Не беси Комаришкина II. Род Комаришкина

Глава 12

— Молодой человек, не подскажите как пройти в библиотеку? — послышался голос сзади.

Блондинка в белом, почти прозрачном от влаге, топике протянула мне руку, стоило принять ее кисть, как хватка стала жесткой, девушка рванула ее на себя, а второй рукой вогнала нож мне в печень и, профессионально провернув его в ране, тут же отдернулась.

Точнее попыталась, так как ее руку я не отпустил.

Девушка посмотрела мне в глаза, потом перевела взгляд на торчащий из меня нож, снова посмотрела мне в лицо.

— Куда же вы, сударыня? — улыбнулся я. — Я вас не отпускал!

По ее мнению, я сейчас должен был упасть и истекать кровью. Однако, моя разогнанная регенерация, подстегнутая метаморфизмом и энергией поступающей от финтифлюшки в Кармане Души, позволила враз нивелировать повреждения. Нож торчащий во вне вызывал небольшое чувство дискомфорта, но, ради пафосного момента, я его не вытаскивал.

— Нож в печень — никто не вечен, да?

На мой юмор блондинка не обратила внимания, она подалась ко мне. Я ожидал, что девушка схватит нож и провернет его еще пару раз, даже приготовился перехватить ее вторую руку, но вместо этого зубы девушки вцепились в кисть. От неожиданности я разжал руку и блондинка отскочила на шаг.

Я рывком достал из себя нож и броском отправил его за борт дирижабля, надеюсь, упав он не причинит никому вреда. Девушка стояла так, что я находился между ней и дверью, убежать и спрятаться в каюте до конца полета не выйдет.

Я ожидал, что придется играть в игру «скорострел» — кто быстрее выхватит пистолет и пристрелит своего противника, но вместо этого блондинка бросилась на меня врукопашную.

Быстрая боксерская двоечка — я уклоняюсь, следом летит удар ногой, но вот незадача — юбка узка и гасит скорость удара, а я подхватываю пятку и вращением стопы опрокидываю противницу на шершавый, покрытый спекшейся резиновой крошкой, пол смотровой площадки.

Девушка откатывается, наклоняется и разрывает юбку с двух сторон и снова набрасывается на меня. Сейчас она атакует с дальней дистанции, боковой удар ногой в колено оказывается финтом, тут же ее нога сгибается в колене и распрямляется стараясь выбить мне челюсть.

Я чуть отдергиваюсь, прогибаясь в пояснице, при этом успеваю заметить мелькнувшие под разорванной юбкой трусики цвета волос с каким-то рисунком. Чертовы Гвардейцы! Из-за их постоянного сопровождения у меня все это время не было никакой личной жизни! Мне казалось, только я приступлю к действию и они, тут же зайдут и встанут по бокам, чтобы проконтролировать процесс.

Теперь это аукается шевелением в штанах, почти прозрачная блузка не скрывает аппетитный вид спортивных грудей, а сознание так и норовит разглядеть рисунок на трусиках в разгар боя! Из-за этого я неплохо выхватил пару раз по ребрам и заимел отсушенную мышцу на ноге. Регенерация справилась, но было обидно, так как моим достижением был только клок выдранный из юбки и хороший звонкий пинок по симпатичной попке.

Пришлось сосредоточиться и разогнать сознание. Теперь либидо меня не отвлекало и игра пошла в одни ворота.

Она была хороша — резкие поставленные удары, отлично наработанные серии, активная работа рук и ног, но против разогнанного сознания все это не работало. Я или пропускал удары мимо или гасил их мягкими блоками.

Самым простым решением было отправить нападавшую за борт вслед за ножом. Только в этом случае я не смогу узнать о причине нападения, сдается мне — не просто так все это произошло. Да и на профи-ликвидатора девушка совсем не тянет. На это указывает отсутствие запасного плана, дополнительного оружия и напарника который может подстраховать.

Еще пару минут такого танца и я, заметив, что девушка начал повторяться и ничего нового уже не покажет, немного ускорившись, точным ударом отправил ее в нокаут. Дальше требовалось протащить эту блондинку не слишком заметно в свою каюту, вдумчивый разговор возможно затянется, а проводить его на общедоступной площадке — это провоцировать на защиту девушки любого вышедшего полюбоваться полетом. И ведь такому доброхоту не докажешь необходимость пыток, он даже в нападение блондинки на меня не поверит.

