Совершенный вид. Зов Неолы

Глава 13

– Неудобно вышло. Там, в кабинете мэра, – заметил Трис уже во флаере, мчащемся над кажущимся бескрайним, сочно-зеленым полотном тропического леса.

Дафна философски пожала плечами.

– Они сами просили. И, сдается мне, если бы ты просто приподнял тот столик над землей и заставил его немного покрутиться в воздухе, их бы это не так впечатлило.

Трис тихо фыркнул, про себя соглашаясь с ней.

– И вообще, – ворчливо добавила девушка, – наша госпожа мэр явно положила на тебя глаз. Видел, как она на тебя пялилась? Я уж думала, сейчас попросит потрогать твои мускулы…

– У нее нет ни единого шанса – мое сердце давно принадлежит другой.

– Повезло этой счастливице!

Трис улыбнулся и, откинувшись на спинку сиденья, устремил взгляд вниз, на пролетающие под ними пышные верхушки деревьев, изредка перемежаемые пестрыми пятнами полян, искристыми блюдцами озер и извилистыми лентами рек. Мельтешение красочных пейзажей и плавный полет флаера очень быстро нагнали на него дрему – ночью им с Дафной, как обычно, выспаться не удалось – и уже через пару минут его веки потяжелели и закрылись.

И пришел сон – нет, скорее, видение, короткое, зыбкое и непонятное. Поляна, посреди которой возвышался Призрачный холм, огонь, бушующий у темного провала в его основании, обнажившего раскуроченный вход в прежде сокрытый от чужих глаз, веками дремавший под толщей земли космический корабль. Трис стоит прямо напротив и даже здесь, за гранью яви, ощущает опаляющий его лицо жар, чувствует запах дыма и крови. Там, за его спиной, смутно слышны какие-то крики и суета, но его взгляд прикован к мощной высокой фигуре черноволосого мужчины, уверенно заходящего в провал вместе со своей ношей – хрупким, кажущимся детским в его могучих руках телом, которое, как вдруг с ужасом понимает Трис, принадлежит Дафне. Ее голова бессильно запрокинута, глаза закрыты, светлые волосы свисают вниз, слегка колеблемые легким ветром… «Мертва или без сознания?» – бьется в голове Триса одна-единственная мысль.

Деймос уже исчез во тьме провала, и амавари спешит следом, пытаясь догнать его, предотвратить непоправимое – но движения его странным образом замедлены, словно его ноги увязают в глубоком иле, а тело вынуждено преодолевать сопротивление внезапно загустевшего воздуха. Трис распахнул рот – но крик так и не сорвался с его губ, будто поглощенный космическим вакуумом. Так бывает в особо мучительных кошмарных снах…

А через мгновение все вокруг – земля под его ногами, Холм, укрывающий тайну Создателей – начинает дрожать, идет трещинами и осыпается, выпуская на волю разбуженный захватчиком корабль. Но прежде чем полететь вслед за комьями земли в разверзающуюся под его ногами бездну, Трис успевает увидеть, как небо над поляной вдруг заслоняет гигантская тень, и меркнет дневной свет, и затихают окружающие звуки…

– Эй, эй! – тормошила его за плечо, озабоченно хмурясь, Дафна. – Проснись, Трис! Плохой сон, да?

Амавари пару раз с усилием моргнул, и туман перед его глазами, наконец, рассеялся, позволяя четко разглядеть родное загорелое лицо склонившейся над ним девушки. Кажется, абсолютно невредимой.

– Черт, – выдохнул он, с невольным облегчением – и чуть более порывисто, чем собирался – притягивая ее к себе. – Привиделось. Все было так реально…

– Опять Деймос? – Дафна слегка отстранилась, чтобы видеть его лицо. – Твои глаза мерцают, ты знаешь?

– Деймос… и Холм. И ты. В моем сне он таки проник на корабль, да еще и тебя туда затащил. То ли раненую, то ли…

Его передернуло, и Дафна, на секунду замерев, успокаивающе погладила его по щеке.

– Вряд ли он бы взял с собой мертвое тело, так? – как можно более ровным голосом заметила она. – Значит, просто «вырубил». И, вообще… это был один из твоих особых снов-видений или просто рожденный подсознательными страхами кошмар?

