Не беси Комаришкина II. Род Комаришкина

Глава 11

— Чертов маг! — беззлобно ругнулся Арсен и самодовольно добавил: — Но как я его! Попал в бестолковку прям как в гнилую тыкву!

Туман окончательно рассеялся и самодовольство покинуло киллера, на дороге лежал пиджак и какие то обрывки, а заказанная цель отсутствовала.

Вот за что я люблю телекинез, так это за возможность создавать ложные цели. Нагнав туману мне пришлось пожертвовать пиджаком и рубашкой, последняя, скомканная в комок, изображала голову. Такой муляж был необходим, что бы, перекатывась колбаской, добраться до кювета.

Расчет на реакцию снайпера не подвел — раз и комок рубашки удерживаемый телекинезом над костюмом разлетается обрывками, а до меня доносится хлопок выстрела, два и я уже в кювете. Аккуратно опускаю пиджак имитируя падение тела, а сам, прикрываясь расходящимся туманом, ужом ползу в кусты.

Лес и снайпер — понятия не совместимые. Для дальних выстрелов нужно пространство, а в лесу любой бой происходит на пистолетной дистанции. Да и оптика в лесу не помощник, тут надо не поле зрения сужать, а наоборот — головой на 360 градусов вертеть. За любой кочкой, кустом, стволом может оказаться внезапный сюрприз в виде противника.

Бегать по лесу практически бесшумно я хорошо научился в прошлой жизни, вся молодость на своих ногах прошла. Загнать оленя — ерунда, подкрасться к спящему зайцу — обычный способ добыть мяса на ужин. С моей текущей регенерацией выносливость и проворство у меня отменное, так что к лежке снайпера я добирался быстро, но тихо.

Если бы наемник бросил все и подался бежать, то мне бы за ним пришлось погоняться. Но, к моменту, когда я подобрался к его лежке, киллер разобрал свой слонобой и складывал его в рюкзак.

— Стоять, бояться! Работает Комаришкин! — с этим криком я выскочил из кустов, тряхнул супостата разностью потенциалов, да так, что он свалился в конвульсиях.

Я еще хотел, для профилактики, добавить пулю в колено, но и так хватило. Наверное у него была непереносимость электричества или я сплоховал, выдав слишком большой разряд, но снайпер умудрился откусить себе язык и теперь конвульсивно дергался пуская кровавую пену из рта, а потом вытянулся и испустил дух.

И кого мне теперь допрашивать на тему — а кто это меня так не любит?

— Пш-пш. — зашипела рация лежавшая около головы наемника.

Что ж, попробуем, в фильмах такое вполне прокатывает.

Я взял рацию, нажал тангетку и проговорил в нее громким шепотом:

— Я его взял, подходите на точку.

Затем, отпустив кнопку рации, стал вслушиваться, но лишь звуки шуршания атмосферного электричества были мне ответом. Мда. Не прокатило.

Вдали послышались сирены полицейских машин, теперь уж точно все сообщники снайпера разбегутся.

Полиция надолго нас не задержала, опросили и отпустили, на нашей стороне было два беспристрастных свидетеля в виде Имперских Гвардейцев. Хоть сами они и не принимали участия в заварушке, но камеры брони и фургона отлично все записали. Так что наш опрос был, по сути, формальностью.

Хорошо, что я успел облутать снайпера до появлений стражей власти, полицейские не позволили мне забрать винтовку, обозвав ее «вещественным доказательством», так что пришлось довольствоваться тем, что распихал по карманам.

Не то, чтобы мне вся эта мелочевка и содержимое бумажника было так необходимо, но принцип святого трофея никто не отменял. Да и должно, в конце концов, быть хоть какое вознаграждение за выживание в покушении! Разве не так?

Жаль только, что ничего особо интересного у наемника не нашлось. Из необычного — карточка из плотного картона размером с визитку с надписью «РОК» да и все.

— Нет, мы не пойдем в эксклюзивное ателье! — противился я. — Приглашай портного на дом.