Пришлось импровизировать. Юбка незнакомки в результате нашего недружественного спарринга превратилась в лохмотья, местами свисающие ниже колен. Выглядело это экстравагантно, но слишком привлекало внимание. Пришлось содрать остатки юбки и надеть на блондинку свою куртку, заодно, мельком, полюбовался мордой кошечки на белых трусиках. Так же я связал правый шнурок ботинка со шнурком левого на ноге девушки, положил ее левую руку себе на левое плечо, а правой рукой обхватил за талию.

Фактически, я нес девушку за счет перекинутой через шею руки, прижимая ее к себе правой рукой. Левая нога блондинки «шагала» синхронно с моей правой, вторая волочилась. Пару раз пришлось, при виде идущих, прижиматься к стене имитируя объятия и тихий откровенный разговор, на нас поглядывали проходя мимо, но и только.

Так и ввалился в номер. Ольга и Суссана смотрели телевизор и что-то негромко обсуждали, мое появление вызвало у них ступор.

Я прислонил ношу к стене, прижал ее бедром и заблокировал дверь в каюту. С той стороны автоматически появилась надпись «Не беспокоить», так что внезапно появившегося персонала можно не опасаться.

Подхватил бессознательное тело, прошел на середину зала и водрузил ношу на стол.

Незастегнутая куртка распахнулась, открыв на всеобщее обозрение ладную фигурку в прозрачной от влаге блузке и белых трусиках с вышитой умилительной кошачьей мордочкой.

Под удивленные взгляды сестры и билдерняшки я стянул с девушки трусы и с удивлением уставился на короткую интимную стрижку затейливой формы.

— Если тебе так хочется, то тащи ее в свою комнату номера, а не устраивай тут бордель! — возмутилась сестренка.

— Блондинка-то она фальшивая! — я обличающе ткнул пальцем в меднорыжие волосы на нижних девяноста. — А раздевать ее необходимо, так как при пытках все равно обделается. Голую в ванне легче сполоснуть, чем возиться с благоухающей одеждой полной неожиданности.

— Извращенец! — вознегодовала сестра. — Ты решил скрасить время полета пытками девушки? Где ты ее взял? Верни немедленно на место, пока она не пришла в себя!

Пришлось рассказать о произошедшем и показать, в доказательство, сквозные прорехи в рубашке и куртке. Девушки впечатлились, но неодобрение в их взглядах осталось.

— Может не пытать, а просто спросить? — извиняющимся тоном, за то, что вмешивается в разговор, предложила Суссана.

— Можно и поговорить для начала. — согласился я.

Освободив пленницу от остатков одежды, я снял и разорвал на лоскуты свою рубашку. Все равно из-за дыры и заляпанности кровью она уже ни на что другое не годилась. Скрутив лоскуты в подобие веревок, привязал руки и ноги захваченной блондинки к ножкам стола.

Нашатыря у меня не было, но слабый разряд в кончик носа сработал не хуже. Электричество — оно такое.

При виде меня и почувствовав свою фиксацию на столе, девушка открыла рот в явной попытке заорать как корабельная сирена. Но я был готов и сунул ей в рот комок из скомканного топика.

— Поговорим? — недобро улыбаясь я наклонился над пленницей и щелкнул разрядом меж разведенных пальцев правой руки. — Иголки в нервные центры и электричество пущенное по ним творят чудеса. Ты все равно расскажешь мне все, что я хочу знать. Это просто вопрос времени и твоих ощущений.

Для подтверждения своих намерений я взялся за кончик ее носа и пропустил меж пальцев разряд, чуть посильнее, чем тот, которым будил.

— Ты обещал сначала поговорить, а потом уже пытать! — возмутилась сестренка.

Я пожал плечами. Чую — надо было скинуть эту деваху с дирижабля, а не тащить ее в каюту. Хлебну я еще горя с этой девицей. Сестра просто не понимает, нельзя оставлять в живых тех, кто пытается тебя убить. Тем более, если убийство практически произошло. Без моей уникальной регенерации, любой получивший профессиональный удар с поворотом ножа в печень был бы мертв через 10–15 минут.