– Не знаю. – Трис покачал головой и, вздохнув, огляделся. Только сейчас он понял, что они больше не летят над лесом, и их флаер стоит на своем обычном месте посреди прогалины, от которой убегала в чащу ведущая к селению Мегроев тропинка. Мир снаружи выглядел тихим и безмятежным, как и всегда, но Трис, потеряв возможность издали «чуять» модификанта, больше не чувствовал себя здесь в полной безопасности.

– Не переживай так. Мне тоже последние пару дней ерунда какая-то снится. Давай, пошли уже, я соскучилась по Фьюри, – ободряюще улыбнувшись ему, Дафна открыла дверцу со стороны своего сиденья и легко спрыгнула в траву, уже порядком примятую днищем флаера. Трис подхватил с пола увесистый рюкзак девушки – похоже, она опять набрала каких-то угощений для детей – и, без труда вскинув его на плечи, выбрался следом.

Жара разгорающегося дня волной обдала его тело, привыкшее к прохладе кондиционированного воздуха, в глаза ударило слепящее солнце, а ноздри наполнились смесью густых, вкусных запахов Леса, которых ему так не хватало в каменных лабиринтах Антроповилля. И на душе как-то само собой сразу стало спокойнее: он дома и скоро увидится с семьей. Уголком сознания он вдруг уловил приближение существа, которое, безусловно, было опасно, но не для них с Дафной, и даже не насторожился, уже зная, кого увидит спустя пару секунд.

А вот девушка подскочила от неожиданности, когда из ближайших кустов прямо перед ними буквально вывалился, переливаясь роскошной шкурой на солнце, полный радостного возбуждения вирис.

– Сол! – с облегчением засмеялась Дафна. Она бесстрашно протянула к зверю руки, и тот, приветственно фыркнув, подошел, ткнулся огромной мордой ей в ладони.

Трис невольно залюбовался ими – мощным красивым хищником и хрупкой, тоненькой девушкой, которой тот мог бы при желании одним щелчком зубов перекусить шею. Вот только Солу явно нравились ласки человека: он доверчиво терся щекой о бедро Дафны, едва не валя ее при этом с ног, и громко мурлыкал, напоминая самого обычного, хоть и выросшего до весьма устрашающих размеров, кота.

– Вижу, вы подружились, – хмыкнул амавари, приблизившись к ним и тоже с удовольствием пройдясь ладонью по пушистому хребту зверя.

– Поразительно, правда? – подняла на него сияющие глаза девушка. – Кто бы мне еще недавно сказал, что я вот так запросто смогу гладить дикого вириса!

– Я его, кстати, чувствую, – задумчиво произнес Трис. – Словно между нами установилась некая ментальная связь… Так странно.

– А меня ты чувствуешь? – с любопытством спросила Дафна. – Между нами ведь тоже в некотором роде образовалась… связь.

– Всегда и везде, – серьезно кивнул он, убирая ей за ухо непокорно торчащую прядку. Затем глянул на замершего вириса, внимательно смотрящему ему в глаза. – Что ж, Сол, давай, веди нас к Мегроям – дорогу ты знаешь.

Зверь, словно только того и ждал, дурашливо мотнул головой и одним гигантским прыжком скрылся в чаще. А Трис и Дафна, весело переглянувшись, рука об руку зашагали следом.

Еще на подходе к селению все трое, даже девушка, ощутили смутное беспокойство. С поляны, раскинувшейся у подножий центральных мегроев, доносились громкие и явно недружелюбные голоса, то ли то-то горячо обсуждающие, то ли спорящие, и некоторые из них отчего-то показались Дафне чужими. Неужели она, как и исконные неольцы, начала чувствовать «своих» дейнаров?

Сол, застыв за подступающими к поляне зарослями, вытянулся в напряженную струнку и негромко, угрожающе заворчал.

– Тише, дружище, – тут же откликнулся Трис и, поравнявшись со зверем, успокаивающе похлопал его по холке. – Похоже, у Мегроев гости.

– Деймос с Озерными? – быстро уточнила Дафна.

– Нет. Какое-то другое племя. Пойдем, познакомимся. А ты, Сол, пока оставайся здесь – вряд ли там обрадуются твоему появлению.

Вирис, явно понявший просьбу амавари, недовольно фыркнул, но рычать перестал и послушно сел на траву, повернув морду в сторону селения. Трис же, вновь взяв Дафну за руку, уверенно вышел из чащи на открытое пространство.

