Развод. Проданная демону

Парк

Ответом только вздох.

— Подписывай, — велит он.

Ставлю подпись и оттиск магии.

— Наслаждайся, — отвечаю я.

— Даже не сомневайся. Надеюсь, что твой муженек достаточно хорошо тебя обучил и ты не будешь неумехой.

Вспоминаю Номдара. Ничему он меня не научил, кроме того, что людям нельзя доверять. Мы даже не были близки…

— Я провожу тебя, — говорит он. — Кэйри… Я не знаю, что именно с тобой произошло, но так рвать душу нельзя. Хватит слез. Соберись, пока я еще добрый и не принял это на свой счет.

Дариан снова прижимает меня к себе. Зажмуриваюсь до пятен перед глазами, понимаю, что жмусь к нему в ответ. Мои руки замерзли до состояния льда. Мне очень холодно.

Он отстраняет меня, наверное, смотрит. Касается пальцев, трет щеки, пытаясь убрать слезы. Да какое уж там! Я представляю, насколько сильно покраснела кожа и распух нос.

Когда я открываю глаза, то вижу на его лице гнев, и я не могу не испугаться, потому что не понимаю причины.

— Идем, — приказывает он и взмахивает рукой.

С завистью смотрю, как легко и красиво открывается портал. Дариан ведет меня, в голубую гладь магии, и мы оказываемся на берегу реки в парке.

— Покажи амулет, — приказывает он.

Протягиваю.

— Снова зеленый. Портал их запутал. На что они идут?

— Не знаю, возможно маячки в украшениях, или следят по магическим отпечаткам. Я не собиралась бежать, лишь временно скрыться. Мне надо было спрятать кое-что важное и поговорить с тобой.

Дариан ведет меня в кафе, усаживает за столик, сует в руки горячий чай. Чашка просто огромная, а сам напиток фиолетовый, внутри плавают ягоды.

— Возьми себя в руки, — жестко говорит мне Дариан. — Ты гуляла одна, зашла в кафе. Твои сигналы скрыл парк. Сегодня здесь была магическая аномалия.

— А она была? — спрашиваю я.

— Сейчас будет, — обещает мне он. — Поэтому ты успеешь поесть и собраться с силами. Мне нужно получить тебя, а не пустую оболочку. Поняла?

Я не верю. Он собирается ради меня устроить магическую аномалию? Дариан стал настолько сильным? Меня прошибает холодный пот. Что он сделает со мной? С такими возможностями я боюсь того, что ждет меня, когда я стану его игрушкой.

— Чтобы отомстить? — безнадежно спрашиваю я.

— Велика месть, Кэйри, — он смеется. — Ты и сама неплохо справилась, конечно, но я тоже приложу руку.

Я глубоко дышу. Не помогает. Плечи дрожат.

— Кэйри, — шипит он мне в ухо, а я замечаю, как мир начинает затягивать его магией, отгораживая нас. — Как ты собралась выжить в моей власти? Какой у тебя план, девочка? Как собираешься уберечь от меня свой разум?

Он резко перетаскивает меня к себе на колени, отклоняет назад. Его волосы падают мне на лицо. Его глаза светятся, и это очень страшно. Это пугало меня еще тогда, когда я совершила самую большую ошибку в жизни.

Он не человек.

Я знала это и все равно пришла к нему.

Он меня ненавидит.

И это я знала, но пришла к нему.

Он безумно хочет меня.

Я не была в этом уверена, но убеждаюсь сейчас.

— Постарайся дожить до нашей следующей встречи, — говорит он, впиваясь в мои губы. — Дожить целой и невредимой. Хочу все испортить сам. Сломать сам. Насладиться твоими страданиями. Все неприятности в твоей жизни с этого момента будут из-за меня.

— Твои обещания не помогут мне успокоиться, — отвечаю я. — Зачем ты так, если больше слез не хочешь?

Дариан проводит по моему лицу ладонью.

— Значит, не плачь, Кэйри. Ты ничего не можешь изменить. Без меня тебе и вовсе не выжить. Поверь мне, я знаю, что бывает с такими домашними девочками в неволе, и кто их покупает — тоже знаю.

Вопреки своим злым словам, он ласкает меня совсем нежно. Просто гладит по волосам, как гладил бы кота или ребенка, греет мне пальцы, хотя я больше не мерзну.

Мы очень разные с ним. Дариан огромный, сильный, его руки покрыты буграми мышц, я чувствую, какие они жесткие через одежду.

Пытаюсь отогнать тревожные мысли, пытаюсь не думать о его теле. Погружаюсь в иллюзию безопасности, вспоминаю наши прошлые дни.

Дариан молчит, не говорит больше ничего. Я не могу его прочитать или понять, что он думает, но уверена — торжествует. Впрочем неважно, мне хочется надеяться на его милость. Может быть, в его душе осталась не только ненависть?

Я затихаю в его руках. Почему-то приходит покой. Возможно, он что-то добавил в чай. Я успокаиваюсь. Слушаю его сердце, лежу на плече. Я больше не сопротивляюсь и слова его тоже не воспринимаю. Отыграется, значит отыграется, но я сделала свой ход. Я не достанусь незнакомцу. Я пробуду в рабстве только год.