трис смотрел на сидящую рядом Дафну, в своем изумрудно-зеленом платье и с распущенными по плечам волосами напоминающую лесную фею, на веселящихся сородичей, на умиротворенные лица Создателей, наблюдающих за своими «детьми» – и сердце его переполняла тихая, безмятежная радость. Он впервые не чувствовал затаившейся в этом мире угрозы в лице Деймоса, чья темная сила погрузилась вместе с ним в глубокий гибернационный сон – и который уже через несколько часов навсегда покинет Неолу на корабле Создателей. И единственным модификантом на этой планете останется он, Трис.

Он ощутил на себе испытующий взгляд Ульдасара, словно услышавшего эхо его мыслей, и вопросительно посмотрел ему в глаза. Тот кивком указал на место рядом с собой, подзывая парня, а когда тот повиновался, наклонился к нему и негромко произнес:

– На рассвете мы покинем Неолу. Ты не надумал лететь с нами?

– Нет. Предложение, конечно, заманчивое, но...

– Я понял, – улыбнувшись, остановил его Создатель. – И принимаю твое решение. Но что ты скажешь, если мы доверим тебе наблюдение за нашей станцией, кораблем, который останется здесь?

– Призрачным холмом?

– Вообще, его название – «Светоч». Никаких больше Стражей и оружия: теперь нужды в них нет. Будешь присматривать за ним в наше отсутствие вместе со своей подругой – уверен, ее это заинтересует.

– В ваше отсутствие? Хотите сказать... вы сюда еще вернетесь?

– Вполне вероятно. Но точных сроков, сам понимаешь, назвать не могу. Время для нас течет несколько иначе, да и других дел во Вселенной всегда хватает...

– Что, если я умру раньше, чем вы вернетесь?

– О, ты будешь жить еще очень долго, друг мой. Ну, и ты всегда можешь выбрать себе достойного преемника... Так что, согласен?

– Конечно. Спасибо за доверие, – совершенно искренне поблагодарил его Трис.

Они еще немного обсудили кое-какие вопросы, связанные с работой «смотрителя» корабля, после чего Ульдасар, наконец, отпустил амавари.

«Помни о данном нам обещании использовать свою силу только во благо Неолы и ее жителей», – сказал он ему напоследок – но не вслух, а вновь прибегнув к телепатическому способу общения. И добавил уже с более теплой интонацией, бросив взгляд на смеющуюся какой-то шутке Кора Дафну: – «И береги своих женщин».

«Женщин». Трис осознал смысл услышанного, только вернувшись на свое место, и застыл, чувствуя, как расплывается в непроизвольной улыбке его лицо. Глянул на Дафну – глаза, отражающие золотистые язычки пламени, сияют, щеки разрумянились, смех звенит лесным ручейком. Мысль о том, что их дочь будет похожа на нее, отозвалась в его сердце щемящей нежностью.

– У тебя глаза светятся, – заметила девушка, повернувшись к нему. – Все хорошо?

– Да. Это от счастья, – абсолютно честно ответил он. – Угадай, о чем мы говорили с Ульдасаром?

– Ну, судя по выражению твоего лица, о чем-то хорошем. Давай, рассказывай уже!

– Они предложили мне стать смотрителем «Светоча» – так на самом деле называется их корабль под Холмом. И тебе, между прочим, туда тоже можно. Ульдасар сказал, там ты сможешь найти ответы на свои вопросы о тайнах мироздания и устройстве Вселенной. Не на все, конечно... что-то, по его мнению, пока недоступно для нашего понимания. Ну, а в остальном бортовой компьютер «Светоча» теперь в твоем распоряжении.

– Он так сказал? – задохнулась от радости Дафна. – Я... я действительно о многом хотела их расспросить, но все как-то шанса не выпадало, да и приставать к Создателям... Погоди, но... как он узнал?

– Он же заглянул в твою голову, забыла? Ты для него теперь – открытая книга. Как и я, наверное.

– Мне это, честно говоря, не особенно понравилось.

– Понимаю, – усмехнулся Трис. – И поэтому стараюсь специально не «настраиваться» на твои мысли и эмоции, когда ты рядом. Но порой все они для меня как на ладони...

– Вот уж повезет, если наш ребенок унаследует твои способности, – шутливо проворчала она.

Трис разом посерьезнел.

– Главное, чтобы они не причинили ему вреда. Никому не причинили.

– О чем ты?

– Ты же видела, что эти способности сделали с Деймосом и другими...