На поляне было оживленно, как никогда. Горел огонь, в воздухе витал аромат свежеиспеченных лепешек, а в тени раскидистых ветвей мегроев толпились и сидели на бревнах дейнары – как жители селения, так и «гости», выделяющиеся на фоне остальных причудливыми узорами, покрывающими все открытые участки их тел. Нанесенные прямо на шерстяной покров темно-зеленой, странно переливчатой краской тонкие линии и загогулины напоминали переплетающиеся стебли диковинных растений и придавали внешности новоприбывших броскую необычность. Среди них в основном преобладали мужчины, хотя Дафна мельком отметила и нескольких женщин в коротких топах и юбках наподобие тех, что носили Мегрои, с вплетенными в длинные волосы яркими лентами и бусинами. Всего чужаков здесь было, наверное, не меньше дюжины.

При виде приближающихся Триса с Дафной все разговоры и шум немного стихли, а от группы собравшихся у костра дейнаров отделился Кор и быстрым шагом направился им навстречу.

– У нас гости, – сказал он, коротко кивнув друзьям в знак приветствия. – Декку пришли разбираться, что тут у нас происходит – спасибо слухам, распространяемым Озерными.

– Декку – тоже лесное племя, живущее на деревьях, – пояснил Трис, заметив вопросительный взгляд девушки. – Дальние соседи Мегроев.

– Они… дружны с Мегроями? – осторожно поинтересовалась она.

– Здесь все были дружны, пока не появился Деймос, – мрачно хмыкнул Кор. – А теперь Озерные им наплели невесть что про нас и нашу дружбу с людьми, про то, как люди напали на их адана и его подругу и убили ее… про священный Холм, добровольно отданный врагу. В общем, настрой у Декку, как вы сами понимаете, не самый миролюбивый. – Юноша глянул на Дафну и с неохотой добавил: – Наверное, не стоило вам сейчас здесь появляться…

– Все будет хорошо, – спокойно произнес Трис, крепче сжав пальцы слегка оробевшей Дафны. – Пойдем.

Сопровождаемые Кором и встреченные уже почти полной тишиной, они приблизились к дейнарам, которые медленно расступились в стороны, пропуская их к Дарнис. Раскосые глаза Декку, такие же янтарные, как и у Мегроев, но с легким зеленоватым оттенком, впились в них настороженными, недоверчивыми и весьма недружелюбными взглядами; кто-то из женщин при виде Дафны даже испуганно ахнул.

Конечно – никто из них, скорее всего, никогда не видел «настоящего человека», да еще так близко.

Трис, а вслед за ним и Дафна привычно поздоровались с Дарнис, напротив которой стоял невероятно рослый, крепко сложенный мужчина-Декку в возрасте, темно-каштановую гриву волос которого, убранную в небрежную косу, кое-где уже серебрила седина. В руках он, к огромному удивлению Дафны, держал длинное и с виду очень прочное копье – и только сейчас, еще раз быстро оглядевшись, она заметила такие же копья и у остальных Декку. А у многих еще и ножи в поясных ножнах.

Оружие у дейнаров?? Насколько же сильно их впечатлили россказни подстрекаемых Деймосом Озерных?

Мужчина, который, по всей видимости, был аданом Декку, впился в лицо девушки колючим хмурым взглядом.

– Что ж, – произнес он низким, характерно «рыкающим» голосом, – вижу, слухи не лгут и Мегрои действительно позволяют людям свободно ходить по своим землям.

– Не каждому, – с достоинством и присущей ей невозмутимостью уточнила Дарнис. – Кстати, позволь представить вас друг другу. Это Трис, наш амавари – он мне почти как сын. О нем ты, уверена, уже слышал. А это – Дафна из Антроповилля, его возлюбленная и друг Мегроев. Трис, Дафна, познакомьтесь с Армэ, аданом племени Декку, наших лесных соседей… и добрых друзей.

– Не думала, что к друзьям приходят с оружием, – заметила по-дейнарски девушка, учтиво склонив перед Армэ голову. Тот невольно вскинул брови, очевидно, удивленный тем, что человек настолько хорошо владеет его родным языком. Остальные Декку тоже переглянулись за его спиной.