— Это непрестижно! — возражала сестра.

— Да как так! Почему главе рода не вызвать портного на дом для построения костюма для бала? — не выдержал я.

— Потому, что в нашем городке действительно хороших портных раз-два и обчелся! — раздраженно пояснила сестренка. — И ходить по вызову они не хотят! У них работы на год вперед расписано! И очередь на вне очереди тоже! Я едва договорилась, а ты все рушишь!

— За мной эти железные дуболомы опять увяжутся! — возмущался я. — Достали уже, никуда без них не выйти.

— Вот и прогуляешь их! — отбрила Ольга. — Не все им с тобой в качалке куковать! И давай заканчивай со своим спортивным питанием и занятиями, что б не смел больше набирать массу, пока на бал не сходим! С тебя мерки снимут и пошитый костюм переделывать уже не будет времени!

Мда. Действительно придется подзавязать с ростом и фигурой, что-то я заигрался. Впрочем, за все это время, что провел в городе я вытянулся весьма сильно, сейчас перестраиваю фигуру. Из шибзика-задохлика стал вполне себе крепким молодым человеком. Смысла кабанеть дальше пока нет. Если стану огромным мускулистым громилой, то начнут принимать за туповатого качка, а для главы рода такое впечатление при первом знакомстве будет минусом.

Пусть поездка и не доставила мне удовольствия, но обновление гардероба действительно назрело. Все, что было приобретено до этого уже толком и не налазило, так что я дополнительно договорился, что под мои мерки подгонят десяток повседневных комплектов одежды. Этим будет заниматься не сам мастер, но у него достаточно подручных, да и такую простую но высокооплачиваемую работу всегда можно организовать субподряд.

Проводить оставшиеся дни в ничего не делании мне было скучно, поэтому я занялся модернизацией и расчетом усиливающих татуировок Суссаны. По ее же совету, осваивая для этого магноут. Прямо прелесть какая штуковина оказалась, особенно когда откопал в памяти чьи-то умения программировать на базовом уровне. Специалистом в этом я не стал, но забить формулы и расчет оптимизации рун с перебором параметров получилось.

Комплекс нанесенных рун увеличивал силу и скорость движений. Суссана постоянно тренировалась учась управлять своим телом на повышенной скорости и компенсировать инерцию от усилившихся движений.

Для нанесения рун я перешел на краску для кожи светящуюся в ультрафиолете и не заметную при обычном освещении. Показываться на людях разрисованной видимыми рунами как какой-то дикарь Суссана отказывалась.

К моменту отправки моя билдерняшка вполне могла сойтись врукопашную с обладателем магических технодоспехов и, при удаче, изрядно навалять и вытащить владельца из брони, пускай и не одним куском.

Запитаны руны были на мою ауру, чтобы они работали мне необходимо было передавать в них свою внутреннюю энергию, благо ее у меня, благодаря пульсирующей финтифлюшке в Кармане Души, было даже с избытком.

К сожалению, нанести на себя подобный комплекс я не мог. В этом случае мне пришлось бы всегда находиться под ускорением и усилением. Если приноровиться выполнять обычные действия очень неспешно и аккуратно, чтобы сравняться со скоростью остальных людей еще можно было, то вести разговоры растягивая слова и ожидать ответов собеседника живущего в десятки раз медленнее меня совершенно не прельщало.

Сейчас я работал над возможностью включать руны по желанию, но тело человека это не амулет, переключатель в него не встроишь. Так же параллельно проводил расчеты по возможности встройки в организм артефакта с накопителем и мыслеуправлением. С помощью него уже будет возможно гибко управлять рунной вязью, настаивая ускорение и усиление по своему желанию.

Если получиться задуманное, то это решит проблему с созданием гвардии. Возможность усилиться и хорошая оплата позволит нанять отличных бойцов, а сохранение монополии на подзарядку внедренного артефакта привяжет людей к роду лучше всяких контрактов.