Поступай с людьми так, как они поступают с тобой — это основополагающая доктрина жизни любого здравомыслящего человека. Прощать убийцу — значит давать ему второй шанс на покушение, которое может оказаться вполне успешным.

— Заорешь и я не буду с тобой церемониться! Не посмотрю на возражение твоей защитницы и в следующий раз говорить ты будешь уже с ампутированными руками и ногами. Для разговора они тебе точно не нужны. Уяснила?

С этими словами я вынул кляп у своей гостьи. Девушка ожгла меня взглядом и с ненавистью произнесла:

— Ты почему не сдох, ублюдок?

Я на эти слова только покачал головой, чего еще ожидать от несостоявшейся киллерши?

— Кто ты и почему хочешь меня убить?

— Сдохни! — был ее ответ.

Что ж, я хотел по хорошему, но можно и по второму варианту. Вернув назад кляп, я положил одну руку на чувствительное интимное место, а вторую — чуть выше затейливой рыжеватой прически. Но создать разность потенциалов не успел, сестра натурально отшвырнула меня от пленницы. И откуда столько сил у нее взялось?

— Уйди! — зашипела на меня сестренка. — Мы тут сами поговорим!

Суссана стояла поодаль от сестры, напряженно всматриваясь в меня. Судя по всему, она тоже не одобряла мой способ ведения разговора.

— Ладно. — согласился я. — Пойду отдохну, позовите, как закончите.

С этими словами я отправился в свою комнату номера.

Суссана заглянула ко мне часа через два. Убедилась, что я ничем особым не занимаюсь и открыла дверь пошире.

— Извините, я была не права. — потупив глаза заявила появившаяся в дверном проеме моя несостоявшаяся убийца.

Ну вот! Сначала ножом в печень тыкает, потом извиняется. И что теперь мне с этим делать?

Пришлось выходить в общий зал. Блондинка одетая вещи сестры, которые не совсем ей по размеру, отошла к Ольге и Суссане, как бы ища их поддержки.

— Мне сказали, что вы лично уничтожили отряд КаМед. — неуверенно переминаясь с ноги на ногу и не зная куда девать руки проговорила она.

— А ты каким боком к КаМедиантам относишься? — решил уточнить я.

— Ратибор мой отец. Он навещал нас с мамой постоянно, а тут, вместо него пришел человек и рассказал, что вы подло убили отца, а остальной отряд расстреляли с дирижабля.

— И ты, вместо того, чтобы разобраться решила убить меня?

— Я же извинилась! — залилась румянцем блондинка. — Больше я так делать не буду.

— А больше и не надо! — проворчал я. — Мне и одного раза вполне хватило…

По дальнейшему разговору выяснилось следующее, девушку зовут Светлана Выпьева. Ее мать ушла из захудалого рода, когда встал выбор — оставаться в захолустье или сбежать с красавцем-воякой. Светлана родилась на Карибах, как подросла, стала оттираться на базе наемников. С детства ее окружали ножи, пистолеты и другое оружие.

Она играла с гильзами вместо кукол, училась постоять за себя, перенимала опыт наемников. Благо — найти желающих преподать пару-другую уроков ребенку на базе не сложно. Так и росла.

После переезда в Империю, они с матерью поселились в городе на съемной квартире. Ратибор заезжал к ним между заданиями и проводил дома сутки-другие. Так и жили. А неделю назад пришел знакомый наемник и рассказал, что ее отца убил Комаришкин лично. Мать, не выдержав смерти любимого человека, наложила на себя руки, а Светлана пообещала себе отомстить убийце отца.

Оружия, после Карибов, дома не держали. У Светланы был только армейский нож подаренный ей на 18-тилетие отрядом КаМед как безделушка с гравировкой о дате. Вот и пришлось пользоваться чем есть.

На дирижабль девушка проникла тайно, так что ни билета, ни каюты у нее нет. И что делать дальше — она не знает. Образование только в пределах средней школы, да и то — со всеми недостатками домашнего обучения. Зато она умеет драться и стрелять.

— Мда. Я тоже не знаю, что с тобой делать дальше. — протянул я задумчиво, резонно предполагая, что решение проблемы это женское трио возложит на меня.