– Очень рад встрече с аданом достойнейшего племени, – подал голос и Трис, и от прозвучавшей в нем искренности выражение лица Армэ слегка смягчилось.

– Армэ, – обратилась к нему, одобрительно улыбнувшись амавари, Дарнис, – почему бы нам не присесть и не обсудить сложившуюся ситуацию спокойно, за дружеской трапезой? Тем более, здесь Трис и Дафна, которые могут ответить на многие беспокоящие вас вопросы…

– Хорошо, – после непродолжительных колебаний кивнул мужчина. И, уже следуя за Дарнис, предлагающей гостям занять места на бревнах и расстеленных вокруг циновках, еще раз цепко глянул на Дафну, которой стоило больших усилий не поежиться под этим тяжелым взглядом. Кожу на лице точно колючками оцарапало. Но Трис продолжал крепко и уверенно сжимать ее ладонь в своей, заряжая ее своим спокойствием, и Дафна, стиснув зубы, как ни в чем не бывало двинулась вслед за друзьями.

Похоже, с Декку им предстоял долгий и очень нелегкий разговор.

***

Уютное пламя костра разгоняло сгущающийся сумрак, образуя островок золотистого света, на краю которого, сев прямо на землю, и устроился Кор. После разговора с Декку Трис и Дафна куда-то ушли – наверняка им хотелось немного побыть вдвоем – и юноша пересел поближе к огню, желая обдумать события последних дней в одиночестве.

Они рассказали Декку все: правдивую историю похищения Элео и появления на свет Триса, а также других модификантов, способности которых, как и намерения, были полны зла; поведали им о причинах, побудивших Мегроев обратиться к людям, о разрушительных планах Деймоса, о воздействии его подруги на Озерных, о попытке модификантов прорваться к Холму и о том, как на самом деле погибла Хель. И Армэ, поначалу слушавший Мегроев с недоверием, под конец рассказа лишь молча качал головой, то гневно сжимая кулаки, то мрачно хмурясь – но, похоже, больше не сомневаясь в их искренности.

– Озерные, с которыми мы говорили, тоже показались нам… странными, – задумчиво произнес он, когда рассказ подошел к концу. – Они словно были не в себе. И все же мне не нравится идея отдать Призрачный холм людям. Это священное место, собственность Создателей, которую мы, Дей’н’Ар, должны оберегать, а не доверять чужакам, владеющим опасными знаниями и оружием. Сегодня люди (с их слов) готовы с нами дружить, а завтра решат прибрать всю Неолу к рукам – и чем они тогда будут лучше Деймоса?

– На ребенка из твоего племени не нападали Стражи, – веско заметила Дарнис. – Люди могут нас от них защитить – и позаботиться о небесном корабле Создателей. Или ты всерьез считаешь, что мы сумеем оградить его от Деймоса?

– Деймос остался один, и ему может противостоять ваш амавари-полукровка, – мужчина бросил тяжелый взгляд на Триса, лицо которого было спокойно, как гладь озера безветренным утром. – Незачем впутывать сюда людей. Тем более, после всего, что они натворили…

– Я понимаю твое недоверие, друг мой. Признаться, я и сама не до конца уверена в том, что поступила правильно, попросив людей о помощи. Должно быть, в глубине души я все же хочу наладить отношения между нашими народами – и знакомство с Дафной лишь укрепило меня в этом желании. Кроме того, возможно, Создатели – наши общие прародители… Не зря же мы так похожи.

Армэ в ответ лишь скептически хмыкнул, но возражать не стал. Отойдя вместе с группой своих соплеменников в сторону, он некоторое время о чем-то с ними совещался, то согласно кивая, то решительно взмахивая руками, а затем, вернувшись к ожидавшим его Мегроям, озвучил им решение, к которому пришли Декку.

– Мы хотим отправиться завтра к Холму вместе с вами и лично проследить, чтобы люди не причинили ему вреда – а заодно посмотреть, что они найдут там, внутри, – твердо заявил Армэ. – И, если нам что-то не понравится, мы вмешаемся, будь уверена, Дарнис.

– Что ж, в таком случае будем рады приютить вас у себя на ночь, – с достоинством ответила женщина, поднимаясь на ноги. – Мы приготовим для вас дома – либо можете спать здесь, у огня, если опасаетесь разделяться.