Отправляться в столицу Империи решили рейсовым дирижаблем, приобретя билеты класса люкс. Вылетали заранее, лучше иметь время для обустройства, да и мне надоело домоседство. Я искренне полагал, что во время пути Гвардейцы отстанут от меня с постоянным присмотром. Из слуг с нами отправлялась только Суссана, с ней у меня произошел интересный разговор.

— Суссана, как ты смотришь на то, что бы перейти с контракта горничной в слуги рода?

— Это вы к чему, господин?

— Ты же понимаешь, что когда я разберусь с усилением, то полноценный вариант будет использоваться только в роду. На сторону эта технология не уйдет. К тому же, ты уже сейчас скорее личная служанка, чем горничная.

— Мне надо завершить контракт Биржи Слуг. У меня были небольшие разногласия с законом и условием моей полной реабилитации является завершенный контракт.

Я удивленно посмотрел на билдерняшку, не совсем понимая, как нарушения закона могут нивелироваться работой горничной.

— Обследовавший меня психолог заявил, что мне необходимо научиться сдерживаться, работа горничной должна приучить меня к смирению.

— А если досрочно разорвать этот контракт с выплатой неустойки? — полюбопытствовал я.

— Десятикратное увеличение срока и его отбытие в каменоломни. — просветила меня Суссана.

— Тогда так, я увеличиваю твое жалование, а формально ты остаешься горничной.

— Извините, господин, я не могу на это пойти. Я обязана соблюдать каждую букву контракта. Я могу идти?

— Ладно. Вернемся к этому вопросу после окончания срока твоего контракта. — кивнул я.

Мне изначально казалось очень странным, что билдерняшка окончила курсы горничных и пошла в услужение. Совсем не тот у нее характер, хоть и старается. Теперь эта неоднозначность слегка прояснилась.

Мне импонировало такое отношение Империи к преступившим закон. Тяжелое правонарушение — каменоломня, легкое — психолог разбирается, возможна ли трудотерапия. Если да — обучение и трудоустройство через биржу слуг с возмещением практически всего жалования в пользу Империи и пострадавших. Никаких долговых ям, тюрем и содержания преступников за счет налогов граждан. Имперская практичность во всей ее безжалостной красе.

Дирижабль «Свет Империи» был огромен. На его фоне наш «Небесный Путь» смотрелся бы мошкой. Главным отличием рейсового была жесткая оболочка и отсутствие нижней гондолы. Вместо нее по бокам находились выступающие за корпус две большие открытые площадки на нижнем ярусе предназначенные для увеселения пассажиров, для проживания были оборудованы два блока кают на верхнем ярусе и еще один на самой вершине по центру. Пассажирам второго и третьего класса приходилось довольствоваться каютами внутри центральной части корпуса дирижабля.

Такая конструкция была ориентирована на комфорт пассажиров. Газонесущие емкости занимали переднюю и заднюю часть жесткой оболочки. Вдоль самой нижней части оболочки крепилась конструкция с шестью маневровыми двигателями, а маршевый (*) двигатель занимал достаточно большую часть кормы. Даже подумать страшно, насколько нерациональный подход!

* Маршевый двигатель — основной двигатель летательного аппарата, предназначенный для приведения аппарата в движение, работающий до достижения аппаратом его цели, или до конца активного участка полета аппарата, или ступени многоступенчатой ракеты. Название служит для отличия от двигателей стартовых или разгонных ускорителей, рулевых, ориентационных, и прочих вспомогательных двигателей летательного аппарата.

В плюсы можно записать независимость от бурь и сильных ветров. При необходимости, выход на обзорно-развлекательные площадки блокировался и «Свет Империи» мог подняться в стратосферу.

Путешествуя рейсовым дирижаблем вы гарантированно и в срок попадали в место назначения. Но и цена такого перелета была немалой.

В целом, перелет занимал меньше времени, чем поездка на поезде. Поезд останавливался на всех станциях, а дирижабль летел только с одной промежуточной посадкой. Время мы не экономили, но я, да и сестра тоже, хотели получить новые впечатления.