— Ей надо помочь! — решительно заявила сестренка.

Ну как я и думал! Эта сударыня старательно пыталась меня убить, а я теперь еще и ее проблемы должен решать.

— Предлагаю оплатить ей билет до ближайшей посадки и пускай дальше живет как хочет! — выдал я самое разумное решение. — Только пускай больше мне не попадается, в следующий раз в плен брать не буду. Сразу сверну шею и скажу, что так и было!

— Как ты можешь быть таким бесчувственным! — накинулась на меня Ольга. — У девушки горе, а ты — мало того, что избил ее, так еще пытал и обесчестил!

— Это когда это я успел? — ошарашенно-обиженным тоном воскрикнул я.

— А кто ее голой к столу привязал? И током в нос ударил? И руки распускать начал? — не сдавалась сестренка.

— Вы что, совсем тут сдурели? — окончательно начал я выходить из себя. — Что за чушь несете? Она мне нож в печень всадила, а я с ней нянькаться должен? Дайте нож, я ей тоже всажу и пускай выживает как хочет! Око за око!

Начинающийся семейный скандал прервала Светлана. Она упала на колени, прижала ягодицы к пяткам и вытянулась вдоль пола, приняв позу покорности.

— Отдаю себя в твое владение, приму любое твое решение, делай со мной что хочешь! — произнесла она ритуальную фразу перехода в личные рабыни.

Я аж застыл от такого подхода к решению проблемы. Хоть институт рабства и прекратил свое существование на землях Империи еще более ста лет тому назад, но личные рабыни остались. Официально они рассматривались законом как наложницы-содержанки. А что там и как в родовых делах закон не интересовало.

— Чего ты еще ждешь? Принимай давай клятву! — заявила подостывшая от ругани сестра и добавила негромко: — Рабовладелец…

Пришлось принять. Другого выхода из сложившийся ситуации с неиспорченными отношениями с сестрой и билдерняшкой я не видел. Чувствовал я себя обманутым.

Какой другой юноша, получивший в рабыни молодую девушку, прыгал бы от счастья до потолка. А я видел тот ворох проблем, который с собой еще принесет это движимое имущество рода.

— Спасибо, мой повелитель! — торжественно произнесла поднимаясь Светлана. — Остается только закрепить клятву ритуальным сексом!

— Вот еще! — взъерепенилась сестра. — Нечего тут бордель устраивать! Спать будешь здесь, в зале на диване!

— Я обязана! — не уступала ей свежеиспеченная рабыня. — Не пустишь сейчас, я ночью пойду!

— Тогда ты будешь спать в моей комнате, а я тут на диване!

— Вот еще! Рабыни спят или со своим хозяином или в отдельном помещении, но оно не должно быть лучше, чем комнаты свободных членов рода! — козырнула знанием этикета Светлана.

— Можешь спать со мной, я подвинусь! — настаивала на своем сестренка.

Я смотрел на весь этот цирк с грустным видом. Проблемы подступили еще раньше чем я ожидал. Строптивая рабыня — горе в семье! И ведь не отходишь ее плеткой за непослушание, она следует этикету. Да и сестра не даст. Чую, сестренка решила взять эту фальшивую блондинку под свое крыло. Жалостливая она у меня, жизнь ее еще толком не била. Наверное в детстве подбирала и несла домой бездомных котят, а теперь — вот, натурально заставила меня принять в род рабыню.

Тем временем спор между Светланой и Ольгой продолжался, в ход шли новые и новые аргументы. Рабыня вспомнила закон какого-то там года, по которому я обязан не просто закрепить ритуал принятия в рабыни сексом, а натуральным образом изнасиловать ее, причем — при максимальном скоплении людей.

На такое предложение поморщились все, включая меня. Даже сама Светлана, представившая как это будет проходить в ресторане дирижабля, да еще и при всех, кто там находится, залилась краской и подутихла.

— Ты! Спишь! Со мной! — непререкаемым тоном заявила сестра.

— Может ты меня вообще, еще и со служанкой положишь? — злобно ответа ей блондинка.

— А давайте она ляжет в комнате для слуг, а я заменю ее в кровати господина! — ни с того ни с сего предложила, до этого хранящая молчание, Суссана.