Произнеся это, она слегка усмехнулась, и Армэ, явно смутившись, заверил ее, что Декку будут счастливы переночевать в отведенных им домах на ветвях Мегроев, так похожих на их собственные. После этого дейнары из обоих племен разошлись кто куда по своим делам, переговариваясь – или обмениваясь недружелюбными взглядами; ушли в лес и Трис с Дафной, а Кор, оставшись один, сел у костра, пытаясь привести в порядок свои полные смятения мысли.

Однако долго его одиночество не продлилось: едва слышно ступая по траве, к нему подошла Орасса, дочь Армэ и младшая из его троих детей. Опустилась чуть поодаль на границе света, изящно подогнув под себя ноги, и улыбнулась повернувшему к ней голову Кору. Она была немногим младше его – кажется, ей было шестнадцать или около того – но выглядела взрослее благодаря серьезному выражению лица, красоту которого Кор не мог не отметить. Необычный для дейнаров чуть вздернутый носик, высокие, резко очерченные скулы, полные губы, а шерсть на теле, испещренном замысловатыми узорами, золотисто-бронзовая – почти как покрывающий кожу Дафны загар, невольно подумалось юноше. А в раскосых глазах, отражающих пламя огня, вспыхивают завораживающие зеленоватые искорки.

Да, Орасса сильно изменилась за те несколько лет, что они не виделись.

– Я не помешаю? – спросила девушка, слегка застенчиво убирая за ухо выбившуюся прядь волос.

– Нисколько, – пожал плечами Кор. И спросил немного насмешливо, скользнув взглядом по ее рукам: – А где твое копье?

– Мы не должны были брать с собой оружие, – она нахмурилась, отворачиваясь к огню. – И отцу не хотелось, я видела. Но эти Озерные со своими рассказами… И, знаешь, Лес полнится слухами… разными. Тревожными.

– О полукровке, которого мы приютили, о его подруге-человеке и людях, рыщущих по нашим землям?

– Ну… да. А еще все говорят о новом адане Озерного племени. Сами мы его не видели: Озерные никогда с нами тесно не дружили и на церемонию назначения позвали только вас, Мегроев…

– И что же говорят о Деймосе?

– Что он – самый сильный амавари из всех рождавшихся в последние годы. Что он умеет двигать предметы одним усилием воли, читать мысли и видеть будущее…

– Он не амавари, – резче, чем собирался, возразил Кор. – Сила, которой он обладает – недобрая, разрушительная. Чужая. Вот Трис – амавари; он один из нас.

– Ты уверен? Мне показалось, он ближе к людям, чем к нам, – хмыкнув, заметила Орасса.

– Из-за того, что его подруга – человек? Ты просто не знаешь Дафну, – покачал он головой. – Она принадлежит Лесу точно так же, как любой из нас. Любит Дей’н’Ар и зверей… И сердце у нее чистое и доброе.

Девушка как-то странно посмотрела на него, теребя тонкими пальцами травинку.

– Но это ведь не значит, что все люди такие…

– Но и не значит, что все они – зло. Вот побываю в Антроповилле – и расскажу тебе, какие они на самом деле.

– Ты что, взаправду собрался в город людей??

– Почему бы и нет? Дафна звала меня. Заодно посмотрю на полукровок, о которых столько слышал…

– И ты… не боишься?

– Нет. Я верю Дафне и Трису – они никогда бы не стали мне лгать или подвергать мою жизнь опасности.

– Но твоя сестра… она же…

– Да, Элео погибла там, и я думал, что буду ненавидеть людей за это до конца своих дней. Но… все изменилось.

Умолкнув, Кор привычно коснулся прохладной поверхности зеленого камня на своей груди. Кулон когда-то принадлежал Элео – больше года назад он нашел его лежащим в траве у берега озера, где она так любила бывать. Шнурок, к которому крепился камень, был порван… а свою сестру он так и не нашел. И больше никогда ее не видел – живой.

Как всегда, на секунду ему показалось, что он чувствует исходящее от камня тепло – хотя, конечно, он сам и согрел его в своей ладони. Но так хотелось верить, что, куда бы ни ушла душа Элео, она чувствует его любовь – и его тоску – и незримо, неслышно откликается на его зов, даря свою любовь и утешение в ответ.