Первым необычным впечатлением было то, что'Свет Империи' не флюгерил у причальной мачты, а был пришвартован на поле. От здания аэровокзала к дирижаблю сновали небольшие небольшие автомобили перевозящие пассажиров. Это позволяло избежать очереди на посадку. Сиди себе в кресле зала ожидания, попивай кофе, да поглядывай на табло. Увидел номер своего билета — неспешно идешь на выход, садишься в автомобиль, носильщики грузят багаж в грузовой отсек, доехал и тебя стюард ведет сразу в каюту. Удобно!

Второе — это размеры номера люкс. Две комнаты, небольшой зал и каморка для служанки. Очень не привычно это видеть на воздушном судне, где принято экономить место и бороться с каждым лишним граммом.

Третье — возможность выйти на смотровую площадку на крыше верхнего блока кают. С высоты более 100 метров вид на город открывался просто замечательный. Стоящий у дверей работник пояснил, площадка доступна для посещения при безмоторном полете в потоке ветра, если дирижабль включает маршевый двигатель, то находиться на ней небезопасно. Любителей острых ощущений никто не ограничивает в посещении, но и ответственности за жизнь такого пассажира не несут. Дверь блокируется только при полете в ураган или подъеме в стратосферу.

На этой площадке мы и провели время до выхода дирижабля на курс, посмотрев на город с высоты, отправились в ресторан. Чем еще заниматься в полете, кроме как сравнением вкуса деликатесов поданных над облаками с их земным аналогом?

Из интереса я заказал «Опаленную говядину средней прожарки с клубникой, спаржей и мускатным орехом», «Каре молодого барашка с соусом „Розмарин“ и печенными овощами'и 'Бифштекс из лосятины на картофельном драннике с соусом из белых грибов». Сестра предпочла рыбное меню.

Наилучшее впечатление на меня произвела Опаленная говядина. Нежное мясо расходящиеся волокнами на языке и тонкой поджаренной на открытом огне корочкой отлично гармонировала с тонким пряным ароматом и сладковатым привкусом тертого муската, мускату вторил мягкий, с ореховым оттенком, вкус натуральной спаржи, а чередование мяса с клубникой позволяло каждый раз испытывать кулинарный оргазм заново.

Каре ничем не отличалось от поданного в других ресторанах, вкусно, но никакой особой изюминки в блюде я не заметил. А вот лосятина разочаровала. Мясо дичины, даже если ее выращивают в специальных заповедниках, гораздо жестче чем дают сотни веков одомашненные животные. Да и привкус имеет специфический.

Те, кто многие годы не ел только то, что мог добыть в лесу, божествят эту специфичную отдушку, а про жесткость говорят «ну хоть есть что пожевать». Мой им совет — зайдите в третесортную дешевую забегаловку для рабочего люда, отведайте суп из жил и потрохов! Будет вам и что пожевать и специфический вкус почти как у дичины.

Выходя из ресторана мы разделились, сестра отправилась в каюту, отдохнуть после еды, а я вернулся на смотровую площадку. Дирижабль летел наискосок потока ветра и на палубе площадке было весьма свежо. Ветерок трепал волосы, норовил запустить свои шаловливые потоки под одежду, да и легкая морось верхних облаков заставила людей покинуть столь необычное место.

— Молодой человек, не подскажите как пройти в библиотеку? — послышался голос сзади.

«Что? Тут еще и библиотека есть?» — удивился я оборачиваясь.

Стоявшая позади меня миленькая блондинка с весьма выдающимися верхними достоинствами, призывно улыбнулась и шагнула ко мне почти вплотную. Я хотел предложить поискать обитель знаний вместе, но не успел.

Блондинка в белом, почти прозрачном от влаге топике, протянула мне руку, стоило принять ее кисть, как хватка стала жесткой, девушка рванула ее на себя, а второй рукой вогнала нож мне в печень и, профессионально провернув его в ране, тут же отдернулась.