– О нет, – твердо сказала Дафна, поняв, куда он клонит. – Ты – не такой, как они. Тебя эта сила, эти эксперименты не искалечили. И зла в тебе нет ни грамма – так с чего твоему ребенку быть другим?

– Не знаю, – он вздохнул, зарывшись носом в ее волосы. – Но ты права. Наш ребенок не может быть злым.

Сидящий рядом Кор тактично отвернулся, наблюдая за кружащимися в танце сородичами. Среди них была и Орасса, то и дело с надеждой подглядывавшая в его сторону. Волосы она сегодня распустила, и они окутывали ее пушистым каштановым облаком, в котором зажигали золотистые искры отсветы костров.

– Не хочешь с ней потанцевать? – тихо спросила Дафна, тронув Кора за руку. – Она явно к тебе неравнодушна...

Юноша вздохнул, задумчиво посмотрел на нее, затем снова отыскал взглядом Орассу.

– Может, и стоит, – наконец, пробормотал он нерешительно поднялся на ноги.

Дафна улыбнулась, увидев, какой радостью озарилось и без того сияющее – благодаря нанесенным на него светящимся узорам – лицо дейнарки, когда Кор присоединился к ней.

– Они чудесно смотрятся вместе, правда? – заметила девушка, повернувшись к Трису.

Тот кивнул, соглашаясь: эти двое действительно будут красивой парой, если все у них сложится. И он искренне желал Кору счастья. За то время, что Трис провел среди Мегроев, он успел привязаться к нему всей душой, полюбить его, как младшего брата, которого у него никогда не было. Ведь частичка души Элео по-прежнему продолжала жить в амавари, связывая его с Кором незримой, но прочной нитью...

Создатели ушли пару часов спустя. Напоследок они о чем-то долго говорили с аданами всех трех дейнарских племен – Дарнис, Армэ и Друнном, возглавившим Озерных после поражения Деймоса – должно быть, давая им последние наставления перед отлетом. В конце концов, дейнары были их творением, за которое они несли ответственность. И которым явно благоволили больше, чем не оправдавшим их надежд людям.

Впрочем, у последних были все шансы перечеркнуть ошибки своих предков и заслужить уважение некогда создавшей их высшей расы.

Большинство дейнаров после окончания праздника стали расходиться по своим жилищам, но некоторые остались, рассевшись парами или небольшими группами у костров; среди них были и Кор с Орассой. Трис же, взяв Дафну за руку, повел ее к так полюбившемуся им озеру, где они когда-то впервые повстречали Сола. Вирис было увязался за ними, но на полпути свернул в чащу, отправившись на ночную охоту, а давно заснувшего Фьюри они оставили в селении.

Озеро ждало их, мерцая таинственными бликами в призрачном свете двух неразлучных лун и рассыпавшихся по всему небу звезд. Огоньки светлячков по-прежнему бродили в кронах деревьев, шуршал на ветру разлапистыми листьями папоротник, пели где-то в отдалении ночные птицы да вторили им неумолчные сверчки. Неола спала и видела свои волшебные сны, но в Лесу даже ночью продолжалась жизнь.

– Как же хорошо, – промурлыкала Дафна, когда они, раздевшись, рука об руку вошли в теплую воду.

Трис одним гребком подплыл к ней, притянул к себе, так, что их лица оказались близко-близко. Поцеловал – сначала ее губы, потом мокрую загорелую щеку, кончик носа, покрытый почти неразличимыми крапинками веснушек. Счастье пело в нем, и эта песня плыла над землей, слышная одной лишь Вселенной, что наблюдала за ними с высоты сияющими глазами звезд.

А Трис смотрел на Дафну и не мог насмотреться. Он подумал о приготовленном для нее сюрпризе и невольно улыбнулся, представив ее реакцию. Сюрпризом – точнее, его частью – был хейлис, кристалл чистейшего бирюзового цвета, который можно было найти в глубоких пещерах у некоторых рек Неолы и который высоко ценился среди антроповильцев. Камень, как нельзя лучше смотревшийся бы в золотом помолвочном кольце и идеально подходивший к глазам Дафны. Трис рассказал о своей идее Гаю, и тот охотно вызвался помочь ему с хейлисом – найти ювелира, который сумеет его огранить и вставить в оправу, в качестве оплаты за свою работу получив то, что от него останется. За образец Гай взял одно из старых колец сестры, отыскавшихся в доме их родителей, а помочь с выбором нового, помолвочного, Трис попросил Кейру. И кольцо она, надо признать, выбрала самое красивое из тех, что были в предложенном им каталоге.