А еще частица ее души продолжала жить в Трисе, который давно стал ему как брат. Добрая, светлая частица. И потому Кор точно знал, что истинный амавари – это Трис, а вовсе не Деймос, который получил способности Элео – жутким, неестественным способом – но при этом не имел с ней ничего общего.

Кор вздохнул и, вспомнив о своей собеседнице, повернул к ней голову – но Орасса смотрела куда-то мимо него, задумчиво и будто бы оценивающе. Проследив за ее взглядом, он увидел идущих к ним через поляну Триса с Дафной, на плече у которой восседал соскучившийся по хозяйке хвайк. А на лице девушки лежало такое озабоченное и встревоженное выражение, что Кор тут же вскочил на ноги, готовясь к дурным вестям.

– Деймос идет сюда вместе с отрядом Озерных, – приблизившись, сходу сказал Трис. – Дафне только что сообщили. Будут здесь утром, если остановятся на ночлег в лесу.

– Вооружены? – покосившись на прислушивающуюся к ним Орассу, спросил юноша.

– Да, примерно так же, как и Декку. Наспех смастеренные копья, ножи…

– Ну, не драться же они с нами идут?

– Скорее всего, выяснять отношения с подачи Деймоса. И требовать изгнания людей с земель Дей’н’Ар…

– Либо попробуют изгнать их сами, – покусывая нижнюю губу, заметила Дафна. – Может, они направляются к Холму, а вовсе не сюда. Нет, нападать на людей они вряд ли станут – это будет просто безумием – но потребовать, что они убирались с территории дейнаров, вполне могут. И они имеют на это право, хотя по сути Холм находится во владениях Мегроев…

– Я должен сообщить матери, – мрачно кивнул Кор. И добавил, вновь бросив взгляд в сторону Орассы, к тому моменту тоже поднявшейся на ноги, но не решающейся подойти к ним: – Ну, и Армэ.

Он быстрым и решительным шагом двинулся к мегрою, на котором располагалось жилище Дарнис, и юная дейнарка, помедлив, направилась следом. Трис и Дафна остались у костра одни – не считая хвайка, который, словно чувствуя настроение хозяйки, притих на ее плече.

– У меня странное предчувствие насчет завтрашнего дня, – негромко произнесла девушка, беря Триса за руку. Ей нравилось, как ее маленькие тонкие пальцы тонули в его большой теплой ладони – это всегда ее успокаивало. Всегда, но не сейчас. – У тебя тоже?

Амавари с минуту молча смотрел на нее сверху вниз, и блики огня завораживающе плясали в янтарной глубине его глаз.

– Да, – наконец, со вздохом ответил он. – Завтра что-то произойдет.

Он поднял лицо к темнеющему небу, обрамленному кружевом густых крон, словно ожидая увидеть в нем огромную тень из своего сна, которая, казалось, накрывала целый мир. Одновременно пугающую, вызывающую трепет и… благоговение. Что это было? Несла ли эта тень спасение или новую угрозу? Быть может, люди подняли в воздух Ковчег, бросив против Деймоса последнее, самое мощное свое оружие?

Или тень была предупреждением о надвигающейся на Неолу беде?

Впрочем, не это беспокоило Триса больше всего. Перед его мысленным взором вновь и вновь вставал образ Дафны, безжизненной куклой повисшей в руках Деймоса – возлюбленной, которую он, амавари, был бессилен защитить. И, сколько бы он ни старался, никак не мог понять, было это видение пророческим или родилось из блуждающих в его подсознании страхов.

– Останься завтра в селении, не ходи к Холму, – попросил он, беря лицо девушки в свои ладони и неотрывно глядя в ее глаза. Немыслимо бирюзового цвета, прозрачные, как морская вода над коралловым рифом, у которого они вместе плавали. – А еще лучше – улетай домой. Я… я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

– Мой дом – здесь, с тобой, – она упрямо свела тонкие брови над переносицей. – Ничего со мной не случится. Обещаю, в случае чего сразу запрыгну в свой флаер и рвану оттуда. И потом, я ведь буду там не одна…

Трис с сомнением покачал головой, но спорить не стал. Лишь прижал к себе Дафну так сильно, что едва не свалившийся с ее плеча Фьюри возмущенно запищал, и какое-то время стоял так под устремленными на них взглядами, закрыв глаза и слушая учащенное биение ее сердца.