Осталось самое важное: с готовым кольцом на руках сделать Дафне предложение. Трис уже знал, где это произойдет: у того самого озера, что так любила Элео – и которое не раз являлось ему в снах. Дорогу к нему ему показал Кор, часто бывавший там с сестрой. Прекрасное место, чтобы предложить возлюбленной официально провести вместе остаток жизни. А дальше… дальше будь что будет.

– Чему ты улыбаешься? – спросила Дафна, касаясь кончиками пальцев его губ.

– Всему, – беззаботно пожал он плечами. – Этой сказочной ночи, тому, что ты рядом, что с нашим ребенком все хорошо. Доктор ведь сказал, все в порядке?

– В абсолютном. Ну, насколько можно судить на таком раннем сроке. И чувствую я себя замечательно – но ты и сам это знаешь.

– Знаю, – Трис бережно обхватил руками ее талию, погладил большими пальцами пока еще плоский живот. Поколебался, думая, стоит ли рассказывать Дафне о том, что сам так неожиданно узнал этим вечером от Ульдасара. Может, следовало до поры сохранить это в тайне?

– Что? – заглянула девушка ему в глаза, уловив его нерешительность.

– Ульдасар сказал, у нас будет девочка. Думаю, ему можно верить...

– Девочка? Правда? – Дафна тихо засмеялась, и Триса буквально обдало волной разом захлестнувших ее чувств – счастья, нежности, любви... – А я знала, – добавила она вдруг уверенно. – Но Ульдасар, конечно, хорош – дважды испортить нам сюрприз!

– Наверное, для них такие вещи настолько очевидны, что он и не подумал, какой неожиданностью они окажутся для нас.

– Но ты рад? Рад... дочери?

– Спрашиваешь! Девочка с твоими глазами – это же так здорово!

– Думаю, глаза у нее будут твои, янтарные, – с улыбкой заметила Дафна. – Но это, конечно, не так уж важно. Знаешь, даже не верится, что все мои мечты, наконец, сбылись... Ну, почти все, – подумав, поправилась она. – Осталось пристроить в хорошие руки брата, и мое сердце будет спокойно.

– О, об этом тебе беспокоиться не стоит, – усмехнувшись, заверил ее Трис. – Похоже, Гай, наконец, встретил достойную его девушку.

– Что? Кого? О чем ты вообще? – тут же посыпался на него град вопросов.

– Да о том, что после нашей сегодняшней встречи Гай и Кейра договорились где-нибудь поужинать вдвоем. И видела бы ты, как они друг на друга смотрели...

– Серьезно? Гай и Кейра?

– Почему нет? По-моему, они отлично подходят друг другу. И Кейра – чудесная девушка...

– Так и есть, – слегка смутившись, кивнула Дафна. – Я просто... это несколько неожиданно. Что ж... черт, да я ужасно за них рада!

Они засмеялись, прижавшись друг к другу лбами. Совсем рядом ровно шумел, низвергаясь в озеро, водопад, продолжали самозабвенно стрекотать сверчки, и какое-то время оба молчали, умиротворенно слушая окружающие их звуки. Затем Трис разжал объятия и, поманив Дафну за собой, неторопливо поплыл вперед.

Они оказались у самого подножия водопада, окутанного, точно облаком, водяной взвесью. Дафна было замешкалась – стена воды грозила вот-вот обрушиться ей на голову – но амавари упрямо звал ее дальше, и она, зажмурившись, нырнула за ним следом. Однако ничего не случилось. К своему удивлению, девушка поняла, что лица ее теперь не касаются даже мелкие брызги – и, открыв глаза, ахнула.

– Что это? – она запрокинула голову, пытаясь рассмотреть накрывший их невидимый купол, омываемый мощными струями воды. Удивительно, но даже гул водопада под ним заметно стих.

– Думаю, тот самый «энергощит», который умел генерировать Деймос, – нарочито небрежно ответил Трис. – Теперь и я так могу.

– Да ты не перестаешь меня удивлять!

– И не перестану, – серьезно пообещал он ей.

Их руки, а затем и губы встретились, и они еще долго не отрывались друг от друга, спрятавшись от всех в самом сердце воды, тщетно пытающейся отыскать лазейку в их убежище. А затем бок о бок поплыли к берегу, туда, где под светом таинственных звезд их ждал Лес, и дейнары, и вся Неола, чей зов никогда еще не звучал так ясно и ласково.

Конец.